Часть 7. Эхо из адской бездны

В это же самое время Сэм Винчестер стоял между узкими рядами стеллажей в самом конце продуктового магазина. Гул старых холодильников с газировкой немного успокаивал, помогая отвлечься от гнетущего чувства, что с этим городком что-то сильно не так. Сэм потянулся к верхней полке, чтобы взять пару пачек печенья, как вдруг гудение компрессора резко оборвалось. Наступила абсолютная, вакуумная тишина. Такая глубокая, что Сэм услышал оглушительный стук собственного сердца. Лампы над головой испустили жалобный треск, мигнули и погасли, погружая магазин во тьму. Но спустя секунду пространство залил другой свет – тусклый, мертвенно-пепельный, сочащийся словно ниоткуда. Сэм резко обернулся, его рука потянулась к пистолету за поясом. Пластиковые упаковки с чипсами на полках прямо на глазах начали портиться, чернеть и осыпаться прахом. Белые металлические стеллажи повело в стороны, их контуры деформировались, покрываясь толстым слоем многолетней ржавчины. Они удлинялись, срастаясь друг с другом, пока не превратились в массивные, грубо выкованные железные прутья решётки. Потолок ушёл куда-то высоко вверх, теряясь в непроглядной чёрной бездне, а под ногами вместо дешёвого линолеума оказался ледяной, сочащийся влагой камень. Сэм судорожно глотнул воздух, но лёгкие обожгло невыносимым, знакомым до боли огнём. Воздух пах озоном, палёной плотью и вечным, безысходным отчаянием. — Нет... – выдохнул Сэм, чувствуя, как внутри всё обрушилось. — Нет, нет, нет. Этого не может быть! Он лихорадочно выставил вперёд левую руку и до боли, до хруста в суставах вдавил большой палец в старый шрам на ладони. Этот шрам – его главный, выстраданный якорь, единственный способ удержаться на плаву, который месяцами спасал его от беспросветного безумия, когда Люцифер изо дня в день, часами изводил и мучал его сознание, не давая ни секунды передышки. Тогда эта рваная рана была его единичной ниточкой к реальности. Ладонь пронзила тупая физическая боль, но ржавые прутья клетки не исчезли. Каменные стены не растаяли. Кошмар и не думал прекращаться. — Что, Сэмми, старый фокус больше не работает? – раздался из темноты вкрадчивый, мягкий голос, от которого у Винчестера подкосились колени. Серый туман за прутьями зашевелился, лениво свиваясь в человеческую фигуру. Секунда и перед Винчестером соткался знакомый до дрожи силуэт. Тот самый помятый серый пиджак, пугающе живой, гипнотизирующий взгляд и ледяная полуухмылка, от которой кровь стыла в жилах. Люцифер двинулся вперёд, неторопливо покачиваясь с пятки на носок, будто пришёл в гости к старому другу. — Да брось ты мучить эту несчастную руку. Серьёзно, до сих пор давишь на шрам? –Архангел подошёл вплотную к прутьям, наклоняя голову набок. Его глаза на миг вспыхнули потусторонним светом. — Я знаю, о чём ты думаешь. Ты думаешь: «Этого не может быть, Кастиил ведь забрал моё безумие себе!». О, твой верный пернатый дружок действительно совершил благородный поступок. Он забрал твои воспоминания, Сэмми. Выгреб из твоей черепушки картинки, вылечив следствие... но причину-то вы не стёрли. Из клетки нельзя просто так взять и уйти. Я выжег своё имя на твоей душе. И как видишь, я всё равно тебя достал. Люцифер весело рассмеялся, делая шаг сквозь прутья клетки, словно их и не было. Он двинулся прямо на Сэма, раскинув руки для объятий. — Ты никогда не покидал эту комнату, Сэмми. Всё, что было после – твоя работа, твои охоты, отважный братец – просто долгий, затянувшийся сон твоего умирающего разума. Ты мой. Ты всегда был моим. — Убирайся из моей головы! – Сэм зажмурился, чувствуя, как по щеке катится крупная капля холодного пота. Безумие затапливало мозг, выжигая способность мыслить логически. Он снова до боли сжал левую руку в кулак, упрямо игнорируя бесполезную рану. А пальцы правой руки вцепились в рукоять пистолета, но оружие против дьявола было детской игрушкой. Направлять ствол на архангела не имело смысла. Люцифер остановился в шаге от него, с притворной жалостью разглядывая его дрожащую фигуру, а затем понимающе кивнул на зажатый в руке Сэма ствол. — Знаешь... есть один способ прекратить всё это, – ласково шепнул он, наклоняясь