Часть 11

Рабочая неделя началась с неожиданных новостей. В среду Бруствер уезжает в командировку в Ирландию и требует, чтобы именно я сопровождал его, как начальник службы безопасности. Белл, которая обычно исполняет эти обязанности, ушла в отпуск по уходу за ребёнком, а нового руководителя не успели назначить. За эти два дня мне нужно передать все дела и закончить с оставшейся документацией. Супер. Без стука влетаю в кабинет к Поттеру. Джиневра сидит на его рабочем столе, а Гарри стоит между её раздвинутыми ногами. Я игнорирую их компрометирующую позу и сажусь в кресло для посетителей. — Не отвлекайтесь, я подожду. У Гарри от неожиданности смешно кривятся очки, а рыжая лишь закатывает глаза и застёгивает пуговицы на блузке. Не спрыгивая со стола, она поворачивается ко мне и протягивает: — Стучаться не учили, хорёк? Я выгибаю свою идеальную аристократичную бровь. — Запирающие чары проходят на втором курсе, Уизлетта. Мы хмыкаем. Она уже двадцать лет, как не Уизлетта, а я едва ли тот тощий хорёк. Поттер хмурится, в глазах мстительный огонь. — Тем не менее, на прошлой неделе ты, Малфой, запирающие чары также проигнорировал. Джинни подскакивает и плюхается в кресло рядом со мной. Она вцепляется в мою руку, как инфернал в добычу, и начинает допрос: — Малфой! Ты что, трахался с кем-то у себя в кабинете? У тебя кто-то есть? — Она переводит взгляд на мужа. — Гарри, у него кто-то есть? Я молчу и сверлю Поттера взглядом, мол, сам разбирайся с этим дерьмом. Он сжимает переносицу под очками и опускается в своё кресло. — Я не знаю, Джин, в этот момент она была под столом. Джинни переводит взгляд на меня и хмурится. — Под столом? Я всё ещё молчу и смотрю на неё в упор. Наконец, до неё доходит. — О, под столом! Хм... То есть, мы не знаем, кто она, но знаем, что у Малфоя на прошлой неделе был грязный минет в кабинете с незапертой дверью. Она стучит по подбородку пальцем. — Достаточно интимно, чтобы иметь доступ к твоему офису, но недостаточно, чтобы познакомить с друзьями. Интересно... Должно быть, это что-то скандальное, раз ты её прячешь. Она сканирует меня взглядом. Как пиранья, чующая кровь в воде, Джин считывает мельчайшие детали на моём лице. В ней пропадает блестящий следователь... — Два варианта. Она уродина. — Я фыркаю. — Да-да, Малфой, тебе явно на неё не плевать, если ты не рассказал нам. Но зная тебя, вряд ли ты бы обратил на такую внимание. Без обид, но ты несимпатичных женщин и за женщин не считаешь. Я открываю рот, чтобы возразить, но затем закрываю, к своему стыду понимая, что она права. Все мои пассии выглядели, как модели. Джин прокашливается. — Или... Она младше тебя! — Краска отливает от моего лица, но я стараюсь никак больше себя не выдать. — О, Мерлин! Я права! Ты бы видел своё лицо! Сквозь зубы я рычу: — Заткнись, Джиневра, ты ни хрена не знаешь. Не лезь в мою чёртову жизнь. Она примирительно гладит меня по предплечью. — Ладно-ладно, Драко, больше не лезу. Сам расскажешь, когда будешь готов. Поттер, привыкший вовремя становиться серой тенью на фоне жены, чтобы не попасть под раздачу, прокашлялся. — Итак, эм, Драко, что-то случилось? Я тяжело вздохнул и провёл ладонями по лицу. — Случилось. Блять. Теперь уже и настроения нет страдать. Спасибо большое, Джин. — Я бросаю в неё колючий взгляд. — Бруствер берёт меня с собой в Ирландию на неделю. Но это бред! У нас куча висяков, кто с ними будет разбираться? Гарри поднял руку, призывая к тишине. — Я сам порекомендовал ему тебя. От этих слов у меня в ушах застучала кровь, но друг не дал мне вставить слово: — Дослушай. Это был тяжёлый месяц, и ты слишком много работал. Я посчитал, что это хорошая возможность для тебя проветриться и сменить обстановку. Когда ты в последний раз был в отпуске, Драко? Два года назад? — Три. — буркнул я. — Вот именно! Более того, Кингсли подписал документы, поэтому после вашего возвращения мы уходим в отпуск. Меня он отправил отдыхать тоже. Хочешь – поедем куда-нибудь вместе, возьмёшь свою новую подружку. Хочешь — сиди в Мэноре и плюй в потолок. Но отдохнуть нам нужно. Я скрипнул зубами от ярости. Какого чёрта такие решения принимаются без меня? Но затем выдохнул. Бумажки уже подписаны, и я ни на что не смогу повлиять. Ладно. Такова судьба. Миссис Поттер всё это время внимательно наблюдала за мной, а затем выстрелила на поражение: — Он просто не хочет оставлять свою малышку одну на целую неделю, Гарри. Это была последняя капля. Я подлетел со своего кресла и бросил в неё яростный взгляд. — Какая же ты иногда сучка, Джиневра. Увидимся в отпуске, Поттер. Не проеби отдел, пока я буду подтирать сопли Кингсли. Снейп бы гордился тем, как я взмахнул своей аврорской мантией и выскочил из кабинета главы Аврората, оставляя распахнутую дверь.

