Часть 9

Торел Так, вежливо, то за шкирку, то просто весомо подталкивая в загривок, почтарь направил беглеца в грузовой трюм. Люк корабля теперь был заперт на дополнительный тач-замок. Выбраться из звездолета стало возможно только при касании к панели самолично настоящим живым капитаном корабля. Люк отсека тоже щелкнул на запор. Зондарец повернулся к мальчишке. Не далее пары минут назад тот дерзил, сейчас как ему? Сбежать уже нет никакой возможности. Заныкаться в отсеке среди ящиков - избежать расправы максимум минут на пять. Но, даже у проглоченного всегда есть, как минимум, два выхода. - Ты ведь не думаешь, что я просто так оставлю твои закидоны? - скорее утвердил, чем спросил почтарь, - Не оставлю. Но мне не нужен рядом на борту тот, кто нарочно будет устраивать диверсии, ежеминутно помышлять о побеге и спать и видеть, как вспарывает брюхо ненавистному зондарцу. - Мне бы хотелось доверять тебе, Скай. Но мы оба понимаем, что ты заложник. И твое стремление исчезнуть с поля зрения Зондара вполне логично. Но не правомерно. Мне же, ещё и не столько лично, сколько по долгу службы, нет возможности тебя выпустить. Тор подошел к переборке не заставленной грузами. Вскрыл панель, набрал код. Из стенки выдвинулась анабиозная капсула, мягко опустилась и развернула верхний колпак. Взору присутствующих открылись внутренности спецёмкости предназначенной для длительного хранения замороженного существа гуманоидного типа. Выглядело жутковато. Похоже на средневековое пыточное приспособление. Поблескивающие иглы по периметру, фиксаторы манжет, и два мерзкого вида толстых силиконовых наконечника сверху и снизу, служащие для закачки анабиозной субстанции через естественные отверстия организма. Процедура ухода в анабиоз не из приятных, хоть и относительно безопасна даже для детских особей. Торел в пару движений активировал первый этап подготовки капсулы и развернулся к мальчишке. - Это будет проще как мне, так и тебе. Но я даю тебе выбор. Скайлос Скай послушно торкался, поторапливался и сторонился, подавленно отсматривая новые меры предосторожности. При нынешнем раскладе долететь до Зондара ему светило практически со стопроцентной гарантией. Запрёт. Как к бабке не ходи. Странные речи только. Когда взрослые начинают рассуждать в духе "не надо было этого делать, но я тебя понимаю" - добра не жди. Скай сглотнул и постарался подобраться. Ко всему не подготовишься, но все же хоть какая защитная реакция лучше, чем ничего. Однако к дальнейшим действиям гориллы сначала отнесся недоверчиво, любопытно заглянув внутрь. А когда дошло что за маневр предпринял зондарец, Скай непроизвольно попятился и замотал головой, как капризный пятилетка. - У мее-еня эта... А-ааллергия, - прозаикался мальчишка, уперевшись лопатками в люк и нервно сглотнул. Случаи аллергии на такие способы хранения встречались с той же частотой, что и аллергия на холод у землян, но все же бывали. - Не надо запирать меня нигде. Все же нормально было, - просительно выползло из Ская. - Я не буду больше. Последнее вышло не вполне себе весомым аргументом... - И все верну. Непослушные пальцы сразу батарею не нащупали, но с третьей попытки, когда ботинок снялся, зарядник явился на свет, глухо бумкнув по палубе. Торел Детеныш впечатлился и не на шутку перетрусил. Тор нахмурился. Да что ж он все думает, что мальчишка более морально устойчив, чем есть на самом деле? Или то, как решительно Скай поступал, все же, рассуждал, порой не по-детски, - сбивало? Или сейчас хитрец снова играет на публику? Не похоже... Бледный стал, дерганный. Впрочем, - снова врет. Аппарат-то такой конфигурации ни разу не видел, похоже, на что он тут аллергию нашел? Что, как прижало по-взрослому, так и забыл все свои самоуверенные выпады? А это что такое?! Тор, недоумевая, смотрел, как мальчишка нервно пытается снять обувь. Потерянная батарея от станнера! Почтарь, свирепея на глазах, шагнул ближе, отдернул пацана в сторону и поднял зарядный блок. - Парршивец...