Глава 16. Тревога в Каракуре

❝ Человек размахивает мечом, когда пытается что-то защитить. Это может быть собственная жизнь, положение, честь, любимый человек или вера. Причин много, но желание защитить всегда будет одно.❞

Йоруичи Шихоин

Первым, кто заметил неладное, был Чад. Садо Ясутора никогда не был человеком, который поддается панике. Его характер, закаленный годами одиночества и укрепленный обретенной силой, был подобен спокойной и невозмутимой скале. Он привык действовать методично, обдумывая каждый шаг, но в то утро, когда Орихиме не пришла в школу, что-то внутри него дрогнуло. Сначала он не придал значения. Орихиме могла заболеть, в конце концов, она была человеком, а люди болеют. Она могла проспать, пойти к врачу или просто забыть предупредить. Однако, когда она не ответила на его сообщение, отправленное после первого урока, Чад нахмурился. Когда не ответила на второе – его ладони, лежащие на парте, сжались в кулаки. А когда после школы Тацуки, их общая подруга, подошла к нему и спросила: «Ты не знаешь, где Орихиме? Она не пришла и не позвонила, это совсем на неё не похоже», Чад встал и, не сказав ни слова, вышел из класса. Её квартира была пуста. Чад стоял перед дверью, которую он выбил одним ударом плеча, и смотрел на нетронутую постель, на недоеденный ужин на столе и школьную форму, аккуратно сложенную на стуле. Всё выглядело так, словно Орихиме вышла на минуту и должна была вот-вот вернуться. Вот только её не было уже около суток. Чад чувствовал это. Его духовное чутье, не улавливало её присутствия в городе. Совсем. Он достал телефон и набрал номер, который не набирал уже несколько месяцев. — Исида. Это Чад. Приезжай. Это срочно. Урю Исида явился через полчаса. Его белая форма квинси, развевающаяся на ветру, была безупречна, но обычно холодное и отстраненное лицо выражало тревогу. Он обошел квартиру методично, как следователь на месте преступления, отмечая каждую деталь: отсутствие следов взлома, нетронутую еду, открытое окно. — В квартире нет следов борьбы, — произнес он наконец, поправляя очки. — Но она бы предупредила, если бы собиралась куда-то уехать. Так что, это и не добровольное исчезновение. Скорее всего что-то случилось и её могли забрать. — Кто? — Голос Чада прозвучал глухо, как дальний раскат грома. — Не знаю. — Исида нахмурился. — Вчера... было необычное нападение пустых на севере города. Их было так много, что туда стеклись все силы. Тогда я подумал, что это обычный прорыв. Теперь вижу – нет. — Пустые? — Возможно. Но что-то не сходится. Слишком чисто сработано. Обычный пустой не стал бы забирать жертву с собой, а сожрал бы на месте или, по крайней мере, оставил бы разрушения. Этот – ничего. Они стояли в пустой квартире, и тяжелая тишина давила на плечи. Чад сжимал кулаки так, что еще немного и сила его руки могла непроизвольно вырваться наружу. Исида молчал, но его глаза за стеклами очков горели холодным, расчетливым огнем. — Нужно связаться с Сообществом Душ, — произнес он наконец. — У нас недостаточно информации, но у них могут быть ответы. Чад кивнул. Он уже доставал телефон, чтобы набрать номер Урахары, когда дверь квартиры распахнулась, и на пороге возникли две фигуры в черных шихакушо. Рукия Кучики и Ренджи Абараи. Они прибыли без предупреждения, без объяснений, и их лица были мрачнее грозовой тучи. Рукия, маленькая и хрупкая, стояла, сжимая рукоять Соде-но-Шираюки, и её фиолетовые глаза метали молнии. Ренджи, возвышающийся за её плечом, был напряжен, как натянутая тетива, и его рука лежала на Забимару. — Нас прислали в подкрепление, — произнесла Рукия вместо приветствия. — В Каракуре укрепляют оборону. И ещё... где Иноуэ? Я не чувствую её реацу. — Её похитили, — ответил Чад. Тишина, наступившая после этих слов, была оглушительной. Рукия побледнела, а Ренджи зло и с чувством выругался сквозь зубы. — Когда? — спросила Рукия. — Вчера. Или сегодня ночью. Точнее не знаем. — Кто? — Не знаем. — Исида шагнул вперед. — Но тот, кто это сделал, профессионал. Никаких следов, всё на своих местах, будто она просто испарилась. Рукия закрыла глаза и её плечи опустились, а когда она заговорила снова, её голос звучал тихо, но в нем была сталь: — Мы должны идти к