Часть 1

      Это была какая-то череда безумных кошмаров. На самом деле, Хью знал, откуда они взялись, но сделать с этим ничего не мог. Твари — люди! — умирали у него на глазах снова и снова. Он, всхлипнув, проснулся.       Фиона всегда повторяла, что любит его именно за его доброту. Что ж, теперь его доброта только мешала ему.       Хью встал с дивана и на дрожащих ногах подошел к окну, уперевшись лбом в стекло. Поезд стоял. На маленькой станции никого не было. Луна мерно светила с неба, такая же, как будто он смотрел на нее из окна его комнаты на острове. Как будто не было событий этих последних дней.       Слезы потекли по его лицу. Хью зажал рот руками, заглушая плач, и сполз на пол. Он стал убийцей. Он подвел мисс Сапсан. Ее голос, такой ласковый и добрый, зазвучал в его голове, уверяя, что всегда есть выбор.       Он выбрал убийство. И затем, выпустив пчел, убив тварей, которые, несмотря ни на что, когда-то были людьми, которые были живы, смеялись с друзьями, пили и ели, сердца которых мерно стучали, а теперь остановились навсегда, он, Хью Апистон, лежал в траве и улыбался. Он был рад, что убил их.       Он издал особенно громкий всхлип и испуганно затих. Ребята, скорее всего, не поймут его. Потому что он убил тварей. Никто из них никогда не рассматривал тварей как кого-то, чьего убийства можно стыдиться. Никто из них никогда не считал, что, убивая тварей, они становятся на одну ступеньку с ними, что твари — не перерождение тела, но состояние души.       Будь тут Фиона, она, скорее всего, поняла бы его.       Хью попытался отвлечься. Он начал думать о Фионе, о ее смехе, цветах, которые она выращивала, о том, какая она заботливая и как любит всех них, но мысли упорно сворачивали на сегодняшнее происшествие.       Раздались звуки босых шагов по полу, и Хью поднял голову. Бронвин, мягко улыбаясь, присела перед ним на колени.       — Что-то случилось?       Хью помолчал. Говорить об этом не хотелось, но он знал, что Бронвин так просто не откажется от своей затеи. На минуту закружилась голова от всего этого безумия.       Что-то случилось? Конечно, что-то случилось! У них украли птицу, разрушили их петлю, пытались их убить, и он сам, он, стал убийцей! Это что — рядовые события?!       Хью заплакал горше. Бронвин пододвинулась ближе и приобняла его, положив его голову себе на плечо.       — Понятно.       — Понятно? — Он вскинул голову. — Что тебе понятно?! Я их убил, Бронвин! Я их убил! Что тут может быть понятно? Чем я теперь от них отличаюсь?       Он кричал шепотом. Глаза Бронвин расширились, и она приложила палец к его губам.       Хью вдруг вспомнил, что она когда-то тоже убила человека. И этот человек был ее отчимом. Наверное, ей было еще тяжелее, чем ему.       Бронвин сжала его сильнее.       — Он ударил Виктора. Наверно, не стоило волноваться, ведь Виктор — это Виктор, но я разозлилась. Я не знала, что творю, и до меня дошло только потом. Только когда он лежал на полу, в луже крови и груде осколков, без сознания. Мертвый. Так всегда происходит, думаю. Ты не понимаешь, что делаешь, и чувствуешь упоение. Упоение своей силой, своей властью. А после приходит ужас. Я не думаю, что ты виноват.       Хью посмотрел на нее.       — Но я виноват. Они были живы, а теперь нет, Вин. И это моя вина. Если бы не я…       Бронвин перебила его.       — Если бы не ты, они бы убили еще больше людей. Нормальных, странных, имбрин. Просто потому что они так захотели бы.       — Они выполняли приказ. Они просто делали то, что говорил им Каул, потому что иначе он убил бы их. У них тоже не было выбора, Вин. А я лишил их выбора окончательно.       — Хью. Хью, посмотри. Видишь, как спит Оливия? Она сегодня так плакала. Смотри, Гораций дергается во сне. Он сегодня упал в обморок. Дважды. А их главарь хотел… Я не буду говорить, что он хотел сделать с Эммой, но ты можешь сам понять это. Хью, смотри на это с другой стороны. Ты убил их не потому что захотел, а потому что хотел спасти нас. Спасти от смерти или чего-то худшего. Если бы Птица была рядом, она бы сказала тоже самое. Ты бы отказался от всего этого, если бы не убил их. Постарайся свыкнуться с мыслью о своем поступке. Ты действительно совершил убийство.       — Выбор есть всегда!       — И у тебя он был. Ты мог выбрать нас — или их. Ты ведь не считаешь, что было бы лучше, если бы ты не сделал этого?       Хью слабо улыбнулся. Клэр чавкнула задним ртом.       Да уж.       — Ты говоришь со мной, как с маленьким ребенком. Как с Клэр или Оливией.       Бронвин тихо засмеялась.       — Ты и есть маленький ребенок.       Она взяла его на руки и отнесла обратно на диван. Хью завозился и попытался вывернуться.       — Так ты точно упадешь, всех разбудишь, и они будут очень, очень злы.       Она положила его на диван.       — Ты сделал то, что должен был.       Сквозь незадернутые шторы светила луна. Хью спал, мирно посапывая. Бронвин сидела рядом, держа его за руку.       Он действительно стал убийцей. Но защитил своих друзей — свою семью. И он больше не думал, что ошибся.