- замахнулся залепить законную затрещину сгоряча, но остановился. Катая желваки на скулах, достал пушку, вщелкнул зарядник на место, убрал назад в кобуру. Прошелся пару шагов туда сюда, пытаясь остыть, но безрезультатно. - Что было нормально?!! - гаркнул вместо невлепленного подзатыльника. Куда-то сдуло всё, с таким тщанием построенное самообладание, с которым Тор пытался объяснить Скайлосу положение дел. - Было терпимо, когда ты охранку в конце концов починил! А до этого что? Чуть было не угробил судно и себя. А потом? Трусливо сбежал от заслуженного наказания и почти угодил в лапы тухлоносым... И тут Торел запнулся. Мальчишка мог сбежать сразу, как Тор сошел с трапа. Но он полез купаться... Не собирался сбегать? Или решил отмыться перед побегом? Какая чушь. Что в этой белобрысой голове твориться? Не может выбрать, что ему лучше? Или просто живет, как судьба вывернет? Торел выдохнул. Самое худшее, что может быть - неопределенность. Но, что ж, - это детеныш, - что от него ещё ждать? - Не будет он... - не веря ни на грамм, усмехнулся успокаиваясь почтарь. Будет, но уже не столь фатально. - Значит, так. На счет аллергии я у тебя ещё проверю... Сейчас же, если ты так против "запираний", дам нам обоим ещё один шанс. Тебе - относительной свободы передвижений, себе же - шанс остаться в дураках, но с чистой совестью. "Да уж, мало того, что мальца мерзкой процедуре подвергнул бы, так ещё и при прилете на Зондар позора не обобрался бы - с детенышем не справился, упаковал с глаз долой, герой!" - Получишь сейчас свою порку и будем считать, что залеты ты свои искупил и твой статус останется прежним - мой помощник до прибытия на Зондар. С одним дополнением - теперь будешь носить на себе маяк. Свой шанс, в части дурака, Тор реализовывать никак не желал. И чего он раньше не прицепил жучок к заблудышу? Наивная, простодушная санктурская кровь. - Всё понятно? Согласен? Скайлос От вздергивания Скай выронил ботинок, а при виде замаха вскинул локти прикрыть голову и пузо напряг, уворачиваясь к стене. Неспроста ведь говорят, оружие зондарца неприкосновеннее его жены. Пусть шуточка и грязно-оскорбительная, но на пустом месте поговорки не возникают. Только никакого внушения не последовало. Рявкнул только так, что аж ветром обдало. И звук заряженного оружия... Ни с чем не перепутать. Ну всё. Внутри оборвалось что-то давно натянутое и аляписто намотанное на разные органы, судя по реакциям организма: в носу потяжелело, уши заложило, в животе образовалась пустота и по щекам пролегли горячие сырые дорожки. - Все было! Я старался тебя слушаться, делать, что нужно, - Скай боролся с собственной сыростью рукавом комбеза, так и не поворачиваясь, - И вообще... - всхлип прервал обрывочное повествование, когда до ушей донеслось общее звучание: гундосо-пискляво-слюнявые оправдания, которые никому из присутствующих чести не сделают. Скай втянул носом все, что там висело, сглотнул, утерся и уже хрипловато-глухо закончил. - Я же не могу все назад вернуть. Даже если бы хотел. Вот так вот обмолвился невзначай и обернулся глянуть дошло до гориллы или... Не сказать, что он совсем хотел остаться. Иногда да, жалел, что к зондарцу угораздило, но в целом, если исключить дурацкое требование все оставить, как было, регулярно исходящее от Тора, несмотря на то, что все уже поменялось, с ним было понятно, легко и интересно. Почти как с Максом. Только тот все ему разрешал, а этот почти все запрещает. Скай снова втянул сопли, выравнивая дыхание. Станнер занял свое место в кобуре и стало легче. - Ты тоже от девок сбежал. Вовсе не значит, что струсил. Просто маневрировал. Еще бы! Их же целая орда! Любой сбежит, кому жить охота. - Она же жесткая, эта штука. - ремни эти вполне шли продолжением броника, Скайлос видел на чипе с каким-то историческим романом про телохранителя зондарской принцессы, потрогал, пока фильтры меняли - хрустела. Похоже, дошло и до почтаря, раз орать прекратил. - Понятно. Согласен. Хотя с маячком совсем не согласен был, но искупить уже "все" свои залеты было бы неплохо. Пусть даже твердой штуковиной пажопе. Если вертеться поменьше, ничего не повредит важного. И перестанет в конце-концов невозможного требовать. Торел Детеныш явно размок. Это одновременно и раздражало Тора и заставляло придерживать свои свирепые порывы. Успокаивать испуганного мальчишку почтарь не собирался, дожидался, пока тот сам справится. Поняв, что Скай наконец-то признался в своей несостоятельности все вернуть, зондарец скрипнул зубами и ругнулся. Рассыпались самоубеждения, что удастся отвертеться как ему так и пацану "малой кровью". Но Торел ведь чуял, даже практически знал уже, что сопляк все время врал что покроет долг. А все отодвигал это знание, не хотел думать. Теперь серьезно придется. Вот поставит как следует этого паршивца на место, так и подумает. Справился с плаксивостью