Глава 2. Монстр из тени

      А если точнее — в тот вечер.       Потому что сам день прошел непримечательно и в привычной суете. Но ближе к заходу солнца, когда всех детей отправили отдыхать и готовиться ко сну, Пейс был выдернут в сторону от общего потока четверкой весьма знакомых рук.       — Сегодня великий день, малой! — торжественно провозгласил Адам, хлопнув его по плечу. — Хватай плащ и бегом через верхний ход — к нам посетитель!       — У тебя три секунды, — скупо добавила Бета, и близнецы, взмахнув хвостами, скрылись за поворотом, дав понять, что не станут ждать.       Первую секунду Пейс потратил впустую, просто осознавая их слова. А затем молниеносно сорвался с места за своими вещами. «Посетитель» означало, что кто бы ни пришел к убежищу, он был один. Событие настолько редкое, что от волнения ежик не сразу попал головой в горловину плаща, а затем еще запутался в капюшоне и чуть не врезался в стену на полном ходу, стремясь нагнать ушедших вперед близнецов. Одинокий странник, без сопровождения или каравана, мог о многом рассказать уже одним своим внешним видом и экипировкой: как именно он путешествует и что может понадобиться, чтобы повторить его опыт. Бесценная информация, которую Пейс ни в коем случае не должен был упустить, если он все-таки планирует однажды выбраться в Пустоши.       «Верхний ход» был узким вентиляционным лазом, ведущим наружу. Со всей возможной скоростью еж буквально взлетел по нему вверх и оказался на неприметном выступе прямо над выходом из убежища. Близнецы уже были здесь и, прижавшись к скале, смотрели вниз. Бета обернулась, шикнула, чтобы он вел себя потише, и подозвала ближе взмахом руки. Пейс осторожно примостился на указанное место слева от нее, оказавшись аккурат между близнецами, и глянул вниз, на огороженную площадку перед входом.       Благодаря соседству с разрушенным городом убежище не знало проблем с поставками деталей и частей механизмов. Даже не смотря на то, что город считался территорией машин и не все вылазки туда оказывались удачными, наличие такого склада с запчастями под боком положительно сказывалось на защите, и убежище могло похвастаться внушительным арсеналом автоматических систем, что легко могли отразить атаки дронов Собирателя. Как итог — поселение считалось одним из самых безопасных в округе и было известным центром торговли и обмена, способным принять на своей территории целый караван. Для этого внутри защитного периметра была оборудована специальная площадка, на которую и было сейчас направлено внимание ежа и близнецов.       На утрамбованной до состояния камня земле, отбрасывая длинные, угольно-чернильные тени, стояли трое. Пейс сразу признал двоих: ящера Эдгара, который был главным механиком и чьи инструменты близнецы безрезультатно (даже при участии Пейса) пытались присвоить бессчетное количество раз, и Чесси — песочного цвета львицу, искусного снайпера, которая, по слухам, даже спала в обнимку со своей винтовкой. Оба были ежику хорошо известны и не представляли никакого интереса, так что он перевел взгляд на фигуру, стоящую напротив них.       Увидев посетителя, Пейс разочарованно поджал губы. Выглядел тот совершенно обычно: защитный плащ грязно-коричневого цвета с надетым на голову капюшоном, высокие ботинки, скрывающиеся под потрепанным краем плаща, и никакой поклажи кроме одной средних размеров холщовой сумки, которая даже не была полна и скудно провисала верхней половиной вглубь себя. Хотя, последнее было объяснимо: судя по всему, разложенные перед Эдом детали как раз недавно были внутри сумки. И все же Пейс чувствовал себя обманутым: где походный инвентарь, экипировка, оружие в конце концов? Может, это просто какая-то шутка? С близнецов станется, они и не такое проворачивали.       Ежик с сомнением посмотрел на Адама, но тот отчего-то радостно подметал пол хвостом, а его глаза горели восторгом. Выглядело вполне искренне, но Пейс все еще не понимал, что в посетителе такого особенного.       — Кто это? — тихо спросил он у волчонка, надеясь прояснить для себя ситуацию.       — Терри, — взволнованно шепнул в его сторону Адам.       — Терри? — непонимающе переспросил Пейс.       — Он зовет его так, чтобы не пугаться настоящего имени, — пояснила за брата Бета. — Хотя я без понятия, что такого пугающего в «Териос».       — Шшш, ты чего?! — испуганно шикнул на нее Адам. — Он же услышит!       Бета в ответ закатила глаза:       — Ага, а потом сожрет. Или как там у тебя?       Волчата, даже будучи близнецами, не всегда сходились во мнениях. Бета была более серьезной и вдумчивой, в отличие от ее брата, который увлекался мистикой и сомнительными теориями, не имеющими под собой никакого основания. И похоже, настало время одной из них, потому что Адам, проигнорировав явный скепсис сестры, серьезно посмотрел на Пейса и продолжил загадочным тоном, каким рассказывают жуткие истории в темноте:       — В общем, изредка, с наступлением сумерек в какое-нибудь из поселений приходит незнакомец в плаще. Он никогда не снимает капюшон, и никто не видел его лица, покрытого тьмой. Даже руки у него, говорят, полностью забинтованы, так как он не доверяет перчаткам, которые можно сорвать. Все затем, чтобы уберечься от солнечного света, который для него губителен. Каким-то образом он обходит всех дозорных и его появление всегда внезапно и неожиданно. Никто не знает, как давно это началось, но по слухам, он здесь еще с самой Вспышки.       — Да ну, никто бы не прожил так долго! — возразил ежик.       Адам театрально покачал головой:       — В том-то и дело, что он не живой. Он — дух, приходящий с сумерками, скрывающийся в тенях. Словно он сам — одна из них, — он приподнялся на локтях и угрожающе направил на Пейса растопыренные пальцы: — А если ты взглянешь ему в лицо — он сожрет твою душу!       Налетевший с его последними словами порыв ветра взъерошил шерсть, и по загривку синего ежика пробежали благоговейные мурашки. Пейс сглотнул, завороженный историей. Какие еще чудеса таит в себе внешний мир?       Бета устало вздохнула, разрушая магию момента:       — Хватит заливать. Это просто странствующий одиночка. И ничего удивительного, что он приходит ночью — меньше шансов попасться машинам.       — Брехня! — тут же вскинулся Адам. — В Пустошах невозможно выжить одному. Я же говорю — он дух! Тень, обретшая разум! — он приложил руку к груди и простонал замогильным голосом: — И теперь он пришел забрать наши души, как Собиратель — тела, чтобы заполнить свою внутреннюю пустоту.       Бета скептически подняла бровь:       — Ну и чего тогда Эд с ним разговаривает, если он такой опасный?       — Может, выторговывает свою душу обратно? — пожал плечами волчонок.       — Скорее он выторговывает детали, как и положено технику, — скривилась Бета и повернулась к Пейсу, тыкнув в брата пальцем: — Не верь ты этому оболтусу, у него вечно какой-то бред в голове.       Пейс переводил взгляд с одного близнеца на другого и не мог решить, кто из них прав. Ему очень нравилась мрачная история Адама, но детски-наивная вера пасовала перед той его странной, слишком взрослой частью, что была уверена — версия Беты гораздо логичнее.       Хотя, и она не была против веселья, что обещали слова волчонка.       — Ах так? — Адам с вызовом сложил руки на груди, для удобства перекатившись на бок. — А спорим, что он бестелесный дух…       — Как «бестелесный», если плащ..? — перебила его Бета, но ее брат тут же затараторил, не дав ей закончить:       — Который прячется под плащом от солнечного света! — он резко обернулся к ежонку: — Вот, Пейс, давай, твой выход!       — Что? Причем тут я? — удивился Пейс.       — Только ты достаточно быстрый, чтобы проверить и не попасться, — с твердой уверенностью сказал Адам. — Всего-то надо подбежать и сдернуть капюшон, и мы сразу узнаем, действительно ли это «просто странствующий одиночка», — передразнил он сестру, — или жуткий ночной монстр.       — Ничего умнее не придумал? — усмехнулась Бета. — Там же Чес, она мигом его остановит.       Адам хитро прищурился:       — Боишься, что я прав? Или сомневаешься, что наш скоростной демон может с ней тягаться? — он подмигнул ежонку: — Эй, Пейс, ты ведь еще ни разу не видел Чесси в действии?       — Нет! — подтвердил Пейс, и его глаза загорелись азартом. — Она отказалась со мной соревноваться.       — Отлично! — волчонок ободряюще хлопнул его по спине. — Заодно и проверишь, на самом ли деле она так быстра или просто трусит. Ты же ведь не трусишь?       — Ни капли! — ежик активно помотал головой из стороны в сторону. — Мне нужно просто сдернуть капюшон, да?       — Ага, — кивнул Адам. — И главное, — он наклонился ближе и, расширив глаза, прошептал: — Не смотри ему в глаза.       Пейс хихикнул, нисколько не испугавшись предостережения:       — Заметано!       — Давайте-давайте, — широко улыбнулась Бета, подперев рукой подбородок, — хочу увидеть как ваш план с треском провалится.       Адам с напускным возмущением показал сестре язык, чем вызвал ее ответную издевательскую гримасу и новый смешок синего ежа.       Провала Пейс не боялся — его еще ни разу никому не удавалось поймать, так что его наполняли лишь привычные воодушевление и задор в предчувствии новой выходки. Какими бы жуткими ни были рассказы о теневом монстре — опасность лишь подстегнула любопытство неугомонного ежонка, так что, когда Адам еще раз хлопнул его по спине с напутственным: «Не подведи, малой!» — Пейс показал в ответ большой палец, накинул капюшон и уверенно начал спуск вниз, цепляясь за выступы в почти отвесной скале.       Ежик в мгновение ока оказался на земле и скрылся за ближайшим камнем, плотнее кутаясь в маскировочный плащ. Это была вынужденная мера, и Пейс не в первый раз ругал цвет собственной шкурки, вторя словам остальных, что он чересчур выделяется. В мире, где правили оттенки коричневого и серого, его сапфирово-синий выглядел неуместно, как чужеродное вкрапление, ярко сверкающее на фоне приглушенных цветов.       «Битый пиксель, в котором горит только синий диод,» — так бы он сказал.       …       Кто «он»?       Пейс встряхнул головой, отгоняя неожиданную мысль, что отозвалась болью в сердце. Не время сейчас для странностей. Для них всегда было «не время», но отвлекаться в подобный напряженный момент точно было плохой идеей. Он подумает об этом потом. А пока что — нужно сосредоточиться.       Ежик незаметно, короткими перебежками от одного удобного камня до другого, подобрался ближе к взрослым и замер за последним доступным укрытием. Напоследок он обернулся, чтобы бросить взгляд на выступ, с которого спустился: близнецы продолжали неотрывно следить за ним сверху и тут же активно подбодрили жестами. Пейс беззвучно хихикнул, снова показал большой палец и, повернувшись обратно, аккуратно высунул нос из-за камня.       Торг был в самом разгаре: ежонок был недостаточно близко, чтобы различить слова, но судя по интонациям в голосе Эдгара, сидящего на корточках лицом к нему, тот подводил промежуточные итоги. Бета оказалась права и перед техником в ряд были разложены детали, пересчитав которые, ящер удовлетворенно кивнул. Придвинув часть к себе, он добавил к оставшимся что-то со своей стороны и с вопросом взглянул на таинственного незнакомца, лицо которого Пейс не мог увидеть со своей позиции. Чужак молча качнул головой в отрицании и указал на какую-то вещь, лежащую почти у самых ног техника, на что тот недоуменно нахмурился, но все же добавил ее в ряд предметов на обмен.       Интересно, какие материальные блага могли понадобиться сверхъестественной сущности?       Задавшись этим вопросом, ежик не забывал одновременно подыскивать подходящий момент для «атаки»: у него будет только один шанс, и при этом желательно не попасться на глаза взрослым. Хотя бы сразу. Оббежать по короткой дуге, зайти чуть сбоку, оттолкнуться от удачно расположенного возвышения, и…       В этот момент незнакомец в плаще наклонился. Пейс напряженно замер, дождался, когда тот закончил собирать вещи и начал распрямляться, и рванул с места, высоко подпрыгнув в последней точке четко рассчитанного маршрута. Но уже на самом излете, протянув руку в сторону цели, ежик внезапно понял, что ошибся.       