Они все ближе

Оказавшись на улице, ты только сейчас поняла, что уже глубокая ночь, а идти тебе совершенно некуда. Прохлада, исходящая от земли и осевший туман, что уже успел намочить траву, почему-то успокаивали. Совершенно другой мир, в котором, ты оказалась одна, угроза конца света с обоих сторон, внутри все тряслась от страха. А эта трава и холод, были одинаковыми в обоих мирах — надо же. Ты прошла до одного из домов и плюхнувшись на первую попавшуюся лавочку, подняла голову к небу. Дерево под ногами было мокрым, намочив джинсы, но это самая малость всего дерьма происходящего вокруг. Сквозь тучи, почти ничего не было видно, но луна пыталась пробиться сквозь эту тьму, словно давая надежду. С улиц доносились голоса людей, отрывки чужих разговор, чужой пьяный смех и слезы. Люди шли с баров или просто ночных прогулок, совершенно не замечая друг друга, и в прекрасном спокойствии, не имея понятия, что их ждет. Одинокие, потерянные, суматошные, но такие живые. У них впереди есть целое будущее, наполненное однотипными вещами, что-то вроде: работа/дом/друзья/семья/дети. Все то, что если и будет у тебя, то уж точно не будет таким обыденным. " — Представляешь, Карл сказал, что больше меня не любит! — О боже, Люси, мне так жаль» Мимо прошли две забавные девушки, но сразу же потерялись в повороте. — Ох Люси-Люси тебе, наверно, так тяжело. Ты тихо усмехнулась, затем еще раз, и еще, усмешка начала превращаться во что-то дикое, что становилось все громче, и вырывалось уже откуда-то изнутри. Глаза зажгло, как от яркого солнца, а смех перерос в истерику и смешался с соленой водой, что лилась градом, по холодным щекам. — Бедная Люси! Мне так жаль! Бедная…бедная бедная Люси! Не стесняясь ночи, ты кричала вперемешку со слезами, и диким смехом. — Извини, что мир такой жестокий, Люси! Тело согнулось, упав на собственные колени, и держась за край лавочки, ты продолжала кричать о несправедливости к Люси. Но слова эти были далеко не для бедной девушки, что оказалась не взаимно влюблена.они были для той, что оставшись одна сидела возле чужого дома посреди ночи, и втирая слезы в кожу, шершавым рукавом, истерически плакала. — Люси, моя Люси. Поджав колени к груди, ты сделала глубокий вздох и зарылась в ноги лицом. — Что за Люси? От неожиданного вопроса ты вздрогнула и резко подняла голову вверх. Перед лицом, в полумраке, ты сумела разглядеть силуэт пятого, с его острыми широкими плечами, и тонкими ножками, в смешных шортах. Свет фонаря бил ему в спину и не позволял увидеть лица брюнета, но ты чувствовала — он тоже позволил себе поплакать. — Здесь, одну девушку.парень бросил. Жаль ее. Ты уткнулась обратно в ноги и услышала как пятый ухмыльнулся. — Надо же, и правда, бедная Люси, ради этого стоит орать на всю улицу ее имя. Юноша уселся рядом. -Мы что-нибудь придумаем. — Голос его стал в разы тише, словно, он перешел на шепот. — Я знаю. Ты подняла голову, и на удивление, всегда грозный пятый, немного улыбался, глядя в твои опухшие глаза. Просидев еще какое-то время в тишине, истерика опустила и холод пришел на ее место. Тело зверски затрясло, от ночного пробирающего ветра, сжимая его руками, ты пыталась согреться, но по телу кто-то словно водил ледяными ветками. — Пошли домой, нечего здесь сидеть, вдруг, конец света через 10 минут, а мы его на лавочке встретим. Ты почувствовала чью-то теплую ладонь на лопатках и тело слегка вздрогнуло. Голова рефлекторно дернулась в сторону парня, сидящего рядом, но тот лишь спокойно улыбался. Свесив ноги на землю, и оперевшись руками о дерево, ты выдохнула пар изо рта. — Сейчас, открою портал. — Зачем? У меня ведь та же способность.- скорчив лицо заявил пятый. — Точно, я еще не запомнила.