Учитель

      Пожилой священник в фиолетовой рясе служителя Тира Беспристрастного закрыл оконные ставни. Смотреть на казнь было незачем. Он не испытывал бессмысленной тяги к кровавым зрелищам. Как не испытывал таковой и его собеседник. Впрочем, священник не мог уверенно утверждать, что вообще понимал мотивы, стоящие за его решениями и поступками. Две недели назад именно он именно в этой комнате дома рядом с Залом Правосудия отдал лаконичный приказ: - Мы будем спасать этот город.       Странное решение.       Строго говоря, Рейвил Конрад, богобоязненный служитель Тира и третий секретарь Верховного судьи Олеффа Ускара, не обязан был подчиняться никаким приказам, исходившим от этого человека. Если сидевшее в мягком обшитом бархатом кресле существо вообще было позволительно именовать человеком. Но Рейвил Конрад, жрец Темного Владыки Бэйна, понимал, что проявлять строптивость перед черным стражем такого ранга и происхождения равносильно досрочной отправке на тот свет. А потому исполнял его требования настолько быстро и четко, насколько позволяла ситуация. - Святой отец, - голос существа был как всегда мягким и бархатистым, хотя и не без нотки иронии, - я не настолько давно на вашем плане бытия, просветите меня - городские власти действительно надеются умилостивить толпу сожжением одного человека и повешением одного эльфа? - Нет, конечно. Только снять на время напряженность и возможность бунта, милорд.       Рейвил помолчал какое-то время, обдумывая свой вопрос и стоит ли вообще его задавать. - Вас беспокоит - не переусердствовали мы со слухами и разжиганием недовольства?       Похожие на светлые опалы глаза его собеседника обратились к Рейвилу, и по спине жреца пробежала судорога. Судя по сочиняемым невервинтерскими бардами балладам, большинство людей находили эти бельма прекрасными и вселяющими надежду. Отец Рейвил видел в них лишь безжалостный холод зимней ночи и тьму морских глубин. - Мне приказано, - существо хмыкнуло, приказывать ему мог только сам Темный Владыка, но никак не лорд Нашер Алагондар, - отправляться в Порт Лласт на поиски этого Культа Глаза. Могу ли я надеяться, что вы и ваши агенты удержите ситуацию в городе в шатком балансе надежды и отчаяния?       Жрец скрипнул зубами. - Впрочем, ничего сейчас уже не изменишь. Мне придется доверить это вам. - Милорд, если позволите высказать собственное мнение... - Прошу вас, святой отец. - Вы могли бы... просто исчезнуть. По дороге в Порт Лласт многое может случиться и... тот герой-спаситель, чью роль вы столь успешно исполнили, станет жертвой неизвестных туманных обстоятельств. А вы останетесь в Невервинтере.       Нет, Рейвилу не слишком хотелось этого. Но собственные желания иногда нужно было отвергать ради их общего дела. И, положа руку на сердце, черный страж был крайне полезен для укрепления их церкви в таком оплоте добра и справедливости, как Невервинтер. Низменные бандиты и убийцы, из которых была сколочена подвластная Рейвилу ячейка Зентарима, глядя на эту воплощённую волю Бэйна на Фаэруне сами собой становились организованнее и дисциплинированнее. Эффективнее. Отца Рейвила они боялись, черного стража - боготворили. Что было даже несколько иронично, учитывая что он скрывал под иллюзией смертного облика.       Черный страж откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и задумался. С точки зрения Рейвила, думать было не о чем. И будь это его ученик, тот кого он привел к вере, он мог бы найти слова убеждения. Но черный страж им не был, и служил их Владыке гораздо дольше самого жреца. - Нет. Заманчиво, но нет. Вы думаете о ближайшей перспективе, святой отец. Я должен позаботиться о дальней. Такова Его воля. В конечном итоге, он отзовет меня отсюда. А у вас должен будет остаться тот, кто сможет меня заменить. Карающая десница Его воли в Невервинтере. - У вас есть такой человек на примете?       Черный страж улыбнулся. - Есть. И в этом решении есть толика вашего влияния. - Милорд? - От подобного утверждения занервничал бы любой. - Эта ваша личина - священника Беспристрастного - навела меня на мысли. А события, сегодняшние в том числе, - он кивнул на закрытое окно, - сами подталкивают этого человека в мои руки. - Милорд?! - Рано говорить об этом. Моего будущего ученика может и сломать трагедия этого города, как неправильно закаленный меч неумелая рука.       На лицо черного стража набежала тень сомнения, губы сжались. - Я отправляюсь в Порт Лласт, отец Рейвил. И пусть на вас и ваших агентов снизойдет хотя бы толика удачи, чтобы я вернулся в слабый, оскверненный, но все-таки живой город. Мы не мертвецами правим, нам нужны живые подданные.       Рейвил низко поклонился. Возможно, пришествие Йиграила аэль Айтара в Невервинтер все же было благословением от Бэйна, а не проклятием.

