Трагичная ночь

Темнота на улицах сгущалась, словно чернильное облако, медленно заливала улицы города. Луна, недавно вынырнув из-за горизонта, робко бросала на землю призрачный, серебристый свет, словно пытаясь разогнать ночной мрак. Город, утомленный дневной суетой, затихал, погружался в сонное оцепенение. Лишь редкие тени скользили по узким переулкам, спешившие домой. Лишь слабый, теплый ветерок гулял по улицам. Было тихо и спокойно до поры до времени.. Среди этой тишиы, по вымощенной серым камнем мостовой, быстрым шагом, почти бегом, двигалась девушка. Одна. Её легкие шаги эхом отдавались от каменных стен. Она загулялась в поле, увлеченная красотой и ароматами цветов, щебетанием птиц, забыв о времени. Девица опомнилась тогда, когда солнце стало заходить за горизонт. Когда последние лучи почти скрылись, она побежала в домой. Ей было страшно идти. Руки и ноги дрожали и подкашивались. Дыхание сбивалось от бега, царапая горло, лёгкие горели огнём. Она мечтала о прохладе шелковых простыней, о запахе лаванды от подушки, о тишине, в которой можно забыть о страхах. Хотелось домой, выпить воды и лечь спать в мягкую кровать. Сладкая перина, удобная подушка так и ждали хозяйку, но в эту.. Не в следующую.. И больше ни в какую ночь она не ляжет туда. Её судьба была предначертана. За её спиной послышались тихие шаги и хриплое дыхание. Каждый шорох отдавался в голове, словно удар колокола. Девушка оцепенела. Кажется, время замерло на это мгновение. Сердцебиние на секунду остановилось, а после стало биться ещё сильнее. Будто норовя сломать ребра и выбраться наружу. На лбу выступил холодный пот. Хотелось кричать, бежать, звать на помощь, но тело не слушалось. Страх сковал ее, словно цепями. Ноги стали тяжёлые, будто свинцовые, а на губах застыл немой крик. Она чувствовала, как по телу пробегает дрожь, и знала, что никто не услышит ее. Тася еле-еле сделала один шаг, а кто-то к ней приближался. Казалось, что это длится бесконечно. Но в один момент все закончилось, когда на затылке почувствовала чье-то тяжёлое дыхание. Запах пота, гнили и дешевого табака наполнил воздух, опаляя кожу на затылке, словно дыхание могилы. Потом холодная рука дотронулась до её плеча и хриплый голос : «Даже не сопротивляешься. Как мило.» По спине пробежал холодок. А чужие пальцы сжали её плечо. В ушах зазвенело, перед глазами поплыли черные точки. Юная особа чувствовала, как кости хрустят под чужим давлением. Тая чувствола себя обреченной. Маленьким зверьком, которого настиг хищник. Обреченным существом, знающим свою участь, безмолвно ожидающим своей кончины. Вдруг повеяло холодом, а у её горло оказалось лезвие ножа. Оно было холодным, словно прикосновение смерти. Человек за её спиной слегка нададовил на рукоять, чтобы металл приблизился к её коже, слегка задев, но не навредит. Тася почувствовала лезвие, словно поцелуй Иуды, предательский и смертоносный. Девушка проглотила слюну и закрыла глаза. По щекам потекли слезы, смешиваясь с холодным потом. Надежды уже все рухнули и спасения не было. И сноватот хриплый голос, словно скрип железа : «Хочешь что-то на последок сказать. » Вопрос прозвучал, как насмешка. Она почувствовала чужое дыхание на своём лице, пропитанном зловонием и ненавистью. Она хотела закричать, позвать на помощь, молить о пощаде, но разум сковал страх, и она лишь бессильно дернулась, а с губ сорвался только кашель и несвязный шопот. Низкий, утробный смех заставил кровь застыть в жилах. Это было самое страшное, что она когда-либо слышала. Видно все.. Видно, что надеяться больше не на что. Всё кончено. Вдруг боль.. Острая. Человек за спиной резко надавил на нож, вонзая лезвие в мягкую девичью кожу и проводя по ней. Он вошел, словно в масло, разрывая плоть, вызывая невыносимую боль. Она почувствовала, как кровь хлынула, обжигая шею, заливая лицо. Убрав металл от её шеи, снова боль, только уже в спине. Нож вошел глубоко, лишив воздуха. Боль была настолько сильной, что мир вокруг померк. Холод от металла пронзил то место, словно осколок льда. Лед сковал все тело, парализуя и убивая. Алое пятно начало расползаться на одежде. Жёсткая хватка спала с её плеча, а тело упало на землю без сил. Кожа бледнела.. А кровь текла алыми ручьями по мостовой. Она чувствовала, как жизнь покидает ее, утекая вместе с кровью. Глазки прикрылись веками. Человек скрылся из поля зрения в ночной темноте. Оставив ее лежать в луже собственной крови, ненужную и забытую, словно сломанную куклу.