Глава 2

Девушка подбежала к портрету, протараторила пароль и зашла внутрь, попутно восстанавливая дыхание. Сегодня она особенно долго сидела в библиотеке, даже не потому, что её что-то жутко заинтересовало в очередной книге по Истории Заклинаний. Она просто сидела и наслаждалась этим спокойствием. Летом она боялась, что не вернётся сюда, что всё изменится, что она не сможет окончить школу. Она много чего боялась. Но вот сейчас гриффиндорка сидит в своём излюбленном месте, среди старых книг в красивых (и не очень) обложках, численность которых уменьшилась в несколько раз. Все кругом вели себя как раньше, и Гермиона не могла понять: хорошо это или плохо. Но отвлечься от всего того дерьма, что происходило раньше, попытаться жить спокойной жизнью – весьма привлекательно. Она втягивала воздух глубже, чем раньше, чувствуя ветхий запах старости. Просидев так N-ое количество времени, девушка вспомнила, что совсем забыла о Гарри с Роном, она не знала, как прошел разговор Поттера со Снейпом, не предупредила их, где она и уже представила, как они отчитывают её в гостиной за то, что заставила переживать. Она зашла внутрь, увидев, как Гарри и Рон сидят на тёплом красном ковре, обсуждая что-то, возможно, важное, в руках у Гарри было письмо, он тряс его и улыбался. Сделав глубокий вдох, девушка прошла к друзьям и опустилась возле них. — Как всё прошло? — улыбчиво поинтересовалась она, оглядывая друзей. — Я дождался, пока мы останемся наедине, — парень вытаращил зеленые глаза на девушку так, словно ребенок рассказывает о новой игрушке. — Я подошёл к нему, и он улыбнулся! Гарри оборвал рассказ на секунду, возможно погружаясь в тот момент. — Представляешь? — Уизли не скрывал восхищения. — Снейп улыбнулся, я не помню такого за все года обучения! — Да, мы обменялись парой фраз насчёт его лечения, затем он протянул мне письмо, которое хотел отправить, но не вышло из-за усиленной терапии, к тому же Макгонагалл попросила его не использовать почту, пока министерство не будет уверено, что ему ничего не угрожает, — он говорил с неподдельным восторгом. Гарри протянул Гермионе письмо, она переняла его и принялась читать. «Уважаемый мистер Поттер, Мне передали известия о Вашей блестящей победе. Поздравляю Вас. Также Минерва передала, что Вы хотели связаться со мной, что ж, надеюсь, моё письмо прибудет в скором времени. Мистер Поттер, я полагаю, Вы понимаете, что между нами ничего не изменится, в стенах Хогвартса Вы остаётесь Поттером, а я Профессором Снейпом, но знайте, что если Вам понадобится моя помощь, любая помощь, я всегда к Вашим услугам. Я обещал защищать Вас до своей кончины, и раз она прошла неудачно, я буду продолжать чтить память Лили при помощи её единственного сына, который унаследовал самую важную и чувственную её особенность. Глаза. Смотря в Ваши глаза, я вижу все положительные качества чудесной Лили Эванс, той, что я полюбил однажды. До скорой встречи на паре по Зельеварению. С уважением, Северус Снейп.» Гермиона прочла всё дважды, удивляясь, действительно ли Снейп написал это. — Я забрал его и ушёл. У нас ещё будет время поговорить. Я узнаю, какими были мои родители, какой была моя мама ещё до Хогвартса, как он видел её, я столько всего узнаю, — Гарри действительно был счастлив сейчас. Северус стал для него словно иконой. Единственной живой иконой, которая была рядом. — Я рада, — крепко обняв друга, Гермиона вернула ему пергамент. Грейнджер перевела взгляд на Уизли, который разглядывал её. О, нет, Рональд, даже не думай о каких-либо разговорах. Это была обычная минута слабости, и я не хочу обсуждать то, что случилось. Девушка удивилась, что мальчики не заметили её отсутствия, хотя, учитывая то, сколько всего произошло за тот день, она понимала, что им было не до неё. — Я, пожалуй, пойду, сделаю домашку и спать. — Не убирай свои пергаменты далеко, — умоляя, протянул Рон. Девушка кивнула и пошла к себе.