Скай вполне быстро. Ещё и про девок почтарю ткнул. Щенок. Что бы понимал ещё... - Ты угрозу жизни с битой задницей не сравнивай, - холодно усмехнулся почтарь. - А эта штука... - зондарский ремень в который раз щелкнул бляхой, расцепляя концы чешуйчатой кожи, развернулся в руках Тора, - может быть совершенно разной. От металлической твердости, - хруст и из гибкого ремня получилась плоская поблескивающая палка, которой Тор брякнул по стойке рядом, - до обычной кожаной мягкости, - движение пальцами и палка распустилась, обвисая дохлой длинной змеёй, которую почтарь легко завязал в узел. - Но да, - снова мрачно усмехнулся зондарец, - мало бы тебе не показалось всё равно. Только мертвый или калечный ты никому не нужен. Так что спасал ты всего лишь свою задницу. А детеныш согласился с условиями. Тор удовлетворенно кивнул, вернул капсулу обратно в ячейку и снова развернулся к Скаю. - Ты не уважил капитанское кресло с зондарианским ремнем, значит для тебя будет вот эта стойка, да жгут паковочный, - почтарь указал на стеллаж с нескольким свободными от груза полками, одна из которых была примерно по-пояс Скайлосу, положил на эту полку свой ремень, а с другой взял знакомый уже пацану кусок жгута. - Избавляйся от комбеза и устраивайся пузом на полку. Скайлос Скай проводил взглядом один пугающий предмет и встретил новый. Вернее, хорошо знакомый старый. Втянул шумно носом скопившиеся там остатки и подул себе на челку, издав смешной звук. Резинкой тогда опупеть, как больно получилось, но пробовать нового угощения все равно не тянуло. Мальчишка сглотнул, кашлянул, неловко переступил с босой на обутую лапу, переменившись в росте на высоту подошвы, кинул на Тора еще один взгляд, довольно смущенный из-за этой непонятки своей - незнакомой штуки забоялся... Но тот имел совершенно непроницаемый вид ожидающего зондарца и пришлось таки наклоняться к застежке оставшегося башмака, отщелкивать и становиться на холодный пол. Ноги сами стопами внутрь вывернулись, на ребро. Застежка комбеза скользнула быстро. Скай вылез из одежки плечом вперед, выворачивая рукава, отщелкнул ремень, неуклюже вышагнул тощими бедрами из широченных штанин, поджав к груди коленки поочередно, приткнул свою рабочую униформу на ближайшую стойку комком и двинулся на блестящий эшафот, туда, где Тор зловеще прилаживал к ладони обрывок жгута. Взялся за противоположный край и подналег пузом, подтягивая тело вверх, чтобы улечься. - Мало места. - пожаловался, когда не смог победить силу гравитации. Торел Выслушивать нытье и просьбы, к облегчению Тора, от Ская не пришлось. Мальчишка собрался, справился с собой и своими страхами снова. Зондарец скрыто-одобрительно наблюдал за подготовкой к своему наказанию детеныша. Самого что ни на есть мелкого и худосочного представителя человеческой расы. Почтарь мотнул на кулак ещё один дополнительный виток пак-ленты, оставляя хвост короче. В отсеке ощутимо прохладно. И пол и металлопластиковая полка стеллажа, должно быть, ледяные. Конечно, скоро покрывающемуся мурашками и зябко переступающему голыми лапами Скаю будет не до этого. Очень скоро. Потерпит и это. Всё же, Торел подопнул плоскую свертку оберточного материала к стеллажу. Подхватил ерзающее у полки тельце мальчишки поперек, приподнял, поставил ногами на сверток. Так пацан стал повыше и точно подошел к высоте выбранной полки. Потом ладонь громилы надавила на загривок Ская, заставляя нагнуться и нырнуть вперед между полками, улечься на живот и грудь, выпячивая тощее воспитательное место под руку почтаря. - Кисти в замок и на затылок, - распорядился зондарец, помогая детенышу осуществить приказ, - прижимаешь подбородок к пластику, не вскакиваешь, пока не разрешу. Терпишь, держишься. Ясно? Вот так - классическая позиция для принятия телесного наказания в зондарских подготовительных воинских частях. Скайлос Когда соскальзывал обратно, живот прищемил, и пока тер его, перетаптываясь по студеной палубе, почтарь водрузил Ская на какую-то посылку, задев резинкой по груди - она же в руке уже была. Круглая штуковина по мере путешествия по Скаю вместе с лапищей зондарца описала полукруг по ребрам и замерла над копчиком, пока почтарь распластывал по ледянючей полке инстинктивно поджимающегося мальчишку. Скай все норовил упереться в холодное то плечом, то подбородком, то подняться на локтях, соответственно поджимая и тощий тыл куда-то под полку. Ощущения ого-го: сверху горячая лапа огромная, снизу холод пронзительный, а внутри такая пустота звенящая, что даже дышится через раз. Однако все указания были услышаны, что даже помогло всеже распластаться в угоду взрослому. Скай стянул на затылке пальцы, действительно прижал подбородок и ноги скрестил. - Ясно. Торел А скрещенные ноги - непорядок. Тор, все ещё прижимая подрагивающее тельце к поверхности полки, мысом своего ботинка подцепил верхнюю лодыжку мальчишки и подтолкнул в сторону, принуждая его встать ровнее на обе стопы. - Не скрючивайся, соскользнешь, - то ли посоветовал, то ли выдал новое распоряжение почтарь. Затем лапа с резинкой убралась со Скаевой спины, Тор отступил на шаг, оглядел, что вышло... Детеныш. Бледнокожий, испуганно не ровно дышащий, стынущий от страха больше, чем от холода. Хитрый, изворотливый, наглый, дерзкий. Не тупой, битый жизнью, упрямый, самовольный. И, в тоже время нет-нет, а нормально по-детски беззащитный. Как сейчас. Но старается. Именно сейчас старается быть сильнее, чем есть. Торова злость на детеныша, что гуляла по жилам недавно, угомонилась достаточно для того, чтобы не начать во всю имеющуюся дурь отбивать выпяченные половинки. Но и до формальности порку зондарец опускать ничуть не был намерен. Им ещё до Зондара вместе лететь не одну неделю. Такому шустряку нельзя спускать провинности, иначе и без того гора их проблем не слабо приумножится. - Это наказание ты заслужил сполна, йюнга, - больше не стал тянуть Торел, невысоко взмахнул коротким хвостом жгута и влепил по середине выставленного мальчишеского тыла. - За ложь... Неоднократную... Наглую, - через короткие промежутки подряд наградил почтарь Скайлоса начавшими ярко розоветь полосами. Скайлос Башмак, сбрыкнувший правую с левой, напомнил мальчишке о его последнем месте работы. Там бы этот жест облегчил Тора на сотню кредитов мгновенно. Мадам соблюдала четкие тарифы. Хочешь большего - плати больше. Работало это и в обратную сторону: хочешь большего - становись лучшим. Лучшим Скай не был, но сто раз получал вперегиб по заднице. Лежа на спине было куда страшнее... Эти неуместные мысли как ни странно помогли расслабиться, по-настоящему растечься пузом по предоставленной площади, ослабить хватку пальцев, вдохнуть глубже, обернуться тихонько назад. Он же это не раз уже делал: лежал и терпел; или орал, как резанный, если это больше нравилось клиенту, за определенную выгоду. Была выгода и сейчас. Да и выбора не было. Резинка прошлась по шкуре дальше, оторвалась и, чуть гуднув в воздухе, едко прилепилась к булкам, заставив Ская переступить на мысочки и закрыть глаза. А потом - зажмуриться. Опуститься на пятки, чуть приподняться на локтях и выдавить с паузами: - А что... делать было? В ответах был определенный риск, но кто не рискует... Уйблииинсссссссссссс.... Торел Выдав первые удары, Тор выдохнул сам и дал осмыслить полученное Скаю. По-крайней мере, Торовы начальные надежды тот оправдал - не заскулил и не сполз с полки на пятки. Даже более того - осмыслил аж до вопроса. Встопорщил острые лопатки, расцепил пальцы, сквозь которые тут же выбились лохматые пряди, подбородок отнял с пластика, бока от неровных выдохов прыгают... Непорядок! - Подбородок в полку, пальцы крепче в замок, - указал на пусть мелкое, но нарушение зондарец. При первых таких наказаниях мелкому Торелу в свое время тоже уперто вопросы тянуло задавать. Ничего - потом прошло. За редким исключением... В общем-то, за все враки Торел не собирался выдавать пацану как-то особо, но, отчего-то набравшийся смелости или на адреналине, детеныш видимо посчитал, что этого мало. Значит, будем уточнять. Учить - так учить. Закрепляя. - Правду говорить.... - гуднуло с той же силой снова, параллелью краснеющим следам на невеликих выпуклостях печатая чуть ниже, - И впредь тоже... Мальчишка держался на удивление неплохо, но Торел не заблуждался на этот счет, - на всю отмеренную зондарцем череду ударов такого терпения детенышу все равно не хватит. - А мне - так вообще без раздумий! - рука ушла на замах выше прежнего, щелкнуло по зарозовелой коже громче, прижигая до вспухающего красного рубца. Почтарь спустил один виток жгута с кулака, отошел на шаг. - Ясно? Скайлос Ну да, конечно. А начинать откуда надо? С того дня, когда добренький дядюшка приручил его, как уличную собачку, для своих делишек незаконных и опасных? Тогда Скай еще верил в это во все, стыдился собственной