Урахаре. Немедленно. Магазин Урахары встретил их привычным полумраком и запахом дерева. Бывший капитан двенадцатого отряда сидел на веранде, обмахиваясь веером, и его лицо, скрытое в тени шляпы, было задумчивым. Рядом с ним, в своей кошачьей форме, поджав лапы, сидела Йоруичи, но её желтые глаза горели человеческим, слишком разумным огнем. — Я знаю, зачем вы пришли, — произнес Урахара прежде, чем кто-либо успел заговорить. — Иноуэ исчезла. И я догадываюсь, кто за этим стоит. — Кто? — Рукия шагнула вперед. — Айзен. — Урахара произнес это имя, и оно повисло в воздухе, как духота перед грозой. — Точнее, кто-то из его приспешников. — Ты уверен? — спросил Ренджи. — Почти. Я заметил исчезновение её рейацу ночью и нашел место, где след обрывается. Там был кто-то еще и он отлично смог скрыть себя. Без сомнений, это была природа пустого, но очень высокого уровня. И, что интересно, одновременно с этим на севере города произошёл прорыв пустых, достаточно крупный, чтобы отвлечь меня и патрули шинигами. Это не совпадение, а прекрасно продуманная операция прикрытия. — Зачем Айзену Орихиме? — спросил Чад. Его голос звучал тихо, но в нем уже медленно зарождался гнев. Урахара сложил веер и поднялся: — Пройдемте внутрь. Разговор будет долгим. Они расселись вокруг низкого столика в дальней комнате магазина. Йоруичи, принявшая человеческую форму высокой, смуглой женщины с золотыми глазами, стояла у стены, скрестив руки на груди. Урахара сидел напротив, и его лицо, лишенное обычной шутливости, было серьезным. — Хогьёку, — произнес он. — Артефакт, который я создал много лет назад. Айзен украл его – вы все знаете эту историю. Но есть кое-что, чего вы, возможно, не знаете. Хоьгёку обладает собственной волей. Точнее, способностью откликаться на волю других. Чтобы полностью пробудиться от печати, ему нужна энергия и время. Даже такой гений, как Айзен, не может ускорить этот процесс в одиночку. Ему нужны месяцы. Может быть, годы. — При чем здесь Орихиме? — перебил Чад. — Её сила уникальна, — ответил Урахара. — Шун Шун Рикка. Отвергающие щиты. Она способна не просто исцелять, а отвергать саму реальность. Отменять события. Возвращать вещи в их исходное состояние. Если применить эту способность к Хогьёку, то теоретически можно отвергнуть его незрелость. Заставить пробудиться раньше, сократив месяцы до дней. В комнате повисла тишина. Рукия сидела, сжав руки в кулаки, и её лицо было белым как мел. Ренджи хмурился, и его татуированные брови сошлись в одну линию. Чад молчал, но воздух вокруг него, казалось, вибрировал от едва сдерживаемой ярости. Исида, сидевший в углу, поправил очки и заговорил: — Значит, Айзен похитил Иноуэ, чтобы использовать её как инструмент для активации Хогьёку. Это логично. Но кто именно это сделал? Ты сказал – какой-то сильный пустой. Кто? — Вот тут начинается самое интересное. — Урахара почесал затылок. — Я не знаю. Понимаете, духовный след, оставленный похитителем, был практически неразличим. Не просто слабый, а намеренно скрытый. Это работа профессионала высочайшего уровня. Того, кто умеет маскировать свою ауру так, что даже я не могу её прочитать. Обычный пустой так точно не смог бы. Вероятно, Айзен нашел способ усовершенствовать его или вывести новый вид. — Новый вид? — переспросила Рукия. — Даже не меносы? — уточнил Ренджи. — Определенно выше. Может быть это новая ступень эволюции пустых. Но одно ясно точно: наш загадочный похититель знал город. Знал расположение патрулей и как обойти мои барьеры. Это говорит о тщательной предварительной разведке. — Разведке? — Рукия нахмурилась. — Ты думаешь, они следили за нами? — Не за вами. За городом. Цель Айзена нам известна, и он не станет бездействовать. Раз ему удалось провернуть такой ход под носом у всех нас, значит он уже давно изучил город и зафиксировал патрули. Нашел слабые места и использовал их. Ренджи ударил кулаком по столу. — И мы ничего не заметили! Черт возьми! — Не корите себя, — спокойно произнесла Йоруичи. — Тот, кто это сделал, – мастер маскировки. Если даже Урахара не смог его засечь, то вы и подавно не могли. — Но что-то же мы можем сделать? — Рукия подняла глаза. — Мы не можем просто сидеть и ждать, пока Айзен использует Иноуэ для своих целей! — Мы и не будем ждать. — Урахара встал и прошел к дальней стене, где висела карта, только не Каракуры. Переплетение линий, точек и символов даже не напоминали город. — Мы отправимся в Уэко Мундо. — Что?! — Ренджи вскочил. — Прямо в логово врага? — Другого пути нет. Иноуэ в руках Айзена. Чтобы вернуть её, нужно проникнуть туда. Это опасно, почти самоубийственно, но все же возможно. — Как? — спросил Чад. Он говорил мало, но каждое его слово весило тонну. — У меня есть способ открыть Гарганту – разрыв в пространстве, ведущий в Уэко Мундо. Это займет некоторое время. Технология сложная и требует кропотливой настройки, но через несколько дней, возможно, неделю, я смогу стабилизировать проход. И тогда вы отправитесь. — Мы? — Исида поднял бровь. — Ты, Чад, Рукия, Ренджи. — Урахара обвел их взглядом. — Я бы пошел сам, но мое присутствие в Уэко Мундо будет замечено мгновенно. Айзен знает мою рейацу и почувствует меня за километр. Вы – другое дело. Вы сильны, но ваша сила не настолько... заметна. У вас есть шанс проникнуть незамеченными. По крайней мере, на начальном этапе. — А Ичиго? Вопрос повис в воздухе. Его задала Рукия. Она смотрела на Урахару, и в её глазах была не только надежда, но и боль. — Мы до сих пор не знаем, где он, — продолжила она. — После того, как Сообщество Душ объявило его угрозой... после того, как Бьякуя и Кенпачи пытались его убить... он исчез. Мы искали его повсюду. Ни следа, ни весточки. Он жив, просто не мог умереть. Но где он? Почему не возвращается? Урахара молчал. Йоруичи опустила голову. Ренджи сжал кулаки. — Я не знаю, где Ичиго, — произнес Урахара наконец. — И это меня беспокоит. Его рейацу... она исчезла из города так же внезапно. Я продолжаю искать, Йоруичи помогает, но пока – ничего. Рукия отвернулась к окну. Её пальцы, сжимающие рукав шихакушо, побелели. — Он спас меня, — прошептала она. — Он рисковал жизнью ради меня. А теперь, когда ему нужна помощь, мы даже не знаем, где он. — Мы найдем его, — твердо сказал Ренджи. — Но сначала – Иноуэ. Она в опасности прямо сейчас. Ичиго... он сильный и несомненно справится. А когда мы вернем Иноуэ, мы бросим все силы на поиски. Обещаю. Рукия кивнула. Её лицо всё еще было бледным, но в глазах зажглась решимость. — Хорошо. Сначала Иноуэ. Потом Ичиго. Мы никого не бросим. — Тогда решено. — Урахара хлопнул в ладоши. — У вас есть несколько дней на подготовку. Тренируйтесь. Оттачивайте техники. В Уэко Мундо вас ждут враги, с которыми вы никогда не сталкивались. Если наши предположения оправдаются, то опасность возрастет в разы, как и угроза Сообществу Душ и миру живых. Вы должны быть готовы ко всему. — Мы готовы, — произнес Чад. Его правая рука, скрытая длинным рукавом, слабо засветилась. — Мы вернем её. Чего бы это ни стоило. Вечер опустился на Каракуру закатом, с теплым ветром и запахом реки. Рукия стояла на крыше того самого склада в промышленном районе, где несколько недель назад Ичиго провел свою разведывательную миссию. Она не знала этого. Просто чувствовала: здесь что-то было. Какой-то след, слабый отголосок. — Ичиго, — прошептала она в пустоту. — Где ты? Что с тобой? Почему ты не возвращаешься? Ветер шевелил её короткие черные волосы. Где-то вдалеке гудели машины. Город жил своей жизнью, не зная о том, что его защитники готовятся к войне. Ренджи подошел и встал рядом. — Мы найдем его, Рукия. Я обещаю. — Я знаю. — Она не обернулась. — Просто... я боюсь. Боюсь, что с ним случилось что-то ужасное. Что мы опоздаем. — Мы не опоздаем. — Ренджи положил руку ей на плечо. — Ичиго – самый упрямый парень из всех, кого я знаю. Он не сдастся. Где бы он ни был, что бы с ним ни произошло – он продержится. И когда мы найдем его, он наверняка скажет что-нибудь вроде: «Чего вы так долго? Я тут без вас уже закис». Ты же знаешь его. Рукия невольно улыбнулась – грустно, но искренне. — Да. Знаю. Именно так он и скажет. Они стояли на крыше и смотрели на закат. А где-то далеко, за гранью миров, в бескрайней белой пустыне под вечной луной, Ичиго Куросаки стоял у окна своих покоев и смотрел в ту же пустоту, борясь со странным ощущением. Предчувствие. Война приближалась, и когда она начнется, им придется встретиться лицом к лицу.