***

[Ваш спонсор смотрит на вас]. «Похоже, это конец», — вяло подумал Ю Джунхёк, осознавая, что опять не справился. Он бросил в эту регрессию все свои силы, взаимодействовал с командой как никогда раньше, делился информацией, жертвовал всем, чем только мог. Плевать, в каком состоянии он дойдёт до финала и дойдёт ли вообще, главное, чтобы до финала дошли его люди. Хоть кто-то в этом ублюдском мире должен суметь дойти до конца, пусть даже это будет не он, пусть даже это значит, что ему придётся начать всё заново. Ю Джунхёк плевал на все условности, чтобы добраться до финала со своими товарищами — и он добрался. Чтобы глупо умереть прямо перед последней стеной, обнуляя весь прогресс. [Ваш спонсор пристально смотрит на вас]. — Мастер, нет! — Ли Джихё упала на колени рядом с его жалким давно искалеченным телом. — Нет, не надо, пожалуйста! Помогите!! Мольбы разносились вокруг, но помочь никто не мог — все сражались с Королём Доккейби. Да и не смогли бы его товарищи что-то сделать. Здесь не было Ли Сольхвы, и даже в её способности ещё раз его подлатать Ю Джунхёк искренне сомневался. Бесполезно. Джунхёк усмехнулся, не совсем представляя, что сейчас отражается на его обычно безэмоциональном лице. Судя по ужасу в голосе Ли Джихё и слишком дрожащим рукам на его лице, ничего хорошего. — Мастер, нет, не надо! — Он слышал в её голосе слёзы и панику, отчаянное, но совершенно бесполезное сопротивление. — Мы... Мы что-то придумаем, надо просто... Остановить кровь, найти Сольхву-онни... [Ваш спонсор смотрит на вас]. Стигма «Регрессия ур. 999» была активирована! Было забавно слышать, как уведомления системы, которые он больше не мог увидеть, озвучивались для него механическим голосом, как будто снятым с GPS. Маленькие милости — звездный поток не бросил его без информации о сценариях, чтобы он мог умирать в них осознанно. Джихё рыдала, а он даже сказать ничего не мог — горло перекрыло кровью, и откашлять её, он чувствовал и знал по опыту почти тысячи смертей, Джунхёк уже не сможет. Умрёт, пытаясь, но так ничего и не скажет. [Ваш спонсор согласился на использование стигмы]. По кончикам пальцев единственной руки поползло оцепенение. Ю Джунхёк был уверен, что, если бы у него были глаза, он бы увидел, как его ладонь рассыпается в серебристую пыль. Откуда-то спереди, с поля боя отчаянно закричала Уриэль, послышался топот бегущих к нему ног, следом — злорадный смех Короля Доккейби. Они не смогут попрощаться. — Мастер, пожалуйста, не надо, — Джихё сбивалась и давилась словами, — не уходи!.. Мы ведь... Почти дошли до финала... Оцепенение ползло выше, и чувствовать его настолько остро, как может только лишённый зрения человек, было странно. Ещё более странно было не разрываться от одиночества и ярости на пороге смерти, а слышать голоса своих товарищей, отчаянно пытающихся сделать хоть что-то, чтобы его спасти. Он не хотел бы повторять этот опыт больше никогда. Внезапно все звуки стихли, заставив насторожиться. Он потерял ещё и слух? Его тело сдалось раньше, чем он думал? Ю Джунхёк напрягся и внезапно осознал, что чувство оцепенения больше не ползёт вверх по руке, как будто регрессия была насильно остановлена. Что происходит? Оглушительная тишина вокруг и невозможность оглядеться нервировали, пока он ждал неизвестно чего. Пиликнуло системное уведомление. [Ваш спонсор готов к активации Стигмы «Регрессия ур. 999»]. Ю Джунхёк нахмурился — он не помнил, чтобы в прошлых регрессиях активация стигмы была такой затянутой. Что происходит? [Ваш спонсор спрашивает, хотите ли вы совершить регрессию]. Что? Ю Джунхёка как будто пыльным мешком по голове огрели. Что значит «хочет ли он»? Это какой-то новый вид издевательства? Перед тысячным повторением апокалипсиса предложить ему выбор без выбора? Как будто он действительно может отказаться и просто умереть? Это невозможно, просто невозможно. Кем бы ни был его спонсор, он должен знать, что единственной мечтой Ю Джунхёка последние сотни регрессий было просто умереть и закончить с этим фарсом. Он до