И кто теперь предатель?

Сил больше не было. Вова поднялся с травы, бросив последний взгляд на сиротливо торчащий из земли меч. Каждое движение отзывалось тупой болью в избитом теле, но по-настоящему выла от боли его душа. Ему нужно было остаться одному, скрыться ото всех, и ноги сами понесли его прочь. И Вова пошел на ту самую гору. Вот только кто же знал, что и там они встретятся. Как только он забрался, увидел сидящего на краю Рому. — Ты всё-таки пришёл... Вова остановился в нескольких шагах от края обрыва, тяжело дыша и игнорируя пульсирующую боль в челюсти. — Ну и чего ты сюда полез, Ром? Хочешь, чтобы я тебя снова в бездну столкнул, или просто решил эффектно закончить наш разговор? Он скрестил руки на груди, стараясь скрыть, как сильно у него дрожат пальцы. В голове крутилась дурацкая мысль: неужели он действительно хочет просто спрыгнуть, лишь бы не видеть этого взгляда, полного боли и разочарования?— А тебе все мало было, да? Хочешь так же меня столкнуть? Вова замер, и его лицо на мгновение исказилось от какой-то невыносимой горечи. Он сделал медленный шаг вперёд, не сводя глаз с затылка Ромы, и горько усмехнулся, качая головой. — Да чё ты, Ром... Ты реально думаешь, что я настолько конченый? Он тяжело выдохнул, и в его голосе не осталось и следа той наглости, что была раньше. — Я здесь только потому, что мне, блин, не всё равно. Ты хоть раз можешь просто... просто поверить, что я не враг?Рома встал и подошёл к краю ближе. Чёрт, он сейчас реально сделает что-то не то, только бы не этот край... Вова затаил дыхание, невольно подавшись вперёд, будто пытаясь физически удержать друга от этого шага. — Эй, Ром, стой! Не подходи так близко, Его голос сорвался на тревожный шепот, а рука сама потянулась в сторону, зависнув в воздухе. — Пожалуйста, просто... просто отойди от края. Давай ты всё-таки сядешь, и мы просто... ну, не знаю, помолчим, если тебе так проще. Только не делай глупостей, умоляю. Рома сделал вид, что прыгает. — Рома, нет! Рома сделал вид, что прыгает. Вова в панике рванулся вперёд, чтобы перехватить его и удержать. Его пальцы уже почти коснулись ткани куртки друга, но Рома ловко отскочил назад, уворачиваясь от рук.Вместо спасения Вова ощутил лишь пустоту под ногами и резкий, ледяной порыв ветра. Теряя равновесие, он сорвался с обрыва и полетел вниз, а Компот посмотрел на него сверху и крикнул: — Ну друг, как ты там говорил? Прости, но ты увидел слишком много, прощай, Вова! И Вова полетел вниз, а Компот остался стоять на горе, молча глядя ему вслед. Всё повторилось с пугающей точностью. Только теперь они поменялись местами, и Вова наконец в полной мере почувствовал то, что чувствовал Компот, когда Вова его так нагло предал. Мир вокруг него перевернулся, превращаясь в размытое пятно из серого неба и тёмных скал. В этот момент, когда страх сковал лёгкие, а в голове пульсировало лишь одно имя, до него наконец дошло. Всё то жгучее, липкое чувство предательства, которое он сам когда-то вложил в сердце Ромы, вернулось к нему стократным эхом. «Это правда так больно...» — промелькнула последняя, почти нелепая мысль, прежде чем гул ветра заглушил его собственный, захлёбывающийся крик, оставляя наедине с этой бесконечной, ледяной бездной...