черной неблагодарности, всякий раз пылая ушами и раскаиваясь еще до того, как прут начинал терзать задницу, а морали - уши. Или с того, когда дверь камеры отворилась и мадам повертев в пальцах его мордочку и заставив открыть рот, забрала мальца к себе, где это вообще стало его работой? Первый раз, конечно, Джо приложился. Но не даром. Респектабельная маман привела детишек посмотреть, что бывает с непослушными детьми. А ему было сказано, что теперь настало время отдавать должок и лучше поменьше разевать рот, а то поркой дело не ограничится. Уж кто-кто, а Скай отлично понимал сколько врут взрослые. Постоянно. Иногда даже себе. И нынешнее его положение тоже большая врака. Тор ничем не лучше прочих. И Скай ему тоже просто нужен. Предъявить зондарскому начальству вместо себя на расправу. Даже ловить не поленился. Поняв, что ошибся в своих предположениях, мальчишка захлопнул рот и ткнулся в железку, как было велено. Он дотерпит. Он умеет терпеть. Ожгло больнее. Жар проник в мышцы, начиная хозяйничать. Скай опять переступил на мысочки и обратно, расслабил зад, не собираясь сопротивляться, перестал морщиться, принимая правила игры. Торел Всё же, не совсем ясно Скаю, судя по отсутствию ответа. Ну, бывает. Не сразу доходит. А вранье жизнь не облегчает. Особенно не продуманное. И, если детеныш не проникнется научениями, то ему придется просто принять требования. Или огребать снова. Торелу совершенно не нужно, чтобы его водили за нос. - Сказал бы все на чистоту изначально - подумали бы сразу, как быть. А теперь придется думать после. После всех передряг и вот этого тоже. Прошумело ещё раз. Длиннее хвост - и влепляется отчетливее. Даже если руку сдерживать. Сопляк терпел. Держался. Как-то даже умело. Бугорки мышц от лишнего напряжения не трясло. Тело, в жалкой попытке увильнуть, не сползало. Ни визгов, ни криков не раздавалось. Этот ли детеныш, с квадратными глазами, сломя голову сбежал от, пусть и не совсем обычного, но ремня? Зондарец задумчиво хмурился. - Ни мне ни тебе не улыбается усугублять ситуацию. А ты ещё и дополнительные опасные проблемы своим неподчинением устраиваешь. Ещё щелчок. Гибкий конец жгута впился в тощее мальчишечье бедро. И снова, почти так же, но выше. На мелком заду почти не осталось светлых мест. Да, мутноватый в своих поступках мальчишка почтарю был нужен только для сдачи властям Зондара. Торел того и не скрывал. Ни от себя ни от Ская. Честно и понятно. Мальчишке зондарец тоже не был очень нужен. Не доверился, защиты не искал, как-то по-детски специально разжалобить не пытался. А мог. Получилось бы. Уже сейчас получается, как бы старательно ни терпел. Тор насупился ещё мрачнее. Не хватало ещё отступаться от начатого из-за глупой жалости. Мелкий паршивец чуть не угробил Торов корабль. С собой в придачу. И почтарь влепил сгоряча, от души - прорезиненная лента, оставив на мгновение бледную глубокую вмятину по всей ширине мальчишечьих булок, широко отскочила, чуть не вернув удар громиле. Скайлос А больно было. По ногам, так почти заставило дернуться, выгнуть спину, утаивая тоскливо зудящее, пустить непроизвольно скопившуюся сырость за веки. Если бы не было опыта, так бы и получилось. Горело почти, как тогда, в первый раз в этом же трюме. Комната для наказаний... На взгляд мальчишки, размышления срока годности не имеют и вся тирада гориллы больше походила на сетования по поводу того, что думать-таки придется. Ссссссс... Возле копчика тоже как-то очень чувствительно. - Я все сделал, что требовалось, - отозвался все же мальчишка, не желая слушать очередной раз, что он вот не починил охранку и чуть было не наделал беды. Починил. И без беды обошлось! Сколько можно кудахтать? А дальше у нашего героя только беззвучно открылся рот, с растягивающимися от края до края ниточками слюней, да сопли пузырнули, как жвачка, смачно налипнув на полку под носом, когда последнее приземление резиновой штуковины выколотило из паршивца всю дурость, резвость, предприимчивость, вольнодумства и воздух, вместе со способностью дышать. Слезы брызнули сами собой, в висках хрустнуло, в ушах зазвенело и ручонки сначала сложившись и проехавшись по шее и плечам, сами-собой поползли вперед. Два судорожных вдоха и запястье в рот. Еще разок перетерпеть, а потом уже чувствительность пропадет - распухнет, как барабан. Торел Сопляк выдержал. Практически молча. Почти не осев на ослабших ногах. Лишь побелевшие пальцы