Часть 1

— Папа сошел с ума?       Увы и ах, устами младенца вновь зазвучала истина. И пускай сказавший истину явно старше младенца (и куда более упитанный), сути это не меняет.       Вернон Дурсль действительно сошел с ума. Нашествие сов, устроенное «ненормальными» волшебниками, вконец доконало главу семейства. Он топорщил усы подобно взбешенному моржу, разрывая на мелкие кусочки очередной конверт с письмом, грозился всеми мыслимыми и немыслимыми карами отправителям, но поток писем продолжал расти не менее стабильней, чем вес его любимого сыночка и шок дражайшей супруги.       Ему стали мерещиться заговоры, слежка, голову начали посещать мысли, несвойственные нормальным людям, к коим до недавнего времени мужчина себя относил.       Но однажды это прекратилось. Нет, не поток писем, а поток множества навязчивых идей и подозрений. Вместо этого поселилась лишь одна мысль. — Что толку рвать письма? — спросил он сам себя и зловеще улыбнулся. В тот день Вернон ходил с задумчивым видом, явно что-то замышляя. И впервые за долгое время обратил своё внимание на сиротливо стоящий в углу глобус. Бедняга до этого знавал сугубо сердобольную Петунию или её племянника Гарри, которые периодически протирали с него пыль. Сами же Гарри, Петуния и Дадли с опаской косились на резко переменившегося Вернона, с каким-то задорным блеском в глазах крутившего глобус. Петуния подумала, что, возможно, Вернон решил воплотить в жизнь недавнюю идею и сбежать из дома куда-нибудь подальше, чтобы сбить след и прекратить поток почты.       Однако, его планы были весьма далеки от этой задумки. А для их выполнения ему понадобится глобус. И не один…       Новый день ознаменовал новый поток писем. Совы привычно шли на заход для новой атаки, когда удар пришел откуда совершенно не ждали — со спины. Что-то крупное и круглое на огромной скорости и с удивительной точностью запускалось с замаскированной платформы и врезалось в сов, после чего они с дикими воплями падали вниз.       Наблюдатели могли заметить, что падали совы в непривычном виде: весьма округлившимися, с не менее круглыми и выпученными от ужаса глазами. — Что, нравится?! Получайте, мерзавки! Передавайте привет своим ненормальным хозяевам! — взревел Вернон, укладывая в огромную рогатку очередной глобус из массивной кучи рядом с собой.       Одна за одной совы падали на землю и отскакивали, словно мячики, вызывая у Дурсля новые приступы истерического хохота. — Да, да! Так вам! Как я об этом мечтал! Хотите ещё?! Щас я вас!.. — Вернон… Вернон… — Щас я вас! Щас я вас! — Вернон!.. — А?       Вернон Дурсль подскочил на кровати, едва не столкнувшись лбом с Петунией. — Дорогой, ты опять разговариваешь во сне. Я тебе говорила — зря мы приплыли на этот остров. Там, снаружи, сейчас такой шторм… — А, да, остров… Ладно, давай спать. Мне снился такой приятный сон… Без этих, ненормальных…       В этот момент хлипкую дверь хибары сотряс удар.