Dancing With A Wolf

— Ты выглядишь очень сексуально. — На этот раз, я с тобой соглашусь, — ты поворачиваешься, чтобы посмотреть на себя в зеркале. Черное облегающее платье заканчивается всего в нескольких дюймах от твоей задницы. Сегодня вечером сидеть тебе будет проблематично. — Потому что это правда, — твоя лучшая подруга Ханна откровенно пялится. — Это идеальное платье-мести. В духе принцессы Дианы. Ты ухмыляешься, проводя руками по бокам и остальным частям тела, которые в последнее время нравятся тебе все больше и больше. После расставания с Тэхёном, ты усердно училась любить себя. Не то чтобы он заставлял тебя чувствовать, что ты не привлекательна, нет. Просто иногда рядом с ним ты чувствовала себя невидимкой, как будто тебе приходилось держаться подальше от центра внимания, чтобы позволить ему сиять. Теперь, в центре внимания ты сама, и ты можешь быть тем, кем хочешь быть. Ты обрела больше уверенности в своем теле и в себе как личности. Ты научилась принимать решения самостоятельно, научилась говорить «нет», когда не хочешь что-то делать, и не чувствовать себя виноватой после. Ты переехала к своей лучшей подруге, которая была в восторге от идеи вспомнить времена университета, когда вы жили вместе в общежитии. Ты получила повышение на работе, и, казалось, у тебя все наладилось. За исключением того, что твое сердце все еще разбито на мельчайшие кусочки. Спасибо Тэхёну за это. Ты направляешься к своему туалетному столику, надеваешь серьги, а затем берешь в руки две подвески и протягиваешь их Ханне: — Сомневаюсь, что ему будет не все равно. Разве он не привезет… как её там? — Нару? Он бросил её, — она тычет пальцем в цепочку справа. Ты бросаешь левую обратно на комод, чтобы надеть ту, которая понравилась твоей подруге. — Но Чимин сказал, что он уже с кем-то встречается. Я не знаю, с кем. Вероятно, это девушка, с которой он познакомился пару часов назад. Ты игнорируешь ехидный комментарий о своем бывшем, и твоё глупое любопытство берет верх. — Подожди. Почему он её бросил? Судя по инстаграму, они были влюблены друг в друга, — ты морщишься от собственных слов, вместо этого хватаешь стопку колец и кладешь их на кровать, чтобы Ханна помогла выбрать. — Ты следила за его инстаграмом? — брови Ханны приподнимаются из-за твоего нечаянного признания. — Всего раз. Максимум парочку. — Эй! Нет! Это плохо! Ты не должна так делать! — Ну извини! Мы были вместе четыре года! Я что, должна все забыть и двигаться дальше? — Да! — Тогда зачем это платье-мести?! В этом нет никакого смысла, Ханна! — Я… ладно, здесь ты меня сделала, — она скрещивает руки на груди, пытаясь придумать ответ. Потом она берет три кольца, надевает их тебе на пальцы. — Послушай, дорогая. Он порвал с тобой, верно? Ты киваешь. — А до этого он был супер дерьмовым парнем, ведь так? Ты не решаешься кивнуть. — Ведь так? — тон её голоса меняется, и ты киваешь, не желая спорить. — Насколько я понимаю, у тебя есть полное право двигаться дальше и стать лучше. Он идиот, что бросил тебя. Он идиот, что неправильно с тобой обращался. Пойти на вечеринку в честь дня святого Валентина, разодетая в пух и прах — это просто способ показать ему, что тебе лучше без него. — Наверное… — Нет. Никаких наверное. Признай это, черт возьми, детка. Ты горячая штучка. У тебя охренительно хорошая работа и такая же зарплата. Ты больше не терпишь всякое дерьмо. Я люблю тебя такой. И если бы у тебя был член, я бы отсосала тебе прямо сейчас. — Боже мой, иногда ты несешь такую чушь. — Признайся, что тебе это нравится. И ты бы позволила мне отсосать тебе. Ты свирепо смотришь на свою подругу, когда она хихикает, откидываясь на спинку твоей кровати. — Тебе стоит потрахаться сегодня вечером. Просто хороший перепихон, ничего серьезного. Пусть какой-нибудь случайный парень будет поклоняться этому сногсшибательному телу. — Ханна, у меня не было отношений на одну ночь со времен колледжа. А потом был только Тэхён. Я даже не помню, как флиртовать! — ты надеваешь туфли на очень высокой шпильке, от которых, как ты знаешь, завтра у тебя будут болеть ноги, но которые творят чудеса с твоими ногами и задницей. — Подожди. Изменился ли флирт со времен колледжа? Люди все еще предлагают купить выпить? Если кто-то предложит меня угостить, есть ли ограничение по стоимости? Потому что, если кто-то захочет купить мне алкоголь, я захочу хорошего виски. — Ох, дорогая. Успокойся, — она смеется, становясь перед тобой, как только ты надеваешь обувь, и хватает тебя за руки. — Флирт ни капли не изменился. Мужчины по-прежнему ужасно флиртуют. На напитки нет ограничений по цене. А если и есть, то значит с этим парнем что-то не так. Хороший трах стоит всего на свете. — Даже разговоров о политике, защите окружающей среды и о том, насколько неэтичны крупные корпорации? — ты улыбаешься, тебе нравится, как она смотрит на тебя. — Нет, дурочка. Лучше поговорить о том, что он должен засунуть свой член так глубоко в твою киску, что ты назовёшь его папочкой. — Я не понимаю, как это может заставить меня назвать кого-то папочкой. Ханна опускает руки и склоняет голову в знак поражения. — Я не знаю, как Тэхён вообще справлялся с твоим упрямством, но, черт возьми, я надеюсь, что ты найдешь кого-нибудь, кто сможет это сделать сегодня вечером, потому что, видит Бог, я