Глава 2

      Обменявшись немного пламенными взглядами еще раз, я все-таки уткнулся в документ, который протянула мне девица, и окончательно убедился в том, что в ее бумажках тоже стоит номер «69».       — Что же, я надеюсь, что ты истинный джентльмен, поэтому соберешь свои манатки и уйдешь в другую комнату.       — Как жаль, что не оправдаю твоих ожиданий. Хотя нет, мне насрать. Из своей комнаты я не уйду.       — Как мило, — брызнула ядом она, выходя из комнаты. — Я это так просто не оставлю и свою комнату отвоюю, так и знай!       — Свою можешь отвоевывать сколько тебе угодно, а мою оставь в покое, — сказал я, однако девушка явно этого не услышала, потому что уже мчалась на всех парах к коменданту.       Наспех обувшись, я вылетел за ней, потому что чисто из принципа уступать эту комнату теперь не собираюсь. Зайди она ко мне при других условиях, а может даже окажись подо мной, я бы еще подумал над этим, но теперь однозначно нет.       — И как это понимать? — разносились ее вопли по всему коридору. — Моя фамилия Харрис. Вам совсем это ни о чем не говорит?       — Да хоть Елизавета Вторая, — монотонно произнесла женщина. — У вас какой номер комнаты? Шестьдесят девять? Вот и идите в свою комнату. Какая проблема?       — Проблема в том, что в моей комнате уже кто-то живет, — не сбавляя напора, выпаливала она.       — Вот это да, — безэмоционально ответила комендант. — Таких людей, которые живут с вами в одной комнате, соседями называют. И что вы хотите от меня? Чтобы я выгнала вашего соседа?       — Именно этого я и хочу, — на полном серьезе сказала девушка. — Если вы не в курсе, то госпожа Сильвер-Харрис еще месяц назад оплатила эту комнату, и, к слову, она рассчитана на проживание одного человека. У меня есть документы, подтверждающие это.       — Вообще-то, как ни странно, но я согласен с этой истеричкой, — решил вмешаться я. — Меня тоже не устраивает, что ее поселили в мою комнату, — акцентирую внимание на слове «мою».       — Я что, по-вашему, расселяю людей? Я лишь выдаю ключи. По всем остальным вопросам обращайтесь в учебную часть.       — То есть вас не смущает, что в одной комнате будет жить девушка и парень? И плевать, что это запрещено по правилам общежития? — скрипя зубами, процедила Харрис.       — Так вы меньше говорите об этом, никто и не узнает.       — Нет, это нормально вообще? — вдохнула и выдохнула блондинка. — Поверьте, если моя тетя узнает о том, что вы тут устроили, вам всем несдобровать.       — Давай, беги к тетушке под крылышко, — снова влез я, принимая на себя испепеляющий взгляд новой соседки. — А пока ты бегаешь, я, так и быть, сам выставлю твои чемоданы и устроюсь в своей комнате.       — Нет уж, не дождешься, — проносясь мимо меня, она целенаправленно двинулась в выданное нам жилье.       Зайдя следом за ней, я вальяжно прошел к кровати, скинул обувь и запрыгнул на нее. Девушка, чуть успокоившись, еще раз начала внимательно сканировать помещение.       — Где кровать?       — Не думал, что у тебя проблемы со зрением, но так и быть, я подскажу: кровать прямо подо мной.       — Где моя кровать? — пристально посмотрела она на меня.       — Возможно, в другой комнате? — ухмыльнулся я, чем еще больше разозлил блондинку.       — Ты же не думаешь, что я буду спать на полу?       — А я, признаться, вообще не думаю, где ты будешь спать. Знаешь, почему? Потому что это вообще не мое дело. Кто успел, тот и съел.       — Тáк значит? То есть ты не отдашь мне мою кровать? Хотя нет, я переформулирую вопрос: ты не собираешься сваливать из моей комнаты?       — Странно, что ты до сих пор не поняла, что эта комната моя, — взяв книжку, я открыл ее на нужной странице и начал усердно делать вид, будто читаю.       