ІІ Гениальный механик или великий психолог?

      День всегда казался мне менее привлекательным, чем ночь. В это время суток уже все спят и никто не лезет с глупыми вопросами, не докучает своим присутствием. Мне нравятся ночь, а ещё ночью видны звёзды. Они не болтливы и всегда честны. Как так вышло, что за последние семь месяцев, только среди миллиона этих крошечных точек, я не чувствую себя одиноко? Кто убрал яркость в моем мире? Почему только ночное небо сохранило всю свою красоту?       После того (не) приятного инцидента я все реже стала появляться в баре, а если вдруг там и нужна была помощь, то брала только ночные смены. Ночью дышится легче, да и нежеланных встреч избежать проще. Очень жаль, что большинство живут днем, в отличие от меня, поэтому некоторые вопросы мне приходится решать в это время суток. Совсем как сейчас.       Я хочу открыть небольшой ресторанчик. Мне нужно что-то приличнее чем бар, где все напиваются до потери пульса. Сегодняшняя встреча прошла на «ура». Застройщик согласен установить мое детище за сумму в два раза ниже рыночной. Я улыбнулась своим мыслям и осмотрела бар.       За столиками, уставшие, после долгой смены инженеры, пили пиво на скорость. Они громко смеялись и пошло шутили, я даже не смогла сдержать собственную улыбку. — А вообще, знаете что? — один из них, вскочив на стол — Поднимем стаканы за владелицу этого чудесного места! — Анастейша, за тебя! — и мужчины одобрительно загудели и уставились на меня.       Я подняла свой стакан с соком, и улыбнулась ещё шире. Полгода назад, я бы пила и веселилась с ними, но на горьком опыте поняла, что алкоголь мне не друг. Люди все приходили и приходили, вскоре начались танцы.       Сегодня мне не хотелось идти домой. Впервые за долгое время, это место не вызывало у меня отвращения, было принято решение остаться до утра.       Убрать весь мусор, который после себя оставили пьяные мужчины, было непросто, но поправимо. Уставшая, но довольная собой, я пошла домой. Вот только моим мечтам о тёплой кровати не суждено было сбыться. — Привет, мам! — я прошла в гостиную. — Не ожидала тебя сегодня увидеть. — Милая, я так рада тебя видеть! — женщина набросилась на меня с объятиями. — Что-то случилось? — Я что, не могу навестить собственного ребёнка? — Ты приходишь только в двух случаях. Первый – ты хочешь меня о чём то попросить, второй – что-то произошло.       Я присела на диван, и мама последовала за мной. Она всячески избегала моего взгляда, однако не выдержала и перешла к делу. — У твоего брата скоро день рождения, надеюсь ты помнишь, — она замялась. — Так вот, не могли бы мы отпраздновать у тебя? — Он мне не брат и даже не твой сын! Но в любом случае мой дом меньше вашего. — Не говори так, я люблю его как родного, как вас с Филиппом.— она опустила голову.— Я думала, что все бы поместились в баре, к тому же его одноклассники были бы в восторге.       Так всегда, она приходит только когда ей это выгодно. Ее меркантильность и помешала их счастливой жизни с моим отцом. Она изменила ему через год, после нашего прибытия сюда и нашла более успешного мужчину. Я и мой старший брат остались с папой, и я не жалею. Отец и сам достойно воспитал нас и периодами заменил обоих родителей. Возможно он и не очень доволен тем кем я стала, но хотя бы не выносит мне по этому поводу мозг. Маме же в этом нет равных. Она недовольна тем, что я не стала программистом или инженером, считает что бар это слишком вульгарно для девушки и мое любимое: «Раз никем в этой жизни не стала, так мужа приличного найди поскорее. Тебе скоро 25, старые девы никому не нужны!» — Я подумаю, точное решение скажу послезавтра. Она кивнула и улыбнулась. — Может тогда, ты бы могла уговорить своего старшего брата прийти на праздник? Всё-таки не чужие люди. — Мам, чужие. Этот парень мне и Липу никто, но если хочешь, попробуй позвать его сама. Я устала, если это все, то... — Да, да, уже ухожу. Буду ждать твоего ответа.       Я приняла душ и переоделась. Сон как рукой сняло и ноги сами повели меня обратно на работу. — Ты вернулась? — спросил Роб, мой бармен. Я пожала плечами и села за стойку. — Родители и дети, вечное противостояние, — выдавила я. — Мама просит это помещение на следующий вторник. Видите ли, у ее приёмного сына праздник и он хочет выделиться среди своих друзей. — И тут она вспомнила о тебе? Я качаю головой. — Это сколько ему уже? — спросила Шарлотта с конца зала. — Не знаю, ему было семь, когда мама ушла от нас. Значит, где то семнадцать? — пожала плечами.— Я выполню ее просьбу, но только в этот раз. Дверь открылась, и Роб уставился на гостя. Я не придала этому никакого значения, и все так же подпирала голову рукой. — Вот видишь, рука на месте. А грозилась отгрызть. Опять он       Почему в душе резко потеплело? Почему так тяжело подавить эту дурацкую улыбку? Что со мной происходит? — А, это ты. — выдала я, со всем своим безразличием. — Я просто предположила, что душить мужчину одной рукой тяжелее, вот и передумала.       Я повернула голову, и мы встретились взглядами. Он улыбался, хотелось улыбнуться в ответ, но я сдержалась. Мир вновь приобрел краски, но все равно ничего не выделялось сильнее, чем мужчина, стоящий рядом. Он опирался руками на барную стойку, а в глазах плясали черти. И вроде ничего особенного не произошло, но мое сердце забилось чаще, кровь подступила к щекам. — Дон Уэст, — протянул он мне свою руку. — Гениальный механик. — Стэйси Леманн. — Господи, какая тёплая у него рука. — Администратор этого чудесного места.       Тишина затянулась, но она совсем не давила. Нам обоим было что сказать друг другу, однако Дон решился первым. — Я приходил каждый день, после того случая, а тебя не было. — Приходил? Хотел отдать что-то, забрать, а может добить меня? — я поджала губы. — Я перегнул палку. — кареглазый судорожно выдохнул. — Тебе незачем извиняться, — я улыбнулась, меня так забавляет эта ситуация. — Я же не с тобой трахалась, а с этими дурацкими наручниками! — Стэйси, я не хотел чтобы ты потом жалела об этом!       Я вскочила на ноги и встала вплотную к мужчине. Мои щеки горели от злости и дыхание сбилось. Даже смотря на него снизу вверх, я чувствовала себя уверенно. — Не строй из себя ангела, Дон! Мы оба знаем, кто ты. — Тогда кто ты? — Ребят! — Пускай продолжает, Роб! Пускай скажет то, чего я еще о себе не слышала. — Избалованная девчонка, с манией величия. Считаешь, что каждый тебе что-то должен. Ты загнанный в угол ребенок, который скрывает свои слезы за маской гордости и пренебрежения. — Погоди минутку, я немного запуталась! Ты гениальный механик или великий психолог?       Мужчина зарычал и быстрым шагом направился к выходу. Перед самой дверью, он остановился, наверное хотел повернуться и что-то мне сказать, но не стал и просто вышел из бара.