П. 4

X-Factor       Поднимает меня на руки прямо перед выходом на сцену с нашей песней. У нас прослушивание, и мы ужасно взволнованы. ***       Я была против, но Дамиано уговорил меня, привёл более сотни доводов, которые разбивались о скалы моего «Нет». Он включал соблазнителя и искусителя, пытаясь сексом вымолвить из моего рта «Да».       Сдалась я, когда он просто сел напротив и сказал, что хочет попытаться. Ради нас всех. И, если не выйдет, тогда мы больше не будем участвовать в сомнительных конкурсах. Ну и он станет моим рабом. Ах да, на постоянной основе станет убирать за Чили. Это самая приятная часть сделки.       Сомнение в честности проводимых телевизионных конкурсов были во мне всегда. Не существует сказки: она была неизвестная, попала на шоу и прославилась. Мы не в диснеевских мелодрамах, за такими счастливчиками всегда стоит кто-то влиятельный.       Решили исполнять песню, которую написал Дамиано. Я услышала её впервые ещё три месяца назад.       - Подыграешь мне? Такое вдохновение посетило, что я писал всю ночь, — целует мою руку.       Беру в руки акустику, мы с ней до сих пор не подруги, но уже и не враги. Дамиано мимолётно прикасается к губам.       Кашляет и начинает петь, подстраиваюсь под него: Allora prendi tutto quanto, Baby, prepara la valigia Metti le calze a rete, il tacco — Splendiamo in questa notte grigia E amore accanto a te, baby accanto a te… io morirò da re E amore accanto a te, baby accanto a te… io morirò da re*       Он заканчивает петь и смотрит на меня.       - Рядом с тобой я король, моя королева. — Кланяется мне в ноги, смеюсь и пытаюсь поднять его лицо на уровень со своим.       - Ну ладно, убедил. Мы прославимся с таким текстом. — Глаза Дамиано сияют будто две Луны. Я готова пойти на уступки, чтобы он был так счастлив. Мы счастливы.       Он прыгает на меня, подминая под себя. Одеяло, прикрывавшее мое голое тело улетает вниз. Тянусь к его рту, наши языки сплетаются.       Первые стоны срываются в унисон. Этой ночью все было нежно. ***       Х-фактор проходил успешно, мы набирали популярность и становились супер знаменитыми. Смущал нас (меня) только сценарий, по нему все было ужасно: я и Дамиано играли недопару, но при этом у нас были ещё симпатии на стороне; Томаса сделали дурачком, который не может сказать нет; Итана превратили в бесхребетную тень Дамиано, который вообще ничего не говорит. На передний план выводили нас. Это бесило. Дамиано реагировал спокойно, подыгрывая под дудку режиссёра.       - Ты правда считаешь, что это нормально? — Кричу на него, стоя на балконе. Курим, передавая друг другу сигарету. Пытаюсь успокоиться.       - Вик. Не начинай. Мы должны завоевать сердца поклонников, а сделать это в отношениях сложно. — Меня ударили по лицу его слова. Отворачиваюсь, чтобы подавить злость.       Непреднамеренно сжимаю руки в кулаки, чтобы короткие ногти впились в кожу.       Чувствую, что его губы целуют меня в шею. Опускаясь на косточку. Проводит языком. Аккуратно раскрывает мои ладони, знает — я себя калечу. ***       Жаль, но мы не выиграли. Всего лишь второе место, которое вызвало у Дамиано такую агрессию, что его пришлось ловить по гримерке и очень долго успокаивать. Он разнёс всё, что мог: зеркала, стулья, вешалку с костюмом. Итан ретировался, потому что не ожидал такого и не хотел попасть под горячую руку. Томас последовал за ним. Они пошли курить.       Он выгонял каждого, кто пытался зайти: Марту, Франческу, других участников, занявших третье место или не выигравших вовсе.       Прижимал меня к себе с такой силой, что моё тело немело. Я знала - мой запах его успокоит. Это было так явно — он постоянно шептал что-то неразборчивое и целовал моё лицо. Я гладила его скулы, спину, пыталась держать за руку.       Всю ночь мы пролежали на диване среди осколков, рваных вещей, и сломанных стульев.       Тогда я расценила его злость как реакцию на проигрыш. ***

