Глава 24. Контроль.

Утро выдалось, мягко говоря, неловким, конечно же, для Кьёки. В то время как Момо и Изуку нужно было лишь притвориться, что они не занимались страстным сексом рядом со своим одноклассником всего несколько минут назад — с чем они всё равно не справились, ведь растрёпанные волосы Момо выдавали, что что-то произошло совсем недавно, — Кьёке нужно было притвориться, что она не проснулась в середине их полового акта и не наблюдала за ними, яростно лаская себя. Да, это был очень странный и эмоциональный опыт. Именно по этой причине у Кьёки возникли подозрения, ведь она отчётливо чувствовала, как её сердце колотится в груди и вот-вот готово вырваться наружу, но она не могла услышать его. По крайней мере, не так громко, как обычно. Её замешательство и подозрения быстро рассеялись, когда Изуку и Момо вкратце рассказали ей о том, что, насколько им было известно, произошло. Поначалу это звучало как полная чушь, но чем дольше Кьёка слушала — и чем более уставшей от жизни выглядела черноволосая красавица, — тем больше она верила её словам, несмотря на то, насколько невероятным всё это казалось. «Значит, если это твой дом, то где Мина и Тоору?» — спросила Кьёка, хотя в голове у неё крутилось множество других вопросов. «Ну, это было нашим домом, пока мы не были вынуждены переехать в поисках еды. Нам удалось найти более гостеприимное место и разбить там временный лагерь, по крайней мере, он должен был быть временным, но мы обсуждаем возможность остаться там навсегда». — объяснила Момо, пока Изуку бродил где-то на заднем плане в поисках чего-то. — И теперь мы должны пойти и присоединиться к ним, верно? — Верно. Хотя сначала нам нужно найти для тебя что-нибудь, что защитит тебя от метели. Поверь мне, сейчас не так уж холодно, но погода может измениться в мгновение ока, — серьёзно предупредила Момо. «Чёрт, вы, ребята, похоже, через многое прошли...» — лениво протянула Кьёка, размышляя о том, что её одноклассники могли упустить в своём относительно коротком и расплывчатом объяснении. А потом в её голове всплыла гифка, на которой Момо подпрыгивала на члене Изуку, и Кьёка внезапно перестала думать о том, чего они могли ей не сказать. Хотя она задавалась вопросом, знали ли Мина и Тору, что Изуку и Момо занимаются сексом? Кьёка сама не была экспертом в этом вопросе, но она достаточно насмотрелась в интернете, чтобы понять, что её возлюбленные довольно опытны, так что это точно был не первый раз. Неужели они так хорошо скрывали свои шалости от Мины? Или, может быть, двое других всё знали, но просто не вмешивались? «Погоди, Деку же не собирается заводить себе гарем, верно? Я имею в виду, что соперничать с Момо и так было бы практически невозможно, но если бы мне пришлось столкнуться ещё и с Миной и Тоору… Кажется, я слишком остро реагирую. Я видел, как Деку пил сок уважения к женщинам, так что вряд ли он захочет завести себе гарем, верно? Верно?» » Кьёка погрузилась в свои мысли, но быстро вернулась в реальный мир, заметив суматоху. — Что значит «исчез»? — недоверчиво спросила Момо. Несколько минут назад она встала, чтобы присоединиться к Изуку, который лихорадочно расхаживал по комнате возле алькова с горячими источниками, о которых ей так много рассказывали. — Я имею в виду, что его больше нет! — воскликнул Изуку, оглядывая пещеру в поисках чего-то. «Я знаю, мы договорились, что эта штука в какой-то степени разумна, но она точно не способна двигаться! Даже если и способна, почему она решила оставаться на месте так долго, а потом внезапно исчезла?» Момо ломала голову, пытаясь найти ответ на загадку, с которой они столкнулись. — О чём вы говорите? — с любопытством спросила Кьёка, подходя к разговаривающей паре. «Наша куча определённо разумных вещей, которые, как оказалось, способны двигаться». Момо и Изуку ответили не только синхронно, но и так быстро, что Кьёка с трудом разобрала некоторые слова без помощи своего улучшенного слуха. — Что?.. — повторила Кьёка, как заезженная пластинка. К счастью, её одноклассники с радостью объяснили ей, о чём, чёрт возьми, они