Глава 9

Наруто, как и его напарники, покидал Коноху впервые. Точнее, за ворота, разумеется, они все выходили, но не шли никогда дальше пахотных земель. Вся их жизнь кипела и существовала в одной лишь деревне, поэтому команда номер семь осматривала абсолютно все, попутно выискивая врагов. Те, как ни странно, под каждой тенью и камнем не прятались, но юных шиноби это не останавливало, как и не уменьшало энтузиазм. К вящему сожалению капитана их команды, который надеялся, что идти сегодня никуда не нужно. Только вот жизнь снова и снова заставляла гениального шиноби вставать и работать во благо Конохи, иначе тот обязательно пустил бы в доме корни, вылезая лишь изредка. Учитывая, что сам Какаши был невероятно обеспечен на всю жизнь сотнями миссий высшего ранга, выполненных по молодости, то ситуация огорчала его еще больше. Но миссия была со странностями, и Какаши мог понять, почему именно его отправили, ведь, исключая команду номер 8 под руководством Хизаши Хьюга, седьмая лучше всех подходила для этой задачи из свободных. Точнее, сам Хатаке, с его призывом и опытом самых разных миссий. И это его печалило. Будь миссия стандартной, по отлову банды или сопровождению каравана, то Копирующий Ниндзя попросту сбросил бы всю миссию на подопечных. Но чутье на неприятности у Хатаке работало не хуже, чем обычное, поэтому он понимал — не получится отойти в сторону. Не в этот раз. Поэтому, когда отряд дошел до границ деревни Мансу, дальше они шли молча и соблюдая предосторожности, как учили в академии. Пока без использования скрывающих техник, но, едва Какаши почует неладное, он даст команду прятаться, используя лучшие средства маскировки. Этому юных шиноби учили в академии и этому на редких общих тренировках обучал сам Хатаке, понимая, что безвылазно сидеть в деревне до конца опеки им не дадут. Да и свой интерес в обучении подопечных он имел, пусть и с заделом на будущее. При ближайшем рассмотрении деревня ничем не выделялась среди прочих, разве что имела спорное расположение — ближе к границе со Страной Ветра. Что заставляло относиться к ней с опаской. Именно такие места по всему миру являлись точкой входа для вражеских шпионов и нукенинов. Но Какаши, осмотрев всех жителей шаринганом, не смог выявить среди них кого-то уровня хотя бы генина. Шаринган, конечно, мог ошибаться, но пока приходилось на него опираться. — Так, малыши. Сейчас мы парадно войдем в Мансу, так что можете чуток расслабиться, но даже если и так, не теряйте бдительности. Вспомните, что вам рассказывали о работе на границах Страны Огня и сопредельных стран. Думайте, как бы вы действовали сами, будучи шпионом врага. В таких местах смерть к шиноби приходит незаметно, даже расследовать смысла нет — все равно ничего не найдешь. Запомнили? — Какаши дождался стройного кивка и серьезных мосек. — Тогда вперед. Подавая пример, Какаши громко спрыгнул с дерева. Шиноби без особых причин старались не показывать своих навыков в деревнях. Считалось дурным тоном подкрадываться к людям, если того не требовала миссия. Исключением были разве что АНБУ и АНБУ НЕ, у которых карт-бланш на любые действия. Поэтому еще до подхода к Мансу о шиноби уже знали, и по пути к дому местного управленца команда номер семь ловила неуютные взгляды. В академии им говорили о том, что простые люди не жалуют шиноби. Не везде и не всегда, но чем более глухим является место, тем выше шанс встретить неприятную ситуацию. Для обычного человека встреча с шиноби уровня генина всегда лотерея, и жизнь его зависит от настроения ниндзя. Что если он зол и ищет, куда бы злобу выплеснуть? Или пьян? Или попросту крышей поехал? Или именно сегодня этот шиноби перечеркнет протектор своей деревни и начнет творить бесчинства? Вариантов, увы, еще много. Обладая абсолютным превосходством над простыми людьми, многие шиноби начинают относиться к ним пренебрежительно. Ведь чего стоит мнение тех, кого даже генин может убивать сотнями? А имея ум и сноровку, генин может выступить против целого города простых людей. И это только генин. Джоунин для простых людей — неукротимое бедствие. Поэтому неудивительным было, что дети и женщины спрятались в домах. И пусть генины были готовы к подобному отношению, но им все равно было неприятно. — Какаши-сенсей. А это всегда происходит вот так? Вопрос задала Сакура, что за пределами деревни вела себя куда более зрело и собранно. Все-таки куноичи не была глупой и понимала, когда она может позволить себе показывать характер, а когда это чревато риском жизни. Как собственной, так и членов команды. Сейчас она практически впервые за все долгое путешествие через Страну Огня задала вопрос не по делу. — Увы, Сакура-чан. — Какаши ленивым взглядом оглядел суровые лица жителей деревни, в основном мужчин, что были готовы в случае беды продать свою жизнь подороже, давая убежать женщинам и детям. — Ты всю жизнь росла в деревне шиноби и сама являешься потомственной куноичи, пусть и в первом поколении. Для тебя подобное уместить в голове сложно, понимаю. Но для простых людей в глубинках и окраинах мы все равно что биджу. Стихийное бедствие, с которым невозможно бороться, лишь бежать и молиться. — Но, сенсей, Коноха ведь так не поступает ни с кем! И в случае беды разве не нас просят о помощи? Мы ведь всегда защищаем, когда нас просят! — Мм-а. Скорее уж работаем, когда нам платят. Шиноби Какурезато не солдаты, не подданные Хи-но-Куни. Что из этого следует? — Что мы не подчиняемся народу, который платит налоги, — ответить решил Саске, который с детства получил от отца, брата и других членов клана немало мудрых наставлений. — Мы приходим только тогда, когда у людей есть деньги. Наемники, пусть и с особым тарифом внутри страны. За пределами страны наши услуги дороже. И так у всех Какурезато, что великих, что крошечных. — Саске прав. Мы не армия дайме, которые действительно являются защитниками этой страны. — Доброго дня, Мацуро-сан. Мы пришли выполнить ваш заказ. Какаши поздоровался первым, остановившись перед крепким, довольно молодо выглядящим мужчиной суровой внешности. Он был высок, даже немного выше Какаши, при этом шире в плечах. Поэтому нависал над джоунином, пусть тот даже не обратил на это внимания. Следом запоздало поздоровались и младшие из команды семь. — Доброго в нем мало, джоунин-сан. — Староста взглядом окинул разномастную троицу в достаточно ярких одеждах. — Дело, конечно, ваше, но зря вы притащили сюда детей. Дело, похоже, окажется паршивее, чем нам казалось. — Миссия все же повысит ранг? — Возможно, тут уж вам решать, джоунин-сан. — Мужчина пожал плечами. — Мне платить сверх оговоренного желания совсем нет, уж поверьте. Но недавно случилось нечто плохое. — Плохое? — Появилась первая жертва среди людей. — Староста указал пальцем на дом позади него. — Пройдемте, пожалуйста, в дом, не стоит давать людям лишнюю пищу для сплетен, да и вы отдохнете с дороги. — Как скажете, Мацуро-сан. Наруто, Саске, Сакура — выстройтесь вокруг дома и никого не подпускайте близко. — Хай! Какаши вошел в дом со слегка покосившейся от невзгод крышей и уловил ноздрями легкий неприятный запах. Такой запах сформировывается, когда чуждые тебе люди едят чуждую еду и готовят ее из года в год. Попросту непривычка, ничего плохого, но Какаши не любил посещать такие дома. В доме Мацуро был не один — молодая девушка с пересекающим все ее лицо наискосок шрамом, закончив раскладывать блюда на столе, спешно удалилась. Их явно ждали. — Умер шиноби, чуунин, похоже. Точнее, я лишь предполагаю его смерть. — Чуунин Конохи? — Верно, иных у нас тут не водится, что бы вы там ни думали о пограничных деревнях. — Как это случилось? — Он возвращался с миссии, без подробностей, но решил переждать ночь в деревне. — Мацуро с неохотой начал жевать похлебку, не обращая внимания на то, что еду его гости-шиноби игнорируют. — Знаю, у вас принято избегать всего, помимо крупных городов, но, похоже, парень просто устал спать под ночным небом. А там слово за слово, и он решил сам проверить, что именно у нас за проблема. Решил и пропал. — Вы сами его уговорили, верно? На какое-то время в комнате воцарилось молчание, прерываемое