Глава 1

«Что значит быть свободным?» — Вопрос ты задаёшь, А слёз твоих не видно, Не уж-то ты мне лжёшь? Ты лжёшь мне, пряча слёзы, Довольно, хватит лжи! Ты прячешь свою душу, Боясь лишь пустоты…

***

      Солнце нещадно светит в серые глаза Ахиго Боннор, молодой человек прибыл в «Хрустальный овод». Это огромный замок, построенный из дымчато-белого кирпича, окружённый светло-золотистым забором, состоящим из нескольких ажурных элементов, заканчиваясь наверху острыми пиками. Выложенная камнем дорожка, которая вела к массивным деревянным дверям, с выделанными железом узорами и такими же резными железными ручками. Экзорцист поднимается по белоснежным отполированным мраморным ступеням к двери и тянет за ручку.       Дверь поддаётся, и взору открывается большой светлый зал, освещаемый люстрами и свечами, стоящими в канделябрах на тумбах. Стены покрашены в бледно-бежевый и белый цвета, украшены различными картинами в бледно-золотистых рамках, и вся обстановка напоминает какой-то сказочный дворец. — Юный господин Боннор! — радостный голос мистера Пейна, бывшего друга отца Ахиги. — рад вас приветствовать вас в «Хрустальном оводе». — Взаимно, — Кратко ответил Ахига, осматривая человека перед собой. — Ох, а где же ваши вещи? — вдруг спохватился мистер Пейн, после двадцатисекундного молчания. — Я отдал их человеку, который представился «Сэр Н». — А, да-да-да-да-да, «Сэр Н». Он провёл вам краткий инструктаж по передвижению в моём владении? — Нет. Я не имею понятия как мне тут передвигаться. — Господин Боннор, я рад вас приветствовать, и рад, что вы заинтересовались моими методами обучения. Ваш отец рассказывал мне как-то о вашей страсти к шаманам и их возможностям. Ве-е-ерно, своего врага нужно знать в лицо! — затараторил мужчина, направляясь к винтовой мраморной лестнице с золотистыми перилами. — Врага? — длинноволосый остановился на секунду, а затем широко улыбнулся. Ахига часто так делал когда был раздражён. Это помогало ему справиться с гневом, который мог сильно навредить ему, а так же репутации отца. — А вы так не думаете, господин Боннор? — заинтересованно спросил Пейн. — Не могу даже допустить мысли, что такие безобидные создания, имеющие плотную связь с природой, могут быть врагами людей, которые в своей сути не владеют никакой силой. — То есть, вы считаете, Боннор, что шаманы являются кем-то вроде псевдо-колдунов? — Нет. Шаманы и колдуны то несколько разные существа,— Ахига уже изрядно был раздражён, что-то в этом мужчине его настораживало, а от непонимания, что с ним не так, Боннор злился ещё больше. — Ваш отец другого мнения! — хохотнул полноватый мужчина, а затем замер словно вкопанный. — Не смейте, — черноволосый юноша поднялся на две ступени выше его «гида», — упоминать моего отца. — довольно длинная уложенная на левую сторону чёлка сейчас спала на серые глаза, скрывая их в тени. — Ха… Ха-ха-ха, д-да, кон-нечно, как по-по-пожелаете, господин. — неожиданно появившееся заикание, выбило Пейна из его радушного состояния и до конца их пути к выделенной комнате для юного экзорциста, тот сохранял молчание.

***

      — «Парад лицемерия», — мысленно проговорил Ахига. Такое отношение людей к нему было везде из-за Боннора старшего, известного своей репутацией экзорциста-профи. Ахига же был экзорцистом менее высокого уровня и, как правило, использовал для деятельности экзорциста заклятия, а его отец — огнестрельное оружие. Экзорцисты, как правило, используют для своей работы практически любые виды оружий, посохов и даже обычная бумага и ручка, могут стать оружием в руках экзорциста.

***

      Лута бежала по лесу, падая, расцарапывая руки и ноги, но вновь поднимаясь, и принималась бежать дальше. Птицы летели за шаманкой, пытаясь вцепиться острыми когтями в плечи и спину девушки, но та ловко уворачивалась.       Вон вдалеке виднеется озеро, вода которого словно сияла в свете солнца. Птицы отступили. Шаманка подошла к воде и зачерпнула ладонями немного воды. Попив и умывшись, тяжело дышащая девушка направилась дальше, но пройдя не более пяти шагов, перед её глазами вдруг появилась вспышка света, а затем, посмотрев назад, Лута уже не увидела той дороги, по которой она бежала. Пути обратно — нет.       Только сейчас, юная шаманка заметила кровоточащую рану на ноге. Вдруг, хруст ветвей неподалёку, сильно напугал девушку. Лута спряталась в густых ветвях ближайшего куста, но сознание резко покинуло её.

