Единственный выход

В груди что-то больно сжалось. Там, наверху, Дадзай сейчас бежал, отвлекая на себя погоню — совершенно один, имея при себе лишь пистолет. Сердце рвалось туда: закрыть собой, защитить, помочь — он же, Ацуши, не пострадает от обычных пуль. Но Чуя лежал тут, совсем рядом, явно не способный не то что драться — просто подняться на ноги. Бросить его, особенно после просьбы Дадзая, было таким откровенно скотским поступком