10. Рождественский бал

– Ну что, как я выгляжу? – довольно спросила Гарриет. – Неплохое платьице, правда? Рон непроизвольно сглотнул и пробормотал что-то невнятное. У столь странной реакции была веская причина: изумрудное платье Гарриет было, скажем так, немного более облегающим, чем того требовали современные нормы приличия, а длинный разрез на бедре и вовсе не лез ни в какие рамки. Зеленоглазая ведьмочка подмигнула Рону и снисходительно похлопала его по щеке. – Не расстраивайся, Рон, всё равно тебе бы ничего не обломилось, – весело сказала она. – И вообще, если будешь хорошим мальчиком, то возможно Миона разрешит поцеловать себя в щёчку. Правда, Миона? – Гарриет! – мгновенно покраснев, недовольно прошипела Гермиона. На ней, в отличие от её лучшей подруги, было вполне пристойное голубое платье, которое её родители прислали ей пару недель назад совиной почтой. Волосы шатенки были уложены в замысловатую причёску, глаза аккуратно подведены, а губы накрашены розовой помадой. – Что Гарриет? – лукаво переспросила черноволосая гриффиндорка, которая по случаю столь грандиозного события, как Рождественский бал немного изменила своим принципам и тоже сделала себе макияж. – Ну ладно, ладно, я больше не буду. Рон, да хватит уже меня разглядывать! Вспомни, что ты джентльмен! Гриффиндорская гостиная была битком набита молодыми ведьмочками и их кавалерами. Фред держал под руку довольно улыбающуюся Анджелину, Джордж что-то шептал на ухо краснеющей Кети Белл, Парвати смотрелась в зеркальце и поправляла свою причёску, делая вид, что не замечает, с каким восторгом на неё смотрит стоящий рядом с ней Симус. Впрочем, красота смуглой гриффиндорки привлекала не только мужские взгляды: Джинни, которая стояла рядом с Невиллом, то и дело украдкой посматривала то на Парвати, то на Гарриет. – Эй, сестрёнка, спорим, что у МакГонагалл при виде твоего платья случится инфаркт? – весело спросила Лаванда. – Дин, отвернись, тебе на такое смотреть нельзя! – Я не виновата, что так сейчас модно, – пожала плечами зеленоглазая ведьмочка. – Рон, честное слово, если ты будешь продолжать в том же духе, то я тебе врежу! Хватит на меня смотреть! – Ладно, все вроде бы в сборе, давайте уже выдвигаться! – громко сказала Анджелина. – Покажем всем, как умеют веселиться гриффиндорские девчонки!

***

– Гарриет, ты смотришься просто восхитительно! – улыбнувшись, воскликнул Драко, который стоял на ступенях возле входа в Главный Зал и ждал свою партнёршу. Он окинул взглядом черноволосую гриффиндорку и лукаво ухмыльнулся. – Хотя платье могла бы выбрать и поскромнее. – К чёрту скромность! – Гарриет фыркнула и взяла Драко за руку. – Лучше посмотри, во что одета Флёр. Драко послушно повернул голову и посмотрел на французскую красавицу. Как и следовало ожидать, он тут же покраснел и нервно закашлялся, поспешно отведя взгляд. Если бы он рискнул ещё хоть пару секунд полюбоваться юной полувейлой, то мог бы произойти небольшой конфуз. Вряд ли директорам школ понравилось бы, если бы партнёр хогвартской чемпионки вальсировал с топорщащейся в области брюк мантией. Да и нормально танцевать это явно бы помешало. – Зачем ей такое декольте?! – чуть слышно пробормотал красный, как рак слизеринец. – И как должен себя чувствовать тот бедолага, которого она выбрала себе в партнёры?! – Насколько я понимаю, она специально выбрала себе парня, который, скажем так, не слишком-то интересуется противоположным полом, – пожав плечами, хихикнула Гарриет. Она тоже не рисковала смотреть в сторону француженки дольше пары секунд подряд. – Ладно, собрались. Насколько я понимаю, сначала будет вальс. – С вальсом проблем быть не должно, мы его сто раз репетировали, – сказал Драко. Он глубоко вздохнул и невероятным усилием воли заставил себя не думать о декольте Флёр. – Просто расслабься и следуй за ритмом. – Следовать за ритмом, понятно, – кивнула Гарриет. – Кстати, как ты думаешь, в какой мантии сегодня будет Дамблдор? – Не знаю, но это определённо будет что-то феерическое, – хмыкнул Драко. – Парча, золото, жемчуг, что-нибудь в этом духе. Если в конце бала будут вручать приз за лучшую мантию, то старик Дамби явно будет одним из главных фаворитов. – Мисс Поттер, во что это вы одеты?! – раздался возмущённый голос МакГонагалл. Черноволосая ведьмочка на всякий случай тут же