разжал, да под нос сунул. Торел сложил хвост жгута пополам, опустил руку, ожидая, пока Скайлос заставит себя дышать ровнее, распустит тело. Справился. Мальчишка гораздо крепче, чем кажется. Последний след на раскрашенных половинках явственно отличался от остальных, стремительно набухал и темнел. Жестокая боль не сподвигла пацана ни к просьбам, ни к жалобам, ни к повинному согласию. Ну да почтарь не папочка Скаю, чтобы ждать раскаянья от детки. Это наказание - расплата за прошлое и предостережение на будущее. Пусть что хочет думает себе, упрямится, злится, но крепкую острастку мальчишка будет иметь, когда ему взбредет в голову нарушить или даже просто отложить на потом полученные Тором указания. Они не на отдыхе и на борту везут не бантики со сладостями для дамочек. Тоже вот ещё недодуманная проблема... Детеныш хлюпнул. Еле слышно, но зондарцу понятно. Размок. В общем-то, того, что уже есть на тощей заднице, - достаточно. Неделю сходить будет, а то и дольше. Держишься? Ну, держись. - Руки на затылок, - нарушил паузу почтарь, соблюдая порядок. - Это я сделал все, что требуется, чтобы ты сделал, - ничуть не пропустил мимо ушей слова мальчишки Тор, - Еще какие-то заявления будут? Скайлос УУУууууйййй... Пекло все жарче, как казалось, даже и не думая утихать или утихая неразличимо настолько, что Скай успел малодушно удивиться - забыл, надо же, как это - с плеча по заднице. А может, никогда и не знал? У мадам он при всей ершистости правила соблюдал буква в букву, и за это всегда имел охрану в потайной комнате на всякий непредвиденный случай и пай-дяденек клиентов, которым в мясо лупить его и в голову прийти не могло. Больно, блин. И дальше хуже может быть. Ща так же по ногам если... Не, в задницу хоботнорылым такие мысли. Собрав себя на полке покомпактней, мальчишка зажал слезные железы и не стесняясь измазаться выдавил из носа соплей. Не дождется от него горилла никаких уступок и всхлипов по возможности. До конца в том, что голос не прозвучит в нос, да еще с примесью минора, Скайлос уверен не был. Потянул время, сколько можно было. А проскочила таки постыдная мыслишка выдать покаянье вслух! "Я не буду больше!" - и жизнь станет значительно легче. Пока слушают. Пока слышат. Пока спрашивают. Только... Чтобы просить, нужно довериться. - Будут. Глухо отзвучало с полки, пробуя голос - не пищит, не подвел, пусть и в нос немножко... - "Руки на затылок" - неудобно. И задницу все же поджал, предчувствуя приз за дерзость. Торел Ответа, от старательно пытающегося не подать вида, что очень больно, страшно и безысходно, мальчишки, почтарю пришлось подождать. Он уж думал, что детеныш разумное чего выдаст, подумав, но... Прозвучала всего лишь, пусть и окрашенная гонором, а жалоба. Ещё и героем себя, поди, считает. Ишь сжался, ожидая мстительного удара. Зондарец недовольно качнул головой, шагнул ближе. - А что тебе сейчас вообще удобно? - спросил, впрочем, не собираясь выслушивать очередное нытье, - Сопли на кулак мотать? Или на голый зад жгута получать? Или вот так - словами, обидно... - Нечего жаловаться, уж руки на месте держать ты можешь. Это было требование. И ты его не выполнил, - Тор мотнул жгут на кулак, снова делая бьющий конец короче. - Если ты и в малом не следуешь указам, то как на тебя надеяться в большем можно? Совсем с дисциплиной не знаком? Так лучше тебе побыстрее вникнуть, иначе наше совместное путешествие мирно не сложится. И кусок жуткой ленты пошел в дело. Быстро, крепко, без промахов, по низу раскрашенных булок, по бедрам... Щедро всыпая новую порцию так, чтобы дерзкий сопляк вник и не осложнял жизнь себе и Торелу. Расправа закончилась так же резко, как началась, оставив после себя с десяток набухающих следов, чуть менее впечатляющих, чем тот один, пересекающий всю ширину поджарых полупопий. - Руки на затылок. И без рассуждений, - как-то совсем спокойно снова потребовал почтарь, чуть обождав. Скайлос Ответа у Скайлоса не нашлось. Еще и потому, что дальше снова возникла необходимость подменять вопли всхлипами. Пусть и пришлось горилле выкручивать кисть, сбоку замахиваясь, делал он это ооочень сноровисто. Будто не одного и не двух мальчиков разложил на полке за свою жизнь. К тому же, умудрился еще и мысли Скаевы прочесть, а потом откровенно посмеяться. И от обиды мальчишке стало совсем принципиально домолчать до самого конца, принудив дернувшееся тело слушаться - с дуру оттолкнул опору и