Глава 21. Недостающая деталь.

      Тьма перед глазами усиливалась. Она слышала, как он до сих пор тяжело дышит. Вот только ничего не было видно. Тело тряслось, как после первого полёта на метле.       Нет, она не испугалась придурка Нотта, который полез к ней; она могла постоять за себя, просто это было неожиданно и противно. Приступ появился из-за Малфоя, который набросился как дикий на своего приятеля.       Гермиона не могла разжмурить глаза, это была обычная реакция на приближающуюся опасность. Вернуть дыхание в норму не получалось, мокрые ладони сцепились на коленках, оставляя влажные следы на колготках. Девушка была похожа на один большой комок нервов.       Он опустился перед ней на корточки, медленно кладя руки на плечи. — Дыши, Грейнджер! — вновь приказывал он, но это, как ни странно, помогало.       Проверяя плечи и далее, от основания к сжатым ладошкам, он спокойно взял их в свои. Гермиона думала, что её сердце вот-вот остановится. — Дыши вместе со мной! Вдох! – Драко вдохнул, — выдох!       Настоящее проявление слабости было сейчас, а не когда она заплакала перед ним. Малфой видел обнажённую душу девушки, её уязвимость и бессилие. Это было эффектнее обнажённого тела. Хотя парень был уверен, что и это у Гермионы было впечатляющим.       «Кретин, ей плохо! Сосредоточься!» — мысленно приказывал он уже себе.       Она распахнула влажные глаза. Она не плакала, это были слёзы от напряжения. Гермиона не понимала, что он сейчас делает и зачем. Мог бы просто оставить её одну, но такого эффекта бы не было.       Драко не двигался и не убирал руки. Ему хотелось, чтобы она увидела, что это именно он, а не кто-то другой.       Уставясь на него, а потом в одну точку, Гермиона подала голос: — Откуда знаешь технику дыхания квадратом?       А действительно, откуда? Малфоя этому научила Нарцисса в то время, когда ему было семь. Маленький Драко часто вскрикивал по ночам от страшных снов, и, чтобы его успокоить, мать дышала вместе с ним. — Тебе лучше? — спросил он, игнорируя её вопрос. — Да... — совсем тихо. — Идти можешь? — не унимался Малфой. — Могу... — будто под гипнозом, она ему отвечала. — Вставай! — слизеринец рывком поднял её на ноги. Теперь он был не таким спокойным, как пару минут назад. — Какого чёрта ты его сюда впустила? — от внимательного Драко не осталось и следа.       «А, ну вот теперь всё как надо.»       Потирая виски, Гермиона нахмурилась и сморщила лоб, намекая собеседнику на снижение децибелов в его речи. — Не ори, ради Мерлина! У меня сейчас голова расколется на две части! — Я тебе её сейчас сам расколю, если ты не будешь отвечать на мои вопросы, Грейнджер! — О, да что ты говоришь! Всё сказал? — девушка посмотрела на него неодобрительно исподлобья. — Если всё, разреши, я пройду!       Отталкивая в сторону Малфоя, она шла в направлении лестницы, чтобы подняться к себе. Со стены, ведущей на лестницу, посыпалась какая-то строительная пыль с примесью старого отделочного материала. Слизеринец пригвоздил руку к стене возле её лица, а вторую зафиксировал для опоры. Гермиона была в капкане. — Отвечай мне! Что он тут делал?       Нависая над ней уже не в первый раз, он не спускал с неё глаз. Она могла предположить, что так будет, девчонка слишком хорошо выучила его повадки. Малфой очень любил власть и никогда не хотел ею с кем-то делиться. Всё, что принадлежало по праву ему, было его беспрекословно. — Я не твоя собственность, чтобы так со мной обращаться! — возмутилась девушка, но всё-таки решилась ответить: хорёк всё же помог ей. — Нотт встретил меня возле библиотеки, я там была после того, как ты ушёл. Утверждал, что есть информация для меня по поводу дел в старостате. Предложил донести всё, что я смогла взять из библиотеки. Ну, а дальше ты вроде бы видел.       Молчание. Драко обдумывал каждое сказанное ею слово, пытаясь понять, врёт ли она ему. — Больше чтобы я тебя рядом с ним не видел! — сказал как отрезал.       Гермиона вскинула брови.       «Как он себе это представляет? Мы оба старосты!» — Спешу напомнить, Теодор Нотт — староста мальчиков! Мне нужно с ним видеться.       Глубокий вдох, слизеринец закатил глаза. — Если проблема только в этой долбаной должности, я поговорю со всеми, с кем нужно, и возьму эти чёртовы обязанности на себя!       От такого напора у гриффиндорки, пожалуй, не осталось слов. Что же произошло между ними с Тео, что он ей даже запрещает с ним разговаривать. — Погоди, Малфой, ты что, ревнуешь?       События последних двух часов были настолько идиотскими, что Гермионе казалось, будто это всё сон. Кошмарный сон. — Ты, верно, ударилась головой, когда падала, приложи холод к голове, а лучше сходи к Помфри.Теперь я действительно всё сказал!       Оторвавшись, наконец, от стены, парень нашёл палочку и безмолвно убрал погром. Потом так же, без единого слова, торопливо вышел из башни, оставив девушку наедине со своими размышлениями.       Сейчас он всё расскажет Блейзу, и они вместе придумают, что ему делать, думал всю дорогу Драко, направляясь второй раз за день в гостиную Слизерина.       К его большому сожалению, он не успел. Напротив Блейза уже вальяжно раскинулся на диване обидчик Грейнджер, рядом с ним сидела Дафна, обрабатывая ему нанесённые Малфоем увечья.       Повисла тишина. Парню показалось, что он сейчас точно взорвётся, чего не дала ему сделать Грейнджер. — Даф, всё, порядок, спасибо! — убирая её руку, выговорил Нотт. — Оставь нас.       Гринграсс бросила косой взгляд на Драко, но всё же повиновалась просьбе Тео.       Они остались втроём, до сих пор ничего друг другу не говоря.       Забини решил помочь друзьям: — Я не знаю, какого хрена у вас произошло, но это полная херня! Я надеюсь, вы это хотя бы осознаёте. Что на тебя, блять, нашло, Малфой?       Видимо, причину драки Нотт не объяснил, так как рядом была Дафна. А та полюбому расскажет Паркинсон. Резонно. — Да, давай, Драко, расскажи нам всем, что же на тебя нашло? — продолжил разговор Нотт.        Его речь была столь наигранной, с издёвкой. Кажется, он начинал понимать. — А, и вот ещё кое-что: и когда же ты собирался мне сказать, что ты втюрился в грязнокровку?       Детали пазла сложились.