Глава 34

Где-то над Японией. 23 января 2079 года. 22:00 Невесомые и практически прозрачные облака простирались на всем протяжении горизонта. Личный самолет Еринобу Арасаки входил в воздушное пространство Японии. Через несколько часов, он должен будет совершить посадку в Токио. Вот только для столь неожиданного возвращения в родные пенаты, была одна нерадостная причина. Из проверенных и надежных источников в корпорации, а проще сказать от местных стукачей, ему удалось узнать что Ханако все же так и не смогла смириться с текущим положением дел и последние несколько месяцев, тайно продолжала готовить, задуманный ранее переворот. Для начала - в умах людей, особо приближенных к брату. Ведь вопрос развенчивания мифа о заслуженности занимания им главенствующего поста, так и остается открытым. Даже среди членов фракции "Така", находилось достаточное количество тех, кто испытывал к новому правителю явную неприязнь. В самых разных ее проявлениях. Впрочем, Еринобу был прекрасно осведомлен о таком положении дел. Само собой, такой малозначащий факт никак не мог покоробить его уверенность в завтрашнем дне. Ведь чего только не случалось в жизни младшего сына Сабуро Арасаки... Впереди показались яркие огни, вовсю пылающей жизнью японской столицы. Чуть поодаль, крыши огромных небоскребов настолько сильно возвышались ввысь что казалось, будто касаются неба. Самолет стал медленно снижаться по направлению к аэропорту. Еринобу нервно крутил в руках свой телефон. Удивительно, но он до сих пор испытывал сильное напряжение при таких обязательных летных процедурах, как снижение и набор высоты. Впрочем, наверное, любому свойственны какие-то свои страхи и фобии. Тяжело найти человека, абсолютно равнодушного к внезапным внешним проявлениям и сохраняющего полнейшее спокойствие в любой ситуации. Да даже если и есть такой, то скорее всего... он уже и не человек вовсе Но самое тяжелое испытание ждало впереди. Заставить Ханако пойти на диалог, особенно после всего что произошло, видится архисложной задачей. Еринобу никогда не отрицал того факта, что нахождение во главе корпорации такого мягкого и, подверженного влиянию извне человека как его сестра, весьма пагубно скажется на дальнейшем процветании детища их отца. И тем более, не стоило подвергать ее опасности в текущий период времени. Когда близится очередной, неизвестно уже какой по счету межкорпоративный конфликт. Да и активных участников теперь наверняка станет гораздо больше. В частности, пребывавшая доселе в тени, корпорация "Найт". Не стоило сбрасывать со счетов и "Биотехнику". Итальянцы всегда были крепким орешком. Даже несмотря на то, что всячески старались поддерживать явный нейтралитет. Срок действия последнего договора о сотрудничестве с "Арасакой", истек более десяти лет назад. Поэтому, им теперь ничего не мешает, воспользоваться совместными наработками и тем самым, воткнуть нож в спину Еринобу - Ханако... Нам нужно поговорить - И как еще у тебя хватило смелости просить об этом? - Я не собираюсь сейчас оправдываться. Уже и так слишком много всего было сказано ранее - Тогда мне незачем отнимать у самой себя время. Тем более, ради очередной бесполезной словесной перепалки - В этот раз, все будет иначе. Клянусь - Все твои обещания, Еринобу... Хммм... Да ты и сам знаешь - Прекрасно понимаю твои чувства... - Не сомневаюсь. Однако, несмотря на твои слабые попытки раскаяния, нашего отца уже не вернуть - Но я все еще могу вернуть твое доверие ко мне - Не уверена, что на это существует даже самый мизерный шанс - Я лишь прошу о личной аудиенции. Вот и все - Хорошо. Сможешь еще раз посмотреть на родную сестру своими бессовестными и лживыми глазами - Пусть будет так - Через три часа. В нашей семейной резиденции - Ханако... Ты же прекрасно знаешь мое отношение к ней. Я дал клятву - И что? Думаю, нарушить ее не составит для тебя большого труда - Ханако! - Или там... или нигде. Выбирай Еринобу не мог терпеть когда ему выдвигали условия. Но в случае с сестрой, позволил совершить подобное неуважение в отношении себя. Возможно, их будущий разговор сможет отстроить, сожженные ранее мосты, заново: - Пусть будет по-твоему - Прекрасно. Не опаздывай. И прошу тебя, приходи один - Что?! - уровень недоверия родной сестры, вызвал у него просто дикое удивление - Неужели ты думаешь, я могу причинить тебе физическую боль? - К сожалению, да. Прости - и на этих словах их разговор прервался Самое сложное предстояло еще впереди. Но Еринобу не был бы самим собой, если бы не имел некий туз в рукаве. Причем очень существенный. То самое развенчивание мифа все же произойдет. Правда, относящегося немного к другому человеку Япония. Регион Канто, близ Токио - резиденция семьи Арасака. 