сделала виноватое лицо и отступила на шаг назад. Декан её факультета выглядела так, словно сейчас же назначит своей подопечной целый год отработок. – Вы действительно считаете, что это допустимый наряд для официального мероприятия?! Вы же практически голая! – Профессор МакГонагалл, вы не понимаете, так все сейчас ходят на вечеринки! – с жаром в голосе возразила Гарриет. – Посмотрите, какое платье на Флёр! МакГонагалл посмотрела на француженку и её губы сжались так плотно, что превратились в тончайшую линию. Затем она перевела взгляд на Гарриет и устало вздохнула, видимо, осознав, что со времён её молодости мода действительно шагнула далеко вперёд. Гарриет робко улыбнулась и повернулась так, чтобы разрез на её бедре не слишком бросался в глаза. – То, что шармбатонские девушки позволяют себе одеваться, как ночные бабочки, не значит, что вы должны им подражать, мисс Поттер, – крайне неодобрительным тоном сказала преподавательница трансфигурации. – Красота девушки заключается в её целомудрии, а не в готовности выставить своё тело на всеобщее обозрение! – Я поняла, профессор, спасибо, – кивнула Гарриет. – А что такое «ночные бабочки»? – Неважно, – отрезала МакГонагалл. – И чтобы никаких прогулок под луной после бала! Мистер Малфой, я надеюсь, вы будете вести себя, как настоящий джентльмен и не позволите себе ничего лишнего. – Я бы с радостью позволил, но кое-кто почему-то против, – тихо пробурчал Драко, когда МакГонагалл отошла. – Всё-таки нужно было идти с Панси. Гарриет молча врезала своему партнёру локтем по рёбрам. Драко издал жалобный стон и немного отодвинулся, после чего потёр ладонью ушибленное место и ухмыльнулся. – Поттер, ты какая-то агрессивная, – весело сказал он. – Не завидую я твоему будущему мужу.

***

Пока в Хогвартсе готовились к балу, Сириус был занят другими, гораздо менее приятными делами. Он больше не мог терпеть проклятую мигрень и решил прислушаться к чужому голосу, с недавних пор жившему у него в голове. Блэку совершенно не нравилось, что он был вынужден подчиниться осколку души древнего колдуна, но других вариантов у него уже не осталось. Обиднее всего было то, что Сириус сам загнал себя в эту ситуацию. В конце концов, никто не заставлял его активировать крестраж Слизерина. – Где это мы? – дрожащим голосом спросил лежащий на дне лодки маггл. – Что вам нужно? Послушайте, у меня есть деньги, я могу заплатить, только отпустите! Меня дома ждут жена, дети... – Заткнись, – лениво отозвался Тёмный Лорд. – Ещё одно слово, и я вырву тебе язык. Маггл вздрогнул и свернулся калачиком, закрыв голову руками. Буквально полчаса назад он мирно шёл по улице, возвращаясь с работы домой и совершенно не подозревал о том, что вскоре ему придётся валяться в ногах у какого-то сумасшедшего маньяка. Мужчина даже не помышлял о сопротивлении: мало того, что взявший его в заложники маньяк выглядел, как оживший персонаж фильма ужасов, он вдобавок каким-то образом умел телепортировать и причинять жуткую боль одним взмахом своей странной палочки. «Когда всё закончится, убьёшь его», – презрительно прошипел Салазар. – «Он жалок и бесполезен». «Само собой», – Сириус угрюмо усмехнулся, не сводя глаз с маленького островка, к которому приближалась лодка. Он и раньше не считал убийство чем-то из ряда вон выходящим, а после слияния с крестражем и вовсе перестал как-то себя ограничивать при выборе средств, позволяющих добиться желаемого. – «Мог бы не напоминать». Лодка уткнулась в каменистый берег. Сириус схватил маггла за шиворот и одним рывком поставил его на ноги. Затем он фальшиво улыбнулся и демонстративно стряхнул с пальто дрожащего маггла воображаемую соринку. – Мне нужно, чтобы ты оказал мне одну небольшую услугу, а затем я тебя отпущу, – обманчиво добродушным голосом сказал он. – Ты же мне поможешь, правда? – Я всё сделаю, только не убивайте, – жалобно простонал маггл. – Умоляю! У меня жена, дети... – Это я уже слышал, – нетерпеливо прервал его Тёмный Лорд. – Пошли. Он вытолкнул мужчину из лодки и вышел вслед за ним. На каменном постаменте в центре островка всё так же высился золотой кубок, на дне которого покоился зачарованный медальон. Маленькая золотая штучка, которая в недалёком прошлом стала причиной кровавой гражданской войны между британскими волшебниками. Сириус подошёл к чаше, заглянул