- ты потерла уставшие и опухшие веки пальчиками. — Ты иди, я догоню — Уверена? — юноша протягивал тебе руку. — Да, конечно Яркая вспышка ударила по глазам, и вот ты вновь осталась один на один, с серой пустотой и проблемами бедной Люси. Истощенное тело, медленно перебирая ногами, волочилось по темным улицам, голова ужасно болела, и совершенно не понимала логики твоих действий. Лишь под самое утро, когда на улице было достаточно светло, ты вернулась домой. Тихо проскрипев старой дверью, и пройдя в гостиную, ты собрала каждую скрипучую дощечку под ногой. Наконец, дойдя до дивана ты, под действием безумной усталости и гравитации, полетела лицом вперед, не подставляя руки и совсем забыв о ссадине, что при первом же контакте с твердой подушкой откликнулась невыносимой болью. — Ааау! Вот же дерьмо. Руки сразу же оттолкнули от неприятной ткани и перевернули на спину. Промучавшись еще пару минут, ты все-таки растворилась во сне. — Пятая! Пятая! Ты должна спасти мир! Ты должна вытащить нас отсюда. Окровавленные руки сестры и брата, тянулись прямо к твоему лицу. Их тела дергало от приступов боли и количества огромных ран. — Беатрис, Элиот, я делаю все что в моих силах. Я спасу вас, вас всех! Касаться их, ты боялась, поэтому просто старалась отползти назад, но чувствовала как скоро упрешься спиной в огромную стену. — Тогда долго еще собираешься спать? Они резко перестали шевелится, а их лица стали абсолютно нормальными. Ты замерла. — Что? — Долго еще собираешься спать?! Голоса смешались в один крик, превращая все в оглушающий визг сирены, а огромные руки накрыли твое испуганное лицо. — Ты чего орешь? — за диваном стоял пятый, с огромной кружкой кофе, и испуганно смотрел на тебя. Ты сидела на краю дивана, и чувствовала как одежда прилипла к вспотевшей, от страха, спине. — Что? — Я спросил, долго ты еще будешь спать, а ты заорала и вскочила с дивана. — Сон не особо приятный, сколько я спала? — перевести дыхание выходило с трудом, в висках все еще жутко стучало, а крики звенели в ушах. — Два дня — спокойно ответил брюнет и направился к креслу, что стояло напротив. — Два дня?! Почему ты не разбудил меня?! А если бы мы сдохли за эти сутки?! Сам кричал о том, что у нас мало времени! Ты сдернула с тела плед, и вскочила на ноги. Немое тело, что несколько секунд назад еще было во сне потянуло вниз, и ты сразу ему поддалась. Плюхнувшись обратно на диван, пришлось закрыть лицо руками, чтобы вращение земли встало на место. — Ну не сдохли же. — он громко отхлебнул напиток и в конце концов дошел до места назначения. — Чем вы занимались все это время? Ты что-нибудь узнал? В глазах уже стали появляться белые мошки, от того, как сильно ты их натирала, но головокружение все не проходило. — Да, мы пересмотрели репортаж с того дня, на наличие зацепок, и Клаусу показалось знакомым лицо одного из бандитов, он, вроде как его дилер или поставщик, не знаю. Диего вызвался помочь. — парень делал паузы между фразами, переодически отхлебывая горячий напиток. — А ты почему не пошел? — Я искал о нем информацию не по подворотням, а через сайты копов. — парень, горделиво хмыкнул. — Наадо же. — ты повернула на него голову и с удивлением, приподняла одну бровь. — И что нашел? — Ничего, это человек-пустышка. Нет вообще никакой информации, его будто не существует. Видимо, он задействован в чем-то слишком закононаказуемом, если пришлось так сильно подчистить историю о себе. — Настолько наказуемом, что могло бы привести к апокалипсису? — ты сложила руки на спинку дивана, и уложила на них голову. — Нет, не настолько, у него слишком тупая рожа, для этого. Пятый фыркнул, и продолжил молча пить кофе. А ты, просидев так еще несколько минут, все-таки решила встать с дивана и сходить умыться. Спустив ноги на ледяной пол, по телу вновь прошла вибрация, невзирая на это, ты махнула пальчиками и открыла перед собой портал, в котором виднелся белый кафель ванной комнаты. Пошатываясь, ты упиралась руками о край раковины, окуная голову под холодную струю воды, чтобы привести себя в чувства. Тошнота понемногу подкрадывалась к горлу, а волосы намокали и становились тяжелее, тем самым, тянув тебя к полу еще больше. — Черт. Еле подняв шею тебя занесло назад и в момент открыв портал, ты упала спиной обратно на диван. — Воу, и как ты собралась мир спасать. Шатает, как Клауса. Только что сидевший на своем месте Пятый, телепортировался из комнаты и