XI. Лед

      — Расскажешь, что мы тут делаем? — настороженно хмыкнула Микелла, осматриваясь.       Призрак знала, что ее Страж не любит холод Европы, и очень удивилась, когда Варлок решил в одиночку забраться во льды планеты.       — Мне надо попробовать… — Филипп подумал и поправился. — Потренироваться кое в чем.       — В чем? — въедливо уточнила Микелла, но потом сразу же поняла, и изобразила вздох. — Ты про Стазис, да?       — Да, — Филипп повел плечами, тоже осматриваясь.       — Я считаю, что одному идти не стоило, — проворчала Призрак. — У тебя слишком специфические отношения со Стазисом, вдруг что-то случится?       — Именно чтобы «что-то» не случилось в будущем, я и хочу потренироваться в одиночестве, — возразил Филипп. Микелла снова вздохнула, но промолчала. Чаще всего она легко могла отчитать и переубедить своего Стража, но иногда он становился упрямее осла — и разговаривать с ним становилось бессмысленно. По крайней мере ей.       Филипп замер, вперив взгляд в одну стенок ледяной пещеры.       Багровые переливы в глубине завораживали, вгоняя разум в какое-то подобие медитации. Подчиняли мысли своим плавным движением, заставляя их двигаться так же медленно и плавно. Варлок слегка напряг правую руку, пытаясь сосредоточиться на покалывающем холоде в кончиках пальцев. Но оно ускользало, лениво, медленно, это странное чувство, — как и мысли самого Филиппа, — и сосредоточиться никак не получалось. В какой-то миг он ощутил досаду, и отрывисто вздохнул, дернул рукой, словно рубанул ладонью воздух. Недовольство вызвало словно… ледяной взрыв где-то внутри — искрящуюся вспышку, разлетевшуюся в голове колючими осколками.       — Филипп, подожди, что-то не так… — встревожилась Микелла, нервно крутанувшись вокруг Стража. Но Варлок поднял на нее неожиданно белесые, ставшие жутковатыми, глаза и криво улыбнулся. По его руке от запястья пробежала блестящая изморозь, за один миг охватывая всю фигуру Стража и заковывая его в ледяной, колючий панцирь. От ног Филиппа во все стороны понеслись будто волны изо льда — такие же блестящие и колючие, — взбираясь даже по стенам маленькой пещеры. Микелла чудом успела заметить, что несколько ледяных кинжалов рванули к ее оболочке от ближайшей стены и на миг исчезла, телепортируясь вплотную к лицу Варлока.       — Филипп! Филипп, тьма тебя побери! Что происходит?! — закричала Призрак, тщетно пытаясь привлечь внимание своего Стража.       — То и происходит, — мрачно проворчал от одного из медленно зарастающих льдом подходов знакомый голос. — Тьма и побирает, если тебя цитировать.       — Аластар! — радостно выдохнула Микелла, подлетая навстречу Экзо. — Джервис! Какая удача, что вы тут! Аластар-4 задумчиво покрутил головой, рассматривая ледяные наросты на стенах, и покосился на Джервиса. Тот быстро осмотрелся и просто вскинул руку с соткавшимся из воздуха посохом. Лед, созданный Филиппом, осыпался мелкой крошкой, освобождая проходы и все еще покрытую изморозью фигуру Варлока. Джервис первым безбоязненно шагнул к парню, который будто превратился в ледяную статую, внимательно его изучил со всех сторон. И кивнул Аластару по другую сторону. Что именно он от него хочет, Экзо понял почти мгновенно — Джервис снова поднял руку и вонзил в пол возле замершего Варлока огненный клинок, разливая по полу золотое поле. С секундным отставанием Аластар-4 повторил жест Джервиса, и Филиппа полностью окутало теплое свечение.       Филипп моргнул, но белая пелена перед глазами не исчезла. Озадаченно крутанув головой, он ничего не увидел — сплошная чистейшая белизна.       «Что будет, если рыбку закинуть в чан с молоком?» подумал Варлок и сам усмехнулся глупости мысли. Но звук собственного смеха вдруг напугал до дрожи — он прозвучал настолько чуждым, что Филипп аж подавился.       И тогда Варлок прислушался.       