****

      Запах моря вызывал тошноту. Океан, на берегу которого Йиграил вырос, пах иначе. Не гниющими водорослями и свежевыловленной рыбой, как минимум. Багровый как кровь в светлую ночь, с жемчужно-серебряными скалами выступающими стеной из его бескрайних глубин, океан Лунии был прекрасен. Как все на первом небе горы Целестия. И плавали в нем балаэна и зовери, а не треска с семгой и корюшкой. А уж такая дрянь, как мерзотно орущие чайки, была и вовсе немыслима. Одна наглая тварь с клювом неуклюже плюхнулась рядом с сапогом черного стража, склонила голову на бок будто бы с любопытством, но как только в голове бэйнита возникла идея пнуть ее, выдала совершенно невыносимое "ВЯЯЯ!" и проворно улетела.       Йиграил потер висок. "Нужно держать себя в руках. Паладина Хельма не должны бесить какие-то там чайки. Он на них должен обращать внимание только подозревая, то их заслал враг. Черного стража Бэйна они не должны бесить тем более."       Он только что вернулся из Чарского леса. Вылазка была успешной, но все же не давала точной информации о местонахождении культа. Вернее, вообще ее не давала, но хотя бы подтверждала что они имели дело с той же группой, что стояла за Чумой и осквернением Обители Хельма. И, конечно же, ему, вернее сэру Лириэлю, стоило бы поспешить к мастеру-шпиону Генду, неся в клювике добытые кровью и потом сведения. Какими бы скудными они не были. Йиграил позволил на миг губам скривиться, но потом все-таки нашел силы последовать собственному совету, возвращая лицу выражение благородной обеспокоенности с толикой романтичной грусти. Тем более, что причина для этого была достаточно весомая.       Да, определенно, "романтичная грусть" сейчас очень точно должна была описывать чувства Лириэля. Лириэля, который или рыскал по всей округе, выискивая культ Глаза, или не отходил от одеревеневшей от боли леди Арибет. Про себя Йиграил только хмыкал, когда до него долетали обрывки разговоров, в которых как невервинтерцы, так и жители Порт Лласта, задавались вопросом, уж не втюрился ли он в Меч Тира. "А чаво нет-та?" - Перед глазами встала какая-то беззубая шамкающая старуха. "Настояшшый бла'ародный лыцарь, как с картынки. И далси ш ей энтот ейный полудурок! Цельный город чуть не пагубил, урод!"       Знала б карга, с каким трудом Йиграилу давалось смотреть на полуэльфку грустным щенячьим взглядом влюбленного дебила. Вместо этого хотелось схватить дуру за плечи, встряхнуть, может, даже пару-тройку оплеух отвесить, латных перчаток не снимая. Чтобы пришла в себя, чтобы вспомнила что такое ненависть, чтобы почувствовала злость. Квелая, летаргичная Арибет была ему омерзительна. В ней словно весь огонь затушил болтающийся в петле Фентик.       