сих пор продолжал бороться просто потому что других вариантов не было — если он умрёт, всё просто повторится ещё раз. А сейчас его спонсор смеет насмехаться над ним, предлагая выбор? Джунхёк давно не чувствовал настолько всепоглощающего бешенства. [Ваши воспоминания разблокированы для принятия решения]. Сухой голос системы затих, но Ю Джунхёк не успел отреагировать — голову пронзило болью. Замелькали воспоминания, слишком яркие для человека, последние годы лишённого зрения, слишком точные для прошедших тысячелетий. Ю Джунхёк захрипел, отчаянно пытаясь удержать себя в сознании и не потеряться в потоке информации. «Эй! Не будь дерзким, этот сценарий не такой простой, как кажется. Сначала тебе нужно получить навык ментальной защиты...» Это был... Кто-то помогал ему пройти сценарии? Откуда эти воспоминания, кто это, какая это регрессия... «— Капитан, почему ты так много знаешь о сценариях?» И правда, почему?.. И почему он совершенно ничего не помнил, даже не был точно уверен, какая именно это регрессия. Эти воспоминания были такими спокойными, такими наивными — как будто здесь он ещё не был проклят на проживание жизни снова и снова. Не могло же это быть время до регрессии? Ю Джунхёк ударился лбом об пол в отчаянной попытке прийти в себя, но не помогло. Воспоминания продолжали наводнять его сознание. «— ...Кто-то помогает мне». Собственный голос звучал чуждо. Спокойно, мягко, не так, как полагалось регрессору, застрявшему в апокалипсисе. «Ядро четвёртого сценария — Абсолютный Трон. Помни, что ты ни в коем случае не должен...» Сценарий за сценарием кто-то помогал ему, кто-то делился вероятностью и давал информацию. Кто-то, кого он никогда больше не видел среди созвездий — Демонический Король Спасения. «— Если я выберу тебя в качестве Созвездия спонсора, смогу ли я наконец встретиться с тобой?» Слишком мягкие интонации, слишком много любопытства и привязанности. Слишком человечно для такого монстра, как он. «— Что-то мне не нравится в этом мире...» И ему тоже, и ему тоже, он всегда это чувствовал, но старался не думать... «— Однажды я внезапно появился в этом мире. Без каких-либо воспоминаний о своём детстве...» Он думал об этом почти тысячу жизней, но так и не узнал тайну своего прошлого, что бы ни делал, в скольких мирах бы ни побывал. «— Поэтому я спрашиваю тебя, Демонический Король Спасения. Кто я?» Неужели он из прошлого узнал ответ на этот вопрос? Неужели он узнает, для чего он в этом мире, почему именно ему достался этот ужасающий навык? Ю Джунхёк прижал руку к груди, задыхаясь. Воздух царапал горло, виски сдавило болью, затылок пульсировал. Воспоминания продолжали всплывать. «— Ты сказал мне это однажды. Если я подпишу с тобой контракт, ты исполнишь любое моё желание...» Тяжелые слова, слишком тяжелые слова. На кону стояло само его существование, все миры, которые умерли, потому что он не справился. «Созвездие «Демонический Король Спасения» говорит, что если вы хотите пересечь Стену, вы должны сначала "регрессировать"». Ю Джунхёк чувствовал, что сходит с ума. И не было ничего, что способно было его вытащить. «1864». Нет, не может быть, он не мог... Он просто не мог сам на это согласиться... Но в глубине души зрела уверенность — он согласился. «— Мне всё равно, даже если шансы низкие». Не было никакого великого злодея, проклявшего его на регрессию. Всё это время это был он сам. Голос спонсора в его голове звучал спокойно и слишком размеренно для его оголённых нервов. «— Я могу отправить тебя обратно. Однако, если это произойдёт, я не смогу оказывать тебе помощь, начиная со следующего хода». Демонический Король Спасения не врал — он не оказывал ему никакой поддержки, не давал никакой помощи, только снова и снова отправлял на новый виток регрессии. Не может быть, чтобы здесь не было какой-то ловушки. Не может быть, чтобы Ю Джунхёк сам выбрал прожить апокалипсис больше тысячи раз. «— Тебе придётся использовать только свои силы, чтобы прорваться сквозь сценарии. Эти сценарии будут намного хуже, чем ты когда-либо