внутрь и усмехнулся. – Интересно, как это, всё-таки, работает? – задумчиво сказал он и взял кубок в руки. Несколько секунд он молча рассматривал его, а потом хмыкнул и резко перевернул древний артефакт вверх ногами. Несмотря на то, что кубок, по идее, был наполнен прозрачным зельем до самых краёв, на землю не упало ни единой капли. Сириус поднял чашу повыше и заглянул внутрь. Пока кубок был перевёрнут вверх дном, он казался пустым. Блэк криво ухмыльнулся и медленно вернул чашу в её естественное положение. Прозрачное зелье тут же волшебным образом вернулось на место вместе с сияющим на самом дне медальоном. Сириус попробовал зачерпнуть зелье рукой, но его пальцы встретили лишь пустоту. «Я и сам не знаю, как именно работает Чаша Пенелопы», – холодно прошелестело у него в голове. – «Малышка Пенни была выдающейся ведьмой, и у неё были свои секреты». – Ладно, ближе к делу, – пробормотал себе под нос Сириус. Он повернулся и пристально посмотрел на маггла, которого притащил с собой. – Видишь этот кубок? – Да, вижу, – трясущимися от страха губами прошептал мужчина. – Умоляю... – Ты должен выпить его содержимое, – презрительно скривив рот, произнёс Сириус. – Тогда я тебя отпущу. Если нет – умрёшь. Он сделал шаг вперёд и протянул кубок магглу. Мужчина какое-то мгновение колебался, зачарованно глядя на артефакт. Потом он решительно схватил чашу, прильнул губами к её краю и принялся пить зелье, крепко зажмурив при этом глаза. Сириус довольно усмехнулся и скрестил руки на груди. Через полминуты маггл уронил опустевший кубок на землю и упал на колени, схватившись руками сначала за горло, а потом за живот. Ядовитое зелье начало жечь его внутренности, не оставляя бедолаге ни единого шанса на спасение. Блэк нагнулся и достал из чаши золотой медальон. – Стоит ли его вновь одевать? – задумчиво спросил он корчащегося от боли маггла. – Можешь не отвечать, я и сам знаю, что не стоит. Но есть ли у меня выбор? Внезапный приступ мигрени заставил Сириуса сжать зубы и непроизвольно застонать от боли. На самом деле у него всё ещё оставался выбор, но выбирать нужно было между выполнением инструкций Салазара и суицидом, а к самоубийству новоявленный Тёмный Лорд был совершенно не готов. Волшебник оскалил зубы и яростно прошипел несколько нецензурных слов, ярко выражающих его отношение к ситуации в целом. После этого он тяжело вздохнул и надел медальон себе на шею. Боль тут же утихла. «Хороший мальчик», – удовлетворённо произнёс Салазар. – «Теперь брось маггла инферналам и отправляйся готовить ритуал. Мы снова сделаем тебя красавчиком, но для этого потребуются жертвы. Много жертв. Ты же не боишься крови, правда, Блэки?» «Без этого никак?» – Сириус поморщился и провёл пальцами по холодной цепочке медальона. Он знал, что в ближайшее время должен будет постоянно носить проклятый артефакт, не снимая его ни на секунду. Носить до тех пор, пока душа Слизерина не сольётся в единое целое с его собственной душой. Блэк хотел обмануть судьбу и позаимствовать силы древнего мага, избежав последствий, но, как оказалось, за всё нужно было платить. «Никак», – холодно подтвердил Салазар. – «Нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц». Сириус взмахнул рукой, и шея стоящего на коленях маггла вывернулась под неестественным углом. Ещё один взмах – и тело улетело в озеро. Никто не должен был знать, где устроен тайник Тёмного Лорда, поэтому у бедолаги изначально не было ни малейших шансов выжить. «Мы могли бы использовать его в ритуале», – отстранённо подумал Сириус. Он поставил золотую чашу на постамент и вернулся в лодку, которая тут же заскользила к виднеющемуся вдали берегу. – «Напрасная трата ресурсов». «Магглом больше, магглом меньше», – беззаботно ответил Салазар. – «Какая разница, всё равно нам потребуется принести в жертву ещё несколько десятков. Как минимум. Ты уже решил, кто будет помогать организовывать ритуал?» «Ещё нет», – Сириус поморщился и ещё раз прикоснулся к медальону кончиками пальцев. – «Далеко не все Пожиратели готовы принимать участие в массовых убийствах магглов, знаешь ли. Не все такие чокнутые, как ты». «Как мы, Блэки, как мы», – поправил его Салазар. В голосе древнего колдуна слышались нотки безумного веселья. – «Не забывай, вскоре мы станем единым целым. И тогда эра очищения наконец-то начнётся!»