Еще хуже было чувство, что его кто-то опередил. Ее преследовали кошмары, повторяющиеся, нараставшие, уничтожавшие все то, что могло бы сделать из нее достойного слугу Темного Владыки. Йиграил перепробовал почти все, что ему было доступно. Читал "Благословение", пока она спала. "Избави от всякого Зла" - это вообще теперь от зубов отскакивало. Упросил отца Нейрика "Восстановление" над ней совершить, пошлину храмовую уплатил за это. Увещевал, успокаивал, утешал. Но леди Арибет была безутешна.       Прости, Всетемнейший Господи, только колыбельных на ночь не пел! "Может, попробовать?"       Впрочем, вряд ли колыбельные могли отогнать то, что над ней нависло. Йиграилу чудился за всем этим какой-то змеиный лик, какая-то отвратительная тварь нагло вперевшаяся своим чешуйчатым задом между ним и его целью сделать из Арибет правоверную бэйнитку.       Как же она была бы прекрасна, оскверненная, полная злобы и желания извращать и пытать мерзкий городишко с населяющими его, тупыми как рашеменские зимние сапоги, людишками! И, вместе с тем, идеально скрытая от глаз всяческих героев своим положением среди тирран.       Крылья Йиграила, скрытые иллюзией, затрепетали. А по всем его венам пробежали огненные волны, будто он испытал от этой мысли сильнейший оргазм. Ужасно захотелось взмахнуть крыльями, взлететь и отдаться бездумному полету, утонуть в реве ветра и мягкости воздуха. Но ведь не полетаешь!       И дурацкую личину дурного паладина не скинуть на глазах у всех.       За его спиной раздался громкий бух, дребезг разбитого стекла, негромкое "Ой, простите!", за которым последовал еще один бух, мужской вой и испуганное кудахтанье кур.       Йиграил-Лириэль тихо вздохнул. Типичный день в любом месте, которое имела неосторожность посетить Лину Ла'Нерал. Стоило бы вмешаться, но спокойный бас Даэлана Красного Тигра уже раздавался в защиту ходячего природного катаклизма, запертого в хрупком теле эльфийской жрицы. Полуорк-утгардец еще в Невервинтере взял на себя нелегкую ношу оберегать Лину. Поэтому Йиграил позволил себе еще немного попялиться в мутные воды Моря Мечей. Потом-то, конечно, придется снять с пояса кошель с деньгами, натянуть на лицо мирную улыбку, всунуть деньги в лапы потерпевшего от эльфийки убытки деревенщины и принести извинения. Скука. Лину, естественно, постарается возместить потерю ему, долго и муторно бормоча оправдания. Лириэль, естественно, в притворном возмущении не возьмет ничего. Как можно? Лину же сама невольная жертва очередной совершенно случайной трагедии! Ску-ка!       Денег у Йиграила было, что грязи на босых ногах местных детей. Он этот проклятый Порт Лласт весь целиком купить мог, беспричинно устроить в нем показательную децимацию, откупиться от правосудия и купить Порт Лласт еще раз на оставшееся. Только зачем? "Не зачем," - ответил он сам себе, выпрямился и пошел исполнять свой долг. Выглядеть идеальным примером защиты сирых и убогих и спасителем мира.