Вокруг царила звенящая тишина. Звенящая в самом прямом смысле — в воздухе будто висели сотни крохотных невидимых кристаллов, которые постоянно легко друг друга задевали и издавали едва слышимый, тонкий звон. Этот звон не казался полноценным звуком, он был словно частью тишины, и Филипп долго не мог понять — звенит у него в ушах или все же вокруг.       «Видишь, это совсем не страшно, » прозвучало вдруг у него в голове. Прозвучало где-то на периферии сознания, его же голосом, так, что Филипп сначала и не понял, откуда взялась эта мысль.       «Спокойно и тихо, » продолжал тем временем некто внутри. «А если присмотреться, то даже красиво.» Варлок задумчиво прищурился, оглядываясь, и вдруг увидел их — эти самые кристаллы в воздухе. Мелкие, прозрачные, навечно застывшие стеклянные капли, переливающиеся всеми цветами радуги словно от незримого источника света.       — Красиво… — задумчиво согласился Филипп. Но снова испугался собственного голоса и замолчал.       И в это же мгновение капли-кристаллы вдруг с шуршанием резко осыпались вниз. Варлок озадаченно оглянулся… и так же резко провалился из молочной белизны в полную темноту.       Вот тут стало по-настоящему страшно. Настолько, что сбилось с ритма сердце, сдавленное ледяными пальцами ужаса.       Филипп попытался вдохнуть, но только сдавленно просипел — воздух наотрез отказался входить в легкие.       К нему что-то приближалось в этой полной тьме, парень чувствовал это каждым дюймом кожи. Нечто незримое, необъятное, … жуткое.       Хотелось закричать, но Филипп все еще не мог даже перевести дыхание.       Но вдруг он почувствовал… тепло. Согревающее до самой глубины, проникающее даже в разум.       — Ну и во что этот дурак влез опять… — раздался едва слышимым эхом знакомый ворчливый голос. — Надо Питеру пожаловаться… Может, ему оплеуху дать? Филипп с облегчением и легким возмущением («Какую еще оплеуху?!») засмеялся и впервые не испугался этого. Еще через мгновение это внешнее тепло добралось до какого-то промерзшего комка в глубине грудной клетке, и Варлок осознал, что он снова может дышать. Моргнув, вместо бесконечной темноты он увидел перед собой родную физиономию Аластара-4, а над головой Экзо — встревоженную Микеллу. И снова засмеялся.       — Уехал кукухой, похоже, — снова проворчал Аластар-4, отступая. Джервис на фоне, невозмутимо усевшийся прямо на ледяной пол, пожал плечами.       — Никогда не замечал, насколько теплая Кладезь, — серьезно сообщил обоим Варлокам Филипп.       — И правда уехал, — тоже ворчливо отозвалась Микелла, пряча в голосе облегчение. И уткнулась в плечо своего Стража.       — И что это было, все-таки? — хмыкнул Аластар-4, хлопая по второму плечу невредимого друга. Филипп молча пожал плечами, и в углу пошевелился Джервис.       — Тьма, — коротко и хрипловато бросил он. — Слишком глубоко зашел в Стазис, не готовый к этому.       — Я пытался справиться… — сдавленно отозвался Филипп. — Не хотел быть обузой.       — А что, для этого жизненно необходим Стазис? — удивился Аластар. — В любом случае, не ставь больше такие опыты один. Представляешь, что скажет тебе Питер? Тебе повезло, что мы были неподалеку и услышали Микеллу.       — Счастье, что вы успели, — пробормотала Призрак.       Филипп вздохнул. Его раздирали противоречия, которые он не мог облечь в слова, из-за чего счастье от спасения вдруг остро кололось… какой-то обидой. Покачав головой, парень поднял глаза и поймал внимательный, словно пронизывающий взгляд Джервиса.       — Ты справишься, — ровно сказал вдруг Пробудившийся. — Не сейчас, потом, когда будет надо. Нет смысла терзаться.       — Слушай умного человека, — проворчал Аластар. — Раз сам глупый. Филипп рассмеялся, приобнял друга за плечи.       — Ты прав, я глупый, — чувствуя, как ледяные колючки, медленно тая, превращаются в просто воду. — Как хорошо, что у меня есть вы! Аластар-4 несколько смущенно хмыкнул, снова хлопнув друга по спине.