24 января 2079 года. 01:00 Фамильный комплекс семьи Арасака встретил своего "блудного сына", как и подобает. Привычной хмуростью и навевающей тревогу тишиной. И хоть Еринобу и считал все эти потусторонние силы глупой выдумкой людей, но тем не менее верил, что где-то здесь, в стенах огромного здания, все еще витает дух покойного отца. Настолько сильно распространялось его влияние Еринобу превозмогал над собственным гневом, буквально при каждом шаге по территории, когда-то навсегда вычеркнутой из его жизни. Он никогда не вспоминал о тех временах. Словно, их никогда и не существовало. Сложно поверить, что можно испытывать такую ненависть к собственному дому. Там, где ты вырос и познавал жизнь. Там, где тебя всячески окружали заботой и добротой. И там, куда хотелось возвращаться после трудного и напряженного дня Ханако ждала его в том самом кабинете отца. В месте, которое Еринобу впервые увидел лишь в тот самый день. Ставший для него последним в стенах семейной резиденции. Удивительное совпадение, приведшее к тому кем он сейчас и является. Оно уже совсем не похоже на то, что было тогда. Но все равно, настойчивые "флешбеки", моментально заполонили его голову. И в памяти сразу же всплыли те самые... "убийственные" слова: - Скажи, ты специально выбрала именно это место? - А тебе уже не все равно? Раз уже наступил на горло собственной гордости - Это все ради тебя - Замолчи! Хватит прикрываться своей мнимой любовью к родной сестре! Тебе как и всем вокруг нужна лишь власть. Нужно показать всем, что ты силен. А на остальных плевать! - Лишь отчасти. И хорошо, что это единственное, что сближает меня с нашим отцом. Во всем остальном - мы совершенно разные люди - Ты снова пытаешься выставить папу каким-то чудовищем! Когда уже поймешь, что без его сильной руки и непоколебимого характера, не было бы всего этого?! - Чего этого?! Открытой ненависти сотен миллионов людей по всему миру?! Если да, то поставленную задачу он выполнил с огромным запасом - Оглянись вокруг. Посмотри... Мир и без этого скатился бы в пучину хаоса. Процесс был запущен уже очень давно. Возможно даже, еще до нашего с тобой появления на свет. Не думай что разрушением всего того, что построил отец, ты сможешь предотвратить будущий исход. Ты не Господь Бог! - Поверь, он уже давно потерял связь с реальностью. И все последующие ходы привели бы к неизбежному тупику. А мышление, основанное на устаревающих стереотипах, неизбежно ведет именно туда. Перемены назрели очень давно - А ты у нас значит прогрессивный и современный правитель?! Которому ничего не стоит убить собственного отца! Еринобу понял, что сейчас самое время доставать тот самый козырной туз. Он аккуратно извлек из кейса, некое подобие ежедневника. Ханако была очень удивлена данному обстоятельству, так как практически не застала подобных вещей. За последние лет так 50, найти человека кто бы делал ручные записи, было так же тяжело, как и найти кого-нибудь без единого киберимпланта. Естественно, если отбросить самый низший класс жителей. То есть - обыкновенную бедноту. В общем, такая редкая вещица уже вполне тянула на музейный эскпонат Он протянул его сестре. Сразу бросилась в глаза приятная обложка в нежно-розовых тонах. Почему-то, в этот момент по спине Ханако прошла легкая дрожь. Словно предчувствие некоего удивительного открытия: - Что это? - То, чему ты точно поверишь. В отличие от даже тысячи моих слов... Мамин дневник - последние слова Еринобу произнес практически шепотом, словно боясь что его могут услышать - Боже!... Как? Откуда? - Ханако одолело полнейшее смятение - Это сейчас не так важно - Отвечай! - Мне его отдал Шинтаро - Шинтаро?! Шинтаро Такаяма?! - А ты знаешь другого человека с таким именем и имеющим высокий статус в семье? - Но каким образом он оказался у него? - Никто не знал, что она вела свои личные записи. Даже наш отец. И прочитав их, я сразу уловил причину по которой мама старалась держать все в тайне. Шинтаро был единственным из приближенных к Сабуро людей, кому она могла доверять. Поэтому попросила его отдать их мне при первом удобном случае. К сожалению, так уж получилось что подобный момент наступил лишь спустя 30 лет. А сейчас, хочу чтобы и ты тоже узнала о том, что так тайно скрывалось от наших с тобой глаз. Я оставил закладки во всех необходимых местах Дрожащими руками, потрясенная Ханако принялась листать дневник женщины, которая отдала свою жизнь ради ее собственного рождения. Жизнь порой преподносит удивительные сюрпризы. Но для дочери Сабуро Арасаки, она уже никогда не станет прежней Первым делом, Ханако отметила потрясающе красивые изгибы почерка. Ведь по воспоминаниям очевидцев, мама к любому делу подходила с должным образом ответственности. И даже к подобного рода мелочам. Ее дочь же тем временем, медленно пролистывала уже весьма пожелтевшие от времени листы, все ближе и ближе подбираясь к первой выделенной Еринобу записи 27 октября 1995 года "Сегодня Сабуро вновь вернулся сам не свой. Временами мне кажется, что его увлеченность собственной корпорацией, затмевает нас всех. Теперь, это для него как два, абсолютно разных мира. И в один из них, он явно не спешит возвращаться. Может быть я слишком утрирую? Возможно... Но почему-то всякий раз, когда я хочу с ним поговорить по поводу складывающейся ситуации, у него находятся какие-то неотложные дела. Как мне до него достучаться? Неужели я многого прошу?" "Пару дней назад, попыталась уговорить Кея помочь мне. Странно что я решилась на такой шаг, ведь до этого мы с ним практически не общались. Наши отношения как-то сразу не заладились и никто не торопился исправлять текущее положение дел. Возможно, Кей так до конца и не осознал что отец решил еще раз вступить в законные отношения. Но при этом, всю накопившуюся злобу выплескивал лишь в мою сторону. Нет, он никогда не позволял грубить в открытую. Или что-то в этом духе. Но глаза не могут лгать. А они выказывали высокую степень надменности при каждом удобном случае..." "Поэтому, совершенно неудивительно что тот в итоге отказал мне в помощи. Правда объясняя это тем, что у отца сейчас действительно напряженный период и стоит потерпеть. Успех не любит тех, кто ничего не делает. Затем, он еще что-то говорил про мировой финансовый кризис, который может стать для корпорации... трамплином в светлое будущее. Удивительно, как этот весьма юный молодой человек, оказался настолько подкован в данных вопросах. Впрочем, Сабуро уже давно рассматривал именно его в свои преемники и поэтому, с младых лет обучал Кея всему необходимому. Но мне лично все это настолько чуждо! Я лишь хочу, чтобы у нас все было как раньше. Чтобы мы вновь собрались вечером в субботу на традиционный семейный ужин и поговорили. Поговорили, как настоящая крепкая семья. А не теперешнее жалкое подобие. Спасибо Господу, что малыш Еринобу еще младенец и не видит всего того что творится вокруг..." 6 июня 1997 года "В этот день я узнала, какими именно методами не гнушается мой, еще некогда обожаемый муж. Сейчас это уже принципиально другой мужчина. Не тот, за которого я выходила когда-то замуж. И чью личность идеализировала день за днем. Воспевая его стремление сделать Японию сильной и процветающей державой. А главное, независимой от Запада. Все это далеко в прошлом. Шантаж, подкуп и убийства... Вот, что конкретно ускорило громадный рост корпорации "Арасака". Вдобавок ко всему, он практически уничтожил здоровую конкуренцию в своей же родной стране. А после, еще и получив возможность давить на наше правительство. Чего же именно добивается Сабуро? У меня есть только одно логическое объяснение. Тотальный контроль... Однако, боюсь что такими темпами, даже его родная семья не сможет чувствовать себя полностью защищенной и независимой. Не хочется думать о самом ужасном, но... Может быть мне еще удастся образумить его... Остается только молиться..." 