не могу, — она качает головой, выходя из твоей комнаты. — Но я думала, ты хотела отсосать мне! — кричишь ты с ухмылкой на лице. — Больше нет! Ты слишком много болтаешь! Не делай так на вечеринке! — раздраженно кричит она в ответ. Ты снова смотришься в зеркало, любуешься своим нарядом и улыбаешься. Нахер все. Ты выглядишь великолепно, а бесплатный алкоголь — это превосходно. Ты заслуживаешь того, чтобы тебя трахнули сегодня вечером. Ты хватаешь пальто и выбегаешь за дверь со своей лучшей подругой. *** Сегодня вечером клуб переполнен. Люди заполняют каждый сантиметр помещения. Ты почти уверена, что там слишком много народу. Ты проходишь с Ханной, держась за руки, мимо очереди ожидающих посетителей и направляешься прямо ко входу. Ты чувствуешь на себе взгляды, но не обращаешь на них внимания, когда Ханна здоровается с охранником: — Привет, Намджун. Как дела на работе? — Ужасно, — отвечает он с каменным лицом. — Сколько расставшихся парочек ты уже видел? — спрашиваешь ты, зная, что наблюдать за развитием драмы — его любимая часть работы. — Четыре, — смущенно отвечает он, и вы оба улыбаетесь. — Какие-нибудь пикантные подробности? — Ханна наклоняется вперед, готовая к сплетням, но Намджун качает головой. — Позже. Юнги внес вас двоих в список? — спрашивает он, не ожидая ответа, и достает из-за небольшого подиума блокнот. Его глаза пробегают по листку вверх и вниз, прежде чем убрать его обратно. — Вот и вы. Хорошо, вы можете проходить. Вы обе широко улыбаетесь, проходя мимо Намджуна, когда он отцепляет бархатную веревку, чтобы впустить вас. Ты слышишь тихие жалобы посетителей в очереди, но их быстро заглушают звуки музыки внутри, грохочущие басы звучат так, словно они внутри тебя. Тебе это и нравится, и не нравится. Ханна тащит тебя в бар, где вы вдвоем находите Чонгука, обслуживающего клиентов: — Джей Кей!!! — кричите вы обе, отвлекая его внимание от девушки в конце бара в топе с очень глубоким вырезом. Он выглядит почти раздраженным, пока не видит вас двоих, и быстро отказывается от потенциального свидания, чтобы перейти в другой конец бара. — Привет, красавица, — он улыбается Ханне, прежде чем повернуться к тебе, его широко раскрытые глаза блуждают по твоему телу. — Ого, и тебе привет. Кто ты такая и что ты сделала с Диной? — Я чувствую, что должна обидеться, — ты щуришься, глядя на него, а он сияет. — Ни в коем случае. Эта девушка чертовски сексуальна. Мне она нравится. — Что ж, спасибо тебе. Не жди, что она останется надолго, она требует слишком больших усилий, — говоришь ты, садясь на один из стульев и прикрывая ноги своей курткой. Ты любишь Чонгука. Вы знакомы с ним столько же, сколько с Ханной. Вы трое сразу нашли общий язык в колледже и с тех пор неразлучны. Он один из самых милых парней, которых ты когда-либо встречала. Если бы Тэхён не зашел тогда в студенческую библиотеку и не заговорил с тобой первым, возможно, ты бы пригласила Чонгука на свидание. — Тогда я очень рад повстречать её сегодня. Итак, что будете, дамы? Первый шот от меня в честь Дня Святого Валентина. Вы с Ханной обмениваетесь взглядами, прежде чем снова посмотреть на Чонгука, две озорные улыбки направлены на него. — Вы ведь хотите хорошего виски, да? — Ты сам предложил, Куки, — ты пожимаешь плечами, Ханна ухмыляется рядом с тобой. — Ай, не стоило этого говорить. Хорошо. Но только потому, что сегодня День Святого Валентина, и ты выглядишь, как грех во плоти. — Спасибо, Джей Кей. Мы тебя обожаем, — вы произносите это в унисон, смеясь, когда он уходит за напитками. — Я помогу ему найти ту девушку, с которой он разговаривал, в знак благодарности, — шепчет Ханна на ухо, и ты игнорируешь странную боль в области сердца. Она спрыгивает со своего места и направляется за стойку бара, чтобы запихнуть пальто и кошелек в нишу под ней. Она протягивает тебе руку, не обращая внимания на твою недовольную гримасу, и отбирает твою куртку, заталкивая ее вместе со своими вещами туда же. — Мы собираемся танцевать. Сегодня вечером ты не будешь сидеть, детка. — Ты хочешь сказать, что ты будешь танцевать, а я буду наблюдать из-за стойки бара. — Неа. Мы найдем тебе кого-нибудь, кто оттрахает тебя до бесчувствия. И мы не сможем сделать это в баре. Придется идти на танцпол. Ты собираешься продолжить ныть, но появляется Чонгук с бутылкой виски, которую он припрятал специально для вас двоих. Он недовольно морщится на Ханну за стойкой: — Эй, вон отсюда! Или придется помогать мне в баре весь вечер, — голос Чонгука звучит почти угрожающе, но его очаровательная улыбка и сморщенный нос сводят на нет любые угрозы. — Да-да, я ухожу. Кстати, мне нравится, как здесь все организовано. Это сделал ты или Юнги? Он не отвечает, свирепо глядя на Ханну, и слегка подталкивает её: — Эй! Веди себя прилично! Я собиралась помочь тебе найти девушку, с которой ты флиртовал. — Я не флиртовал. Я просто хвалил её тени для век, — он произносит это чуть тише, когда наливает виски в бокалы со льдом и протягивает вам. Вы с Ханной хихикаете и делаете по глотку, наслаждаясь приятным послевкусием, которое виски оставляет в горле. — Конечно, приятель. Её тени для век, наверное, просто вау, — твоя подруга не может остановиться от поддразниваний. — Сколько пройдет времени, прежде чем появится твой парень, заберет тебя и позволит мне