***

      В следующее мгновение янтарные глаза открываются. Лута слышит довольный смешок. — Наконец-то я поймал шамана! — девушка вскинула взгляд на говорящего, это оказался полноватый мужчина лет пятидесяти. Он сидел на лошади, которая тащила повозку за собой. В этой самой повозке, связанная по рукам и ногам, находилась Лута. — Я не шаман. — твёрдо проговорила Лута, удивившись, как ложь с её уст сорвалась так просто. — Да-да, а я не мужчина! — захохотал незнакомец. Лута сжалась. Зачем ему шаман? — Это правда. Я человек! Отпустите меня немедленно! — девушка принялась зубами рвать верёвки, которые от таких действий лишь размохрились. — Ха-ха-ха! — незнакомец громко рассмеялся, притормозив лошадь, которая, пофыркивая, принялась щипать траву. — Ты ещё и идиотка! Не заставляй меня разочаровываться в тебе, — Лута закрыла глаза, уже попрощавшись с жизнью.

***

      Ахига сидел в большой гостиной с книгой в руках. В это место он прибыл для более обширного изучения экзорцизма и шаманов, а так же проклятых и одержимых. Отец обучал его с пяти или шести лет экзорцизму, но из-за натянутых отношений между отцом и сыном, последний, практически не слушал своего «преподавателя» в лице родителя. Ахига не был слабаком или трусом, но предпочёл побольше узнать о тех, с кем его учили сражаться многие годы.       В книгах шаманы описывались как сторонники природных сил. Управление погодой и стихиями, обращение в животных и птиц, а так же, шаманы практически бессмертны. Они могут погибнуть, если неопытны или были отвергнуты природой. Например, тёмные шаманы отвергнуты природой с самого рождения и обязаны, буквально сражаться с самой природой и четырьмя стихиями, дабы не быть убитыми.       Тёмные шаманы — редкость, внешность их отличается от внешности обычных шаманов, последние сильно походят на людей, а тёмные шаманы отличаются неземной красотой, выносливостью и янтарными глазами, которые становятся таковыми во время вспышек негативных эмоций. Эмоции сильно влияют на контроль природных сил, в принципе, это же касается и экзорцистов. Если не сохранять самообладание, можно потерять контроль и в итоге погибнуть.       Звук множества шагов послышался где-то недалеко от молодого человека. — Юный господин! — к Ахиго подошёл молодой парень, — Мистер Пейн попросил вас прийти на нижний этаж. — Хорошо, я сейчас спущусь… — чёрные волосы вскоре оказываются завязанными в высокий хвост, книга отложена в сторону, а в голове одна мысль — «Что опять? Этот назойливый мужик…»

***

      Холодное, пахнущее сыростью помещение, длинный коридор, а вдалеке запертая дверь с маленьким, закрытым решёткой окошком. — Юный господин Боннор, — проговорил толстоватый мужчина, поправляя сюртук. — Вы ведь приехали сюда для изучения шаманов и экзорцистов? — Верно, — кивнул Ахига. — Я решил пополнить ряды своих подчинённых, если вы, конечно, заметили, что у меня в персонале есть экзорцисты и шаманы, и я ездил на охоту. Там я наткнулся на любопытного шамана. Поэтому я и позвал вас сюда. — Я чем-то могу помочь? — спросил Ахига, ведь действительно не видел смысла в своём нахождении здесь. Он никогда не относился к шаманам, как к «слугам» или рабочей силе. Не о какой-либо зарплате, разумеется, и речи не шло, но это только насчёт шаманов. В основном, заработную плату получают только экзорцисты, даже при том, что те выполняют минимум работы. Ахига подходит к двери с решёткой на небольшом окне. В камере тишина. — Эй! — Пейн ударил по железной двери. Ахига даже не вздрогнул, но повернул голову в сторону улыбающегося мужчины, что сейчас облокачивался рукой о запертую дверь. — Подойди к двери. — Может не стоит так… — неожиданно проснувшееся в Ахиго сочувствие, словно говорило за него. — Нельзя давать фору шаманам. Они очень хитры и проворны, они легко тебя одурачат. — Шаманы не животные, — фыркнул черноволосый экзорцист, на периферии зрения заметив блеск жёлтых глаз в темноте камеры. — Эй… — спокойно окликнул Ахига сидящего человека в камере, на что не получил ответ. Мистер Пейн нахмурился. — Пусть посидит, — покачав головой, проговорил Пейн. — Идёмте, юный господин, — серые глаза, не отрываясь, смотрели в темноту камеры, но не могли заметить движения, а затем, черноволосый парень направился прочь.       Лута сидела в холодной камере и слышала разговоры двух незнакомцев. Холод пробирал до костей, но как бы девушка не укутывалась в одежду, надетую на ней, теплее не стало. Вспомнив то, чему обучала её мать, Лута, сложив руки ладонями друг к другу и поднеся сложенные конечности к губам, принялась тихо что-то нашёптывать. На кончиках сложенных пальцев заиграли небольшие языки пламени. Они слегка рассеивали кромешную тьму, но едва ли дарили тепло. Девушка продолжала нашёптывать что-то, но пламя лишь активнее затрепетало, словно от порывов ветра. Вскоре, Лута просто заснула, окончательно выбившись из сил…