Мармелад

«Почему-то Александру удавалось расценивать каждое её повиновение руки, обыкновенное слово или очередной вдох, при котором её пышная грудь плавно вздымается, как самое настоящее сокровище. Она сидела за столом в своём любимом карминовом свитере, острыми ноготками чесала коленку и облизывала липкие от растаявшего сахара пальцы другой руки, пока он боялся смотреть на неё слишком долго, словно, она и сама могла растаять и навсегда исчезнуть из его жизни.»