жить спокойно? — Как невежливо, — она показывает ему язык. — Думаю, я не буду помогать тебе найти девушку с красивыми тенями. Ага-ага. — Придется мне с этим смирится, — он улыбается, глядя на стакан, который протирает. Ханна оглядывает комнату, слегка надув губы. — Я пойду найду Юнги и узнаю, не оставил ли он нам местечко в VIP-зоне, чтобы мы могли пообщаться и найти тебе там парня, — она не дает тебе времени ответить, прежде чем удалиться, проходя мимо людей с таким видом, будто она здесь хозяйка. Что, в некотором смысле, так оно и есть. Преимущества, быть кузиной Мин Юнги. Ты наблюдаешь, как твоя лучшая подруга пробирается сквозь толпу, и со смехом возвращаешься к своему напитку. — Вот. Ты поднимаешь глаза и видишь, что твоя куртка болтается у тебя перед носом, и с радостью принимаешь её. — О, слава богу. Я жалею об этих чертовых каблуках, — ты садишься обратно на стул, стараясь сесть так, чтобы не показать никому нижнее белье, и накидываешь куртку на колени. — И о платье. Но не говори Ханне. Это её расстроит. — Я никому не скажу, — Чонгук усмехается, облокачиваясь на стойку бара. — Так что там насчет того, чтобы найти тебе парня? Один из её безумных планов? В его голосе слышится что-то, чему ты не можешь дать определение. Ты списываешь все на виски и качаешь головой. — Тэхён придет сегодня вечером. Это платье — мое платье-мести, как у принцессы Дианы. И поскольку с момента нашего расставания прошло уже больше года, а я ничего так не сделала со своей личной жизнью… — На то была веская причина. Ты заботилась о себе, и стала обалденный, уверенной в себе женщиной. У тебя просто были другие приоритеты. — Вот именно, — ты щелкаешь пальцами перед носом. — Однако для Ханны это означает, что я прячусь. Так что мы используем сегодняшний вечер, день святого Валентина, с одинокими одиночками в клубе наших друзей, чтобы найти мне пару на сегодняшнюю ночь. Ты драматично поднимаешь вверх большой палец, как будто это лучшая идея на свете. Возможно, так оно и есть. Ты еще не решила. Все, что ты знаешь, это то, что выглядишь сексуально, но чувствуешь себя голой и ненавидишь это. Чонгук смеется, достает еще один стакан из посудомоечной машины и вытирает его. — Просто будь осторожна, ладно? Если кто-то будет тебя беспокоить, ты знаешь, что делать. — Подойти к очень привлекательному и энергичному бармену и попросить ангельский коктейль, — ты повторяешь инструкции голосом, будто ты ребенок, отвечающий на уроке. Он прищуривается, глядя на тебя: — Серьезно, Дина. Возможно, вам с Ханной будет весело. Но в День Святого Валентина полно дерьмовых парней. Пожалуйста, будь осторожна. Ты улыбаешься своему другу, который всегда был рядом, чтобы помочь тебе справиться с проблемами, когда Тэхёна рядом не было. Перегибаясь через стойку, одной рукой прикрывая декольте и хихикая над своим нелепым нарядом, ты протягиваешь ему руку, выпячивая мизинец. — Я обещаю быть в безопасности. Если что-то пойдет не так, я прибегу к тебе, о мой рыцарь в сияющих доспехах. Его мизинец обхватывает твой, ваши большие пальцы прижимаются друг к другу, чтобы скрепить сделку, и Чонгук бормочет «хорошая девочка», прежде чем повернуться к клиенту, пытающемся привлечь его внимание. Ему нравится, как вспыхивают твои щеки. Двадцать минут спустя ты все еще сидишь за барной стойкой, потягивая очень крепкий коктейль, который приготовил для тебя Чонгук. Ханна снова появляется у тебя за спиной, обнимает за талию и кладет голову тебе на плечо. Почему она уже навеселе? — Юнги оставил для нас столик. Пойдем, — хихикает она, целуя тебя в висок. Она отпускает тебя, но берет за руку, привлекая внимание Чонгука. — Можно нам бутылочку? — она изображает из себя принцессу, и ты не можешь удержаться от смеха. — Тебе? Нет. Точно нет. Ты её точно разобьешь. Ей? — он указывает на тебя. — Только ей. Она хотя бы еще не напилась. — Я не пьяна. — О, Ханна-Банана. Чимин еще даже не пришел, — ты слегка смеешься, убирая волосы с её лица. — Нет, пришел. Ну или будет с минуты на минуту. Он сказал, что они болтают с Намджуном, и что мы встретимся в VIP-зале. Куда я тебя и веду. А еще я нашла там тебе друга. — Нашла? — брови Чонгука приподнимаются. Но это не то, на чем ты пытаешься сосредоточиться: — Они? Ханна выглядит смущенной: — Мы произносим случайные слова? Шоколад. — Он на самом деле здесь? — ты знала, что Тэхён придет. Ты знала, но все же твоё сердце бьется где-то в горле, и тебе хочется с криком убежать. — Да, малышка. В этом весь смысл наряда, помнишь? Кстати, его девушку зовут Минди. Чимин сказал, что у них было два свидания, а это, цитирую, что-то да значит. — Что это значит? — спрашиваете вы с Чонгуком в унисон. Ханна пожимает плечами. Но прежде чем она успевает сказать что-нибудь еще, Чимин оказывается прямо у неё за спиной и притягивает её за бедра, чтобы она оказалась вплотную прижата к нему. — Прости, что опоздал, Хан, — он целует её в шею, и ты уверена, что она что-то ему отвечает, но ты понятия не имеешь, что именно, потому что, когда ты поворачиваешься к ним лицом, твой взгляд прикован к высокому мужчине с загорелой кожей и великолепным лицом. Как обычно Тэхён шикарен: он одет в идеально сшитый для него красный костюм, в котором выглядит так, словно в любой момент может появиться на подиуме или в каком-нибудь