Усевшись на потрепанный диван, девушка достала смартфон и начала разъяренно тыкать когтями по экрану. Странно, что стекло еще не треснуло от такого напора.       Уткнувшись в книгу, я реально стал вчитываться и даже позабыл о том, что нахожусь в помещении не один, и стоило мне погрузиться глубоко в мысли, как в дверь кто-то постучал.       Встав с кровати, я прошел мимо девушки, которая продолжала что-то настрачивать в своем телефоне, и стоило мне открыть дверь, как мой новый сосед уже ввалился ко мне, как к себе домой.       — Ну как, обустроился? — прошел вглубь комнаты он. — Серьезно? Уже девушку где-то подцепил? — спросил Макото, удивленно глядя на блондинку.       — Девушку? Я здесь не вижу девушку, — помолчав, наигранно добавил: — А-а, ты про этого злобного цербера, сидящего на моем диване? Она сама ворвалась в мою комнату и пыталась ее отнять.       — К твоему сведению, я сижу здесь и все слышу, — подняла голову от экрана она.       — Так я на это и рассчитываю, — ухмыльнулся я.              — Сэм, — протянул руку девушке он.       — Аккуратнее, Сэмми, вдруг эта бешеная отцапает руку, и мы не сможем спасти тебя.       — Агата. А теперь отвалите оба от меня.       — Так вы объясните, что здесь происходит? — садясь на свободный стул, спросил парень.       — Да что тут объяснять: видишь ли, Малыш Сэмми, данная особа, наверное, увидела меня на территории студенческого городка и поняла, что не сможет жить без меня, поэтому подделала документы, вписав номер моей комнаты, а теперь сидит и делает вид, будто ничего не знает.       — Остынь, индюк. Как только вопрос с комнатой решится, я с большим удовольствием посмотрю, как ты вылетишь отсюда. Поправочка, я самолично вышвырну тебя из этой комнаты.       — Ух ты! Силенок-то хватит? — да, день у меня сегодня определенно не задался. Еще и Сэм словно назойливая муха привязался. — Так ты чего приперся? — перевел свое внимание на него.       — Посмотреть, не сбежала ли твоя мажорная задница из такой гиблой комнатушки, — съехидничал он.       — Очень смешно, ты только сильно не улыбайся, а то глаза совсем исчезнут, — бросил я, на что парень, как ни странно, даже не отреагировал, видимо, был так занят рассматриванием девчонки.       Затянувшееся молчание прервалось влетающей без стука агрессивно настроенной брюнеткой.       — Стучаться не учили? — вспыхнул словно спичка я.       — Если только тебе по голове, — проходя вглубь комнаты, ответила она. — Агата, какого хрена происходит?       — Ева, это какая-то жесть! Мало того, что меня запихнули в этот университет, так еще и поселили с каким-то дятлом.       — Полегче в выражениях, киса.       — Я тебе не киса. А еще раз ты меня так назовешь, я сломаю тебе что-нибудь, — встала с места она.       — А, я понял, у тебя месячные, поэтому ты агрессивно реагируешь на все, — продолжил измываться над новой соседкой я.       — Тебя никто не спрашивал, знаток менструального цикла, — ответила за нее подруга. — Кто вообще эти придурки?       — О, они геи, — сказала Агата, а Сэм буквально потерял челюсть. — Тот, что много разговаривает, явно главный. А еще он же оккупировал мою комнату.       — Ты что, совсем уже страх потеряла? — что ж, чертовка, у тебя получилось выбесить меня своим длинным языком.       — Нельзя потерять то, чего нет, — спокойно ответила она. — Я пошла разбираться с комнатой, а ты начинай собирать свои шмотки и готовиться на выход отсюда, — на этих словах две агрессивные бестии вышли вон.       — Она серьезно назвала нас геями? — наконец отошел от шока мой международный друг.       — Плевать, как она нас назвала. Малыш Сэмми, ты просто обязан мне помочь. Я ни за что в жизни не отдам ей эту комнату, и ты будешь воевать на моей стороне.       — Вот еще, заняться мне нечем, — встав со своего места, сказал он.       — Ты разбиваешь мне сердце, — ответил я в спину парню.