к самому уху Винчестера. Его горячее дыхание обожгло кожу. — Один-единственный способ навсегда оборвать этот хор в твоей голове и наконец-то избавиться от меня. Всего один выстрел, Сэмми. Приставь пушку к виску. Сделай это и наступит тишина. Настоящая, благословенная. — Нет... – из последних сил выдавил Сэм, пытаясь отгородиться от этого сладкого, липкого голоса. — Ну, как знаешь, – Люцифер равнодушно пожал плечами и отступил на шаг, а его лицо исказила жуткая, хищная гримаса. — Тогда эти муки продлятся вечно. Я буду сдирать с тебя кожу слой за слоем, день за днём, век за веком, мучить твоё тело и сознание. Ты будешь гореть и умолять о пощаде, а твой крик никто никогда не услышит. Твой ад никогда не закончится. Разум Винчестера окончательно сдался под этим безумным натиском. Чудовищное, парализующее отчаяние затопило сознание. Не помня себя от ужаса перед бесконечной пыткой, он медленно, словно чужой волей, поднял правую руку. Тяжёлое дуло пистолета упёрлось ровно в правый висок. Палец лёг на спусковой крючок. Раздался отчётливый щелчок взводимого курка.  Но дожать спуск Сэм не успел – адскую тишину в клочья разнёс чудовищный грохот. С оглушительным металлическим скрежетом огромный стеллаж, стоявший прямо перед Винчестером, на полной скорости повалился набок, сбивая соседние полки. Сотни жестяных банок, пластиковых упаковок и бутылок лавиной рухнули на пол, с шумом и звоном покатившись по линолеуму. Этот колоссальный громкий звук сработал как спасительный разряд тока. Иллюзия ржавой клетки с хрустом лопнула, а силуэт Люцифера мгновенно растворился в воздухе, словно его и не было. Сэм испуганно вздрогнул, его глаза расширились, возвращая осмысленный взгляд. Прямо перед ним, тяжело дыша и отдуваясь от только что толкнутого стеллажа, стоял Дин. За его спиной, намертво перекрывая проходы, замерли Крис, Бобби, Кастиэль и бледная Эллисон. Дин в один прыжок он оказался рядом с братом, хлёстким движением выбивая пистолет из его руки и намертво вцепляясь пальцами в его запястье, сильно сжимая. — Сэмми! Это я!! – заорал он, возвращая брата к реальности. Сэм судорожно глотнул воздух, чувствуя, как реальное, грубое тепло руки Дина окончательно вымывает остатки адского дурмана из его головы. Колени у него подкосились, но Дин упрямо удержал его на ногах. Из-за кассы, испуганно вжимаясь в пол и прикрывая голову руками, робко высунулись несколько случайных покупателей и побелевший от страха парень-продавец. Они ошарашенно, с диким ужасом смотрели на влетевшую в маркет толпу вооружённых людей, устроивших погром. Дин, не выпуская куртку Сэма одной рукой, резко развернулся к ним. Свободной левой рукой он стремительно залез во внутренний карман куртки, выхватил поддельное удостоверение и хлёстко раскрыл его перед ошеломлёнными свидетелями, уверенно перекрывая гул в помещении своим голосом: — Всем оставаться на местах! Федеральная полиция! Проводится экстренное задержание, ситуация под контролем! Всем сохранять спокойствие! Продавец за кассой испуганно закивал, не смея даже пикнуть, а случайные покупатели послушно вжали головы в плечи, застыв на месте. Никто из них и не думал спорить с тяжело вооружённой группой «агентов». Дин убрал значок обратно во внутренний карман куртки и снова перевёл всё внимание на брата. Сэм всё ещё крупно дрожал, а взгляд никак не мог сфокусироваться на пачках с чипсами и разбросанных консервах. — Так, уходим отсюда, – скомандовал Дин, кивая Бобби и Крису. Сингер тут же подбежал ближе, пряча своё оружие и хватая Сэма под правую руку, в то время как Дин крепко держал левую. Сэм всё ещё дышал тяжело и прерывисто, переставляя ноги чисто на автоматах, пока старший брат и Бобби практически волокли его на себе через заваленный продуктами проход. Крис шёл следом, на ходу придерживая Эллисон за плечо, готовый в любой момент прикрыть тыл, а Кастиэль замыкал шествие, бросая настороженные взгляды по сторонам. Они быстро миновали кассовую зону и испуганного продавца. Дин плечом толкнул стеклянную входную дверь и вся группа быстрым, рваным шагом вышла наружу, покидая разгромленный мини-маркет и растворяясь в липком, холодном калифорнийском тумане парковки.