Знакомство с Жорой

ГЛАВА I. Где ты, дорогой читатель, познакомишься с Жорой. Цок. Цок. Цок. Цок. Тихий стук прерывал тишину, повисшую в толстом, пыльном, старом воздухе лавки. Толстоватая, но от того не менее изящная рука отстукивала одному лишь ее владельцу известный ритм по поверхности стола. Ты, читатель, спросишь: кому же эта замечательная рука принадлежит? А твой покорный слуга ответит: Жоре. Но кто же такой Жора? С круглым, приятным лицом и выраженными зелёными глазами, густыми чёрными лохматыми волосами и гладко выбритым лицом, Жора был, в общем-то… кем-то. Жора – ни рыба, ни мясо. Ни то, ни сё. Просто слегка наглый, гоповатый и не блещущий особо умственными способностями парень. Ничего необычного в современном обществе. Иными словами, Жора – все. Жора – циферка в статистике. В какой же статистике, спросишь ты меня, мой дорогой читатель? А я вновь отвечу: в любой. Закрой глаза, подумай секундочку и вообрази себе любую статистику. Совершенно. Статистика явки на выборы мэра во Фрунзенске? Жора там есть. Статистика ДТП по России? И там Жора. Статистика количества несчастных случаев на Рыковском сахарном заводе за последние 7 лет? Жора тут как тут. Жора – стадо. Белоснежный барашек среди сотен абсолютно таких же барашков, весело бегающих по полю. Жора – это ты, читатель. Жора – это я. Жора – это мы. Короче, Жора – самый обычный парнишка из русской глубинки. Вот так. Ну а пока ты, друг мой, читал всё это словоблудство, Жора думал. Думал о том, как ему стать богатым, ну или хотя бы заиметь стабильный средний заработок быстро и без пыльной работы. А работа у него была очень пыльная. Буквально. Жора был старьёвщиком в антикварной лавке Готтмана, что на пересечении Малой Абрикосовой и Томской. В детстве Жора обожал антиквариат и всякие старые безделушки. Работа старьёвщиком ему казалась крайне занимательной и интересной, выделяющейся из общей массы карьер и возможностей. Что ж, нужно ли говорить, что через год ругани с бабульками, которые за какое-то откровенное барахло требовали тысячи, и алкашами, которые были готовы мать родную продать за бутылку «Тайги», парень уже не смотрел на свою работу так позитивно. Плюсом, зарабатывал он не так много, а его непутевый брат, сука, козел, урод, занял у каких-то бандитов немалую сумму, а благополучно про…играв всё в казино, дал бандитам Жорин адрес, тем самым перекинув долг на несчастного. Жора попытался мошенничать со страховкой – застраховал здоровье и пару раз здорово приложился головой об пол. Ну, что ж, в агентстве ему не очень поверили, и остался Жора не только без денег по страховке, но и без первого взноса в размере 35 тысяч, ибо в ответ на такую вероломную попытку прокинуть бюрократов они сунули ему в лицо договор, где мелким шрифтом на третьей странице было написано… что то, что Жора, в общем-то, уже не помнит, но смысл там был примерно такой, что если конторским толстосумам что то не понравится, то плакал Жорин лавандос. Вот Жора и сидел, устремившись взором в никуда, полностью погруженный в мысли. Строки всяких идиотских и не совсем реалистичных идей бежали по каждой извилине мозга, опутывая его, аки сфера Дайсона опутывает звезду, дабы извлечь из неё вкусную, сочную энергию. Всё пока одна особо наглая строка не вгрызлась в серое вещество, прорывая тоннели, добираясь до префронтальной коры, пропуская через Жорино тело заряд электричества, заставивший его дернуться и выйти из оцепенения. Мысль эта была настолько прекрасная, что Жора аж подпрыгнул с места, встав посреди забитого антиквариатом пространства лавки. -АВТОРАЗБОРКА! Слово это, выкрикнутое в никуда, отразилось от стен, отдав Жоре в уши эхом. Солнечный свет резал пыль, висящую в воздухе и, судя по всему, чувствующую себя там вполне комфортно, ибо она стояла на месте и даже не планировала улетать, эта наглая пыль. Жора наконец выправился и поразмыслил, ибо такие важные, меняющие жизнь решения всегда должны