3 апреля 1998 года "Боже! Как такое вообще возможно?! Оставить тысячи людей без средств к существованию! И лишь ради того, чтобы ослабить мнимого конкурента!" "Боюсь, что все зашло слишком далеко. Через пару дней, когда Сабуро вернется в Токио, я намереваюсь высказать ему все прямо в лицо. И посмотреть, хватит ли у этого человека совести, признать свои действия варварскими и нарушающими права человека. Насколько же власть развращает людей!" 6 апреля 1998 года "Скорее всего это один из последних дней моего нахождения в стенах этой, ставшей полностью чужой, резиденции семьи Арасака. Не имею больше никакого желания, иметь к ней хоть какое-то отношение. Сегодня, я впервые ощутила... самый настоящий страх за свою, еще совсем недавно счастливую и беззаботную жизнь. Попытка добиться от Сабуро извинений, окончилась самым ужасным из всех возможных вариантов. Он посмел поднять на меня руку. Несмотря на его возраст, последствия пощечины до сих пор вызывают болезненные ощущения. А в первые несколько секунд после удара, мне даже показалось будто начинаю терять ориентацию в пространстве. Но теперь уже неважно. Это конец..." 12 апреля 1998 года "Сама не знаю почему, но... Я все еще здесь. Впервые за долгое время мы смогли сесть и обсудить все наши проблемы. Поразительно!" "Сабуро поклялся что скоро все будет по-другому. Он обдумывает полную смену приоритетов дальнейших действий корпорации. И что, буквально на днях будет сформирован специальный отдел. В его обязанности войдет разработка новейших, поистине революционных имплантов. Они будут направлены на улучшение качества жизни и станут доступными для самого широкого круга потребителей. Возможно, это станет возвращением к тем самым истокам, когда "Арасака" еще лишь начинала свой подъем к вершине. И которого она добивалась, сугубо с помощью необходимых в повседневной жизни инноваций. Хочется верить, что здесь не обошлось без моих увещеваний. Я буду безмерно счастлива, даже если они составляют всего лишь один процент от общей суммы" 19 сентября 1998 года "У нас будет девочка! Сейчас в этом уже нет никаких сомнений. Сбылась давняя мечта Сабуро. И теперь мы полностью избавлены от терзаний по поводу будущего имени. Ведь оно уже было заготовлено заранее. Ханако... Как же прекрасно звучит! "Девочка-цветок"..." "Наверное, ее рождение станет новым стимулом и вызовом для умудренного жизненным опытом Сабуро. Пару месяцев назад, он уже признавался мне что сделает все возможное, чтобы его родная и такая долгожданная дочь заимела поистине сказочное детство. В котором, она практически сразу с пеленок начнет купаться в безграничной заботе и любви. Что позавидует даже дочка недавно провозглашенного Императора Японии - Дзуичи Накао. А по-другому и быть не может, когда твоим отцом является один из самых влиятельных людей мира" 30 ноября 1998 года "За окном стучит дождь. Все звучит так, словно он оплакивает меня. Мою наивность и глупость. Утром я говорила с отцом. И он признался в... Даже не знаю, стоит ли сейчас вообще это писать" "Во время нашего последнего примирения с Сабуро, огромную роль в нем сыграли мои родители. Почему-то тогда я услышала просто бесчетное количество хвалебных од в его адрес. В основном все сводилось к одному - что лишь с ним возможна счастливая и беззаботная жизнь без всякого намека на внешние факторы. Жизнь в роскоши и богатстве. Неиссякаемый доступ к самому лучшему. Начиная от личного повара, лучшего в Японии и заканчивая всеми современными технологиями, работающими на благо человечества. И естественно, никакого подозрения данный факт у меня не вызвал. Ведь как можно не доверять собственным отцу с матерью?! Всегда желающих для своих детей лишь самого лучшего. Вот только счастье это лопнуло очень быстро, словно мыльный пузырь, отправленный в свободный полет" "Реальность оказалась намного более суровее. Сабуро просто-напросто заставил их сделать подобное, путем шантажа и угрозы лишения собственного бизнеса. Да и в целом мог запросто превратить их жизнь в сущий ад. А взамен лишь пообещал что больше никто и никогда не потревожит и не обидит их любимую дочурку. Потрясающее открытие! И как раз перед скорым рождением ребенка. Предать все это огласке сейчас - означало бы поломать разом не одну жизнь, а сразу три. В лучшем случае. Господи! Дай мне силы, чтобы пережить весь этот кошмар! И не позволь Еринобу стать таким же... Прошу..." 