Часть 7

Путь в деревню был длинным: ребята решили идти пешком, а не ехать на каретах. Но, Мерлин, как же много всего они успели обсудить. Их разговоры были ни о чём, но одновременно они были полны доверия, тепла. Потом Питер споткнулся в сугроб, утянув с собой и Ремуса. Все остановились. Потом Эллиана не выдержала и рассмеялась. Джеймс следом. Потом Марлин и Сириус. Вчетвером они всё же вытащили мальчиков из кустов и продолжили свой путь. Первым делом они зашли в "Три метлы". Когда все мальчики с Марлин ушли, оставив Эллиану одну возле столика, к ней, словно выйдя из стены, подошёл Регулус. — Ты теперь с ними, да? — горькая усмешка коснулась его губ. — Так быстро забыла меня? — Это я променяла? — Эллиана вскинула на Регулуса неожиданно горящие глаза. — Это ты сразу плавно начал отдаляться от меня, проводя всё больше времени с Краучем и Розье! А потом и вовсе сказал, что нам нужно перестать общаться! — она откинула волосы с лица быстрым жестом. Регулус замер. Не от её слов. От этого жеста. — Ты.. — он запнулся, что для Блэков немыслимо. — Ты говоришь как он, откидываешь волосы, как он. Ты ведёшь себя как чёртов Сириус! — на голос Регулуса обернулись несколько недалеко сидящий посетителей. С губ Эллианы сорвался возмущенный вздох. Она уже хотела было что-то сказать, остроумно отшутиться, как вдруг за спиной Регулуса раздался голос Сириуса. — А что, братец, ревнуешь? Регулус резко обернулся, упираясь взглядом в старшего брата. Тот стоял с непривычно холодным взглядом. — Тебя это не касается, Сириус. Это только между мной и Элли. — Не смей меня так называть, — неожиданно твёрдым голосом сказала Эллиана. — Ты потерял право так меня назвать ещё вчера, когда решил прекратить наше общение. — О, так ты за один день возненавидела меня? Как мило. Ну что ж, удачи тебе в компании придурков, — голос Регулуса был полон яда. Он развернулся на каблуках и вышел из паба, громко хлопнув дверью. Эллиана выдохнула и села на диванчик, глядя прямо перед собой. Рядом с ней сел подбежавший на крики Джеймс. — Элли... Ну не расстраивайся ты из-за него. Придурок, что тут сказать, — голос брата был непривычно тих и мягок. — Сириус, подтверди. — Придурок - это ещё мягко сказано, — усмехнулся тот, но всё ещё с напряжением в плечах. — Спасибо, — вдруг сказала девушка, подняв глаза на Сириуса. — За то, что не стал стоять в стороне. — А я разве мог иначе? — Мог. Джеймс с лёгким прищуром наблюдал за ними, но не вмешивался - видимо, понимал, что это не его битва. Тут уже подбежали парни, но без Марлин - та вылетела следом за Регулусом с явным намерением разбить ему нос. Иначе она и не могла, когда её лучшую подругу обижают. Ремус сел рядом с Эллианой, такой мягкий в своём молчании, которое всегда спасало. — В жизни дорога каждая минута. Даже если она плохая. — Спасибо, Ремус. Это правда помогает. Питер согласно кивнул. И даже Сириус в этот раз не отпускал острых шуточек в сторону Люпина, что необычайно непривычно для него. Дверь паба внезапно распахнулась так, словно её открыли с ноги. Что, кажется, так и было. Влетела раскрасневшаяся Марлин. Полностью целая, лишь кулаки сжаты так, что костяшки пальцев побелели. Дыхание из её рта вырывалось белым облачком. — Убежал. Как последний трус, — сквозь зубы выплюнула девушка. — МакКиннон, успокойся, — уже более лениво начал Джеймс. — Завтра матч по квиддичу против этих змей. А он как раз их ловец. А в нашей команде, как знаешь, ловец - я. Мы их размажем. — Поттер, ты слишком самоуверен. Но да, ловца лучше тебя нет. Джеймс засиял так, будто уже получили кубок. А оно примерно так и было, ведь получить комплимент от Марлин МакКиннон - как получить кубок. Даже Сириус чуть приподнял бровь в удивлении. — Воу, сама Марлин МакКиннон похвалила нашего Поттера? Это нужно отметить. И, словно по щелчку пальцев, Сириус исчез по направлению к стойке, за которой стояла Мадам Розмерта. Эллиана уже пришла в себя окончательно - на губах появилась лёгкая улыбка, а в глазах появился прежний свет. Марлин заметила изменения в лице подруги и облегчённо выдохнула. Даже Джеймс, кажется, расслабился - это стало видно по его позе: одна нога, закинутая на другую, руки за головой. У Эллианы в голове пронеслось: "вот она - семья не по крови, а по выбору." Ремус, кажется, думал о том же: он словил взгляд девушки и мягко улыбнулся ей. Мерлин, как же Эллиана обожала эту его улыбку в роде "я тебя понимаю, но другим ничего не скажу." Уголки её губ дрогнули в ответной слабой, но не менее тёплой улыбке. Джеймс заметил этот обмен, но ничего не сказал: лишь покачал головой, ещё больше растрёпывая свои чёрные, как смоль, волосы. Как раз в этот момент вернулся Сириус с подносом, на котором стояли шесть кружек с горячим шоколадом. Рядом стояли две небольшие мисочки с зефирками. Питер сразу же потянулся к своей кружке - он был ярым любителем горячего шоколада. Больше, чем все остальные в компании. Эллиана тоже взяла свою чашку, прижав к ней обе ладони, дабы их согреть: хоть и в пабе было тепло, но недостаточно, чтобы не мёрзнуть хотя бы чуть-чуть. А если ещё учитывать и то, что Эллиана - вечная мерзлячка, то ей было ещё холоднее, чем остальным. Вечно разгорячённый Джеймс так вообще сидел в одной футболке, стянув и тёплую мантию, и свитер. Сириус хотя бы сидел в свитере, как и Ремус с Питером. — Ребят, — протянул Джеймс. — Вам не жарко? Здесь ведь тепло. — Это просто ты - вечный огонь, Джеймс, — беззлобно заметил Ремус. — А мы - вечно замёрзшие, — хмыкнула Эллиана и все дружно рассмеялись. Не было больше воспоминаний о Регулусе, не было грустных мыслей. Был лишь смех, тёплые голоса шестерых друзей и уютный свет от камина напротив. Возвращение в замок было таким же весёлым, как и поход в деревню. В этот раз в сугроб упал уже сонный Питер, который и до этого едва перебирал ногами, а после падения так вообще еле поспевал за ребятами, которые летели так, будто за ними летела целая стая дементоров. Вернувшись в башню, вся компания сразу разбрелась по своим комнатам, так как совсем скоро отбой. Переодевшись в пижаму и упав на кровать, Эллиана уставилась в потолок, думая о своём. Соседки уже давно спали. А она думала. Думала о звёздах, о Регулусе, о сегодняшнем дне в Хогсмиде, об улыбке Ремуса, которая ясно давала понять, что он понимает больше, чем говорит. Вспомнив, как Джеймс тряхнул головой, отряхиваясь от снега из сугроба, в который он упал по пути назад, Эллиана невольно улыбнулась; Джеймс очень часто так делал в детстве после того, как мама их купала. Джеймсу вечно не нравилось, что его волосы мокрые и их надо будет сушить. С этими тёплыми воспоминаниями Эллиана уснула.