Часть 2

Смерть. Вот что ждёт тех кто попадет в Куб. Темное, мерзкое убежище темной гильдии Тартарос. Жуткая атмосфера, гнетущая. В воздухе витал запах смерти, а за стенами слышались крики людей. Адские крики, режущий слух. От этого хотелось свернуться в клубочек и тихо плакать, но нельзя, у нее приказ, а ее мучитель уже рядом. — Тц, тварь, ты начинаешь мне надоедать, — мерзкая ухмылка появляется на лице ее мучителя — Ты скажешь, то что хочет от тебя услышать Мард Гир или умрёшь в муках. Очередная гадкая улыбка и боль пронзающая все тело. Скрипя зубами, она старалась не заплакать, от этого проклятья. А тем временем её мучитель снова и снова подрывал её тело, не давая отдышаться. — Тварь, — прорычал демон, хватая за волосы свою жертву, тут же переместил руку на шею. Поднимая полуживое тело, он внимательно её осмотрел, стараясь запомнить каждую черту, каждую родинку, каждый изгиб ее тела. Он злился, рычал. Его бесила эта девчонка, с её преданными глазами как у собаки, его бесила её покорность. Зарычав в очередной раз, он припечал её к стене, приближаясь к ней. И это ещё больше злило, все тот же преданный, покорный взгляд и не единого звука из её прелестного ротика. Слегка поморщившись, она продолжала смотреть ему в глаза. — Смотри мне в глаза — прорычал он. С того дня она и стала смотреть на него, чуть ли не отрываясь. Заходя в камеру, он видел её взгляд. Мучая, он видел эти глаза, которые так и хотелось выколоть. Уходя, он видел её и эти зелёные глаза. Зарычав, он сильнее сжал её шейку, впиваясь в нежную кожу когтями, но почти сразу же разжал, увидев её болезненный взгляд. Она продолжала смотреть на него. А у него, с каждым разом желание мучать её пропадало. Он хотел услышать её крики, но уже не так сильно, привык к её молчанию. Он хотел услышать ее мольбы, но привык к ее глазам, которые как будто просили ещё. Он хотел её убить, но уже не мог, уж слишком ему нравилась её покорность и преданность в глазах. Он знал, что это ложь, знал, что она ненавидит его всем сердцем, но почему то ему всё равно хотелось увидеть этот взгляд. Впервые в жизни, ему не хотелось, чтобы его жертва хоть что-то говорила, ведь сказав то, что нужно будет, её убьют. Не хотел этого. Очередной его рык, каждый день он приходит сюда, каждый день мучает ее по несколько часов, а ей хоть бы хны. Как будто она и не провела в этом аду два месяца. Его это заводила. Хотелось испытать её, узнать насколько долго она будет держать на своем личике этот преданный взгляд. Его рука все еще была на шеи, но уже не сжимала её, а лишь покоилась на ней. Глаза пылали яростью, а мысли путались. Два чертовых месяца, он не слышал от нее не единого слова, даже звука. — Бесишь, — зарычал в очередной раз. Его лицо резко приблизилось к ней, впивась в её пухлый губы, терзая их, врываясь языком ей в рот. Глубоко вдохнув, он продолжал брать то, что хотел, а она покорно стоял не смея ответить ему или закрыть глаза. Кукла. Она была лишь марионеткой, которая будет выполнять приказы своих хозяев. — Наслаждайся. Ответь же ему, соблазни, — послышался голос у нее в голове. И она ответила, подчинилась. Поддавшись ему навстречу, она ответила на его поцелуй с таким же рвением, как и он. Это был не нежный и трепетный поцелуй, нет, этот поцелуй походил на бой, в котором каждый пытался доказать свое превосходство. И тут демону в голову пришла мысль, что он хотел бы чаще видеть ее вот такой. Он любил быть первым и доминировать, но почему то именно сейчас он был готов забыть про это и посмотреть насколько далеко она сможет зайти. И он позволил быть ей главной в этой игре. Убрав руку с шеи, он положил её на талию девушки, увлекая её с новой силой в поцелуй, сжимая, корябая её талию своим острыми когтями. Набравшись смелость и слегка оттолкнувшись от стены, не прерывая поцелуй, она нерешительно повела его к пыльному матрасу, который служил для нее кроватью в последнее время. И он поддался ей. «В первый и в последний раз — пронеслось у него в голове» В тот момент когда он поцеловал её, в тот момент, когда позволил руководить ей, он подписал себе приговор. Пообещав, что такого больше не произойдет, он лгал себе же. Знал же, понял, что ему нравится эта ложная преданность во взгляде, но почему-то все равно верил, что только на него, она так смотрит. Назови его по имени — очередной приказ. — Шакал… — слегка охрипшим голосом прошептала она, прерываясь всего на секунду поцелуй. Ему сорвало крышу от этого голоса. Первая ложь. Обещая, что будет лишь смотреть насколько далеко она зайдет, он не сдержался. Резко подминая хрупкое тело под себя, он стал жадно покрывать ее тело поцелуями, не желая останавливаться.