остался висеть на полке, оскальзываясь по краю пальцами в своей же сырости, как бы ни хотелось после второго же начать пищать, поджать ноги, вывернуться, защитить совсем не тренированные частыми взбучками бедра, попроситься даже... В конце не сразу понял, что ударная буря прекратилась. Вдохнул, стараясь не всхлипывать. Набитое пекло и чесалось. Ыыыыыый, ну долго еще? Им с Марсом как-то достался дебил, заплативший за полдня... Из воспоминаний выгнали сухим приказом. Обтерев ладони о поверхность, мальчишка дотянул их куда требовалось и сразу, как отпустил край, начал сползать вниз, неудобно изгибаясь в угоду "требованиям". Вот зря батарейку отдал от станнера. - мстительно мелькнуло. Торел А Торел понадеялся, что теперь-то этот момент, про исполнение его требований, детенышем усвоен. Скай и подтвердил это - практически тут же прилепив влажные ладошки к торчащим белобрысым вихрам. А держался снова молодцом. Не выпал в истерику. Не сорвался в злой крик. Без визгов снова обошлось. Зря зондарец думал порой, что мальчишка слюнтяй. Себе на уме он. И было бы это хорошо, если бы не было так проблемно. Посиневшее кое-где от жгута, а кое-где от холода тело мальчишки начало неудержимо сваливаться с полки. И хозяин этого болезненно вздрагивающего тела не особо и старался удержать его на месте. Тор подошел вплотную, обхватил Ская за ребра, приподнял и снова уложил выше на поверхность, как надо. Подтолкнул сбитый сверток под ногами. - Не двигайся. Получал так уже? - поинтересовался нейтрально. - Держишься неплохо, - то ли пояснил, то ли похвалил почтарь, выпуская мальчишечьи бока из хвата. Возможно, конечно, что мелкий разозлился, или обиделся, или проникся, или все разом, потому и силенок нашел не реветь и не сбегать. Но практичному почтарю больше думалось, что это был опыт. А раз опыт, то вполне возможно, что полученного внушения может быть и маловато. Торел неторопливо отошел к стеллажу у люка. Смотал с кисти паковочную ленту, ткнул её не глядя в угол, пошуровал на верхней полке, вытянул плоскую рейку, задумчиво покрутил её в руках, размышляя какими судьбами сюда попала эта штуковина. - Но было бы лучше, если бы ты свою стойкость сразу проявил, а не сбегал, как хнуль от синей тряпки, - плоский брусок вернулся на полку, а вместо него зондарец откопал то, что искал. Невзрачный серый короткий шнур с хитрыми клеммами на концах. Скайлос Мыски коснулись пола не надолго. Горильские лапищи, сдавив подмышками, хозяйски плюхнули его на прежнее место, отобрав чахлую, но все же надежду на то, что с избиением покончено. И ненавистное "руки на затылок" пришлось соблюсти, чуть выгнувшись, чтобы не клюнуть носом в полку. А потом и опора нашлась снова. Аккуратнее брыкаться нужно. Висеть куда хуже, чем стоять. - Жил на улице. Разное было. Коситься из-под локтя показалось нереальным и осталось только прислушиваться к движениям за спиной, соблюдая "боевую" готовность. Надолго ли хватит этих усилий? Что он вообще может противопоставить этой служебной обезьяне? Дружбы не будет - ежу понятно. Кого обманул, отказавшись от криокамеры? Испугался почти умереть? Не хотел упустить шанс улизнуть? А так не страшно? Сбежать второй раз не получится. И соврать скорее всего тоже не получится. Силой что-то решить с таким монстром даже пытаться не стоит. И как тебе твое будущее, Скай? Много купил такой ценой? Месяц-полтора в клетке с тигром. А потом окажешься на зондарской каторге, где, наверное, тоже люди живут. Но такие, как ты - очень недолго. {- Но было бы лучше, если бы ты свою стойкость сразу проявил, а не сбегал, как хнуль от синей тряпки } Вот на это не возразишь. Было бы лучше много поменять. Родился бы наследным принцем Зондара, девчонкой в бабьем раю или даже с хоботом на морде - они хоть и мерзкие, а друг за дружку горой стоят. Впрочем, это нытье ничего общего с неизменной реальностью не имеет. - Много ещё? Мне положено... Торел Опыт, значит. Потому пацан и свалил, отлично представляя, как может влететь очешуеным ремнем. Тор, с долей проснувшегося сочувствия прошелся взглядом по вспухшим Скаевым булкам и ниже. Но, поделом сопляку. И порядок установлен. Детеныш стоит ровно, правильно сцепив пальцы на затылке. Подхлюпывает, но отвечает, не огрызается. Зондарец был удовлетворен. Подошел снова к Скаю вплотную. Покрутил в пальцах шнур маячка. Тонкое запястье мальчишки влажно поблескивало, храня недостертые мокрые следы. Светлые пряди липли к вискам и шее. Сейчас наказанному все ещё потно-липко-жарко. Но поторчит так ещё с пяток минут и затрясется в ознобе. И в отходящей боли тоже. В общем-то, маяк цеплять не к спеху. Да и было бы не плохо протестировать предварительно. Старье ещё то. На зверюшек рассчитано. Детскую кожу неловко цеплять будет... {Скайлос Слик: - Много ещё? Мне положено...