***

– Всё же танцы – это не моё, – грустно сказала Гермиона. Они с Гарриет и Драко сидели за одним из столиков, держа в руках бокалы с шампанским. В маггловском мире алкоголь разрешался только с восемнадцати лет, но волшебники относились к таким вещам немного проще. – Давай пойдём, подышим свежим воздухом, а то у меня уже голова раскалывается от этой музыки. – Давай, – кивнула Гарриет. Она одним глотком допила своё шампанское и поставила опустевший бокал на стол. – Драко, пригласи кого-нибудь ещё, мы с Мионой идём гулять. – Как скажешь, – весело ответил светловолосый слизеринец. – Эй, Парвати, пошли попляшем! – Пошли! – с энтузиазмом отозвалась смуглая ведьмочка, которая сидела за соседним столиком. – Симус, извини, но ты мне уже все ноги оттоптал, так что отдохни пока что. Драко довольно ухмыльнулся и вскочил на ноги, галантно протянув Парвати руку. Через несколько секунд они уже кружились в танце, смешавшись с остальными парами. Симус горестно вздохнул и сосредоточил всё своё внимание на стоявших на столе закусках. – Да, что ни говори, а танцует беляш хорошо, – задумчиво сказала Гарриет. – Во всяком случае, лучше, чем играет в квиддич. Ладно, Миона, пошли. Они с Гермионой выбрались из-за столика и направились к выходу из зала. Перед тем, как выйти на улицу обе девушки предусмотрительно набросили на себя Согревающие чары. У Гермионы это получилось не с первого раза, но Гарриет проявила деликатность и не стала предлагать подружке свою помощь, дав возможность магглорожденной ведьмочке справиться с несложным колдовством самостоятельно. – Какие сегодня красивые звёзды! – сказала Гермиона, когда они наконец-то вышли из замка. – Да и луна просто шикарная. – Что есть, то есть, – дипломатично кивнула Гарриет, которой, честно говоря, плевать было на все небесные светила вместе взятые. Не то, чтобы зеленоглазая гриффиндорка была совсем уж чужда природной эстетике, но на данном отрезке своего жизненного пути она предпочитала любоваться красивыми девушками, а не ночным небом. Половое созревание диктовало свои стандарты, и спорить с бушующими гормонами было просто невозможно. – Может, давай слепим снеговика? – Знаешь, я думаю, что лепить снеговика, когда на нас надеты вечерние платья – это не самая лучшая идея, – улыбнувшись, ответила Гермиона. – Давай лучше просто погуляем по парку. Гарриет пожала плечами и кивнула. Они молча пошли по заснеженной дорожке, вдыхая свежий морозный воздух и время от времени бросая взгляды на усеянный звёздами небосвод, раскинувшийся над их головами. Снег под ногами уютно скрипел, из замка доносились приглушённые звуки музыки. Гарриет подумала, что выбраться на прогулку было чертовски удачной идеей. Она повернулась к подружке, чтобы поделиться с ней этой мыслью и с удивлением заметила, что Гермиона дрожит от холода и зябко кутается в свою мантию, которую накинула поверх платья перед тем, как выйти на улицу. Кудрявая ведьмочка перехватила её взгляд и неловко улыбнулась. – Что такое, Миона? – нахмурившись, спросила Гарриет. – Тебе холодно? – Кажется, мои Согревающие чары вдруг перестали работать, – виновато ответила Гермиона. – Давай спрячемся в одной из этих беседок, там должно быть немного теплее. А потом я попробую набросить на себя чары ещё раз. – Ты же знаешь, что я могу сделать это за тебя, – вздохнув, проворчала Гарриет. – Почему нет? – Потому что я обязана научиться делать это самостоятельно! – Гермиона упрямо вскинула подбородок, схватила Гарриет за руку и потащила её к ближайшей беседке. – И даже не пытайся со мной спорить! – Да я уже давно поняла, что с тобой спорить всё равно бесполезно, – фыркнула черноволосая ведьмочка. – Да не тяни меня так, а то сейчас руку оторвёшь! В беседке действительно оказалось довольно уютно и тепло. Гарриет устроилась поудобнее и принялась наблюдать за тем, как с неба падает снег. Примерно через