говорят. Эта новая информация пробудила в Кьёке любопытство, а также объяснила, почему Момо выглядела такой измотанной, когда они впервые всё ей рассказали после того, как она объявила, что пришла в себя. «Это звучит ещё более бредово, чем всё, что ты уже сказал, вместе взятое…» Кьёка застонала и помассировала виски, пытаясь унять нарастающую головную боль. — Я знаю, я знаю... — Момо утешала подругу с выражением лица мудрого старца, на котором запечатлелось немало дерьма. «Хоть момент и действительно эмоциональный, и мне не хочется его прерывать, но сейчас у нас большая проблема». — вмешался Изуку, надеясь вернуть разговор в нужное русло. Видите ли, пока Момо и Кьёка обсуждали, где находятся Мина и Тору, и всё такое, Изуку был занят поисками их разумной кучи вещей, способных создавать предметы из воздуха, в надежде найти хотя бы куртку или что-то в этом роде для Кьёки, чтобы она могла надеть это во время их возвращения в их новые владения. К сожалению, сейчас это было невозможно, поскольку вышеупомянутая куча вещей внезапно исчезла без следа, так что отследить её тоже было нельзя. Кроме того, они бы не удивились, если бы оказалось, что все их вещи волшебным образом поглотила земля под их ногами. Это означало, что им придётся как-то выкручиваться с теми немногими вещами, которые у них были. Конечно, они могли бы попросить кого-нибудь пару раз сходить туда и обратно, чтобы сопроводить одного из них до лагеря, а затем принести одежду для второго, чтобы тот мог переодеться во время следующего похода. Это был бы лучший вариант, но он занял бы слишком много времени, не говоря уже о том, что проводник/курьер устал бы и замёрз. В конце концов Изуку и Момо решили пожертвовать по несколько предметов своей одежды, чтобы у Кьёки была хоть какая-то защита от непогоды. Момо отдала свои штаны, потому что штаны Изуку были слишком мешковатыми для рокера, а вышеупомянутый мужчина отдал свою куртку, в которой Ктёка каким-то образом не потерялся, несмотря на существенную разницу не только в размерах, но и в телосложении. Это было далеко не идеально, но сойдёт. Путешествие оказалось довольно трудным, так как большую часть времени стояла суровая погода, и лишь изредка случались передышки от непрекращающегося снегопада. Кьёке было ещё тяжелее, и не потому, что ей не хватало выносливости или чего-то подобного, а потому, что ей приходилось постоянно сдерживаться, чтобы не пялиться на довольно пышные ягодицы Момо, которые постоянно покачивались перед ней, или на мускулы обнажённых рук Изуку, которые напрягались и перекатывались при каждом его шаге. Несмотря на то, что они были плохо подготовлены к такой погоде, никто из троицы не жаловался на холод, даже Момо с её «шведским столом» из ног, бёдер и ягодиц, выставленных напоказ, что было странно, но определённо не вызывало неприязни. Кьёка немного удивилась, когда лица Изуку и Момо внезапно озарились при виде входа в пещеру впереди, но сразу поняла почему, как только вошла внутрь. Если ей и не было холодно раньше, то точно стало бы, если бы она вышла наружу. Она не могла понять, в чём дело, но в этой пещере было что-то тёплое, и чем глубже они заходили, тем теплее становилось. К тому времени, как они добрались до лагеря, она уже начала потеть. Однако ни Мины, ни Тоору нигде не было видно, а Изуку и Момо ожидали, что их встретят с распростёртыми объятиями, но быстро сменили тему. «Наверное, они уже ушли в лес… » — подумали они оба с нежными улыбками на лицах и начали переодеваться из зимней одежды во что-то более подходящее для тёплого климата, в который они вернулись. Им также удалось найти запасные штаны для Кьёки, которую они решили сразу же взять с собой, чтобы как можно скорее обучить её искусству собирательства. Однако им пришлось умерить свой энтузиазм, когда их желудки громко заявили о своей пустоте. Троица решила сначала присесть и немного позавтракать, а потом приступить к работе. Момо и Изуку воспользовались этой возможностью, чтобы рассказать Кьёке об основах собирательства и о том, на какие ягоды ей следует обращать внимание