модном журнале. Его волосы теперь медово-русые и намеренно растрепаны, нижняя губа прикушена, а глаза смотрят тебе прямо в душу. Ты наблюдаешь, как его взгляд скользит с твоего лица вниз по фигуре и обратно пару раз, а брови хмурятся при каждом его взгляде на тебя. Ты ненавидишь тот эффект, который он на тебя производит, дрожь в спине, внезапное ощущение пустоты, и твоя кожа покрывается мурашками. Его взгляд снова встречается с твоим, и тебе приходится заставить себя вежливо улыбнуться, когда девушка, держащаяся за его руку, выскакивает перед ним, желая представится перед к группой: — Привет! Я Минди, девушка Тэтэ. Твои брови приподнимаются, губы приоткрываются в шоке, ты не знаешь, над чем смеяться в первую очередь: над Тэтэ, над отчаянной потребностью привлечь к себе внимание или над тем, как от слова «девушка» у Тэхёна округляются глаза. И в этот момент ты вспоминаешь, почему ты здесь в этом платье-мести. О, это должно быть весело. Ты протягиваешь ей руку для рукопожатия, одаривая её своей лучшей фальшивой улыбкой, достойной премии «Оскар», и она принимает её: — Приятно познакомиться. Меня зовут Дина. Как долго вы с Тэтэ вместе? Ты наблюдаешь, как её улыбка слегка увядает, когда она пожимает тебе руку. Ты переводишь взгляд на Тэхёна, который пристально смотрит на вас обеих по двум совершенно разным причинам. — Недолго, но… когда он тот самый, это не важно, да? Твоя фальшивая улыбка превращается в фальшивый смех, и ты киваешь в такт: — О да. Несомненно. Я спрашиваю только потому, что буквально ничего о тебе не слышала. Её лицо вытягивается, и тебе становится не по себе, но ненадолго. Ты игнорируешь тихий смешок Ханны, Чимин прикрывает ей рот, чтобы остановить, и ты избегаешь зрительного контакта со всеми, кроме Чонгука. Он слегка улыбается, протягивая тебе бутылку виски, и ты хватаешь её, встаешь и берешь свою куртку и сумочку. — Где этот твой друг, Ханна? — спрашиваешь ты достаточно громко, чтобы группа услышала, когда уходишь. Ты сама находишь VIP-зону и видишь Юнги и незнакомца, сидящих на диване в форме полукруга. Юнги открывает бутылку шампанского, пока незнакомец ведет светскую беседу, к большому разочарованию Юнги. Когда он снова поднимает глаза, он видит тебя и улыбается: — Вот и ты! Ханна сказала, что скоро вернется, — кричит он, поднимаясь, чтобы обнять тебя. Когда ты отстраняешься, он берет тебя за руку и кружит. — Это все Ханна сделала? — ты киваешь, слегка надувшись. — Она продолжает называть это платьем-мести. Я все еще не понимаю этого. Но я только что разозлила Тэхёна, так что это становится забавным. — О, он действительно пришел? — Юнги гримасничает, и тебе это нравится. — Со своей девушкой, Минди. Которая называет его Тэтэ, — ты наслаждаешься реакцией Юнги, когда он поджимает губы, стараясь не рассмеяться. — О боже. — Ага. — Это объясняет, почему у тебя одна из моих самых дорогих бутылок виски? Ты прижимаешь бутылку к груди, словно ребенка, и свирепо смотришь на него: — Чонгук сказал, что она моя! — Уверен, что он за неё не заплатил, но ладно. Я просто вычту её стоимость из его зарплаты. — Подожди, подожди! Не нужно этого делать! — ты хватаешь его за руку, когда он отворачивается от тебя, направляясь в сторону бара. — Юнги, можно я утоплю свой гнев и печаль в этой бутылке виски? — ты прижимаешь бутылку к себе, подходишь чуть ближе к нему, мило надуваешь губки и смотришь на него щенячьими глазами, которым он никогда не мог сопротивлялся. — Пожалуйста? — Так-то лучше, — он ухмыляется, переводя взгляд за твою спину. — Я собираюсь уйти, потому думаю, что не смогу сдержаться и врежу ему за то, что он бросил тебя, если он хотя бы заговорит со мной, но увидимся позже, ладно? Если он начнет доставать тебя, то найди меня. Ты киваешь, позволяя ему поцеловать себя в лоб, прежде чем тихо проскользнуть мимо вашей группы друзей, не обращая внимания на то, что Ханна зовет его по имени. Тебе даже не нужно поворачиваться лицом к ним, чтобы знать, что Тэхён смотрит на тебя. Ты можешь чувствовать его, чувствовать гнев, исходящий от его тела. Ты игнорируешь это, садишься рядом с незнакомцем и быстро шепчешь ему на ухо: — Быстро. Как тебя зовут? — А? Э-э-э, Ыну. — Привет, Ыну. Я Дина. Ханна затащила тебя сюда? — Громкая девчонка? Ага. — Да, это про неё! Слушай, — ты поворачиваешься, чтобы увидеть людей, поднимающихся по ступенькам в VIP-зал, и быстро поворачиваетесь к Ыну. — Высокий мужчина в красном костюме, который будет сверлить меня взглядом весь вечер — это мой бывший, который бросил меня после четырех лет отношений без всякой причины. Хочешь повеселиться? — ты улыбаешься ему, украдкой протягивая руку для рукопожатия. Он бросает быстрый взгляд за твою спину, чтобы увидеть, как мужчина, о котором идет речь, заходит следом за остальными. — Договорились. Есть ли предел? — Разыграй свои карты правильно, и предела не будет, — ты подмигиваешь, поворачиваясь обратно к группе и не замечаешь его самодовольной улыбки. Но Ыну — полный отстой! Тэхён ломает его практически сразу. Одно из качеств Тэхёна, которое помогает ему в мире бизнеса — это его способность заставить любого подчиниться его воле с помощью этой дурацкой привлекательной квадратной ухмылки. Когда Тэхён садится напротив, все еще не сводя с тебя глаз и стиснув зубы, ты