18. Один день из жизни Андреа Харрис

      — Тётя Андреа! Ты пришла!       Андреа улыбается и, склонившись, подхватывает двоюродную сестру на руки. Девочка крепко обнимает её за шею и прижимается, оставляя поцелуй на щеке. Она искренне рада её видеть, и у Харрис сжимается сердце — дети любят бескорыстно.       — Привет, Энди.              — Поиграешь со мной?       — Сначала поговорю с твоей мамой, — Андреа целует девочку в щёку и опускает на пол, — но ты пока готовь куклы.       Алисия отлипает от дверного проёма и подходит к Андреа. Она смотрит с сочувствием и крепко обнимает. Харрис вдыхает запах цитрусовых духов, исходящих от волос Алисии, и прикрывает глаза.       — Как ты? — спрашивает она, отстраняясь. Андреа пожимает плечами.       — Порядок.       — Мне так жаль. Они все так жестоко с тобой обошлись.       — Не всегда семья бывает справедлива.       Алисия наливает ей горячий чай и пододвигает тарелку с печеньем.       — Это так несправедливо, — продолжает возмущаться Алисия.       — Мир вообще несправедливое место.       — Тебе не страшно?       — Мне? Страшно. Я просто стараюсь не поддаваться эмоциям, — Андреа, сделав глоток, ставит чашку на столик. — Это делу не поможет.       — Что ты будешь делать? Тебе нужны деньги? На адвоката там…       — Нет, Алисия. Не беспокойся, ладно?       — Да как тут не волноваться.       Андреа улыбается, тряхнув тяжёлыми кудрями: Алисия ещё не совсем Харрис. Не стала ею за несколько лет брака и рождение ребёнка — что ж, значит, не всё потеряно.       Это хорошо.       — Я обратилась за помощью, — признаётся Андреа, — к одному детективу.       — Он справится?       — Да, — Андреа вспоминает взгляд Шерлока, устремлённый на неё, и понимает, что она верит ему. Шерлок Холмс раскрывал и не такие дела. — Я ему верю.       — Тётя Андреа, вы идете? — кричит Энди.       — Сейчас, милая!       — Я считаю, Альберт должен был за тебя заступиться, — озвучивает Алисия терзавшую её мысль все эти дни. — Конечно, не только он, но я с ним разговаривала после, и он сказал, что на твоей стороне.       — Я это знаю, — кивает Андреа. — Дядя Альберт сам себе на уме: он таким всегда был. Ты его не изменишь.       — Но я и не хочу его менять. Зачем мне пытаться это делать?       — Но ты пытаешься, — замечает Харрис.       — Я хочу, чтобы он был лучше, потому что я знаю, что он может.       — Он — Харрис. Это не лечится, — сообщает ей Андреа.       — Тогда мне страшно за Энди.       — Ей повезло, что её мама — ты, Алисия.       Андреа допивает чай и поднимается с дивана, направляясь к комнату к Энди.       — Андреа! — окликает её Алисия.       — М?       Алисия набирает в грудь побольше воздуха и выпаливает:       — Ты бы помогла мне разобраться с поклонницей Альберта, если он сам не может?       Андреа оборачивается.