Декабрь 2019

      Сегодня я иду на сцену, он задерживает:       - Так будет лучше. Тебе. Безопаснее без меня, чем рядом со мной. — Смотрит мне в глаза, пускает яд своей рукой — у меня горит плечо. Скидываю его ладонь.       - Ты не знаешь, как будет лучше мне. Хренов эгоист. — Закрываю глаза. Открываю — его нет. Мимо проходит Томас, аккуратно толкает за талию. Мы выходим на сцену. И видим большое количество поклонников. ***       За пару часов.       - Ты не один. — Сижу на оконной раме. Я ничего не чувствую. Он жестко спалил себя.       - Я не один. Но, я её не люблю. — Дамиано держится за стол, на котором лежит половина нашего прайса, еду ещё не успел обнаружить Томас.       - Ты смешон. Типа кого-то любил. — фыркаю. Не поворачиваюсь к нему лицом.       - Тебя. — Слышу в голосе грусть. Манипулятор.       - Нет. Последний раз ты доказал всё. Твои слова хуйня. — Мотаю ногами. Курю в окно, осенний воздух развевает мои волосы. Я вообще редко курю, но с ним хочется постоянно.       - Мне жаль. — Он выходит из гримерной, и я даю волю слезам, которые оставляют чёрные дорожки на моих щеках. Зябко без его объятий мне с момента нашей сентябрьской ссоры. Сегодня начало декабря. Должно быть так правильно.       Закрываю глаза. Если я прыгну сейчас — вода не смягчит удар, а Дамиано не спасёт, наоборот — утопит. А если я сяду в машину и разобьюсь. Как тогда, в наш последний сентябрьский вечер он пытался.       Чувствую руки, которые медленно снимают меня. Итан гладит по волосам, я утыкаюсь ему в плечо и рыдаю. Просто навзрыд. Его пиджак мокрый насквозь из-за моих слез и соплей.       - Малыш, тише. Поверь мне, он несчастлив. Ровно с того момента. И ты несчастлива. — Он аккуратно проводит рукой по спине, которая подрагивает из-за накатывающей истерики.       - Мы счастливы. — Поднимаю лицо — оно всё мокрое. Пытаюсь улыбнуться, но губы дрожат и превращают мое лицо в гримасу.       - Да уж, не представляю тогда, как выглядят два разбитых сердца. — Реву сильнее. — Я знаю, вам не хватило времени, чтобы спасти любовь. Но вы сможете. Вы же как Бонни и Клайд. Да уж хуевое сравнение, — Итан думает. — Вы как Белла и Эдвард. — Непонимающе смотрю на него. — Да. Я люблю мелодрамы. А теперь вытираем слезки, и выходим. Давай накрасим губы красным, а подводку сотрём?       - Я так ещё не делала — Послушно вытираю ладошками свои глаза, размазывая чёрные следы ещё сильнее по лицу. «А ведь в своём чехле он хранит то её последнее фото». © Итан. ***       Странно, что на этой площадке нет заграждений. Я чувствую, что мы не в безопасности. Вик не защищена. Стараюсь от неё не отходить. Она отвечает мне взаимностью. Напрягает, что она улыбается мне, подходит ближе. Я чувствую фальшь, которой она пахнет. Не малиной, как обычно, а ложью. Мы делаем вид, что всё нормально.       Виктория отходит к краю этой своеобразной сцены, и какой-то мужик хватает ее за попу и пытается стащить на себя. Я вижу эту панику в её глазах. ***       Ничего не понимаю. Дамиано подлетает ко мне, дёргает на себя. Я лечу в руки Томаса.       Солист прыгает на мужчину, который пару минут назад лапал меня. Стоит ор. Я вижу, как подбегают охранники и пытаются оттащить Дамиано. Его рука в крови, он не оставил от лица этого мудака ничего. Сплошное месиво.       Брюнет вырывается из крепких рук охраны. Пытается накинуться ещё раз. Я в тумане, мне страшно. За Дамиано. Томас держит меня, закрывая лицо, чтобы я ничего не видела. Толпа просто сошла с ума — все бегут к месту, где всеми известный солист их любимой группы избил человека.       Я знаю такого Дамиано, он может убить. Врываюсь из рук Томаса и подбегаю к нему, обнимаю сзади. В таких припадках раньше он останавливался с помощью моих рук.       - Дами, Дами, тише. Пойдём — тяну его за руку от вспышек фотокамер. Он не поддаётся. Смотрит на мое лицо звериным взглядом мрачных глаз. Прикасаюсь к его щеке. Завтра все сми будут пестрить этими фото, похуй. Продолжаю звать — Дамиано! Re! Mi re. — обнимаю за шею.       Его руки перехватывают мою талию. Сейчас ему нужна разрядка. Он тащит меня в гримерку, как будто я кукла. Опускает на стол, где лежат наши косметические средства. Пододвигает стул и ложится на мои колени. Глажу его волосы, лицо, руки. Как тогда на факторе, это его успокаивает. Я знаю, что ему нужна я. Иначе, всему пиздец наступит. В такие моменты мы не враги, а лишь спасители и необходимые дико друга люди.       Он успокаивается. Я перестаю переживать по поводу ситуации. На время блокирую её в своей голове. Сейчас меня волнует только он.       Расстегивает пуговицу на моих штанах. Я чувствую его ледяную ладонь на своём белье.       - Не стоит. — Пытаюсь отодвинуться, но его рука ложится на мою талию.       - Ты мне сейчас нужна. — Он целует меня между ног через ткань костюма. — Успокоишь? — Поднимает глаза — кот.       Без слов поддаюсь вперёд, чтобы его пальцы смогли скользнуть дальше. Не знаю, зачем я делаю это, ведь мы всего лишь друзья.       - Это секс по дружбе? — Я не хочу услышать ответ, но задаю вопрос. Мазохистка.       - По любви. — поднимается на уровень моего лица. Отталкивая ногой мешающий стул. Он снимает с меня ненужную вещь.       - Нет. Мы просто дружим. — Пытаюсь его оттолкнуть. Моё сердце гулко бьётся в груди.       Я так не думаю. — Он расстёгивает ремень. Я отодвигаюсь дальше. Не понимаю: хочу я или нет, но внизу скручивается всё в узел. Мозг понимает, что станет хуже, а вот тело готово. Сердце развалилось ещё на той сцене, когда он из-за меня размазал лицо какому-то мудаку. Иногда, его агрессия меня привлекает.       Он целует меня, я проваливаюсь во тьму. Не стоит, нельзя. Это неправильно. Он не один. Мы же больше не вдвоём. Зачем я это делаю.       Целует уверенно, проникает в рот языком, практически достаёт до гланд. Поддаюсь вперёд, трусь об его ладонь. Он гладит мой клитор, размазывая желание по столу и своей руке. Ему явно горячо, как и мне. В корсете тяжело дышать. Губы переходят на шею, оставляя синие следы от засосов. Другой рукой расшнуровывает верхнюю часть костюма и тянет вниз. Мы голодные, я пытаюсь снять с него эту ебучую одежду. Стягиваю пиджак — благо под ним только его голое тело.       Опускается на грудь. Кусает. Кажется, он прокусывает мою кожу. Входит пальцем, вторым. Я царапаю его спину, впиваясь в плечи, оставляю царапины вдоль всего тела. Опускаю руку ниже, на его член — жесткий стояк. Двигаюсь рукой по всей длине. Он стонет прямо мне в шею, пытается укусить меня, но я запрокидываю голову назад.       Улетаем в небеса, сползаю ближе к краю стола, он приподнимает меня за бедра.       Ввожу его член в себя медленно, чтобы ощутить всю гамму эмоций по которым мы оба скучали.       Он с силой прижимается меня к себе, и входит до конца. Вскрикиваю и оттягиваю его волосы. Двигается так быстро, что мы сейчас развалим этот стол к хуям.       - Моя моя моя. — Стонет мне в губы, кусаю его. Держу за шею, когда он ускоряется.       Мы стонем — я уверена, что нас слышно. Двигаюсь в такт, насаживаюсь на него, как можно сильнее. Мы сейчас просто сгорим. Запотело стекло за нами — оно мокрое и тёплое, я ощущаю это спиной.       Он трахает меня, как будто мы давно не виделись и соскучились по телам друг друга. Практически достигаем пика, уже готовы кончить. Я чувствую, что он на грани.       Стук в дверь. Но мы не останавливаемся, только замедляемся, оттягиваем оргазм, стонем друг другу в тело — я в его грудь, он в мои волосы.       - Виктория? Ты плачешь? — Это Итан. Он сейчас не вовремя.       - Нет. — Хриплю. Пиздец. Дамиано тянет меня за волосы вниз, и слизывает капли пота с подбородка и шеи. Мычу что-то не членораздельное.       Барабанщик дёргает ручку двери. Мы понимаем, что не успели задвинуть щеколду.       - Итан, я переодеваюсь. — Кричу. Дамиано напрягся и остановился.       - Я просто переживаю за тебя. Ты явно была в шоке после того, как тебя. Блять, Вик, я ужасно боюсь, чтобы ты ничего с собой не сделала. Пообещай мне. — Мы с Дамиано замерли. Его член до упора во мне. Мы оба мокрые, с прилипшими на лицо волосами. — Почему ты молчишь? Ты переоделась? Я могу зайти?       - Итан, минуту. — Толкаю Дамиано от себя. Без него я не наполнена до конца. Стало холодно без этого горячего итальянского тела.       Он пытается как можно скорее натянуть белье и штаны, я вообще не понимаю, где одежда. Дам находит нижнюю часть белья и кидает мне в лицо. Сука.       Дверная ручка поворачивается. Итан заходит в гримерку.       - Блять…- Он охуел. Закрыл глаза рукой. - Ребят       Итак, картина. Я стою в трусах, натягиваю одну штанину. Вся мокрая. В засосах. С расстегнутым корсетом, который накинуть успела, а вот затянуть нет. Напротив меня Дамиано. С жёстким стояком, застегивает пуговицу на штанах. Весь красный и растрёпанный. В помещении стоит голимый запах смазки, пота и секса.       - Я не вовремя. — Он закрыл дверь с другой стороны.       - Блять. Ну что за…- Дамиано давится от смеха. Я ничего смешного не вижу в этой ситуации. Подхожу к Дамиано, гневно смотрю в его лицо.       - Такого больше не повторится. Это ошибка. Нам лучше быть с тобою никогда. - Шиплю ему в губы. Хватает меня за шею. - Наивная.

Причина 4

I wanna fuck you 'till you scream and cry