***

— Я чёртов староста, — с улыбкой протянул Малфой, смотря прямо в глаза Забини. — Мужик, мы должны будем отметить в твоей новой одинокой башенке! — чуть ли не крича от радости, отметил мулат, обнимая друга. Блондин был доволен тем, что его друзья были рады за него, официально он станет старостой после получения значков и подписания бумаг, и еще тучи всякой фигни, но он знал, что теперь всё действительно становится лучше. — Смотри не зазнайся, блондинчик, — Нотт потрепал друга по волосам и сел в кресло, вальяжно закидывая ногу на ногу. — Да-а, теперь Драко будет хорошим мальчиком, — поворачиваясь к Тео, объявил Блейз, — спать после отбоя, иногда обходить школу, возиться с мелкими – просто пост мечты! — саркастично произнёс парень, улыбаясь ещё шире. Малфой смотрел на друзей и знал, что сейчас в курсе только они. Только его близкие люди, которым он, черт их дери, мог доверить любую хуйню, даже такую, и на сто процентов знал, что его подъебут, но всё-таки поздравят. — Пошел ты, — он показал средний палец мулату. — Когда объявят официально? — Забини не мог сдержать радости, он, как и Макгонагалл, думал, что теперь его другу на самом деле станет лучше. — Скорее всего, завтра за ужином, — наконец-то на лице парня красовалась настоящая улыбка.

***

— Не могу поверить, что Малфой грёбанный староста! — возмущенно сказал Рон, пережевывая курицу. — Чем вообще думала старуха? Теперь малыши слизерина будут нагло расхаживать по коридору, переняв тупые повадки хорька, кричать на каждом шагу «грязнокровка», носить черные шмотки и игнорировать правила, как этот придурок? — О, Годрик, Рональд, ты несёшь чушь, — Гермиона отпила тыквенный сок и хищно взглянула на салат. — Думаю, что Малфою это пойдёт на пользу, дополнительная ответственность, хороший статус, может, даже начнет соблюдать правила, — девушка положила кусочек помидора себе в рот, медленно пережевывая. Она перевела взгляд с лица друга на слизеринский стол, все радовались и поздравляли нового старосту факультета; кажется, что каждый из них был уверен, что теперь очки гриффиндора будут отниматься ежедневно, а после отбоя им будет позволено абсолютно, что угодно. Могло быть и так, но по какой-то причине Грейнджер думала, нет, она была уверена, что Драко будет соблюдать правила, посещать собрания префектов и многое другое, ей казалось, что этот человек совсем не тот, каким хочет казаться большинству. Ну да, Грейнджер, он же помог тебе в той битве. Мерлин, это же была война, он стал предателем своей стороны и естественно бросился на помощь, в этом нет ничего такого. Что я вообще себе навыдумывала? Малфой вряд ли когда-нибудь сможет исправиться. Он все тот же идиот, который позволяет себе слишком много, но уже не стесняется в выражениях. Просто кретин. Гермиона неожиданно поняла, что смотрит даже не на толпу слизеринцев, а лишь на одного, который прожигал её взглядом в ответ. Она свела брови к носу и отвернулась. — Я думаю, что Малфой заслужил это, может, даже перестанет цепляться к тебе, старосте такое непозволительно, — отметил Гарри. Да, после того, как Гермиона всё рассказала ему, он стал более снисходительно относиться к блондину, которого раньше ненавидел всей душой. На самом деле, повлияло много факторов, но этот также был одним из решающих. — Да Гермиона может прицепиться к нему так, что он еще месяц будет лежать в больничном крыле и пить всякую дрянь, которую варит Помфри, — Рон доедал свою порцию, оценивающе разглядывая всё то, что еще осталось за их столом. Грейнджер решила никак не комментировать слова друзей. Она повернула голову и увидела МакГонагалл, директор также смотрела на нее, но её взгляд выглядел довольно обеспокоенным. Минерва отвела взгляд от девушки и продолжила разговор с профессором Флитвиком, а та, в свою очередь, так и продолжала смотреть в сторону директора.

***

3 сентября 1998 года

Компания молодых людей зашла в Башню Старост, в которой находился личный дортуар Малфоя. Всё уже было благоустроено, блондин перенес вещи, поэтому в некоторых местах стояли предметы интерьера комнаты Драко, Блейза и Тео. Все внимательно разглядывали небольшую гостиную, возле камина лежал ковер, окрашенный в серебристо-зелёные цвета, впрочем, весь дортуар был выполнен в этих цветах. На ковре стоял стеклянный кофейный столик, по обе стороны от которого красовались два шикарных кресла с зеленой обивкой, а позади располагался небольшой диванчик того же цвета. По правую сторону от камина висели полочки, на которых Драко разложил вещи, которые успел достать из сумок. По левую сторону висела пара картин, также там стоял стол уже более внушительных размеров, скорее всего письменный, примерно такой же, как во всех гостиных. Блейз сразу приметил дверь в комнату Малфоя и первым делом направился туда, оценить: что да как. Спальня оказалась просторной: большая кровать, комод у стены, стойка для вешалок, на которой уже висела пара костюмов, мягкий коврик у кровати, окно, а по левую сторону от кровати стоял туалетный столик, который, кажется, остался от прошлой хозяйки. — Астория оценит, — хмыкнул мулат и прикрыл дверь. Блондин закатил глаза. После оценки комнаты Забини побежал разглядывать главную роскошь — собственную ванну. Она располагалась по правой стороне гостиной, небольшая комната с душевой кабиной, умывальником и туалетом. — Скромно, зато своё, — отметил парень и вернулся ко всем. Молодые люди разложили бутылки и стаканы на столике у камина, Драко сидел в кресле, Тео напротив. Мулат присел на диван к Пэнс, а Гойл неожиданно плюхнулся рядом, чуть не задавив парочку. Астория оценочно осмотрелась и села на колени к Драко, предварительно взглянув на него, как бы спрашивая разрешения, на что парень кивнул. — Астри как всегда на своём месте, — улыбнулась Паркинсон, пока её спутник разливал всем жгучий напиток. В ответ волшебница поморщилась. Драко протянул руку к своему бокалу, взял его и повертел. Огневиски особенно красиво блестел при свете лампы. — Сегодня мы все собрались, чтобы поздравить нашего друга с получением титула старосты, — прочистив горло, начал Забини и повернулся к Малфою. — Мужик, мы искренне поздравляем тебя, и надеемся, что теперь вся гребаная школа будет ходить под старостой факультета Слизерин, — на последних словах остальные присутствующие подхватили идею парня и довольно громко начали восклицать и улюлюкать, поднимая бокалы. — Спасибо, друг, — Драко также приподнял бокал и выпил залпом. — Сладкий, прости, если докучаю, просто я хочу поговорить, — неожиданно голос Гринграсс запищал возле уха Драко. — Давай не сейчас и не сегодня, я хочу побыть в теплом кругу друзей, напиваясь и веселясь, а не выяснять отношения, — Малфой знал, что Гринграсс добивается своего несмотря ни на что, и не остановится, если он не включит манипулятора. — Обещаю, завтра все решим. Девушка улыбнулась, отпивая немного напитка, и повернулась к друзьям, которые уже оценивали вслух всё, что видели, не упуская возможность пошутить над чем-нибудь. Да, между Драко и Асторией было что-то. Это что-то Малфой называл секс без обязательств, но властолюбивая и требовательная девушка всегда хотела больше внимания, поэтому на любые мероприятия он ходил с ней, за обедом мог обнимать её, по коридору идти рядом. Это было похоже на отношения, возможно это они и были. Если отношения действительно были такими у всех, то ему они уж точно не нужны. Этим летом он не ответил ни на одно письмо, даже на кричалку, которую прислала ему возмущённая девушка, обделенная вниманием своего партнёра. Малфой решил отодвинуть все эти мысли и взглянул на часы. Отбой в десять часов вечера, сейчас без пяти девять и он решил, что сегодня друзья смогут немного опоздать, ведь обход по школе остаётся на его плечах. — Не хочу огорчать, но в двадцать три часа все должны уже лежать в постельках, — Малфой протянул пустой бокал другу, покачав его, как бы намекая: «наливай». — Этот чертёныш как обычно портит всё веселье, — Тео составил жалобную рожицу.

***

«Мой родной мальчик, Я очень сильно горжусь тобой. Ты — мой смысл жизни, который изо дня в день украшает её, добавляет новые краски, превращая все сомнения и страхи в чудеснейшие пейзажи. Староста факультета! Ты достоин этого как никто другой. У нас в Мэноре всё хорошо, я посадила в саду китайские розы, Тинки каждый день помогает мне, твоя эльф чудесно со всем справляется и интересуется твоим здоровьем. Ты прекрасный хозяин. Тётя Белла иногда говорит странные вещи на свиданиях, но в больнице Святого Мунго о ней хорошо заботятся. Мы все жутко скучаем по тебе и надеемся, что увидим на следующем благотворительном вечере. Прошу, укажи в ответном письме: Как ты поживаешь? Как там Северус? Как тебе на новой должности? Пиши мне обо всём, что думаешь. Передавай привет своим друзьям и возлюбленной Астории. С любовью, твоя мама Нарцисса Малфой.» Один Бог знает, как же он любил свою мать. Она для него свет в самой кромешной тьме. Она для него всё, как и он для неё. Они остались вдвоём. По-настоящему вдвоём. Он боялся себе представить, как она там, в одиночестве, в их большом особняке. Несмотря на это всё, Драко решил не отвечать на её письмо. Для себя он ещё летом понял, что отвечать на каждое письмо матери будет слишком рискованным. Возможно, парень параноик, но знание того, что всю их личную переписку просматривают какие-то псы из Министерства, заставляло его перестраховаться.