представляешь Ыну группе. Он обнимает тебя за плечи, и, хотя ты заметно вздрагиваешь, ты не против. Потом Чимин спрашивает, как вы познакомились, и ты признаешься, что вы познакомились сегодня вечером, но он показался тебе довольно крутым. Ты наконец-то встречаешь пронзительный взгляд Тэхёна и сразу же жалеешь об этом. Он приподнимает бровь, и ты понимаешь, что это угроза, потому что он смотрит на тебя и одними губами шепчет «не надо». Глупая квадратная ухмылка всегда побеждает. Ты даже не представляешь, о чем они говорят, но уже через пять минут Тэхён обводит Ыну вокруг пальца, и все вокруг кажется безнадежным. Хосок появляется полчаса спустя, уже пьяный, и пытается пригласить кого-нибудь из вас на танец. Ханна и Чимин практически выскакивают из VIP-зоны, а Ыну и Минди присоединяются к ним. Ты говоришь «нет», опасаясь, что твое платье вызовет проблемы. Тэхён тоже остается. Черт возьми! Ты достаешь телефон и бездумно лазаешь по приложениям, стараясь забыть, что твой бывший сидит напротив тебя и не перестаёт пялиться. — Почему бы тебе не пойти потанцевать со своей девушкой? — наконец, спрашиваешь ты, откладывая телефон и снимая крышку с бутылки виски, наливая его в свой стакан, намеренно игнорируя пустой стакан Тэхёна. Ты ставишь бутылку рядом с собой на диван и делаешь большой глоток. — Почему бы тебе не потанцевать со своим мальчиком-игрушкой? Ты ухмыляешься: — Он не мой мальчик-игрушка. Я познакомилась с ним буквально за минуту перед тобой, — ты взбалтываешь жидкость в бокале, наблюдая, как темные оттенки коричневого перемещаются по прозрачному стеклу, переливаясь разными цветами благодаря освещению в клубе. — Кроме того, я, наверное, не смогла бы танцевать в этом платье или на этих каблуках, даже если бы попыталась, — бормочешь ты, делая еще один глоток, который опустошает бокал. — Это платье великолепно, — ты встречаешься с ним взглядом, и он осмеливается одарить тебя широкой улыбкой. — Это не сработает. — Что не сработает? — Улыбка. — О чем ты говоришь? Ты не отвечаешь, открываешь бутылку и наполняешь свой бокал, после чего закрываешь её и ставишь обратно на диван. — Почему бы тебе просто не пить сразу из бутылки? — Тэхён наклоняется вперед, упираясь локтями в колени. Продолжая наблюдать за тобой. — Почему бы тебе не заняться своими делами? — язвишь ты в ответ, опрокидывая бокал залпом. Он не отвечает, наблюдая за тобой некоторое время, пока ты оглядываешь клуб, пытаясь забыть о его существовании. — Кстати, ты действительно отлично выглядишь. Не думаю, что видел тебя такой с тех пор, как… — Пожалуйста, заткнись, Тэхён. Я не спрашивала, — ты вздыхаешь, качаешь головой и продолжаешь оглядываться по сторонам. — Мне нельзя делать тебе комплименты? — Неа, — ты ждешь две секунды, а потом встаешь, хватаешь бутылку и оставляешь куртку и телефон на диванных подушках. — Твои слова ничего не стоят. Ты хочешь пойти к выходу, но Тэхён хватает тебя за запястье: — Дина, вернись. — Нет, — ты отдергиваешь от него руку, будто он заразный. Ты видишь, как в поражение он откидывает голову на подголовник дивана и издает стон, будто то, что ты не села к нему обратно было самым большим неудобством в его жизни. Но ты игнорируешь его, выходишь из VIP-зоны и возвращаешься в бар, надеясь найти там Чонгука, но вместо этого встречаешься с Сокджином. — Привет, Ди… Ну, какой прикид! — Спасибо, — бормочешь ты так вежливо, как только можешь. Ты начинаешь уставать от комментариев по поводу твоего наряда. Ты хочешь пойти домой, надеть самую мешковатую одежду, которая у тебя есть, и свернуться калачиком на диване с большой пиццей и нетфликсом на телеке. Желательно со своим приятелем по нетфликсу, которого сейчас нет в баре. — Где Чонгук? — У него перерыв. Он вернется через пятнадцать минут. — Черт, — бормочешь ты, протягивая бутылку Сокджину. — Не мог бы ты взять бутылку и поставить в нижний отсек с другой стороны бара, пожалуйста. — Она наша? — он вертит бутылку в руках. Ты пристально смотришь на него, слегка надувшись. — Юнги дал её мне, — Сокджин кивает, не желая спорить, и кладет её туда, куда ты ему сказала. Ты хочешь присесть, но ты оставил свою куртку на диване, так что теперь тебе придется простоять пятнадцать минут, пока не вернется Чонгук. Сокджин приносит тебе стакан воды, и ты стараешься пить его медленно. Ты решаешь понаблюдать за людьми, обшаривая взглядом толпу, чтобы найти кого-нибудь и придумать о нем историю в своей голове. Это должно помочь скоротать время. Но у тебя не получается, потому что в ту секунду, когда ты останавливаешься на ком-то, Тэхён прислоняется к барной стойке рядом с тобой. — Уходи, Тэхён, — предупреждаешь ты, но он игнорирует тебя. — Почему ты избегаешь меня? — Почему тебя это волнует? — Почему мне должно быть все равно? Ты открываешь рот, готовая разорвать его в клочья, когда твой взгляд натыкается на кое-что получше. — Думаю, тебе стоит больше заботиться о том, что твоя милая подружка целуется с Хоби, одновременно очень удобно оседлав бедро Ыну. Он смотрит на этих троих на танцполе, ведущих себя так, будто они совсем одни. Ты видишь, как выражение боли на его лице сменяется раздражением, а потом безразличием. Тэхён пожимает плечами, возвращая свое внимание к тебе. — Похоже, я снова одинок. — Ммм… Держу пари, тебе это нравится. Поздравляю, — ты