пять минут ей стало скучно, и она покосилась на Гермиону. Гермиона задумчиво смотрела куда-то в сторону, думая о чём-то своём. Гарриет машинально отметила, что губы её подруги выглядели довольно... соблазнительно? «Вообще-то, я не должна к ней приставать», – подумала брюнетка. – «Хотя... если она будет не против...» – Слушай, Миона... – осторожно начала она. – А помнишь, как мы поцеловались? Скажи честно... тебе понравилось? Гермиона вздрогнула и покраснела, после чего посмотрела на Гарриет и недовольно нахмурилась. – Мы же договорились об этом не вспоминать! – тихо проворчала она. – Разве нет? – Так понравилось? – настойчиво спросила Гарриет. Несколько секунд Гермиона смотрела своей подруге прямо в глаза. Затем она отвела взгляд и смущённо улыбнулась. – Да, понравилось, – голос кудрявой ведьмочки был едва слышным, словно она признавалась в чём-то постыдном. – А почему ты спрашиваешь? – Может... – Гарриет замялась, подбирая правильные слова. – Может, повторим? – Повторим? – Гермиона судорожно сглотнула и покраснела ещё сильнее. – Ты что, хочешь, чтобы мы... ещё раз поцеловались? – Ну, ты же наверняка хотела с кем-нибудь поцеловаться после бала, да? – Гарриет придвинулась к своей подруге чуть ближе и взяла её за руку. Гермиона вздрогнула, как от удара током. – Так почему бы и не попробовать? Всё равно об этом никто не узнает. На несколько секунд в беседке воцарилась тишина. Сердце Гарриет стучало, как сумасшедшее, губы черноволосой ведьмочки пересохли от волнения. В данный момент она готова была отдать всё, что угодно, лишь бы Гермиона согласилась. – Ладно, – медленно произнесла, наконец, шатенка. Она повернулась к Гарриет и кивнула, прикусив губу. – Давай. Но только сейчас, потом мы этим заниматься не будем. – Хорошо, – кивнула Гарриет. – Только сейчас, и на этом всё. Какое-то мгновение они смотрели друг другу в глаза, затаив дыхание. Потом Гарриет медленно подняла руку и погладила Гермиону по щеке. Гермиона вздрогнула, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Гарриет тоже закрыла глаза, подалась вперёд и нежно поцеловала свою лучшую подругу в губы. Время остановилось. Спустя примерно миллиард лет Гарриет оторвалась от губ Гермионы, открыла глаза и улыбнулась. Гермиона тоже открыла глаза, судорожно сглотнула и неуверенно улыбнулась в ответ. – Ну что? – немного охрипшим голосом спросила зеленоглазая ведьмочка. – Это было лучше, чем в прошлый раз? – Да... – прошептала Гермиона. – Намного лучше. Почему так? – Потому что тогда ты не ожидала, что я тебя поцелую, а теперь сама мне это позволила, – Гарриет глубоко вздохнула, пытаясь прийти в себя. Её голова немного кружилась от сладости губ сидящей напротив девушки. Если бы Гарриет знала, что это будет настолько сладко... Она почувствовала, что в её животе начали порхать бабочки и невольно подумала, чувствует ли Гермиона сейчас то же самое. – Ну что, возвращаемся в замок или будем целоваться дальше? – робко спросила шатенка. – Ты ещё спрашиваешь? – ухмыльнулась Гарриет. – Конечно, мы будем целоваться дальше! – Но это не значит, что мы теперь встречаемся или что-то вроде этого! – сузив глаза, строго сказала Гермиона. – Просто дружеские поцелуи и ничего больше! – Как скажешь, – пожала плечами Гарриет. Её взгляд сфокусировался на губах кудрявой ведьмочки. Она протянула руку и нежно погладила Гермиону по щеке. – Иди ко мне... Гермиона закрыла глаза и подалась вперёд. Гарриет тоже закрыла глаза, и юные волшебницы поцеловались ещё раз. Вселенная покорно замерла в ожидании. Спустя очередной миллиард лет Гарриет оторвалась от губ Гермионы и глубоко вздохнула. – Знаешь, Миона, – чуть слышно пробормотала она, не отрывая глаз. – Обычно так говорят только в дешёвых любовных романах, но... Твои губы – это самое сладкое, что я когда-либо пробовала. И это совсем не потому, что у тебя помада со вкусом клубники.