~~~

Когда я вывалился из камина в Мэноре, на часах было начало девятого. Есть не хотелось совершенно, а виски пульсировали от перенапряжения. Скинув мантию и ботинки, я завалился на диван в гостиной, призывая графин с виски и стакан. Плеснув немного алкоголя и засунув сигарету в рот, я уставился в белый потолок через стакан с янтарной жидкостью. Такой благородный цвет... прямо как её глаза. Гермиона. Надо сообщить ей о том, что я уезжаю. Салазар, мы снова не увидимся неделю. Даже больше — полторы. Делаю глоток, а затем затягиваюсь. Возможно, оно и к лучшему. Что, если к моему возвращению она уже разберётся со Скорпом? Тем более, сейчас было бы особенно трудно видеться, не вызывая подозрений. Даже если я пока не планирую с ней встречаться, рассказать об отъезде необходимо. Только я собираюсь подняться и пойти в кабинет, из камина выходит Скорпиус. Его рубашка расстёгнута на две пуговицы, а вся шея усеяна бордовыми засосами. Он выглядит слегка пьяным. Какое-то неприятное чувство проникает в грудь. Я поднимаюсь с дивана. — Сынок. Скорпиус подпрыгивает на месте, будто его застали на месте преступления, но тут же натягивает маску невозмутимости. — Отец. Ты сегодня поздно. Он скользит по мне взглядом, обращает внимание на огневиски и окурки в хрустальной пепельнице, на мой потрёпанный вид. Я поднимаю бровь. — Ты тоже. Тяжёлый день? Он чешет рукой затылок. — Да. Нет. Сегодня с другими стажёрами собрались после работы. У одного из ребят день рождения. Выпили немного. Я попытался мягко улыбнуться, но взгляд, как назло, скользнул к его бордовой шее. Он точно понял, куда я смотрю, но решил проигнорировать невысказанный вопрос. — Ну... я пойду? Завтра рано вставать и всё такое. Командировка. Точно. — Постой, Скорпиус. В среду я уезжаю на неделю в Ирландию. Буду сопровождать Бруствера. — Делаю паузу, ещё раз осматривая его внешний вид в блядский понедельник вечером. — Я надеюсь, ты не разнесёшь поместье за время моего отсутствия. Сын хмыкает. — Пап, мне не пятнадцать. Устрою вечеринку у кого-нибудь другого. Он мне, блять, подмигивает. — Я серьёзно. Не делай глупостей. Всего неделя. Он закатывает глаза, но подходит ко мне и хлопает рукой по плечу, внимательно вглядываясь в глаза. — Ладно-ладно. Я обещаю, что буду вести себя прилично, ложиться спать в десять и чистить зубы дважды в день. Гермиону не обижать. Ала на ночёвки не приглашать. Что-нибудь ещё? Я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Когда всё стало так трудно? Положив руку ему на плечо, тихо сказал: — Спасибо, сынок. Доброй ночи. Я тебя люблю. Всегда. Посмотреть сыну в глаза я не рискнул, а он лишь буркнул: — Я тоже. Хорошей поездки. Гермиона. Я отправился в кабинет.