19 января 1999 года "Кажется, другого пути кроме как молчать у меня нет. Но как теперь сосуществовать рядом с Сабуро? Мило улыбаться по утрам, будто ничего не случилось? Продолжать вынашивать нашу общую дочь и делать вид, что полностью счастлива? Клянусь, это будет самое тяжелое испытание в моей жизни..." Ханако медленно опустилась в кресло. Такого она явно не ожидала. Весь этот, искуственно нарисованный ей в детстве мир, рухнул словно карточный домик. До конца не верилось, что все это является правдой: - Почему? - Что? - Почему ты скрывал это от меня столько времени? - Я просто старался оберегать тебя. Иногда, правда может оказаться слишком горькой - Господи! Я же твоя родная сестра! - Именно это и являлось решающим фактором, останавливавшим меня После этих слов он подошел к ней и взял за руку. Она подняла голову и взглянула тому в глаза. По ним сразу стало ясно, что основное еще ждет впереди: - Есть еще кое-что, что ты должна знать - Разве может быть что-то ужаснее этого? - и глаза Ханако стали влажными от подступающих слез - Прости. Но я должен быть честен с тобой до конца. Иначе, буду жалеть всю оставшуюся жизнь - Тогда не тяни - Ты ведь знаешь из-за чего умерла наша мать, так? - и получив в ответ, еле заметный утвердительный кивок головы, он продолжил - Отец знал о возможных осложнениях после родов. Корпоративные врачи сообщили ему еще за несколько месяцев до них. К слову, во время моего рождения случилась аналогичная ситуация. Но, благодаря оперативному вмешательству, удалось избежать непоправимых последствий. Однако, в этот раз он никому ничего не сказал, дабы избежать ненужных переживаний и пересудов. Просто сам сделал выбор - чью же именно жизнь в итоге сохранить - Выйди... пожалуйста... - тихо произнесла Ханако - Позволь... - Выйди! Сейчас же! - повторила она свою просьбу, уже явно срываясь в истерику Еринобу понимал, что в данной ситуации нет иного варианта, кроме как оставить ее наедине с собственными мыслями. Ханако требовалось переварить всю полученную информацию. Весь этот ужас. Она явно не заслуживала подобного. Едва он успел закрыть дверь, как раздался громкий плач. Никогда еще Еринобу не видел свою родную сестру в таком состоянии. Так прошло примерно пять минут, показавшихся настоящей вечностью. Как бы он хотел сейчас обнять ее и успокоить! Но лишь после того, как Ханако пронесет всю эту душевную боль через себя. Другого пути нет: - Как она? - данный вопрос принадлежал Оде который как истинный ниндзя, неожиданно возник откуда-то сбоку - А разве не слышно? - получил он грубый ответ - И стоило оно того? - Мне кажется, что ты лезешь не в свое дело - Я отвечаю за безопасность дочери покойного Сабуро Арасаки. Поэтому считаю целесообразным задавать подобные вопросы - Даже если они адресованы главе корпорации? - Не нужно пытаться запугать меня. Я подчиняюсь лишь Ханако-сама - Похвальная преданность. Однако, не стоит недооценивать мои полномочия - Обязательно учту И пока Еринобу недовольно фыркал и пытался буквально испепелить взглядом своего нежданного собеседника, тот тем временем внимательно прислушивался к тому что происходило за дверью: - Как-то слишком тихо - Вероятно уже пришла в себя - Не знаю почему, но у меня плохое предчувствие - выдал вдруг Ода - Придержи эти догадки для своей непосредственной работы. Ладно? - ответил Еринобу и слегка толкнул дверь - Пошли Через мгновение, перед глазами обоих возникло, возможно самое ужасное зрелище в их жизни. Прямо посреди комнаты в еще только зарождающейся луже крови лежала Ханако. При это ее насквозь пронзал старинный фамильный меч. Никаких сомнений быть не могло. Она совершила "сэппуку". Еринобу моментально оказался на коленях рядом с умирающей сестрой: - Боже! Ханако! Нет! Нет!... Нееееееееет!