Глава 8. Ночной рынок и одна улыбка

К вечеру восточный район выглядел… живым. Разрушения всё ещё были повсюду. Некоторые здания держались исключительно на честном слове и духовной энергии, половина мостовой отсутствовала, а гигантская духовная креветка по имени А-Лань продолжала периодически воровать рыбу. Но Цанхай смеялся. И почему-то это меняло всё. Хэ Сюань стоял на крыше павильона, наблюдая за улицами внизу. Под ногами медленно затухали восстановленные массивы. Серебристые линии духовной энергии тянулись вдоль каналов, соединяя кварталы города. Он восстановил их машинально. Просто потому что иначе смотреть на кривую работу было невозможно. Юлань сказала, что он ворчит как старый мастер-фехтовальщик. Хэ Сюань ответил, что утопит её. Она выглядела чрезвычайно довольной этим ответом. — Ты опять мрачно смотришь вдаль. Юлань появилась рядом так бесшумно, словно соткалась из вечернего тумана. Хэ Сюань даже не вздрогнул. Почти. Она протянула ему чашку чая. На этот раз он взял её без подозрений. Это уже начинало тревожить. Юлань оперлась локтями о перила крыши и посмотрела вниз. По улицам зажигались фонари. Из лавок доносились запахи еды. Кто-то уже играл на эрху, а у воды собралась толпа детей вокруг старика, рассказывающего истории о морских духах. — Красиво, да? — тихо спросила Юлань. Хэ Сюань сделал глоток чая. И не ответил. Потому что ответ был слишком очевиден. Юлань скосила на него взгляд. — Ты становишься менее мрачным. — Ложь. — Нет, правда. Она вдруг задумчиво прищурилась. — Хотя, возможно, это просто освещение. — Юлань. Она тихо рассмеялась. Этот смех снова отозвался где-то под рёбрами странным теплом. Очень нехорошим теплом. Хэ Сюань уже собирался уйти, когда снизу внезапно раздался крик: — ГОСПОЖА!!! Они одновременно посмотрели вниз. Через площадь к ним бежал Линь-гэ. С крайне трагическим лицом. Это никогда не означало ничего хорошего. — Что случилось? — устало спросила Юлань. — Ночной рынок открылся! Повисла пауза. Юлань моргнула. — …И? — Он открылся весь. — А. Она выглядела так, словно только что вспомнила что-то крайне неприятное. Хэ Сюань подозрительно нахмурился. — Что значит «весь»? Юлань кашлянула. — Ну… раньше ночной рынок Цанхая был немного… особенным. Через десять минут Хэ Сюань понял, что слово «особенный» было чудовищным преуменьшением. Улицы ночного рынка сияли тысячами огней. Повсюду стояли лавки. С едой. С артефактами. С проклятиями. С подозрительными существами в банках. Один демон продавал живые тени. Другой — амулеты для удачи в азартных играх. Третий почему-то торговал жареными кальмарами и талисманами против бывших возлюбленных одновременно. Толпа вокруг была плотной и шумной. Хэ Сюань чувствовал себя так, словно его бросили в центр стихийного бедствия. Юлань же выглядела совершенно счастливой. — О! — она внезапно схватила его за рукав. — Этот старик всё ещё жив! — Кто? — Лучший продавец сладостей в Цанхае. — Это звучит как титул. — Так и есть. Прежде чем Хэ Сюань успел что-либо ответить, его уже потащили через толпу. Он мрачно смотрел на чужие руки, сжимающие его рукав. И совершенно точно не потому, что отпускать его Юлань явно не собиралась. — Госпожа! — старик за прилавком просиял. — Вы вернулись! — И сразу пришла за засахаренными сливами. — Как и всегда! Через секунду Юлань уже довольно жевала сладости. А потом протянула одну Хэ Сюаню. Он посмотрел на сливу так, словно подозревал заговор. — Это безопасно. — Ты говорила так про креветку. — А-Лань просто эмоциональная. — Она съела лодку. — Не полностью. Юлань сунула сливу ему прямо в руку. И улыбнулась. — Давай, Хэ Сюань. Не будь таким скучным. Он хотел отказаться. Правда хотел. Но почему-то всё равно попробовал. Юлань немедленно просияла так ярко, словно лично победила небеса. Это было… странно приятно. Хэ Сюань быстро отвернулся. Плохой знак. Они шли дальше по рынку. Вернее, шла Юлань. Хэ Сюань же в основном следовал за ней с видом человека, которого насильно втянули в чужое приключение. И почему-то не отпускают. На мосту через канал Юлань вдруг остановилась. Вода под ними мерцала серебром. Фонари отражались в волнах, музыка доносилась издалека, а над городом медленно поднималась огромная луна. Красиво. Слишком красиво. Юлань тихо сказала: — Спасибо. Хэ Сюань посмотрел на неё. Она не улыбалась. Впервые за весь вечер. — За что? — За то, что остался. Что-то внутри него дрогнуло. Совсем слегка. Хэ Сюань отвёл взгляд к воде. — Я ещё не согласился помогать тебе постоянно. — Конечно нет. Юлань снова улыбнулась. Мягко. Тепло. — Но ты всё ещё здесь. После этих слов уходить уже совсем не хотелось.