через пару минут оказался возле тебя, кинув в лицо полотенцем. — На вот, ты кстати, пластырь намочила. Пятый указал пальцем, на пульсирующую шишку. Ты подняла руку, но не успев коснуться лба, почувствовала как капли воды вперемешку с кровью начинают заливать глаз, добравшись уже до рта, и подарив тебе излюбленный металлический вкус. — Есть еще пластырь? Ты, нервно посмеявшись подняла глаза на мальчишку. Тот лишь молча телепортировался, а появился уже с белым чемоданчиком в руках. — Где-то должен быть, двинься. Он присел на диван, рядом с тобой, и стал рыться в куче таблеток мазей и бинтов. Ты подтянула ноги к себе, и промакивая полотенцем мокрые волосы взглянула на пятого. Серьезного и нахмурившегося ребенка, что-то в нем изменилось, за эти два дня пока ты спала, но ничего очевидного, вроде прически или новой рубашки — не было. Отодвинувшись от парня, чтобы удобней было ухаживать за собой, ты села прямо на мягкий плед, которым укрывалась во время сна. Уже собравшись откинуть его, ты вспомнила, что не укрывалась ничем в то утро. — наверно, Эллисон принесла. — всплыло, сразу же, в голове. Но откинув махровую ткань подальше, на глаза попалась, красиво вышитая цыфра «5», в самом уголке одеяла. Внутри что-то потеплело и ты расплылась в улыбке, проведя большим пальцем по вышивке. — Держи — ты дернулась повернувшись к пятому. Нахмурив брови, парень протягивал тебе руку, с небольшим тюбиком какой-то мази и белым пластырем. Прикрывая вышивку спиной, ты решила сделать вид, что ничего не заметила, чтоб лишний раз, не приводить к неловкому молчанию или отмазкам пятого. Провлять заботу — нет, (только если о ней никто не знает). Ты понимала это не понаслышке. — Спасибо. — протянув руки за лекарствами, пятый придержал твою ладонь с тыльной стороны и бережно вложил все что нужно. Ты почувствовала, как щеки начинают заливаться кровью, и не в силах поднять на парня взгляд, просто выдернула руки из тактильного плена, и вскочила с дивана. Подходя к зеркалу и попутно отлепляя старый пластырь, ты заметила, что за все это время к вам никто не спустился. — А где остальные? Помимо Клауса и Диего. — Эллисон сказала, что если и умирать, то на последок она хочет побыть с дочерью. Лютер, естественно, увязался за ней, они должны скоро приехать. Где Ваня — я не знаю, может дома. — пять, устроился поудобней на диване, провожая тебя взглядом и делая вид, что ничего только что, не произошло. — Надо же, а к постоянной угрозе для жизни, Амбрелла привыкла во всех вселенных. Парень посмеялся и одобряюще кивнул. Весь день вы провели в интернете, в поисках хоть какой-нибудь зацепки, ты решила, что пятый мог упустить мельчайшие детали, но ничего не выходило, все было пусто. — Сколько уже нет парней? — Со вчерашнего вечера. — Вчерашнего? Может что-нибудь случилось? Ты взволнованно посмотрела за окно, понимая, что время давно уже за полночь. Прошло еще несколько часов, глаза уже совсем болели от света монитора, а ребят все еще не было. Кофе уже давно не бодрил, заставляя засыпать все больше, с каждой каплей. Голова трещала, словно об нее били деревянными ложками и тянулась к подушке. С громким звуком входная дверь бахнула о стену, и широко открылась. Ты вздрогнула и на автомате вскочила с места, понимая, что в какой-то момент все-таки уснула. Неожиданно, мужская рука коснулась острого плеча, ты вздрогнула, в ногах сидел сонный пятый, и держа палец у губ смотрел на тебя. — Там кто-то есть. — прошептал он. Ты кивнула головой и в раз телепортировавшись в коридор, перед глазами, рядом с раскрытой дверью, на пороге лежал еле живой Диего. В грязной окровавленной одежде, с множеством ссадин и царапин, по всему телу. — Диего! — ты кинулась к нему. — Что случ. лампа? Пятая, серьезно? — Пятый указал на небольшой светильник, что был у тебя в руках. — Я схватила первое, что попалось под руку. Вы подсели к телу пострадавшего брата. — Что случилось? Где Клаус? — Я не… он не. . Разговор, нарушало прерывистое дыхание, которое Диего совершенно не мог восстановить, то-ли от страха, то-ли от боли.