закатываешь глаза и делаешь еще один глоток воды. — Она была слишком требовательной. — Верно. Ты бы предпочел, чтобы твоя девушка сидела смирно где-нибудь в углу и не попадалась тебе на глаза несколько месяцев, а потом ты просто оставишь её в замешательстве и страдании, когда решишь случайно расстаться с ней через гребаное смс, потому что она внезапно решит спросить, можете ли вы двое поговорить, чтобы понять, что, черт возьми, происходит в ваших отношениях. — Что? — Что ты имеешь в виду под «что»? Тебе это ни о чем не говорит, черт возьми? — Я порвал с тобой, потому что ты была отстраненной, потому что я думал… — Отстраненной? Я была отстраненной, потому что у тебя случалась чертова истерика каждый раз, когда я пыталась с тобой поговорить! Ты называл меня занудой и говорил, что я вывожу тебя из себя перед твоими коллегами. Поэтому я перестала пытаться, потому что чувствовала, что раздражаю тебя, и ты больше не хочешь меня видеть. — Это потому, что я всегда был занят работой, когда ты хотела поговорить. — Когда это я пыталась прервать твою работу или что там у тебя было, чтобы привлечь твое внимание? Приведи мне хоть один гребаный пример, Тэхён, потому что я гарантирую, что никогда не беспокоила тебя, когда ты работал. — Возможно, если бы ты это не делала, мы бы сейчас не вели этот разговор. Что это значит? Ты выбрасываешь его комментарий из головы, делаешь большой глоток воды и возвращаешься к наблюдению за толпой. Ты снова находишь взглядом Хосока, но с другой девушкой, его язык проникает ей в глотку, в то время как его руки ощупывают все её тело. — По крайней мере, у Хоби вечер удался. Давненько ему не везло, — бормочешь ты себе под нос. — Когда в последний раз везло тебе? — ты поворачиваешься к нему в шоке, чуть не выплевывая воду прямо на него. — Прости что, черт возьми? Это не твое дело! Ублюдок ухмыляется: — Ага, то есть похоже давно. И, судя по обилию сарказма, оооочень давно. — Заткнись на хрен, — ты разворачиваешься обратно к бару, твоё лицо краснеет от гнева и смущения. Тэхён смеется, ударяя кулаком по барной стойке. — О, боже мой. Это был я, не так ли? Я был твоим последним трахом? — ты ничего не говоришь, и он качает головой. — Как грустно. — Почему тебя это волнует? — Ни капли не волнует, — он замолкает, когда ты поворачиваешься обратно. — Ты хотя бы мастурбируешь? — Я не собираюсь с тобой это обсуждать. — Почему ты лишаешь себя удовольствия?! Разве я тебя ничему не научил? — Чему ты меня научил? Тебя никогда не было рядом, — ты закатываешь глаза, и на губах появляется улыбка, когда Тэхён, наконец, теряет дар речи. — Ну, может быть, в конце наших отношений так и было, но в начале я обычно заставлял тебя умолять и плакать. — Больше нет, слава богу. — Я уверен, что мог бы сделать это… — Дина! — ты поднимаешь глаза и понимаешь, что Чонгук вернулся за стойку, и видишь, как его улыбка исчезает при виде Тэхёна. — О, привет, Тэхён. Как дела? — он пытается изобразить из себя веселого бармена для твоего бывшего, который просто пялится в ответ. — Все в порядке. Просто болтаю со старой подругой. — Понятно… — ваши с Чонгуком взгляды пересекаются, и ты закатываешь глаза, заставляя его улыбнуться. Тэхёну это не нравится. — Да, она только что рассказала мне, что у неё никого не было с тех пор, как она была со мной, — смеется он, прежде чем продолжить. — И я просто в замешательстве, Чонгук. Ведь прошло уже больше года, верно? Так почему же ты до сих пор не сделал свой ход? — Что? — Прости?! Вы оба говорите одновременно, Чонгук пристально смотрит на Тэхёна, а ты переводишь взгляд с одного на другого. — Тэхён, пожалуйста, просто отвали, — умоляешь ты, хватая его за руку. — Нет, нет, нет. Мне слишком любопытно услышать ответ на этот вопрос, — он не сводит глаз с Чонгука, у которого пылают щеки, ты замечаешь это даже при ужасном освещении клуба. — Хочешь, я позову Юнги? — он смотрит на тебя. Челюсти сжаты, глаза умоляют сказать «да». Ты хочешь этого, но все же не хочешь устраивать сцену. Конечно, вроде бы это было шуткой, что Юнги ударит Тэхёна, но ты знаешь, что он бы сделал это в мгновение ока, найдя подходящий предлог. Все это было плохой идеей. Платье. Глупая идея Ханны, найти тебе кого-то переспать. Язвительность по отношению к Минди. Алкоголь. Разговор с Тэхёном. Все это было плохой идеей. Тебе следовало остаться дома и посмотреть какой-нибудь веселый ситком, поедая пиццу и мороженое. Ты вздыхаешь, отходишь от стойки бара и отпускаешь руку Тэхёна: — Нет, думаю, я просто пойду домой. Скажи об этом Ханне, пожалуйста? — Ты не пойдешь домой одна, — говорят они одновременно, потом поворачиваются и свирепо глядят друг на друга. Ты качаешь головой, теряя терпение. — По крайней мере, дай мне узнать, отпустит ли Юнги меня пораньше. Я уверен, что он сможет подменить меня в баре, — ты закрываешь глаза и киваешь. — Отлично. Я пока схожу в уборную и заберу свои вещи. Встретимся у входа, — Чонгук соглашается и выбегает из бара, чтобы найти Юнги. Ты поворачиваешься, чтобы уйти, но чья-то рука снова хватает тебя за запястье, его большой палец нежно касается точки, где бьется твой пульс. — Ты просто уйдешь? Просто так? Может, нам стоит поговорить? Ты пристально смотришь на него, злясь на то, как сжимается твоё сердце от его щенячьего взгляда. Ты