Мираж ( Часть 65 )

«Любить — значит видеть чужие шрамы и всё равно прикасаться к ним с нежностью». Юг — Земли Солнца и Пепла. Где-то в бескрайней пустыне. Рейгар Велкарис. Я очнулся от того, что меня чем-то поили. Жидкость была тёплой, густой и имела резкий металлический привкус. Я попытался отвернуть голову, но чья-то рука крепко удержала меня за затылок. — Глотайте, Ваше Величество, — послышался незнакомый голос. — Иначе лорд Сайлас лично вернётся и заставит вас это сделать. Я сглотнул. Горло обожгло. Тепло медленно разлилось по груди, смешиваясь с болью, пульсировавшей в каждой кости. Я провёл ладонью по губам и увидел на пальцах кровь. Кровь Сайласа. Именно она вытащила меня из тьмы. Я полностью открыл глаза. Солнце тут же ударило в лицо, заставив прищуриться. Надо мной склонились восемь человек — точнее, восемь драконов в человеческом облике. Самые быстрые воины Севера. Те, кого Сайлас привёл с собой воздушными путями, пока я разрывал пространство и едва не оставил половину собственной силы между двумя краями мира. Одного из них я узнал сразу. — Ваше Величество. — Рон наклонился ближе. — Как вы себя чувствуете? Он был слишком молод, чтобы смотреть настолько серьёзно. Рыжие волосы прилипли ко лбу от пота, нос и щёки покрывали веснушки. Его внешность совершенно не подходила Северу. Не знай я его лично, решил бы, что передо мной житель Юга, случайно одетый в чёрные доспехи. Несколько лет назад Сайлас вытащил его из-под обломков сторожевой башни после нападения сумракрылов. С тех пор Рон служил ему с такой преданностью, словно должен был вернуть не одну жизнь, а целый десяток. — Паршиво, если говорить откровенно, — ответил я. Даже говорить было тяжело. Каждое слово отзывалось болью под рёбрами. — Спасибо, Рон. — Я снова посмотрел на кровь на пальцах. Он коротко кивнул. Остальные семеро воинов одновременно склонили головы. Чёрные доспехи выглядели почти неестественно среди светлого песка и нестерпимо яркого солнца. Словно осколки северной ночи упали посреди пустыни. Я попытался сесть. Мир тут же качнулся. Рон подхватил меня за плечо, другой дракон поддержал со спины. Перед глазами поплыли тёмные пятна, но я заставил себя не закрывать глаз. — Медленнее, Ваше Величество, — сказал Рон. — Где Марисель? Это было единственное, что имело значение. — Лорд Сайлас забрал её к замку. — Она жива? — Жива, — быстро ответил он. — Была в сознании, когда они улетали. — Ребёнок? — Не знаю, Ваше Величество. Сайлас приказал передать лишь то, что сердцебиение ощущалось. Я медленно выдохнул. Рон протянул мне руку. Я принял её и поднялся, скрывая, как сильно задрожали ноги. В боку вспыхнула боль, словно костяное лезвие Кассиана всё ещё оставалось внутри. Рана от ночного серебра горела возле плеча, а под кожей медленно расползался холод. Кровь Сайласа приглушила яд. Скорее всего, не уничтожила его полностью, но теперь у меня хотя бы было больше времени. — Вы не сможете лететь, — сказал один из воинов. — Я знаю. Даже смена облика сейчас могла разорвать меня изнутри. После Разлома, ночного серебра и битвы с Кассианом во мне почти ничего не осталось. — Мы нашли лошадей возле заброшенного сторожевого лагеря, — объяснил Рон. — До города несколько миль. Доберёмся быстрее, чем пешком. Неподалёку ждали девять лошадей. Животные нервно били копытами и фыркали, чувствуя запах драконьей крови. Моим конём оказался крупный тёмный жеребец, но даже он отступил, когда я приблизился. — Спокойно. — Я положил ладонь ему на шею. Животное вздрогнуло, но позволило мне взяться за седло. Взобраться на коня оказалось труднее, чем победить Кассиана. Когда я подтянулся, рана под рёбрами раскрылась. Горячая кровь потекла по боку, пропитывая остатки одежды. Я стиснул зубы и выпрямился в седле, не показывая, насколько сильно болело. Воины тоже сели на коней. Двое выехали вперёд, остальные распределились вокруг меня. Мы направились к городу. Золотые башни на горизонте казались близкими, но пустыня искажала расстояние. Они дрожали в горячем мареве, то приближаясь, то снова удаляясь. Солнце стояло высоко, и тень всадника почти полностью исчезала под копытами лошади. Я попытался дотянуться до своей магии. До привычного жара под грудью. До дракона, который