Он все еще слишком далеко.       Сбитый с толку мозг будто решил, что конечности его носителя гораздо длиннее, и подвел его в самый ответственный момент. Но Пейс не растерялся: следуя чистым инстинктам, он неимоверным усилием извернулся, так, что чуть искры из глаз не посыпались, и почти ощутимо, словно это было реально, оттолкнулся от воздуха.       Одновременно произошло две вещи. Он все-таки дотянулся, чтобы сорвать капюшон. И… мир перевернулся вверх ногами.       Пейс повис в воздухе вниз головой, не успев и заметить, как незнакомец схватил его за ногу прямо в полете — настолько тот оказался быстр. Невольно запаниковав и совершенно позабыв все предупреждения, ежонок уставился на него, пытаясь сообразить, что сказать в свое оправдание. И замер, забыв как дышать.       Он оказался лицом к лицу. Лицом к лицу с ужасным монстром, черным, как сама ночь, и которому ни за что нельзя было смотреть в глаза. В те самые глаза, которые сейчас смотрели на него: насыщенный алый, прожигающий его насквозь, как два пылающих огня, стремящихся поглотить все живое. Пейс настолько оцепенел от страха, что не сразу заметил, что в их глубине плещется неподдельное изумление.       Незнакомец внимательно рассматривал его, держа в вытянутой руке на уровне глаз. Пейс, придя в себя, с интересом занялся тем же.       Териос оказался ежом. Черным, да, но все же самым обыкновенным ежом, без единого следа чего бы то ни было сверхестественного. Красные полосы рассекали его иглы, боковые из которых хищно изгибались вверх, и тот же красный окаймлял глаза, добавляя остроты в общую картину. С таким сочетанием цветов он мог бы казаться устрашающим, если бы не выражение искреннего и немного глупого ошеломления на лице. Настолько резко контрастирующего с суровым внешним видом, что Пейс, не сдержавшись, прыснул, в последний момент зажав рот руками, чтобы не рассмеяться в голос.       Отчего-то этот контраст показался ему слишком забавным.       Его смех сбросил всеобщее оцепенение. Раздался щелчок затвора, и черный еж, мгновенно переменившись в лице, обернулся к вставшей на изготовку Чес и смерил холодным взглядом нацеленное ему в голову дуло винтовки. Львица напряженно смотрела на него сквозь перекрестье прицела. Эдгар в это время, пригнувшись и медленно пятясь, отошел в сторону убежища, но в итоге остался стоять чуть в отдалении, ожидая развязки.       — Опусти. Его. На землю, — отчеканила снайпер, нервно взмахнув кончиком хвоста.       Черный еж приказа не послушался. Он продолжил держать Пейса в том же положении, не выказывая ни тени волнения, словно ему каждый день в лицо направляли оружие. Когда молчание затянулось, а палец львицы опасно придавил спусковой крючок, он все же открыл рот и спросил:       — Кто это?       — Не твое дело, — огрызнулась снайпер.       — Он опасен, — продолжил Териос с твердой уверенностью. — Собиратель нацелится на него, как только увидит.       Чес непонимающе нахмурилась:       — Мы все его цели.       Черный еж покачал головой:       — Здесь особый случай. Собиратель не атакует ваши базы, потому что знает, что вы будете отбиваться и он потеряет слишком много миньонов. Но ради него, — он встряхнул зажатым в руке ежиком, отчего винтовка в руках львицы тревожно дрогнула, — он сделает что угодно, несмотря на количество потерь.       — Без понятия, откуда ты взял эту чушь, — фыркнула Чес, — но это ничего не меняет. Он один из нас. А мы бережем каждого жителя. Одиночке этого не понять.       Териос еле заметно вздохнул и разжал пальцы, отпуская синего ежонка. Не ожидавший этого Пейс не успел сгруппироваться и буквально шлепнулся лицом об землю, подняв облачко пыли.       — Что ж, ваше дело, — черный еж спокойно отряхнул руки. — Но я предупреждал.       — Как-нибудь обойдемся без твоих советов, — ядовито ответила снайпер. — Пейс, — кивком подозвала она ежика к себе.       Тот неохотно поднялся и подошел к ней, потирая ушибленный нос и не спуская заинтересованного взгляда с Териоса. Странный черно-полосатый еж казался ему смутно знакомым. Примерно так же, как и истории о машинах Собирателя.       Возможно ли, что его сны были вещими?       Львица так и не опустила оружие, продолжая держать черного ежа на прицеле. Дождавшись, когда Пейс встал позади нее, она рыкнула на Териоса:       — А теперь проваливай.       — Чес, но ведь это я первый..! — вступился ежик за таинственного чужака.       — Замолкни, малявка, — отрезала снайпер, не сводя напряженный взгляд с черного ежа. — С тобой я еще поговорю позже, — и качнула винтовкой в сторону ворот: — Я сказала, проваливай.       Териос прикрыл глаза и молча натянул капюшон обратно. Затем подхватил свою сумку, закинул ее через плечо и неспешно направился прочь.       — Не позволяйте ему выходить в город, — снова предупредил он напоследок. — Для вашего же блага.       Чес не стала ничего отвечать, а только недовольно фыркнула себе под нос.       Странное чувство свербило у Пейса внутри, пока он смотрел вслед удаляющемуся силуэту. Черный еж сейчас уйдет, и неизвестно, когда он появится в следующий раз. Вряд ли ему теперь здесь будут рады, и шанс, что он вообще вернется был настолько мал, что…       — Подожди!       …ежик не выдержал и побежал за ним.       — Пейс! — прилетел запоздалый оклик львицы.       Териос остановился, вынудив притормозить и его, но оборачиваться не спешил, словно выжидая, что именно сделает или скажет синий еж.       — Я… — начал Пейс, но внезапно замер с открытым ртом. Что он вообще хочет сказать? Как описать это скребущее ощущение, тянущее его к незнакомцу, которого он увидел впервые в жизни всего десять минут назад?       — Держись от меня подальше, если не хочешь неприятностей, — мрачно бросил Териос через плечо, решив его проблему, и неспешно пошел дальше.       — И он, черт побери, прав! — прошипела нагнавшая их Чес и схватила ежонка за руку: — Пейс, ты что творишь?       Ежик проигнорировал ее вопрос и неуловимым движением вывернулся из захвата.       — У тебя есть что-то! — выпалил он вслед черному ежу, наконец-то разобрав знакомые ноты в странном зове, влекущем его. — Что-то важное! Не знаю, что именно, но это должен быть какой-то предмет!       Но чужак больше не обращал на него внимания и продолжал удаляться, с каждым шагом унося с собой тайну. И Пейс запаниковал. Иначе он бы ни за что не вытащил из игл свое главное сокровище, подняв его высоко над головой:       — У меня есть такой же! — камень тускло сверкнул в его руке. — Вот!       На его выкрик Териос все же кинул мимолетный взгляд за спину. А затем внезапно сбился с шага, резко развернулся на ходу и замер с нечитаемым выражением лица.       — Где ты его взял? — глухо спросил черный еж.       — Меня… — начал было Пейс, но его тут же прервали.       — Всё, стоп! — Чес резко закрыла ладонью его рот, — Ты, — она указала пальцем на подозрительного чужака, — иди куда шел. А ты, поганец, — приподняв ежонка, она закинула его себе подмышку, — немедленно отправляешься в убежище!       «А вот и нет!» — мысленно возразил Пейс и укусил ее за палец.       Чес вскрикнула от неожиданности и разжала руки, позволив ему выскользнуть и отбежать подальше от нее.       — У тебя должно быть что-то похожее! — Пейс потряс в сторону черного ежа камнем для большей убедительности. — Я это чувствую!       Териос напряженно сузил глаза и почти что рыкнул:       — Отдай мне изумруд.       — …мы должны его уничтожить!       — Я не могу!       — Тогда, черт побери, дай сделать это мне!       На мгновение его сознание будто отключилось. Пейс тряхнул головой, возвращаясь в реальность, и недоуменно спросил:       — Что?       