мог себе представить…» Эмоции его прошлого, его самой первой жизни до регрессии, захлёстывали привязанностью и светом, доверием, любопытством, нуждой узнать своего благодетеля, понять его мотивы, отблагодарить... Всё то, что его заставили забыть, теперь оживало, наполняло его отвратительно бесконечную жизнь смыслом. Это никогда не было проклятием. «— То, что я забуду о всех, не означает, что они внезапно прекратят своё существование». Это было так наивно, он совсем не предствлял, о чём говорит... «— Ты тупой ублюдок». Ю Джунхёк 999 регрессии был полностью согласен с Демоническим Королём Спасения. Это была глупость, такая глупость... «— Ты сказал ранее, что я потеряю свои воспоминания». Воздух вылетал из лёгких с хрипом, и впервые за десятки, сотни лет он отчаянно хотел заплакать. «— Я также потеряю все, что связано с тобой? Даже всю ту удобную информацию, которую ты мне предоставлял?» Пожалуйста, пусть Демонический Король Спасения соврёт, пусть он соврёт и даст возможность себя возненавидеть. «— ...Да. — Я понял». Ю Джунхёк хотел орать, что он идиот, что он ничего не понял, что он не осознавал, что значит проживать жизнь раз за разом, раз за разом всех терять. Что значит осознавать, что ты сам себя не узнаёшь, осознавать в моменты счастья, каким монстром ты стал. Каким-то неуловимым образом казалось, что Демонический Король Спасения понимал это, в отличие от него самого. «— Если ты жалеешь об этом, тогда ещё не поздно…» Он даже тогда дал ему выбор, даже тогда не лгал, даже тогда пытался остановить с волнением в голосе. «— Скажи мне, дурак. Если я продолжу регрессировать, смогу ли я встретиться с тобой снова?» Нет, нет, нет, это не может быть причиной! Это не может быть тем единственным, ради чего он продолжал жить. И опять внутри горел огонёк уверенности — да, именно для этого он продолжал жить. Он выбрал это, и сам себя обрёк на бесконечный кошмар. «— Демонический Король Спасения. Я буду молиться, чтобы ты тоже мог где-то существовать». Его душили сухие рыдания — в глазницах было слишком пусто для слёз. Это было слишком много после кошмара его реальности, слишком тяжело после того, как он услышал панические крики Ли Джихё и умер на её руках. Всё это — ради того, чтобы увидеть своё созвездие. Ту звезду, которая подарила ему путь к финалу без смертей и дала проклятую стигму. Воспоминания продолжали всплывать — первый регресс, второй, пятый, сорок девятый, трёхсотый... Каждый раз на пороге смерти он оказывался здесь, в нигде, в пространстве без времени, и восстанавливал воспоминания. «Я должен попытаться ещё раз». После предательства пророка и жизни в рабстве. «Я должен его увидеть». После сделки с Шин Юсон, отправившей её в прошлое. «Мне придётся пройти это больше тысячи раз? Смогу ли я?» И всё равно он пытался, соглашался жить в кошмаре, чтобы однажды вновь оказаться здесь и в момент просветления опять согласиться продолжить... «Стоит ли встреча с ним моих страданий?» ...и каждый раз приходить к выводу, что да, стоит. Что эта цель — единственный смысл его существования, что без неё он так ничего и не узнает, что без неё он ничего не значит. «Я хочу умереть. Но я не могу, пока не увижу его, пока не пойму, кто я». Он задыхался и тонул в воспоминаниях, чувствах, эмоциях, мыслях... Вся его жизнь переворачивалась с ног на голову — или, скорее, с головы на ноги. Так, как и должно было быть всегда, если бы не чёртова вероятность, из-за которой он терял воспоминания. Он наконец видел это ясно, видел свою цель, видел то, за что боролся 999 жизней подряд. Не ради Последней Стены, не ради конца сценариев, даже не для того, чтобы остановить апокалипсис и жить со своими товарищами в мире. Всё это было не про него, он всё это время ошибался, думая, что движется вперёд только ради этого. Он двигался вперёд не ради других, не ради мира, а ради себя. Себя и Демонического Короля Спасения, который ждал его где-то далеко впереди, в 1864-й жизни. Хоровод воспоминаний затих, но мысли продолжали метаться, как будто в клетку