} - Нет. Это все, - Торел сунул шнур в карман, а потом, совсем не служебным движением, быстро расстегнул зондарский мундир с мягким и почти горячим от Торова тела подкладом, снял его и накрыл Скаеву худощавость от плеч до подколенок. Расцепил мальчишечьи руки, кутнул плотнее и потянул Скайлоса с полки. - Поднимайся. Озвученные нарушения искупил. Шуруй в кают-компанию. И умойся. Скайлос Взрослый прошелся за спиной, вынуждая Ская трусливо поджаться. Вообще не очень здорово, когда ты не видишь ничего, и когда не доверяешь - тем более. Холодный ком в животе нагрелся (от соседних органов, наверное) и подкатывал постепенно к самому горлу, заставляя вспотеть. Чувствовалось, как под грудь потекла щекотная пахучая капля. Отлупит так, чтобы больше и мысли не было бегать. Или вовсе мыслей. Бывают гуманойды без мыслей? От запаха собственного страха замутило еще сильнее. Скай постарался взять себя в руки и расслабиться. Ерзнул по полке, устойчивее облокотился и зажмурился, смаргивая сырое непрошенное - малодушное следствие жалости к себе. Он сегодня вообще себе много позволил. {- Нет. Это все...} А дальше накрыло теплым и твердые руки, только что подсадившие его на эшафот, теперь помогли спуститься на холодный пол. Инстинктивно завернувшись, до конца не соображая как это уже "все искупил", если минуту назад сам же раскладывал поудобней, мальчишка усиленно прятал от взрослого мордочку - отвернулся, придерживая мундир, ухватил свой скомканный комбез, благо тот не свалился с полки и наклоняться не пришлось, сунул лапы в башмаки, преувеличенно медленно сгибая ноги, секунду помедлил в нерешительности перед кнопкой открытия люка - опасался, что и здесь будет нужно капитанское подтверждение. Сопнул, стараясь не выдавать прыгающий вдох, незаметно для взрослого утерся на тот случай, если обернуться придется, и жмакнул по кнопке, оставив на ней слюнявый след. Дверь открылась, выпуская мученика, и прошаркав незастегнутыми бутсами мимо кают-компании, Скай отправился прямиком в умывальник. Душа ему дозволено не было, так что первым делом скинув китель, проверил карманы, болезненно вышагивая из обуви. За заботу, может быть, и следовало спасибо сказать, только очень уж двояко прозвучит. Да и известна причина этой заботы. Никто не скрывал. Нашлось не много. Только поводок для него и докладное письмо, судя по отсутствию фона - не отправленное. Прочитать не удастся - запечатано. Ладно, сегодня уже достаточно нарушений. В другой раз. И Скай занялся тем, чем действительно хотелось заняться - плеснул водички похолоднее в мордочку прямо горстями, ощутимо различая, как она теплеет на ладонях от слез и раскаленной кожи. Действительно, какого черта он беспризорник? Мог бы не куролесить с Максом, сидел бы сейчас на своем чердаке. Или лазал ручной мартышкой... Нет, уже не лазал бы. Мартышка такого роста и ширины плеч никуда почти не пролезет. Скай внимательнее вгляделся в зеркало. Забудь. И про мадам забудь. Никаких перспектив: на ближайший год ты тут летаешь, а потом уже борода расти начнет. Если вообще в живых оставят. Хотя почему бы нет. Зондар славится своей армией, а расходный материал часто обновляют. Вон горилла не жалуется. Скай макнул руки в воду, подержал остужая и медленно нагнувшись приложил туда, где нещадно пекло. Сначала, по обыкновению, всколыхнулась боль, но постепенно стало немножко легче. Взгляд покосился на аптечку... И снова вернулся к воде в раковине. Процедура повторилась. Не разрешено, значит, запрещено. Стряхнув комбез, Скай медленно притянул к груди коленку и просунул ногу в штанину, подождал, пока уймутся вновь разбуженные раны и проделал то же со второй штаниной, настроив умный комбез на режим регенерации. Не лечение ни разу, но шкуре помягче. Почему-то боялся, что в любой миг может войти капитан. Вроде ничего не делал, а ощущение было... Когда ни одна дверь не запирается, наверное, всегда так. Ладно. Просунувшись в комфортную одежку целиком и слив воду, мальчишка походкой деревянного человечка вышел в кают компанию и повесил китель на стул.