взвешиваться, крайне долго обдумываться и подвергаться тщательному анализу. Впрочем, для Жоры такие формулировки были закрыты, поэтому всё подпадало под одну фразу: «пораскинуть мозгами надо минутку, ёпты.» Что нужно для авторазборки, и, в целом, бизнеса по вероломному раздербаниванию и ремонту автомобилей? Ну, естественно, инструменты. Болгарка, сварочный аппарат, отвертки, ключи, трещотки, головки и прочие крайне занимательные и интересные финтифлюшки. Только вот, мой дорогой читатель, за всё хорошее надо платить, если ты, конечно, не вор. А, выражаясь культурно, Жора и так доедал последний пенис без соли и в целом каких-либо приправ. Так что, покупать на последние деньги инструменты, было, конечно же, не вариантом, ведь так? И вот, старенький грязно-бежевый Yugo, визжа шинами, закатился на парковку строймагазина на Нахимовской, на прекрасной улице Нахимовской, с плотной застройкой и выходом к морю. Красота сей замечательной улицы омрачалась лишь тем самым жилым зданием, где и находился строймагазин. Это омерзительное, ужасное здание, отделанное поганым красным кирпичом, с этой отвратительной бежевой крышей. Здание это было как прыщ на коленке восхитительной улицы Нахимовской. Жора, сияя от счастья, вышел из авто, хлопнув дверью. Погода была прекрасной. Солнце ярко сияло, освещая ржавые пятна на Жорином седане и прибавляя ещё большего сияния Жориному лицу. Ах, Жорин Yugo. Этот старый маленький автомобильчик, чудо Югославской промышленности. Машинка и так дышала на ладан, а расстроилась совсем после того, как Жора начал возить на ней новый хлам в антикварную лавку, ибо тот самый Готтман, имя которого эта самая лавка и носит, будучи человеком, деньги на ветер попусту (да и по весомой причине) не бросающим, не захотел платить грузчикам и шофёрам. Но вернёмся же к делу, читатель. Парень толкнул стеклянную, пыльную и грязноватую дверь в магазин, и его приятно обдало прохладным воздухом из кондиционера, висевшего прямо над входом. Воздух этот после уличного зноя казался райским дуновением, ниспосланным на Жору самим Богом. Поизучав ассортимент на полках магазинчика и, в сущности, ничего не поняв, ибо был Жора в делах авторазбора человеком не смыслящим, он подошел к прилавку. Коренастый мужчина средних лет с добрыми глазами и бородкой, что стоял за кассой, с нескрываемым интересом оглядел парня в спортивном костюме, взъерошенного, с грязными кедами и улыбкой от уха до уха. -Добрый! Чем могу помочь? -И вам здравствуйте! Можно… это, ща… Жора извлек из кармана белых спортивок мятый листок, развернул его и начал вслух зачитывать продавцу длиннющий список оборудования и инструментов. Тот лишь одобрительно кивал и хмыкал, явно понимая, какие деньги к нему сейчас прилетят. Спустя десять-пятнадцать минут, Жора закончил раскладывать по коробкам великое множество инструментов и, будучи уже не таким счастливым, положил коробки друг на друга, поднял всё это дело и медленно поплёлся к выходу. Ногой открыв эту самую пыльную стеклянную дверь и благополучно уронив коробку с гайковёртом, Жора пошел к машине. После лёгкого поворота ключа, с громким скрипом, дверца багажника отворилась, и выявилась ещё одна проблема. Оказалось, что по какой-то неведомой причине, в маленьком багажничке места на все инструменты не хватило бы физически. Поэтому, с матами и проклятьями, Жора, дабы разрешить возникшую неприятную ситуацию, затолкал добрую половину коробок на заднее сиденье. Сев в машину и провернув ключ в замке зажигания, Жора воткнул первую. С не совсем приятным уху стуком двигателя и просвистом истончавшего ремня генератора, заметно просевшая машина с горем пополам завелась. Жора нажал газ, вывернул заключенный в деревянный чехол руль, и машинка покатила в сторону микрорайона Нарзайского. На этом глава заканчивается, но не грусти, читатель, ибо Жорины приключения, или, скорее, злоключения, ещё далеки от завершения, и встретимся мы с тобой ещё в следующей главе.