****

      Скелет в богатых одеждах волшебника парил в позе лотоса в магическом круге. И делал вид, что появление четверки искателей приключений он никак не заметил. Руны огибали и извивались в воздухе вокруг его тела, как цепи. - Это он, Маугрим? - Спросил Даэлан, перехватывая удобнее свою секиру. - Арклем Грит. Архилич Тайного Братства, - ответил Лириэль. - В ловушке в собственной башне. Потрясающе.       В пустых глазницах зажглись неласковые огоньки. Череп чуть качнулся на шейных позвонках, будто нежить оглядела Лириэля с ног до головы. - Какая милая иллюзия, - раздался песочно-едкий голос, - не ври, "паладин", ты видел вещи и похуже. Сильно хуже.       Костлявая рука не без изящества поднялась в воздух и обвела Даэлана, Лину и Шарвин. - Скажи лучше, они хотя бы догадываются с кем вообще дело имеют? - С мертвяком, слишком гордым, чтобы лечь в могилу! - Воскликнул Даэлан, загораживая девушек.       Лич расхохотался. Прозвучало это так, будто по высоким узким ступеням скатились кости. - Прекрасная работа, "паладин", они даже вопрос не поняли. Хм… утгардский воин, более благородный, чем весь его кровожадный клан. Эльфийская жрица, приносящая больше удачи другим, чем себе. И... Ах, конечно же, бард! Милая, если бы ты только знала о ком именно ты балладу пытаешься написать.       Он замолчал, огоньки в глазницах на миг ушли куда-то вниз в раздумьях, потом на пару секунд вцепились в Лириэля. Потом снова вернулись к Шарвин и вспыхнули: - Скажи, милая, тебе нужен сейчас персонаж "неубиваемое древнее зло", "неожиданный помощник" или что-то другое? Я готов подыграть любой идее!       Фаланги пальцев побарабанили друг по другу. Будь у лича мышцы лица, он бы ожидающе приподнял брови. - Вот скелет со мной заигрывает впервые, - криво усмехнулась Шарвин. - О, не верь ерунде, которую мои коллеги рассказывают про нас. Это все зависть! Я могу доставить удовольствие, недоступное любому мясному махателю волшебной палочкой.       Даэлан сделал решительный шаг вперед, но рука Лириэля остановила его. - Где Арибет? - Спросил герой Невервинтера почти спокойно.       Если бы кости черепа могли растянуться в понимающей издевательской ухмылке, они бы так и сделали. - Эльфиечка-незабудка, страстная бардесса и теперь трагичная падшая паладинша… У тебя есть вкус в женщинах, "паладин". - Где она? - Учащенное сердцебиение, ускорившееся дыхание, легкая испарина... Ты хотя бы догадываешься, что этот вопрос для тебя самого уже слишком личный? Ты ведь должен быть выше таких низменных желаний! - Где. Арибет?       Лич кивнул на каменные ступени за ним. - Да на крыше. С Маугримом. Поторопишься, успеешь их поймать. - Лестница перекрыта каменной кладкой, лич. - Правда? - Фальшиво удивилось умертвие. - Ой, какая неприятность! Маугрим украл часть моей власти над башней и, видимо, решил что ему не нужны лишние свидетели на его романтическом свидании с самой леди Арибет. Особенно, если его соперник... такой.       Арклем Грит замолчал, наслаждаясь скрипом зубов Лириэля. - Но моя башня не просто магическая, она живая. И она вернее женщин, друзей и собак. Освободишь меня, "паладин", и я открою тебе путь. - А потом? Сыграешь роль "неубиваемого древнего зла" для баллады Шарвин? - Не оскорбляй мой интеллект, "паладин". Да и свой тоже. Наше мышление более схоже, чем ты думаешь. Ну к чему мне устраивать с тобой поединки? Вариантов же ровно два. Ты убьешь Маугрима. И ради Бэйна, я же только за! Или Маугрим убьет тебя. Это будет не так удовлетворительно, надо признать, но тоже терпимо.       Лириэль закрыл глаза. - Какой-то он слишком сговорчивый. Должен быть подвох, - заметила Шарвин. - О, подвох есть. Но не там, где ты его ищешь, милая, - Арклем развел руками и на миг посмотрел на Лириэля. - А если его просто убить? - Спросил Даэлан. - Эта клетка не только сковывает меня, но и защищает, - скрестил руки на груди лич и признал, - удобно. - У меня не получится его изгнать, - вздохнула Лину. - Даже если Богиня дарует мне всю свою силу. - Даже у Сеханин есть разум. "Изгнание" для тупой нежити, а не для высшего дара некромантии!       Лириэль открыл глаза. - Что нужно сделать, Арклем?

