Глава 13. Дебютное шествие

Сьюзен начинает до неприличного быстро хлопать своими длинными, изогнутыми ресницами, которые барды многих стран не раз воспевали в своих песнях. — Сью, — Каспиан улыбается, глядя на нее с мягким укором. — Нет… Нет, я не могу! — королева Великодушная извлекает из рукава шелковый платок, вытирая им уголки глаз. Кончик носа предательски алеет, о чем Сьюзен пока еще не думает. Каспиан снова поворачивается к только что вышедшей из своей спальни дочери, что озадаченно смотрит то на мать, то на отца. Дриада Вердимента справилась с задачей на отлично: синее бархатное платье мягкими волнами ниспадает вниз, серебристые детали на нем мерцают в отблесках свечей, напоминая холодные Северные звезды. На волосах мелкой россыпью блистают верхушки шпилек, белые и синие каменья. Каспиан не сдерживает вздоха, ласково касается тыльной стороной ладони щеки дочери. — Мам? Ты чего? — Эсми заглядывает за спину отцу, чтобы лучше видеть Сьюзен. Королева лишь машет головой, не в силах выдавить из себя ни слова. Каспиан улыбается: — Дай ей немного времени. Эсми хмурится. Не такой реакции она ожидала от родителей: — Но, времени мало. И вообще, вы должны быть в тронном зале уже давно, гости ведь там собрались час назад! Каспиан снова улыбается, подходит к Сьюзен и прижимает ту к себе. От такого жеста королева расклеивается вконец, принимаясь чуть ли не навзрыд плакать. — Мама! — Эсми не выдерживает, присоединяясь к объятиям родителей. Каспиан целует Сью в макушку, а затем наклоняется к дочери: — Эсми, ты — самое чудесное, что было в нашей жизни. Я всегда хотел иметь дочь, но о том, что моя любовь одарит меня такой особенной, уникальной, как ты, я и мечтать не смел. — Па-ап! — Эсми отступает на шаг назад, когда плечи королевы Сьюзен начинают содрогаться в еще более бешенном ритме. Рядом с королевой Сьюзен возникает Вердимента. Дриада протягивает королеве кубок с прозрачной жидкостью, пахнущей мятой и лимоном. Сьюзен принимает кубок из рук дриады: — Чт-то эт-то? — шмыгает носом королева. — Немного свежей воды для Вашего Величества, — уклончиво отвечает дриада, наблюдая, как королева начинает пить. — Нам и вправду пора, — Каспиан улыбается, мягко притягивает к себе дочь. — Люблю тебя больше жизни. Удачи! Выпившая содержимое кубка Сьюзен перестает плакать, а следы недавней горести на лице прекраснейшей из королев тают буквально на глазах. Она глубоко вздыхает, глядя на дочь. Подходит ближе и целует принцессу в щеку: — Мы с папой очень гордимся тобой! — А я — вами, — усмехается принцесса, наблюдая, как за ее спиной открывается дверь и церемониймейстер с нетерпением показывает ей жестами, что они и так слишком долго тянули. — А теперь бегом в зал. А то еще опоздаете и своим шумом все мое эффектное появление сорвете! Каспиан усмехается, посылая дочери воздушный поцелуй, а затем ловит ладонь своей королевы и они исчезают за дверью. Эсми глубоко вдыхает, улыбается подбадривающе смотрящей на нее дриаде и тоже покидает свои покои. На половине пути к парадному входу в тронный зал ее догоняет Роберт. — Эс, — кронпринц кивает ей, протягивая руку. — Слава небесам, Роберт, — принцесса хватает его под локоть. — Меня тошнит — это нормально? Принц усмехается краешком рта: — Абсолютно. Меня почти что вывернуло перед первым турниром, где были зрители. Эсми кивает, впиваясь в предплечье брата и второй, свободной ладонью: — У меня такое чувство, что я забыла абсолютно все, что за чем следует. — Тебе подскажут, если вдруг что не так пойдет. Они минуют последний поворот, за которым виднеются парадные двери. У дверей — четверо стражников, которые по команде должны распахнуть двери перед принцессой. Принц останавливается, чувствуя, как дрожит рядом его сестра. — Эс… — Роберт смотрит прямо в глаза. — Ты — невероятно выглядишь. Да они все попадают там, как только двери распахнутся. Сегодня этот мир — только твой. Завоевывай его. Принцесса рвано вздыхает, улыбается краешком рта: — Попадают все, говоришь… А если я сама споткнусь и упаду? Роберт закатывает глаза: — Тогда юные рыцари Кэр-Параваля передерутся за возможность подать тебе руку. Эсми тихо смеется. Видя сигнал одного из стражников, Роберт снова кладет ее руку на свой локоть, ведя прямо к дверям: — Помни, кто ты такая. Как бы Эсми не хотелось потянуть время, дверей они достигают невероятно быстро. Эсми в отчаянии хватается за ладонь младшего брата, который крепко притягивает ее к себе: — Сейчас я оставлю тебя совсем не надолго, чтобы успеть добежать до соседней двери, войти в зал там и не пропустить ни одной секунды твоего триумфа. Хорошо? — Угу… — Ваше высочество! Роберт отпускает сестру, слыша голос стражника. — Пора, — продолжает тот. — Сейчас мы досчитаем до двенадцати и двери распахнутся. Роберт кивает головой, намереваясь покинуть сестру. Оглядывается на соседние двери — бежать придется быстро… Из зала начинает доносится музыка. Эсмеральда борется с сильным спазмом в желудке. — Один, — начинает считать стражник. — Роберт! — принцесса в панике хватает покидающего ее брата за ладонь. Роберт оборачивается, ярко-голубые глаза