лишь подъемом ложки. Миссия была странной, поэтому в этот раз элитный джоунин планировал действовать максимально осторожно, словно возвращаясь во времена, когда служил в АНБУ. Не самые лучшие времена и воспоминания. — Чего скрывать? Да, я попросил его о помощи. Даже с выплатой неустойки это оказалось бы дешевле. А мы, как видите по обстановке в деревне, от изобилия не страдаем. — Не скажу, что не осуждаю вас, Мацуро-сан. — Какаши задумавшись постукивал пальцем по столу. — Доверия к вам нет и не будет, но Коноха всегда выполняет взятые на себя обязательства, поэтому миссией мы займемся. Просто скажите, куда идти, и мы начнем. Сами. Ни вас, ни кого-либо из вашей деревни видеть не желаю и каждого, кто к нам подойдет, буду воспринимать как врага. Надеюсь, вам все понятно? — Понятно, куда уж честнее. — Староста вздохнул, собираясь с мыслями. — Но согласитесь, будь я вам врагом или утаивай чего, не стал бы говорить о залетном шиноби. — Не соглашусь, Мацуро-сан. Просто встреть я тело этого шиноби сам, то у вас были бы большие неприятности. Вы просто печетесь о своей шкуре, ничего более. Староста на это промолчал, и лишь сейчас Какаши отметил: мужчина ни разу не посмотрел ему в глаза. О чем это говорило? Этого Хатаке еще не знал, но вряд ли причина была хорошей.

***

— Какаши-сенсей. Наруто заговорил лишь после того, как команда значительно отдалилась от Мансу. Учитель выглядел встревоженным, и одного этого было достаточно, чтобы осторожничала и нервничала вся команда. Поэтому Намикадзе старался действовать исходя из инструкций и опыта обучения в академии. Но любопытство все равно грызло парня достаточно, чтобы не ожидать, пока их учитель сам решит поделиться важными данными. Наруто неплохо знал Какаши, чтобы понимать — он будет юлить до талого. Конечно, не сыграет генинами втемную, но все же и не скажет всего, попросту из нежелания что-либо объяснять. — Знаю, что вы ничего не понимаете. Это нормально, хоть и печально для первой же миссии вне деревни. — Тогда, может, наконец расскажете? Уверен, вы уже все поняли. Саске с Сакурой машинально кивнули, мол, действительно. Глядя на них, Какаши мог лишь вздохнуть. — Деревня Мансу находится под чьим-то контролем. Полностью. Не знаю пока какой он, этот контроль, но это лишь догадки. Гендзютсу это или некий кукловод, а может, еще что страшнее, но именно к этому выводу я пришел. А уж правда ли это — узнаем совсем скоро, ведь мы движемся в ловушку. — И вы это говорите только сейчас?! Выкрикнула это Сакура экспрессивно, но тихо — громким шепотом, показывая, что она хоть и недовольна, но не дура, чтобы кричать на весь лес. — Мм-а. Я, как капитан, и не должен вам разжевывать. Надеялся, что вы и сами поймете, что к чему. — Это у вас опыт более тысячи миссий за пределами Конохи, а мы впервые тут. — Саске пожал плечами, показывая осведомленность о послужном списке учителя, выторгованную у брата. — Странно было ожидать от нас чего-то особенного. — Вы будущее нашей деревни, так что ожидания высокие, и не только у меня. И тебя это тоже касается, Сакура-чан. На это возмущенная девушка лишь порозовела. Хоть она и не сознавалась никому, даже себе, но находиться в команде со столь талантливыми шиноби, имеющими со старта только лучшее, было сложно. Сама-то она попросту прилежная куноичи с ювелирным контролем. Это, конечно, выделяет ее на фоне прочих, но не делает короче ту пропасть, что разделяет ее и парней. Оттого похвала учителя, пусть и немного, но обрадовала девушку. Кому не приятно было бы узнать, что деревня в нем нуждается? Для безклановой куноичи такие слова многое значат, тогда как условные Саске с Наруто принимают подобное как должное, с детства зная, что они действительно та самая смена. В том, что они дорастут как минимум до элитных джоунинов, парни не сомневаются вовсе. — Но если возвращаться к делу… Честно, понятия не имею, что нас ждет. Игры АНБУ Сунагакуре? Происки нукенинов? Какой-нибудь одичавший чакра-зверь? Вариантов масса, но суть в том, что в деревне сначала были уничтожены все посевы, а после и скот