Глава 2. Травма

Толпа школьников оживлённо двигалась по коридору. Кто — то бежал, сбивая всех с ног, кто — то громко кричал, пытаясь привлечь внимание той самой, кто — то просто тихо брёл на свой этаж. -Ненавижу школу, куча людей не знающих своей цели в жизни. Каждый думает, как бы оскорбить другого и как бы быстрее отношения завести. Люди, не имеющих мечт, я… — Ваня с самого утра ворчал, и не выдержав таких оскорблений человеческого рода, Анастасия его перебила. -Боже! Ваня! Ты можешь заткнуться?! Просто заткнуться! У тебя этот словесный понос с утра течёт, ты достал! — закричала она так, что многие повернули свои головы в её сторону — у тебя можно подумать есть великие цели в жизни! Вечно говоришь о суициде, и шутишь однотипные шутки про верёвку и мыло! Человека красят не слова, а поступки! Просто замолчи! Такие простые слова заставили его замолчать, обдумывая их. Он не был злопамятным, но этот короткий крик, из ушей переместился в мозг. Из мозга по венам прямиком в сердце, и чуть ли не разорвав хрупкую плоть, вместо того чтобы продолжить двигаться, они засели в правом предсердии. -Нам надо идти на урок — коротко прошептал он и пошёл в сторону кабинета. Девушка громко фыркнув, последовала за ним. На уроках Иван не особо вникал в материал, точнее, вообще не желал учиться. Его голова была заполнена другим, утренние слова всё никак не могли выйти из неё. Они метались туда — сюда, ища выход, но поиски были напрасны. А ещё сильнее волновало то, что Насте было всё равно. Она, поворачиваясь к задней парте, громко смеялась. Что — то рисовала на полях тетради и показывая каракули другу, смеялась ещё пуще прежнего. Даже одноклассник, который никогда не взаимодействовал с ним, поинтересовался, почему вечно весёлый Ваня Васильев, сегодня темнее тучи? Часы пролетели быстро и никто не заметил, как мужская тень выскользнула в коридор. «Как обычно. Говорит резко и не подумав, плюёт на моё самочувствие. Значит, 31 декабря я всё-таки…» — думал он, идя домой, когда чьи — то руки впились в его плечи. — Ванечка! Ты сегодня так рано убежал, и меня не подождал! Что — то случилось? — спрашивает знакомый, весёлый голос. -А, да. Всё хорошо, просто не хотел долго в этой духоте сидеть. — Да ты и сам тот ещё душнила! — хихикнула она. -Да, верно. Слушай, Насть, я хочу сегодня серьёзно поговорить о…- начал он, но в очередной раз, робкие слова были прерваны. -Ой! Прости, меня сегодня на вечеринку пригласили! Представляешь? Сама Катя! -М, ясно. Что за Катя? — тяжело вздохнув, он, натянув фальшивую улыбку, задал вопрос. Девушка стала объяснять ему кто это и почему эта встреча так важна. Иван делал вид, что ему интересно. Задавал уточняющие вопросы, охал, удивлялся, иногда вместо ответа кивал. Первый раз за всю жизнь ему пригодились театральные навыки. Ужасный кружок, на который он ходил не по своей воле, сделал из него отличного актёра. Иногда, маленький мальчик так сильно не хотел идти в это ужасное здание, что прятался под кроватью. Но отец всегда находил его и доставал сначала руками, потом шваброй. В конце концов, поняв, что это не помогало, на замену деревянной палке, пришла кочерга. Ванюша навсегда запомнил этот тяжёлый метал, который холодным концом бил по спине или ногам. Но в детском сердце остались не синяки и переломы, а лицо того, кого он называл «папой». Мужчина был тем ещё садистом, он испытывал дикое удовольствие от слёз и криков своего сына, ему нравились  шрамы на теле своего ребёнка, и он с радостью оставлял новые. Всегда, когда он бил его, морщинистое лицо расплывалось в ужасающей улыбке, а глаза наполнялись диким экстазом. Парень проводил подругу до дома и, попрощавшись, пошёл в сторону своего. Дом Петровых и Васильевых, находился по разные стороны реки. Чтобы добраться от одного здания к другому, нужно было спуститься в овраг, пройти через лес, перейти реку, пройти через вторую часть леса, и лишь тогда, был виден маленький домик с синей крышей. Провернув все эти действия, он наконец-то пришёл в место, которое ненавидел больше, чем школу.