по разным причинам. “Мыло, правда?” В этот момент Изуку перестал пытаться защищаться и просто устало вздохнул, а девочки захихикали, вспоминая его прошлые неудачи. «Моё сердце трепещет всякий раз, когда девочки находят что-то, что их объединяет… Но почему это должен быть я?! » ----- Набив животы и восстановив силы, троица решила отправиться в лес и присоединиться к остальным, но всё оказалось немного сложнее, чем ожидали Момо и Изуку, поскольку Мины и Тоору нигде не было видно. Они провели весь день, переходя от одного ягодного куста к другому в надежде найти пропавших девочек и в то же время показать Кьёке как можно больше разных ягод. Тревога закралась в сердца Изуку и Момо, которые прекрасно осознавали, какие опасности могут подстерегать их в этом мире, и даже Кьёка начала беспокоиться, в основном из-за того, как вели себя её спутники, ведь она ещё не до конца поняла и смирилась с тем, насколько странным может быть это загадочное место. И Изуку, и Момо были готовы бросить своё текущее занятие и сойти с тропы, по которой они обычно передвигались в той части леса, которую уже исследовали, и отправиться в неизвестность на поиски девочек, но к тому времени, как они добрались до последнего ягодного куста, где Мина и Тору мирно собирали ягоды, в этом уже не было необходимости. Момо и Изуку забеспокоились о них, а затем начали ругать их за то, что они заставили их волноваться, но, конечно же, были рады, что с ними всё в порядке. Мина и Тору, в свою очередь, были рады, что к ним вернулась более умная половина их компании, и обрадовались, когда появилась Кьёка. Фанатке Deep Purple потребовалось несколько секунд, чтобы понять, кто эта бледная блондинка и где находится Тоору, но она быстро сообразила, что к чему, и не смогла сдержать восторга от того, что Невидимая Девушка больше не такая уж и невидимая. «Как такое вообще возможно?!» — воскликнула Кьёка, широко раскрыв глаза от удивления и восторга. «Мы подозреваем, что её причуда на самом деле может быть излучателем, а не мутацией, как считалось ранее. Это значит, что она подавляется тем же, что мешает Мине вырабатывать кислоту, Момо — действовать как 3D-принтер, а тебе — полностью контролировать свои причуды, как обычно». Изуку поделился теорией, которую они с Момо придумали на основе собственных наблюдений и ограниченных знаний о законах, управляющих этим миром. «Это не объясняет, почему Тоору была рождена невидимой, если её причуда на самом деле является излучателем, а не мутацией, или почему подавляются наши причуды, но это лучшая теория, которая у нас есть на данный момент». «А это значит, что я должна использовать эту возможность по максимуму, ведь другого такого шанса может и не быть!» — радостно воскликнула Тоору, широко улыбнувшись. Затем квинтет переключился на более простые темы: Момо и Изуку жаловались на погоду «у себя дома» — и Кёка могла с уверенностью сказать, что погода была ужасной, — а Мина и Тору жаловались, что кровать слишком большая для них двоих — и Кьёка сначала не могла понять, о чём они, но потом догадалась. Закончив с приветствиями, они решили приступить к работе, чтобы поскорее вернуться в свой лагерь и как следует отдохнуть. Никто не обратил внимания на растрёпанные волосы Мины и Тоору или на то, что у последней были неправильно застегнуты пуговицы на рубашке. Возможно, никто этого не заметил или они просто решили не упоминать об этом. ----- Проснуться в странном, экзотическом измерении, где не действуют никакие законы физики, увидеть, как двое твоих возлюбленных — один из которых заставил тебя усомниться в собственной ориентации — занимаются сексом, и узнать, как выглядит одна из твоих близких подруг, которая всю жизнь была невидимой, — всё это казалось Кьёке невозможным, но вот она здесь, и ей приходится переваривать всё это за считаные часы! Она бы, наверное, подумала, что это сон, если бы холодный ветер не пробирал её до костей, а тёплое солнце не давало передышки от холода. Она и не подозревала, насколько утомительным был её первый день, пока не села ужинать со всеми и почти сразу