вымер. С виду обычная диверсия в условиях войны, но в этом-то и проблема. Сейчас никто не воюет. Люди не пропадали, за исключением случайного чуунина Конохи. — Чуунин? Разве это не становится миссией В ранга? Сакура, будучи более подкованной в академических знаниях среди всей троицы генинов, отреагировала первой. И отреагировала верно. — Верно. Раз не справился полноценный чуунин, нам придется поднять оплату. Но оплата меня, честно говоря, волнует в последнюю очередь. Не люблю, когда не понимаю. С этими словами Какаши сложил длинную серию печатей и опустил ладонь на землю. Из дыма показалось девять разных собак в странных одежках. Саске с Наруто не удивились, оба были знакомы с Какаши давно и о призыве знали и даже видели, а вот Сакура смотрела на них с восхищением. До этого момента о призывах девушка лишь слышала и читала, но теперь имела возможность понаблюдать воочию. — Ух ты, Какаши-сенсей! А они говорящие? — Мы говорим получше тебя, мелочь. Ответил девушке самый мелкий из призванных псов с самой унылой мордой. Протектор Конохи смотрелся на нем потешно. После ответа энтузиазм Сакуры резко упал, сменившись разочарованием. — Ты чего хамишь, колбаса на ножках? — Я настолько соблазнителен для тебя, что ты хочешь меня съесть? Знай, милочка, я не по людским особям. — Да ты в край охамел, псина! Я тебя пущу на корм! — Ну-ну, успокойтесь. Паккун, хватит издеваться над ребенком. Сакура, разозлившись, быстро забыла, где находится, и закричала, пусть и далеко не во весь голос. — Я не ребенок! — Пф. Даже чуток повеселиться не дал, скучный же ты тип. — Поэтому я живой. Лучше давай приступим к работе. — Пф. И чего нужно? — В километрах двух к западу есть место преступления. Я предполагаю, что там ловушка. — Я тебе не Хьюга, чтобы такое понимать. Всего лишь пес. — Вот и помоги чем сможешь. Отдарюсь как обычно. Паккун смерил контрактора хмурым, как и, собственно, большую часть жизни, взглядом. Но продлилось это недолго. — Твоя взяла, Какаши. Но особо ни на что не рассчитывай. Говорю же, я в таких вещах не спец. — И все же это будет лучше, чем ничего. Кивнув, Паккун отдал команду, и вся свора разбежалась по лесу в разные стороны. Они владели чакрой и даже могли дать отпор кому-то уровня генина или чуунина, как и сбежать в свой мир. Так что за призванных зверей Какаши не переживал совершенно. — Ну а теперь за мной и чтобы ни шума. Можете представить, что мы сейчас штурмуем дворец Райкаге, настолько незаметными нужно стараться быть. Уяснили? — Какаши дождался в ответ серьезных кивков. — Тогда вперед. Привычно Какаши начал путь по верхним путям. Несмотря на очевидность передвижения, все равно передвижение по деревьям-гигантам оставалось самым быстрым и скрытным, что смогли придумать шиноби. Было множество попыток найти иные пути, будь то просто подход или создание транспортных средств, но пока ничего лучше крепких ног у шиноби не прижилось. Попросту из-за повышенной скорости, выносливости и широкой мобильности. Транспорт ограничивал, хотя во время защиты торговых караванов или морских путешествий шиноби на него полагались. За учителем генины шли шаг в шаг, растянувшись в линию. Сам Какаши мастерски владел шаринганом и имел высокий опыт, поэтому попасть в ловушку по его следам было практически невозможно. Хоть это и растягивало слегка их отряд. Саске шел следом за Какаши, а Намикадзе замыкал. В таком построении самый слабый член отряда был под приглядом сразу двух генинов, при этом не попадая под риск быть атакованным, как Саске. Подобное построение изучалось в академии, ведь медик — одна из самых лакомых целей для атаки неизвестного противника. По крайней мере, таким опытом делилась Сенджу Тсунаде на обязательных курсах ирьениндзютсу. И именно благодаря этому Намикадзе не пропустил первый удар. Неясная тень на чудовищной скорости неслась к Сакуре, так что времени для размышлений не было. Парень просто вырвался вперед, усиливая ноги чакрой для ускорения, и закрыл собой сокомандницу. — Наруто! Вопль девушки эхом разнесся по лесу, привлекая внимание всей команды.