знаешь, что он притворяется, но все же чувствуешь желание дать ему шанс. Его большой палец чуть сильнее касается твоего запястья, и это выводит тебя из задумчивости. — Нам не о чем говорить, Тэхён. Прощай. Ты резко вырываешь запястье, уходя от него в сторону туалетов. Ты благодаришь любого бога, которые когда-либо существовали, когда обнаруживаешь, что ванная шокирующе пуста. Ты склоняешься над раковиной, обнимая себя руками и пытаясь успокоиться. Ты не знаешь, кричать тебе от злости или плакать, потому что знаешь, что твое сердце все еще залечивает раны, которые Тэхён оставил. Вся эта ночь была ошибкой. Да, ты была в лучшем положении в жизни. Но ты абсолютно не контролируешь себя, когда дело касается Тэхёна. Ты иррациональна, зла и мелочна, а уровень твоего сарказма взлетает до небес. Ты ненавидишь себя такой. Ты закрываешь глаза, когда слышишь, как открывается дверь, надеясь, что люди, что планируют зайти, просто решат, что ты слишком много выпила, и оставят тебя в покое. Но ты тут же широко их распахиваешь, когда слышишь, как щелкает замок на двери. И вот он. Снова. — Тэхён, пожалуйста. Я не хочу этого делать. Просто оставь меня в покое. — Нет, — он прислоняется к запертой двери, а ты прислоняешься к стойке с раковиной. — Пожалуйста. Я устала, и не хочу иметь с тобой ничего общего. — Я скучаю по тебе. Мертвая тишина, нарушаемая только грохотом басов, доносящихся из клуба. Опасный взгляд в его глазах сменяется на что-то похожее на искренность. — Нет, это не так. Он отталкивается от двери, прижимая тебя к стойке. Этому мужчине нравится находиться в твоем личном пространстве, а ты ненавидишь то, как твоё тело предает тебя в угоду ему. — Так и есть. И мы оба знаем, что ты тоже скучаешь по мне, — шепчет Тэхён, поднимая руку, чтобы накрутить на палец прядь твоих волос, обрамляющую лицо. Другая его рука лежит в опасной близости от твоей задницы. — Я не скучаю. — А почему еще ты бы так избегала меня, а? — он проводит пальцем от твоего уха вниз, по линии подбородка, и приподнимает его, чтобы посмотреть тебе в глаза. — Я избегаю тебя, потому что ты причинил мне боль, Тэхён. Ты разбил мне сердце и заставил почувствовать себя никчемной. — Тогда позволь мне все исправить, детка. Пожалуйста? — он поджимает губы, лбом прижимаясь к твоему, прежде чем склоняется еще ближе, чтобы поцеловать тебя в подбородок. — Позволь мне помочь собрать мою малышку. Сделать её снова цельной, — Тэхён шепчет это тебе на ухо, и ты чувствуешь, что твоя решимость рушится. Не смей, Дина. — Нет, Тэ. Прекрати, — ты поднимаешь руки, чтобы оттолкнуть его, но он отстраняется с искренней улыбкой на лице. Но искренняя ли это улыбка? Или он так хорошо притворяется? — Ты не называла меня Тэ уже много лет, — он и в самом деле выглядит так, будто вот-вот заплачет. — Я чертовски скучал по этому, детка. — Я ненавижу тебя, — ты кипишь, слезы застилают глаза. Ты больше не отталкиваешь его, вцепившись руками в лацканы его костюма. — Хорошо. Ненавидь меня. Сделай мне больно. До тех пор, пока ты что-то чувствуешь ко мне, и только ко мне, — шепчет он в ответ, завладевая твоими губами. Ты ненавидишь то, как слабеешь от его губ. Как легко ты позволяешь ему склонить твою голову, чтобы он мог углубить поцелуй, когда ты задыхаешься от шока. Ты ненавидишь жжение на своей коже, когда его рука находит твое бедро и сильно сжимает его. Ты ненавидишь, что туфли на шпильках делают тебя такой высокой, что твоя задница оказывается прямо над стойкой. И все, что нужно сделать Тэхёну, чтобы заставить тебя сесть на нее — это чуть приподнять тебя, одновременно властно положив руку тебе на шею. Ты раздвигаешь ноги, чтобы он мог встать между ними, обтягивающее платье задирается достаточно высоко, и ты чувствуешь прохладу на своих бедрах. Его руки путешествуют по всему твоему телу, губы спускаются по подбородку к шее. Ты чувствуешь, как его растущая эрекция прижимается к тебе. Тэхён побеждает. И ты это ненавидишь. Ненавидишь его. Твои руки зарываются в его волосы, грубо отрывая его губы от своих, пока вы снова не оказываетесь лицом к лицу. Его губы, его чертовы губы, влажные и приоткрытые, и он пробегается языком по нижней губе. Его глаза сонные, но дерзкие, и ты все еще злишься. — На колени, — вот и все, что ты говоришь, втайне наслаждаясь его замешательством, когда давишь на его голову, пока он медленно опускается на колени. Ты придвигаешься ближе к краю, позволяя ему задрать платье, и оно собирается на талии. Ты приподнимаешь бедра, чтобы он снял с тебя трусики, и ты не успеваешь выхватить их у него прежде, чем он успевает положить их в карман, как делал всегда. Все еще держа его за волосы, ты грубо направляешь его рот к себе, закидывая ноги ему на плечи, чтобы он был ближе. Твоя голова запрокидывается, слегка ударяясь о зеркало позади тебя, когда его язык проводит языком по твоим складочкам, его губы обхватывают твой клитор, нежно посасывая. — Черт, Тэ, еще, — ты скулишь, притягивая его лицо ближе и одновременно прижимаясь к нему бедрами, чтобы усилить трение. Ты чувствуешь, как его губы изгибаются в улыбке, когда он рычит от удовольствия. Одна его рука сжимает твое бедро, в то время как другая сбрасывает одну ногу со своего плеча, вместо этого отводя её в сторону. Он не дает тебе времени осознать, что