В забвении на васильковом поле

Я опустил взгляд на собственные ладони и внутри меня все снова содрогнулось от животного ужаса. Сердце мое, казалось, упало куда-то вниз живота и там свернулось в пульсирующий мерзкий комок. Первобытный страх перед неизбежным. Судя по всему, смертью. Так как душевные мучения мои тогда вполне приравнивались к ней. Я пытался вспомнить Библию, что же она говорила на этот счёт. Но там не нашлось ничего на случай смерти, к моему большому разочарованию.