***

      — Я не нуждалась в вашей помощи, — доносится до него голос Андреа.       Майкрофт усмехается, спускаясь по лестнице. Он останавливается на половине пути и оборачивается, сталкиваясь взглядом с Харрис. Она возвышается над ним на несколько ступеней.       — Но вот мы здесь.       — Но вот мы здесь, — повторяет она, засовывая ладони в карманы чёрных брюк. — Я должна вас...       — Не благодарите. Я сделал это не ради вас.       — Ещё бы, — Андреа ухмыляется. Майкрофт смотрит на неё: чёрные кудри, пухлые губы, тёмно-карие глаза. Острые скулы. Он представляет лицо Антеи. У неё совершенно другие черты лица. Они мягче, и всё в ней кажется ему другим, приятным. Даже и не скажешь, что она и Андреа сёстры — слишком разные. Но Холмс-старший вынужден отметить, что Андреа не глупа. Глупая женщина не привлекла бы внимание Шерлока. Его брату нужен равный. Пожалуй, ему стоило бы присмотреться к Андреа Харрис.       — Замолчали, — отмечает Майкрофт. — Сказать нечего?       — Есть, но не хочу грубить начальнику своей сестры. Аннабель важна для меня, верите вы мне или нет.       — Верю, — неожиданно говорит он. — По этой причине вы, видимо, и разбили битой машину мисс Эвергрин. Семья вам дорога.       — Ей несколько раз говорили оставить в покое моего дядю. Даже мой дядя. Я не виновата, что люди не понимают, когда их вежливо просят.       — Кража картины, вандализм — пока у меня складывается не самая положительная характеристика на ваш счёт.       — Я не крала картину, — повторяет заученную фразу Андреа с тяжёлым вздохом. — Разве можно обвинять человека без доказательств? Как же презумпция невиновности?       — Вы надеетесь, что мой брат поможет вам добиться справедливости?       — Почему он? Шерлок Холмс не единственный детектив в Лондоне.       — Он не сможет пройти мимо. Ваш случай для него — загадка, то, что нужно для того, чтобы ум не заскучал. Вы это понимаете?       — И что с того? Зачем вы всё усложняете?— спрашивает она. — Для Шерлока это очередное дело, которое он раскроет, для меня же — неприятная ситуация, в которую я попала, но из которой обязательно выберусь. Я…       — У вас что-то с моим братом?       Андреа поджимает губы и приподнимает брови. Её взгляд, брошенный на Майкрофта, красноречив, но она предпочитает озвучить, что у неё вертится на языке.       — Лучше спросите у него сами — мне вы всё равно не верите. Мне нужно идти, — Андреа огибает Майкрофта и сбегает по ступеням.       — Мисс Харрис, — окликает её Холмс-старший. — Постарайтесь ни во что не вляпаться до конца дня.       Андреа вежливо улыбается.       — Я не даю обещаний, которые не могу сдержать.

***

      Андреа ворочается с одного бока на другой, безуспешно пытаясь уснуть. Она сдувает с лица лезущие в глаза пряди и бросает взгляд на часы на прикроватном столике, сообщающие ей неутешительную информацию: половина третьего ночи. Откинув одеяло, она одёргивает тёмно-синюю рубашку и выбирается из постели. В гостиной приглушённо горит свет, за окном мерно стучит дождь. Андреа замечает тёплые махровые носки на подлокотнике кресла, которые надевает и, развернувшись, идёт на кухню, где, уткнувшись лбом в стол, спит Шерлок. Харрис мягко касается его плеча.       — Шерлок. Шерлок.       — М? — он медленно открывает глаза.       — Ты заснул за столом, — говорит она. Шерлок промаргивается и, повернув голову, смотрит на Андреа. Трёт лицо ладонями.       — Ты не спала.       — Не могу уснуть. Разные мысли в голову лезут, — уклончиво отвечает Андреа. — Я разогрею тебе ужин.       — Не стоит.       — Стоит. Это меньшее, что я могу сделать.       — Ты готовишь?       — Под чутким руководством миссис Хадсон.       — Путь к сердцу мужчины лежит через желудок? — усмехается он.       — Как-то так она и выразилась, — пожимает плечами Андреа, направляясь к холодильнику, но Шерлок перехватает её руку в запястье. — Что?       — Оставь. Я не голоден.       — Тогда что? — она хмурит брови, сторонится — Холмс поднимается на ноги и возвышается скалой. Харрис вынуждена запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в лицо.       — Тебя устраивает то, что между нами происходит?       — К этому вопросу тебя Джон подтолкнул?       — Я проанализировал его отношения и то, что ему говорили девушки.       Андреа кивает, припоминая встречу с Майкрофтом, и то, что она ему сказала. Между ней и Шерлоком действительно ничего нет: они всего лишь делят постель. И ничего больше. Он не клялся ей в вечной любви, а она не ждала от него подобных слов. Всё между ними на физическом уровне.       Не так ли?       — Секс хороший, — размыкает Андреа, наконец, губы. — Между нами только он. Шерлок, мне от тебя ничего не нужно. Я отдаю себе отчёт в том, какие у нас отношения.       — Рад, что мы понимаем друг друга, — отзывается он, поднимая руку и начиная расстёгивать пуговицы на своей рубашке на Андреа. Она ведёт плечами, и ткань плавно струится вниз — к её ногам. Харрис приподнимается на носках и прижимается губами к губам Шерлока, прикрывая глаза.