всегда жил в костях и крови. Не нашёл ничего. Абсолютно ничего. Пустота. Магия молчала так, будто никогда не существовала. Я не чувствовал огня. Не мог изменить облик. Даже связь с Марисель исчезла. — Рон, — позвал я. — Ваше Величество? — Он сразу приблизил коня. — Сколько стражи Кассиана в замке? — Часть разбежалась после его смерти. Остальные заперлись внутри. — Сколько? — Мы не знаем точно. Прекрасно. Несколько драконов, раненый король без магии, Сайлас, измученная беременная женщина — и замок, полный людей, которые ещё не решили, считать ли смерть Кассиана поражением, переворотом или началом войны. — Город знает, что он мёртв? — Слухи уже разошлись, — ответил Рон. — Люди видели золотую вспышку в пустыне. Некоторые утверждают, что солнечный дракон пал. Другие верят, что он вернётся. Кассиан больше не представлял угрозы. В отличие от всего, что осталось после него. Правитель Юга не мог исчезнуть без последствий. У него были советники, военачальники, родственники, сторонники. Те, кто верил в него. Те, кто боялся. И те, кто давно ждал возможности захватить корону. К вечеру в городе начнётся борьба за власть. Если она уже не началась. — Кто командует внутренней стражей? — Спросил я. — Генерал Авернас. Имя было знакомым. — Он был предан Кассиану? — Короне, насколько нам известно. Я посмотрел на город. Над западными стенами поднимался тонкий столб дыма. На одной из башен развевался золотой флаг Юга. — Наша задача — не захватывать замок, — сказал я. — Что тогда? — Рон повернул голову. — Показать Югу правду… — А корона? — Пусть грызутся за неё сами. У меня не было сил вести ещё одну битву. Не сегодня. Север нуждался во мне живом, даже если я едва держался в седле. Марисель нуждалась в целителе. Наш сын — в безопасности. Месть могла подождать. Хотя дракон внутри меня, где бы он сейчас ни скрывался, был бы со мной не согласен. — Ваша магия… — Рон не сводил с меня глаз. Я резко посмотрел на него. — Вы её не чувствуете, — тихо сказал он. — Я вижу. Я не ответил. — Лорд Сайлас предупреждал, что Разлом может опустошить вас, — продолжил он. — Не говори об этом остальным. — Они и так поймут, если вы не сможете обратиться. — Тогда пусть думают, что я берегу силы. — Ваше Величество… — Рон сжал губы. — Это приказ. Он кивнул и молча отъехал немного вперёд. Конь подо мной беспокойно дёрнул ушами. Мы поднялись на вершину дюны. Теперь город был виден полностью.Высокие светлые стены окружали десятки куполов, башен и плоских крыш. Солнечный свет отражался от золотых шпилей так ярко, что болели глаза. Возле западных ворот лежали тела. На стенах стояли вооружённые люди, но я не мог понять, кому они подчинялись. Далеко внутри города возвышался замок Кассиана. — Меч. — Я выпрямился в седле, игнорируя боль. Рон снял с пояса короткий клинок и молча протянул мне. — Ваше Величество, вам нельзя сражаться, — сказал один из стражников, имени которого я не знал. Я проигнорировал его, проверил лезвие и сжал рукоять в ладони. Магии не осталось. Дракон молчал. Но я всё ещё был королём Севера. И этого должно было хватить. Марисель. Полёт через пустыню казался одновременно бесконечным и слишком коротким. Сайлас поднялся невысоко, очевидно, стараясь не привлекать внимания тех, кто мог наблюдать с городских башен. Его длинные узкие крылья рассекали горячий воздух тяжёлыми ровными взмахами. Под нами тянулись золотые дюны, похожие на застывшие волны. Ветер срывал песок с их вершин и закручивал тонкими прозрачными лентами. Я прижималась к драконьей шее так крепко, как могла. Пальцы скользили по нагретой чешуе, силы покидали меня с каждой минутой. От жары кружилась голова, в горле всё пересохло, а боль внизу живота то слабела, то возвращалась тяжёлой волной. — Ещё немного, — прошептала я, не зная, говорила ли Сайласу, ребёнку или самой себе. Сайлас ответил глухим рычанием. Возможно, он понял. А возможно, просто был недоволен тем, что песок забивался между чешуйками и налипал на лапы. Город быстро приближался. То, что издалека казалось лишь золотым маревом, постепенно приобретало форму. Высокие светлые стены поднимались над пустыней, отбрасывая узкую полосу тени. За ними виднелись острые шпили, купола и башни, сиявшие под солнцем