вопросительно смотрят на сестру. — Два. — Пожалуйста, останься со мной! Мольба в голосе сестры заставляет вздрогнуть. Роберт хмурится, запоздало понимая, о чем она его просит. — Три. — Эс, я не могу. По протоколу — ты должна сама войти в эти двери. Это твой момент! — Роберт в панике пытается придумать, чем успокоить сестру, руки которой дрожат сильнее, чем от мороза. — Четыре. — Я в полушаге от того, чтобы либо убежать, либо грохнуться в обморок! — принцесса обнимает дрожащими ладонями себя за плечи. — Пять. Роберт громко вздыхает, вглядываясь в побледневшее лицо. Нет, так дело явно не пойдет. Делает шаг ей навстречу, касается ладонью лба. — Шесть. — Эс, ты горишь! — с возмущением шепчет принц, чтобы их никто не слышал. — Семь. — Да. Я з-знаю. Роб, мне правда нехорошо, я не придумываю. — Восемь. — Ш-ш-ш, — кронпринц снова притягивает к себе сестру, принимаясь быстро водить руками по ее спине, чтобы согреть и унять в ней дрожь. — Успокойся, хорошо? — Девять. Эсми зарывается носом брату в плечо. Его тепло успокаивает, как всегда. Делает усилие, чтобы выровнять дыхание. — Десять. — Роберт, пожалуйста? Кронпринц вздыхает, представляя себе, насколько взбесятся церемониймейстер, леди-модистка и еще с десяток человек, месяц готовивших дебют принцессы. Они едва ли не расчертили мелом по полу, в каком месте кому стоять, по какой линии должна шагать сама Эсми, где ей стоит остановиться и кому кивнуть в приветственном жесте. — Одиннадцать. Роберт качает головой, внимательно осматривает сестру на наличие выбившихся из прически волос и сбившихся украшений. Легко толкает глубже одну предательски высунувшуюся булавку из волос. — Я буду рядом. — Двенадцать! Двери медленно отворяются. Принц глубоко вдыхает, становясь по левую сторону от Эсмеральды. Эсми в ужасе хватается за его предплечье двумя руками. Свет из зала неприятно бьет в глаза, заставляя принцессу прищуриться. — … Ее Высочество, принцесса Эсмеральда Кэр-Паравальская, дочь короля Каспиана Х и королевы Сьюзен Великодушной… Как только двери распахиваются до упора, Роберт делает первый шаг вперед. Их встречают аплодисментами и перешептываниями. Принц наклоняется к уху сестры: — А теперь — улыбайся. Иначе я сейчас начну пересказывать те дурацкие истории из сборника народных сказаний про горе-любовников и прочие провалы жизней наших предков. Эсми смеется, легонько толкая брата в плечо. Если бы короли с королевами узнали, что мальчишки, с которыми тренируется Роберт, достали ему эту книгу, наказали бы всех и очень строго. Столь интимное перешептывание и хитрые улыбки на лицах принца и принцессы вызывают бурную реакцию у гостей, которые немедленно принимаются обсуждать то, что видят. Эсмеральда расправляет плечи. Весь страх снимет, как рукой. Она ведь не одна, и шагающий рядом брат не даст ей оступиться. Принцесса с достоинством приподнимает подбородок, принимаясь раздавать приветствия и очаровательнейшие улыбки гостям. Сьюзен наклоняется вперед, чтобы лучше видеть появившуюся в другом конце зала дочь. Королева Великодушная хмурится, бросая едкий взгляд в сторону сидящего на соседнем троне брата: — Питер, скажи мне пожалуйста, что твой сын делает рядом с моей дочерью во время ее дебютного шествия?! Верховный король ухмыляется, одаривая сестру уничижительным взглядом: — Мой сын перестал посвящать меня в свои планы точно так же, как и твоя дочь — тебя. Питер делает особое ударение на последних словах, с удовольствием наблюдая, как любимая Сью плавно приходит в негодование. — Это ты ей разрешил!!! — шипит в его сторону королева. — Единственное, что я ей разрешил — это взять мелких с собой на дебют. Сьюзен задыхается возмущением, наблюдая, как все больше гостей начинают перешептываться. В этот день именно красота и готовность стать невестой ее дочери должны были быть центром внимания. Гости должны были восхищаться юной принцессой, разнося во все углы вести о том, насколько она прекрасна и какая честь выпадет тому, кто станет ее избранником. Вместо этого гости обсуждают не по возрасту мужественность Питеровского (несовершеннолетнего!!!) сынка, который с таким достоинством представляет двору Эсмеральду, будто он только что завоевал с десяток земель и взял сотню замков. — Это все ты виноват! — Сьюзен бросает разъяренный взгляд на брата. — Ты слишком много ей позволяешь! Всегда позволял!!! И что теперь скажут соседи?! Питер ухмыляется еще шире: — Уверен, о нашей Эсми еще столько будет сказано, что тебе и не снилось. Верховный король с откровенным удовольствием наблюдает за тем, как сестра багровеет. По правую сторону от ряда тронов стоит украшенный синими и белыми цветами помост. Роберт доводит Эсмеральду до ее почетного места, подавая ей руку, когда она поднимается на ступеньку. — Теперь мне точно пора. — голосом, не терпящим возражений, произносит Роберт. — Эс, манеры! Принц едва ли не испепеляет взглядом бросившуюся было его обнимать Эсмеральду. Принцесса замирает на полушаге, пытаясь подавить смех. Младший, а такой властный. — Моя леди, — Роберт кланяется Эсмеральде, целуя ей руку, а затем растворяется за спинами гостей.