не заснула прямо за столом. Это немного усложнило ситуацию, поскольку любовный квартет хотел объяснить ей свои отношения и — если она изъявит желание — предложить ей место рядом с Изуку, в его постели и на его члене. Они всегда могли разбудить её и продолжить, как и планировали, но все они знали, насколько утомительно для психики понимание чего-то настолько странного, и решили, что Кьёка заслуживает отдыха после того, как на неё внезапно обрушилось столько новой информации. Поскольку она не была в курсе всех дел, они решили выделить ей отдельное спальное место, чтобы она не пугалась по утрам, когда первое, что она видит, — это полуголый Изуку, утопающий в сиськах. Они аккуратно перенесли её на новую кровать, а сами отправились на свою, гораздо более просторную. Пока они лежали в постели: Мина и Тору слева от Изуку, а Момо справа, — любительница посплетничать с розовой кожей воспользовалась возможностью, чтобы поддразнить своего парня и его девушку с волосами цвета воронова крыла. «Ты явно не торопился на обратном пути…» — невинно заметила розовая дьяволица, хотя ухмылка на её лице выдавала истинный смысл её комментария. — П-погода была ужасная. — Момо запнулась, произнося первое, что пришло ей в голову. — Я уверена, что так и было, но в пещере, наверное, было так же уютно, как и всегда, верно? — продолжила поддразнивать Мина. Изуку, который больше всего на свете хотел заснуть и вернуть свои внутренние часы в правильное русло, решил вмешаться, пока Момо не превратился в заикающегося болтуна, с трудом подбирающего слова. «Мина, ты не могла бы наклониться?» — спросил он, и девочки с любопытством посмотрели на него. Мгновение спустя Мина забралась на него сверху и приложила ухо к его губам. Затем выражение её лица постепенно изменилось: от любопытства к удивлению, а затем к неподдельному восторгу. Внезапно она с широкой улыбкой скатилась с него и легла между Изуку и Тоору. «Я буду хорошей девочкой, клянусь!» — горячо пообещала она, и улыбка ни на секунду не сходила с её лица. «Что он сказал?» Тоору спросила свою лучшую подругу, которая, в свою очередь, обернулась и начала шептать ей на ухо. Выражение её лица сменилось с любопытного на шокированное, но затем на нём появилось восторженное выражение. «Это горячо…» — выпалила она, покраснев до корней волос, а из ушей у неё пошёл пар. — Что ты сказал? Теперь настала очередь Момо задавать вопросы своему парню, и ситуация повторилась. Её любопытство быстро сменилось сначала шоком, а затем смесью возмущения и смущения. Она не могла подобрать слов, поэтому легонько шлёпнула его по руке. В его защиту можно сказать, что Изуку хотя бы хватило порядочности смутиться, когда он рассказал Мине о своём предложении. «Эй, если это работает, значит, работает». Он смущённо улыбнулся, и на его лице появился лёгкий румянец. — Придурок, — заявила Момо и уткнулась лицом ему в шею, чтобы не видеть его очаровательную улыбку, которая вызывала у неё самые разные чувства, не те, которые хочется испытывать, пытаясь заснуть. Излишне говорить, что им потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться, но как только они это сделали, то вырубились как убитые. ----- Они проснулись и быстро поняли, что Кьёка ещё спит, так что с грандиозным разоблачением придётся подождать ещё немного. Тем временем они решили организовать завтрак и дождаться за столом последнего участника их группы. Одно привело к другому, а то, в свою очередь, привело к ещё большему количеству событий, и к тому времени, как Кьёка проснулась, остальные четверо уже забыли о своём плане вкратце рассказать ей о своих отношениях. Они просто съели ягоды в весёлой компании, прибрались и отправились пополнять и без того приличные запасы еды — как вы уже догадались — ещё большим количеством ягод! Наверное, здесь мне следовало бы поклясться честью Безумца, что эта незначительная оплошность не приведёт к целому ряду недоразумений в ближайшем будущем, но тогда вы бы быстро устали от всего, что я мог бы пообещать вам по чести Безумца в прошлом, а этого нам сейчас не нужно, не так ли?