****

      Йиграил отдавал себе отчет, что смотрит на пытающихся его утешить людей с чистой незамутненной ненавистью, как отдавал себе отчет, что напрочь вываливается из выстроенного за месяцы попыток спасти Невервинтер образа.       Он их ненавидел. За заботливость, за нежность обращения как с тяжелобольным, за горячий суп с булочкой и чашкой чая, принесенные прямо к постели, за все попытки объяснить произошедшее на вершине Башни Тайного Братства. Да-да, Арибет просто околдована. Да-да, Арибет просто пытается проникнуть в культ Глаза, чтобы нанести удар изнутри. Да-да, она просто запуталась и ее нужно просто вырвать из лап врага.       Он ненавидел их - Даэлана, Лину, Боддинока, Шарвин, Томми. Он ненавидел сэра Лириэля, которого они хором пытались удержать от распада. И ненавидел себя, за совершенно детскую обиду на них. Они пытались спасти его маску, а не его. И еще большую - на себя за то, что вообще нуждался в этом.       Йиграил очень давно не чувствовал себя настолько одиноким. Одиночество - естественное состояние для существа, посвятившего себя без остатка служению Бэйну. Одиночество было самой надежной броней и самым мощным оружием, которого мог желать черный страж. И все это обратилось против него самого.       Пока он раздумывал, что будет менее унизительно - нажраться местной сивухи до сна лицом в салате или продолжить уныло страдать от собственного бессилия, вокруг раздавались шепотки: "Ах, но ведь он влюблен в Арибет! Безответно, безнадежно. Какая трагедия!" "Ох, спаси нас Суни! Как будто ее самой с разбитым сердцем было мало!" "Совсем осунулся, не ест, не пьет... Что станет теперь с Невервинтером?"       И ни одной смертной твари нельзя было просто сказать: мой тщательно выстроенный план рухнул только потому, что эта дура предпочла заскорузлую древнюю ящерицу и ее тупого фанатика жреца мне, падшему дэве, и моему Владыке.       О, ни одно его усилие не пропало даром! Йиграил вдосталь полюбовался на такую Арибет, которую хотел увидеть. Холодную, как зимняя ночь, и горящую в пламени ненависти. Услышал, как она отвергает Тира, Нашера и Невервинтер.       Проблема? Никаких, кроме того, что ее присягу на верность принимать должен был он!       Йиграил стащил с мизинца кольцо, которое Арибет подарила ему в Порт Лласте. Три листика с махоньким опалом в их центре на тоненьком свитом как два стебелька вьюнка ободке из электрума, эльфийского золота, ценимого за его благородный сдержанно-зеленоватый оттенок. Посмотрел на приоткрытое окно. Еще раз на кольцо. Задавил желание зашвырнуть цацку как можно дальше.       Кольца смертные обычно не дарили просто так. Это всегда что-то там этакое символизировало. Благодарность. Дружбу. Любовь. "Так. Еще не все пропало. Она пришла в себя. Это... хорошо. Просто замечательно. Теперь осталось найти, надавать оплеух, трахнуть пару раз. Потому, что у кого-то из нас двоих недоеб, и это явно не я. А потом думать, как встраивать ее обратно во властную вертикаль гребаного Невервинтера. В каком качестве. На каких основаниях."       Йиграил выдохнул. Мысли прекратили нестись адским иноходцем по горящим степям Авернуса. "Нужно отправить письмо Рейвилу. Запасной план был - найти альтернативы леди Арибет. У Генда был перспективный для нас офицер в разведке. Невервинтерец, из благородных. Если правильно двигать по службе - займет место пирата за пару лет. Еще раз прошерстить список Девятки. Они все отвратительно правильные, но они смертные, у них есть слабости. Дальше..."       Он побарабанил пальцами по собственному бедру. "Дальше тоже самое с самыми видными представителями Торговой палаты. Их деньги пошлость, но связи за пределами города и с криминальным миром - нет. Тем более, у Рейвила уже есть пара прикормленных банд. Сцепка выйдет прочная."       Впервые за несколько дней, после одного из самых провальных дней в его жизни Йиграил смог дышать.       Арибет была бы фатальным ударом в сердце Города Умелых Рук. Но никто не мог запретить ему нанести тысячу несмертельных уколов, достигших бы того же результата.       Лириэль встал с постели, буднично оделся, облачился в доспехи, повесил ножны с "Раздором" на пояс и вышел из гостиничного номера, радовать невервинтерскую армию тем, что их Герой вернулся в строй.