Черный еж не заметил его заминки и продолжил с явной угрозой:       — Я без понятия, как он к тебе попал, но тебе он не принадлежит. Отдавай. Или я заберу его сам.       Ежик с опаской попятился.       — Нет, — прижал он камень к груди. — Он мой!       — Отстань от мальца по-хорошему, урод, — вмешалась в их разговор Чес, снова вскидывая винтовку, — не то я-       Момент, когда прозвучал выстрел, Пейс пропустил: темный силуэт, обманывая его глаза и природную реакцию, устремился в его направлении, даже, казалось, опередив звук. Пуля впилась в землю точно в том месте, где мгновение назад была нога черного ежа, а Пейс, поддавшись смутной интуиции, отпрянул в сторону… ровно настолько, чтобы вовремя увернуться от руки, пытающейся выхватить изумруд.       На лице Териоса снова вспыхнуло немое ошеломление. Но оно сразу же сменилось злобным раздражением, а сам еж предпринял новую попытку добраться до камня, но Пейс использовал эту короткую заминку и в один прыжок разорвал дистанцию.       Раздался еще один выстрел. На этот раз снаряд прошел мимо уха чужака и, опасно чиркнув по камню, срикошетил в сторону синего ежика.       — Не стрелять! — взволнованно приказала Чес невидимым стрелкам на защитных стенах. — Заденете ребенка!       Чудом увернувшись второй раз — теперь от пули — ежонок кубарем прокатился по земле и вскочил на ноги. Бежать. Ему нужно бежать. И сохранить камень во что бы то ни стало. Но здесь так мало места — на ограниченном пространстве площади стремительная черная тень поймает его в два счета.       Нужно больше простора.       А это означает лишь одно.       Приняв решение и — в третий раз это получилось на удивление легко — снова увернувшись, проскочив под рукой нагнавшего его черного ежа, Пейс на всех парах бросился к границам убежища.       И с разгона взбежал вверх по отвесной стене.       …ветер поприветствовал его свистом в ушах как старого друга…       Не рассчитав скорость, ежик по инерции вылетел за край укрепления, описал высокую дугу прямо над ошарашенным стрелком и свалился вниз. В последнюю секунду он зацепился за какой-то выступ, чтобы притормозить падение, и неожиданно мягко спружинил о завалы у подножья, вовремя свернувшись в клубок.       Пользуясь временным шоком охранника, не догадавшегося стрелять по — теперь — одиночной цели, Териос прелетел за стену за ним. Полы его плаща зловеще развевались за спиной, а выражение лица, прекрасно видимое из-за слетевшего в порыве капюшона, не сулило ничего хорошего.       Но вместо испуга, на волне опасности и подгоняющего его адреналина, Пейс внезапно ощутил азарт. Он всё еще впереди! И его никому не догнать! Тем более, какому-то жалкому подражателю!       Осмелев до наглости, ежик дерзко показал преследователю язык и, не дожидаясь ответной реакции, рванул в сторону ближайшего здания.       …но далеко уйти ему не дали.       Словно дожидаясь именно этого мгновения, на его пути, буквально из воздуха, появилась сверкающая хромом, идеально, до зеркальности гладкая машина. И она была не одна: за первой показалась вторая, затем третья, и только Пейс, шокированный внезапным появлением врага («Что это, черт побери, такое?» — донеслось отдаленное ругательство кого-то из взрослых), сообразил, что происходит («Это дроны-невидимки Собирателя!» — подтвердил его догадку второй голос), как они синхронно выпустили в него сети для захвата.       Ежик резко затормозил, поднимая клубы пыли. Но не успел сменить траекторию и все же влетел в одну из ловушек из тонкого, но неожиданно прочного металла. Взбрыкнув пару раз, он лишь усугубил свое положение, запутавшись в мелких ячейках сети сильнее, а поймавший его дрон тут же взмыл вверх на недосягаемую для атак с земли высоту и втянул добычу внутрь.       Последним, что он увидел, перед тем как полированные створки отсека закрылись перед его носом, было встревоженное лицо черного ежа с широко распахнутыми глазами… и четко читаемой по губам нецензурной бранью.       В этот момент Пейс был с ним полностью солидарен.