загнали стаю диких птиц. [Ваш спонсор, Демонический Король Спасения, спрашивает, хотите ли вы отправиться в следующую регрессию]. Теперь он понимал, что это не издевательство, это реальный выбор. И от этого становилось только хуже. Легко злиться на своего неизвестного спонсора, который способен только отправить его в следующую жизнь. Легко быть в ярости, вновь возрождаясь в вагоне метро. Но сложно — узнать, что ты сам это выбрал. И выбрал не только в тот первый раз, когда не знал, на что подписывается, но и сотни раз после того рокового выбора. Демонический Король Спасения был действительно благородным придурком, раз давал ему выбор раз за разом, хотя и не позволял с собой поговорить. Не отвечал, как бы отчаянно он не спрашивал между сотнями предыдущих регрессий. Ю Джунхёк знал, что он не ответит и сейчас, но просто не мог удержать этот вопрос в себе. — Почему? Звучало сдавленно и хрипло, как будто до этого он часами кричал до сорванного голоса. [Созвездие «Демонический Король Спасения» ждёт вашего решения]. Ю Джунхёк давился вдохами и хрипел, отчаянно стуча полураспавшейся рукой по груди. Он чувствовал, что сходит с ума. — П-поче... — Голос сорвался, и Ю Джунхёк закашлялся, чтобы вновь попытаться. — Почему? Зачем ты... даёшь этот выбор?.. Зачем, зачем, зачем, зачем?! Умирая на поле боя, он был готов к следующему витку, был готов в ярости от потери близких вновь открыть глаза в метро. А сейчас внезапно у него появляется выбор? Внезапно оказывается, что выбор был всегда? Джунхёка трясёт, и он не улавливает момент, когда начинает смеяться. Совсем как умалишённый, не контролирующий простых реакций. Его трясёт, и он смеётся, и он хочет плакать, но не может, и всего просто слишком много. [Созвездие «Демонический Король Спасения» смотрит на вас]. И всё это — под взглядом созвездия, которое, оказывается, поддерживало его с начала апокалипсиса, ещё до того, как он стал регрессором. Созвездия, которое привело его к счастью и показало, что этого счастья ему всё равно не достаточно. Боже, почему он так жалок? Он пытается дать себе пощёчину, ударить побольнее, чтобы прийти в себя, но тело слишком привыкло к боли. Не работает. Что ему теперь делать? Он прожил эту регрессию так, будто эта жизнь была последней, вложил в неё всё, что мог, но так и не смог прийти к своей цели. Но что стоила его цель дойти до финала с товарищами, когда он уже знал, что это не сделает его по-настоящему счастливым? Когда он знал, что уже почти тысячу раз принял решение продолжить, хотя была возможность сдаться? Мог ли он теперь сдаться? [Созвездие «Демонический Король Спасения» ждёт вашего решения]. Он может сдаться, перестать переживать этот ад и просто умереть, закончить всё здесь и сейчас. Ведь даже если он дойдёт до стены, он не увидит Демонического Короля Спасения, пока не пройдёт 1864 регрессии. Всё будет бесполезно, и ему придётся регрессировать раз за разом ещё почти тысячу раз. Стоило ли оно того? Или он мог согласиться и прожить ещё один мучительный виток истории, опять без памяти, очерствевший от предыдущих попыток, ненавидящий мир и своего спонсора. Он ведь опять всё забудет, и будет жить как раньше до следующей смерти. А потом к нему опять вернутся воспоминания, и круг замкнётся. Бесконечная цепочка жизни в беспамятстве, смерти в смирении, решений в надежде и возрождения в гневе. Цепочка, которую ему нужно повторить ещё 865 раз, чтобы прийти к своей цели. Ю Джунхёк смеётся, смеётся навзрыд, задыхаясь, до нервной икоты, потому что знает — он уже принял решение. В груди горит от боли, и в глазницах слишком пусто для слёз, и он сходит с ума и понимает, что всё равно не будет ничего менять, насколько бы больно ни было. Что он не может поставить в своей жизни, с новыми знаниями превратившейся из трагедии в паршивую трагикомедию, точку. Не может закончить всё здесь, даже если устал, даже если давно не хочет жить. Потому что иначе ничего не будет иметь смысла. Пока он не встретится с ним. Ю Джунхёк соглашается, и круг замыкается. Снова.