***

      Спустя час Агата вернулась обратно, всем своим видом говоря о том, что ничего у нее не получилось.       — О, я уж думал, ты не вернешься, — бросил с порога, глумясь над тем, что девушка кипятилась, словно чайник. — Ну так что, когда забираешь чемоданы и проваливаешь?       — Заткнись! — рыкнула она. — Сегодня пятница, а это значит, умник, что вся учебная часть давно отдыхает, поэтому нам придется жить вместе до понедельника минимум, — сказала блондинка.       — Как же я счастлив, — направился в ее сторону. — А ты не боишься оставаться со мной наедине?       — Сунешься ко мне, я тебе яйца оторву, — затолкав чемодан в гардеробную, ответила Агата. — Посмотришь в мою сторону, выцарапаю глаза. Вопросы?       — Да, пожалуй есть один. Как давно ты занималась сексом? — глаза девушки расширились от удивления. — Быть может самоудовлетворялась? Нет, я понимаю, что с таким агрессивным настроем ни один адекватный парень не сунется к тебе, но честное слово, ты бы поработала над этим на досуге, а то недотрах дурно влияет на тебя.       — Козел.       — Стерва, — ухмыльнулся я.

***

      Разойдясь по разным углам комнаты, каждый принялся старательно делать вид, что занят чем-то важным. Агата демонстративно раскладывала вещи, говоря тем самым, что освобождать это место не собирается, я же решил выйти прогуляться, а еще лучше найти хорошее место и как следует оторваться, поэтому был занят тщательным подбором одежды в онлайн магазине, так как из аэропорта до сих пор мне не позвонили.       — Мне нравится, с каким упорством ты все это раскладываешь, но еще больше я буду кайфовать, когда ты все соберешь обратно в свой чемоданчик и свалишь отсюда к чертовой матери, — блять, я просто не могу пройти мимо, чтобы не пустить колкую фразу в сторону Агаты.       — Послушай сюда, недососед, если хочешь дожить до понедельника, то советую тебе не нарываться. Кто знает, что я могу подсыпать тебе, — коварно улыбнулась она.       — Так страшно, что боюсь не добежать до туалета.       — Смейся, пока есть такая возможность. И кстати, не хочешь ли ты поспать на диване, — последнее явно не подразумевало в себе вопрос.       — На диване? — сделал я задумчивый вид. — На этом? — указал на потрепанный диван в гостиной. — Да ни за что, — ответил я, чувствуя себя максимально удовлетворенным от того, что девчонку выводит моя непокорность.       — И зачем я спросила? — бросила она, делая уверенный вид. — Ты же мажорчик, сразу видно. Как же ты положишь свою царскую задницу на какой-то старый диван? — задала риторический вопрос Агата.       — Да, ты права. Именно поэтому ты свою задницу, кстати, ничего такую, — я демонстративно опустил взгляд на ее ягодицы, не забыв подмигнуть, из-за чего она еще больше начала беситься, — положишь на этот видавший жизнь диван.       — Знаешь, ты не доживешь до понедельника, это я тебе обещаю. Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю.       — Мне уже начать фантазировать? — скинув с себя футболку, я взял полотенце и направился в ванную, специально щеголяя торсом перед Агатой. — Запомни, я люблю, когда меня называют «папочкой», — если бы у меня был термометр, то он бы показал мне, насколько сильно накалилась атмосфера в комнате, и дело даже не в моем сексуальном подкачанном теле, а в бурлящей, словно лава, крови Агаты. — М-м-м, какая ты горячая, — решил добить девушку, — тебе бы остудиться. Не хочешь в холодный душ? — и на этих словах я бросил свою «жертву» одну, а сам громко захлопнул дверь в ванную и начал ликовать.       Ох, Агата Харрис, ты еще пожалеешь, что вторглась в мою комнату.       Наспех ополоснувшись, я завязал полотенце на бедрах, оставляя простор для фантазии Агаты, и вышел в гостиную. Расположившись на небольшом коврике перед своим спальным ложе, девушка корячилась в каких-то странных позах, однако, увидев меня, соседка недовольно цокнула, при этом даже не отвернулась, гордая.       — Что это за камасутра? — рассмеялся я, глядя на нее.       — Это йога. Помогает расслабиться и привести нервы в порядок, особенно после общения с такими придурками, как ты, — ответила она и закрыла глаза.       — Поза «кобры», — зачитал я с экрана ее смартфона, на котором параллельно с ней миловидная девушка показывала упражнения. — А, ну теперь понятно, почему в тебе столько яда. Готовишься к нападению? — черт, кажется я был готов измываться над ней вечность.       — Иди куда шел, плейбой недоделанный.       — Считаешь меня сексуальным?       — Считаю тебя придурком, — ответила она и закончила свое абсолютно бесполезное, на мой взгляд, занятие.       — Надо бы поработать над твоими манерами и поведением, — ухмыльнулся я и откинул полотенце в сторону, оголяясь перед соседкой.       — Твою мать, ты что, из джунглей сюда попал? Заканчивай светить своей задницей, долбаный Тарзан.       — Прости, что ты сказала? — слегка обернулся я и увидел, как Агата вскочила со своего места. — А то мне послышалось: «О боже, Александр, ты такой горячий и сексуальный», — однако последние слова девушка не услышала, так как вылетела пулей из комнаты, громко хлопнув дверью.       Следующие полчаса, пока я собирался на вечернее рандеву со своим японским другом, я так и провел в одиночестве. По всей видимости, и без того шаткие нервы моей соседки, которым не помогает даже йога, окончательно отказали, поэтому она побежала к своей не менее психованной подруге, чтобы рассказать, как же ей не повезло с соседом.       — Ты готов? — появился на пороге Макото. — А где эта милая девушка?       — В аду, — поправил ворот рубашки я, — где-то приблизительно на пятом круге.       — Вот ты придурок, — усмехнулся парень, однако шутку оценил. — Женская месть страшная штука, поверь мне.       — Знаешь не понаслышке? — на мои слова Сэм скривился. — Скажи мне, Малыш Сэмми, а ты кем был в этой роли: мстителем или жертвой?       — Узнаешь, если не перестанешь меня бесить, — хмыкнул он. — Пошли уже.       — Иду-иду. Сейчас только свяжусь с аэропортом насчет багажа и оставлю адрес, куда нужно будет его доставить.       Оказавшись в каком-то неплохом, на первый взгляд, местном баре, мы решили сначала выпить за знакомство, потом за студенчество, затем за соседство, дальше за крепкую мужскую дружбу, и где-то на пятом бокале виски осознали, что просто искали повод хорошенько нажраться.       — Знаешь, Нильсен, — начал изрядно пьяный Макото, — я помогу тебе! Какое право они вообще имеют называть нас придурками? А геями? Я что, похож на гея? — чуть громче положенного сказал он, чем привлек всеобщее внимание.       — Спокойно, самурай, — опрокинув еще бокал, ответил я, — мы еще достанем свои дайсе и покажем им, что из себя представляем. Они ответят за свои слова, — торжественно произнес новый тост я.       — Hitsuyōna, — ответил что-то невнятное японский товарищ-негей, и мы допили виски.