так ярко, что на них было больно смотреть. Сайлас резко наклонил крыло. У меня внутри всё провалилось. Я вцепилась в него ещё сильнее, закрыла глаза и почувствовала, как земля стремительно приближается. Через мгновение его лапы коснулись песка. Удар был мягче, чем я ожидала, но даже он отозвался болью в животе. Сайлас пробежал ещё несколько шагов, оставляя за собой глубокие следы, а затем остановился в тени городских стен. Я не сразу смогла слезть. Руки не разжимались. Пальцы словно приросли к его чешуе, а ноги перестали мне принадлежать. Сайлас нетерпеливо фыркнул. Из ноздрей вырвались клубы чёрного дыма. — Я знаю, — прошептала я. — Сейчас. Он поднял одну лапу и резко встряхнул ею. Песок разлетелся в стороны, но часть тут же снова налипла на когти. Даже в драконьем облике Сайлас умудрялся выглядеть оскорблённым. Он повернул ко мне огромную голову и фыркнул прямо в лицо. Горячий воздух растрепал мои волосы. — Я тоже не в восторге. Я медленно сползла с его спины. Как только ноги коснулись земли, колени подкосились. Я успела обхватить Сайласа за шею, прижавшись щекой к горячей тёмной чешуе. Он замер. Лишь тяжело дышал, раздувая бока после быстрого полёта. Чешуя под моей ладонью отливала серебром и синевой, хотя под южным солнцем эти холодные цвета казались почти неправильными. Осколок ночи посреди бесконечного золота. — Не уходи, — тихо попросила я. Я не знала, собирался ли он куда-то. Просто боялась отпустить. Боялась, что, как только останусь без опоры, упаду и больше не поднимусь. Боялась закрыть глаза. Боялась, что, когда снова их открою, мне скажут: Рейгар не вернулся. Сайлас опустил голову и легко коснулся мордой моего плеча. Я обняла его ещё крепче. — Он придёт, правда? Дракон издал низкий звук. Я не знала, сколько времени мы так простояли. Солнце медленно двигалось по небу, но тень от стены всё равно оставалась узкой. Камень за моей спиной отдавал накопленным за день жаром, песок обжигал босые ступни. Сайлас опустился на живот, позволяя мне опереться на его бок. Я села прямо на песок и прислонилась к нему спиной. Его крыло немного раскрылось, прикрывая меня от солнца. В этой тени стало легче дышать. Но лишь немного. Я положила ладони на живот. Я не чувствовала движений ребёнка. Возможно, он просто затих. Возможно, я была слишком измучена, чтобы что-то различить. От этой мысли стало страшнее, чем от всех арбалетов Кассиана. Я старалась не закрывать глаза. Считала удары сердца. Смотрела на далёкие дюны. Слушала тяжёлое дыхание Сайласа. Но темнота всё равно подкрадывалась. Сначала появлялась по краям зрения — мягкая и почти приятная. Затем накрывала всё вокруг, и я проваливалась куда-то, где не было ни жары, ни боли, ни страха. Каждый раз меня возвращало рычание Сайласа. Или его морда, грубо толкавшая меня в плечо. Кажется, я снова закрыла глаза. Не знаю, сколько прошло времени. Несколько минут. Полчаса. Вечность. Внезапно Сайлас резко поднял голову. Его тело напряглось под моей спиной. Крыло, прикрывавшее меня, раскрылось шире. Из горла вырвалось низкое предупреждающее рычание. Я попыталась поднять голову. Мир качнулся. Сначала я увидела только пустыню. Горячий воздух дрожал над песком, искажая очертания всего, что двигалось вдали. Потом заметила тёмные фигуры. Лошади. Всадники приближались к городским стенам, поднимая за собой длинное облако пыли. Их было несколько — чёрные доспехи резко выделялись на фоне светлой пустыни. Я моргнула. Фигуры не исчезли. Значит, это был не мираж. Сердце ударилось о рёбра. Я поднялась слишком резко. Земля тут же поплыла из-под ног, но я вцепилась в крыло Сайласа и заставила себя устоять. Всадники приближались. Я всматривалась в каждого, не дыша. Рейгар ехал в центре отряда на тёмном коне. Даже издалека я узнала его осанку, широкие плечи, тёмные волосы и то, как он держал голову — высоко, несмотря ни на что. Он был жив. Рейгар был жив. Ноги коснулись песка, но не удержали. Я сделала один шаг, второй — и упала на колени. Горячий песок обжёг кожу, но мне было всё равно. — Рейгар… — Голос почти не прозвучал. Кто сейчас ваш фаворит: Рейгар, Марисель, Сайлас, Астрид или кто-нибудь другой? И почему? Особенно интересно будет узнать, сколько людей выберет Сайласа)))