происходит, пока внезапно два его впечатляюще длинных пальца не оказываются внутри. Ты издаешь сдавленный стон, когда он безжалостно трахает тебя пальцами, в конце концов добавляя третий, и все это время он посасывает твой клитор все жестче и жестче. Это чертовски потрясающее чувство, особенно после того, как больше года никто к тебе не прикасался, а ты уже так близко. Но ты отказываешься уступать ему так легко. — Я сказала сильнее, — ты стонешь, вскрикивая, когда он почти стаскивает тебя со стойки, чтобы полностью прижаться к тебе. Черт, он хорош. Проходит не больше минуты, и Тэхён безжалостно ласкает тебя пальцами, губы и язык творят волшебство с твоим клитором, пока твоя хватка на его волосах не усиливается, и ты не разваливаешься на части. Его свободная рука удерживает тебя, чтобы ты не упала, а вторая продолжает трахать на протяжении всего оргазма, игнорируя твои мольбы остановиться. — Тэ, пожалуйста, черт возьми, прекрати, — ты стонешь, уже на грани второго оргазма. Ты чувствуешь, как он хихикает, когда касается твоих складочек, его пальцы сжимаются ровно настолько, чтобы попасть именно в то место, которое нужно. Этот мужчина слишком хорошо знает твое тело. И ты кричишь, когда оргазм накрывает тебя снова. Твои ноги пытаются сомкнуться вокруг его головы, и Тэхён не сопротивляется, вытаскивает пальцы и языком слизывает с тебя все, что только может. — Хватит, — ты тихо скулишь, отталкивая его от себя, почти заставляя его упасть на пол. Через несколько мгновений, которые требуются тебе, чтобы успокоиться и собраться, ты слышишь, как Тэхён встает и расстегивает ремень. — Нет, — ты быстро встаешь, пытаясь сохранить равновесие на шпильках, на дрожащих ногах. — Нет? — Между нами все кончено, Тэхён. Этого не случится, — ты резко вытаскиваешь свои трусики из его кармана и осторожно надеваешь их, не обращая внимания на то, что он слегка придерживает тебя, помогая сохранять равновесие. — Но… — Извини, что оставляю тебя с твердым членом. Я уверена, что ты можешь завоевать любую девушку своей улыбкой. Просто это буду не я. Никогда больше. Ты опускаешь платье, прикрывая задницу, и вяло поправляешь макияж, когда твой бывший решает взорвать тебе мозг окончательно: — Я всё ещё люблю тебя. Ты смотришь на него через зеркало. Выражение твоего лица абсолютно бесстрастное. Тэхён выглядит убитым горем, как будто это ты причинила ему боль, а не наоборот. Будто он здесь жертва, а не ты. Но ты уже видела этот взгляд. Сотни раз после того, как ты заставала его флиртующим с другими девушками. Он говорил, что ты не обращала на него внимания, и эти девушки думали, что он одинок и слишком мил, чтобы оставаться одному. Или когда Тэхён отправлялся на все эти явно необязательные корпоративы, не предупредив тебя, а затем винил работу в том, что проводит с тобой меньше времени. Или винил тебя в том, что он больше не берет тебя с собой. Винил кого угодно, только не себя. И он всегда, всегда заканчивал это словами «Я люблю тебя». Вот откуда ты знаешь, какой именно ответ дать. — А я не люблю лжецов. Тэхён смотрит на тебя сверху вниз, засунув руки в карманы и подходя ближе: — Я нужен тебе. И в этот момент ты смеешься: — Ты действительно в это веришь, Тэхён? Единственное, для чего ты мне нужен — это быть постоянным напоминанием о том, что я могу добиться большего. Что я заслуживаю лучшего. Ты не даешь ему времени ответить, вместо этого желаешь ему всего хорошего, отталкиваешь его от себя и выходишь из уборной. Ты пытаешься спокойно пройти обратно в VIP-зону, но как только ты поворачиваешь за угол и слышишь, как сзади открывается дверь туалета, тебя охватывают всевозможные эмоции. Ты забираешь свои вещи с дивана и направляешься прямиком в бар. Ты паникуешь, когда не видишь Чонгука за стойкой. Ты подпрыгиваешь, когда чья-то рука касается твоей руки, поворачиваешься и видишь стоящего там Чонгука, широко распахнувшего глаза, когда ты крепко обнимаешь его. Его руки инстинктивно обхватывают тебя за талию, а ты зарываешься лицом в его шею. — Что случилось? Что он сделал? Он нежно отстраняется, вытирая большими пальцами твои слезы: — Мне нужно убить его? Попросить Юнги прикрыть меня? Я уверен, что он хотел бы принять участие в этом убийстве. Ты дрожащим голосом смеешься в его объятиях, позволяя его ответной улыбке успокоить тебя. — Нет, никакого убийства. Я просто хочу уйти. — Хочешь, я отвезу тебя домой? — Нет, — ты качаешь головой. — Я думаю, Ханна хотела пригласить Чимина на День Святого Валентина к себе. Думаю, поэтому она хотела, чтобы я с кем-нибудь познакомилась. Вы оба смеетесь, когда Чонгук отпускает тебя, чтобы забрать у тебя куртку и помочь тебе надеть ее. — Тогда ко мне. Мы наденем на тебя мои мешковатые спортивные штаны, будем есть какую-нибудь дрянную еду и смотреть дрянные фильмы всю ночь напролет. И, — он поднимает палец, отступает за стойку и возвращается с бутылкой виски. Той самой. — Мы прикончим её. Как тебе такое предложение? — Это лучший день Святого Валентина в моей жизни, — ты улыбаешься, заставляя себя забыть Тэхёна и сосредоточиться на мужчине, который стал для тебя самым замечательным другом, о котором только можно мечтать. — Пошли, моя валентинка, — он подмигивает тебе, беря за руку, и тянет на выход. Ты больше никогда не согласишься на глупые планы Ханны.