***

      Не знаю, который час был, и как мы прошли к своим комнатам, но я точно уверен, что Агата уже спала, а если она спала, значит я мог ее разбудить. Конечно же, абсолютно случайно.       Изрядно покопавшись с замком, я все-таки разобрался с непреодолимой преградой и открыл дверь почти с ноги.       — Есть кто дома? — также громко захлопнул дверь я и включил свет в гостиной.       — Если ты сейчас же не заткнешься, я вырву твой язык и засуну его тебе же в задницу, — пробормотала сонная Агата и накрылась одеялом с головой.       — Какие мы злые, — трижды цокнул я. — А ты что, спала? — наигранно удивился. — Прости, не знал… Не знал, что в этой комнате кто-то живет кроме меня. Вот незадача, — скинул обувь я и направился к своей кровати.       — Ты не хочешь выключить свет? — донеслось из-под одеяла.       — Мне он лично не мешает, — улыбнулся я и буквально упал на кровать.              А дальше произошло то, чего я меньше всего ожидал: под моим весом ножки с треском сломались и разъехались в разные стороны, а затем с громким звуком рухнула и вся кровать, собственно, как и моя самооценка, четко выстраиваемая весь этот проклятый день.       — Блять! — громко крикнул я, а потом прислушался и понял, что из-под одеяла доносился самый настоящий не смех, а ржач. — Твоих рук дело? — однако девушка проигнорировала мой вопрос и, вылезая из-под одеяла, бросила издевательское: «Хорошей ночи, придурок».       Вот так вот я, Александр Нильсен, провел свой первый день в уродском Лондоне.