***

10 сентября 1998 года

Утро началось по-настоящему хорошо. Уже неделю Драко был старостой. На удивление, обязанностей было немного. Ну, это пока. Его устраивали вечерние обходы, когда он мог побыть наедине с собой, личный дортуар, составлять какие-то дурацкие графики и вставлять по самое не балуй младшекурсникам. Что может быть проще? Первой парой сегодня трансфигурация. Трансфигурация с гриффиндором. На удивление, даже они стали более терпимыми, чем обычно. Нет, нет, всё слишком хорошо, всё слишком идеально. Что-то пойдёт не так. Это вопрос времени. Малфой зашел в кабинет; он обратил внимание на заполненный ряд слизеринцев и самодовольно улыбнулся. Парень сел на привычную последнюю парту практически у двери в кабинет, достал все необходимые принадлежности и принялся разглядывать аудиторию. Его взгляд удержался на первой парте соседнего ряда. Грейнджер сегодня заплела хвост. Её вьющиеся волосы нелепо смотрелись в этой прическе. Её шея оказалась длиннее, чем выглядела под непослушными волосами, Драко отметил, что она, наконец, сняла мантию и сидела в обыкновенной белой рубашке и, кажется, юбке. Девушка смеялась над тем, что говорил рыжий. Интересно, когда он её трахает, он смотрит также, как и сейчас? Он же просто нелепый, рыжий нищий, к тому же глупый. Поттер на его фоне просто гений. Отношения между Драко и Гарри изменились. Нет, они не стали друзьями и уж точно не здоровались при встрече. Но взгляды парней стали абсолютно другими. В них не было той ненависти, которая пожирала изнутри, скорее благодарность и в своём роде уважение. Поттер сидел рядом с девкой-Уизли, обнимал её и что-то шептал на ушко. Забавная пара. Он перевёл взгляд обратно на первую парту. Оливковая кожа, казалось, блестела от лучей солнца, которые падали на лицо девушки. Она сидела и улыбалась так искренне. Что-то щебетала другу, пару раз ткнула его в плечо, как бы говоря о том, что то, что он несёт, невероятно глупо. Она ведёт себя как раньше. Либо делает вид, что всё как раньше. Но это нихуя не так. Резкая горечь прокатилась по рту Малфоя вьюгой, он захотел сплюнуть это, но понимал, что это даже не вкус, это отвращение. Отвращение к Грейнджер? Уизли? К той картине, что он представил у себя в голове пару мгновений назад, как Рыжий усаживает на стол простушку и трахает, так нелепо и убого, как может только он? О, ужас, Малфой, о чём ты вообще думаешь? — Эй, раздеваешь её глазами? — Забини сел на соседний стул, кивая головой в сторону Грейнджер. — Ты как всегда наблюдателен, — Драко выдавил ухмылку. Интересно, без одежды она такая же бесформенная, или? О, Салазар. Забини, что ты наделал? — Признай, что она красивая для маглорождённой, — мулат положил перед собой пергамент и перо. — Какого ты вообще пристал ко мне с этой залупой? — Драко пришёл в себя, оборачиваясь к другу. — Делюсь с тобой наблюдениями, — мулат подмигнул. Диалог прервала профессор, которая ворвалась в кабинет и быстрым шагом пронеслась к столу. — Доброго утра, уважаемые студенты, сегодня будет работа меж факультетами! — воодушевлённо произнесла директор, надеясь на такую же реакцию. — Сейчас все вы встанете возле шляпы, которая будет формировать пары, затем образовавшаяся пара подходит к моему столу, один вытягивает бумажку, на которой написан предмет, другой то, во что совместными усилиями вы будете его превращать. Показалось, что каждый уже устало выдохнул. Студенты подходили по очереди, и шляпа в основном распределяла один факультет с другим. Спокойно, Гермиона, тебе достанется тот, о ком подумаешь, это же так работает, верно? Девушка села на стул, профессор надела на неё шляпу и та закричала сквозь несильный гул. — Блейз Забини! Большая часть студентов обернулись. Намечается шоу. Девушка встала со стула и беглым взглядом начала искать напарника. Он стоял рядом с Малфоем и рассматривал, словно оценивающе. Она подошла к нему. Блондин пялился на гриффиндорку с откровенной неприязнью. — Ну, привет, Грейнджер, — Блейз ухмыльнулся, рассматривая девушку. — Здравствуй, Забини, — шатенка уверенно смотрела на оппонента. Юбка. Она в рубашке и юбке. Икры Гермионы обтягивали белые чулки, а на стопах красовались черные туфли. Драко точно никогда не обратил бы внимание на это, если бы она не подошла так близко. Точно. - Идём к столу? — Блейз кивнул в сторону преподавательского стола и, дождавшись согласия девушки, они оставили Малфоя в одиночестве. — Вытягивай, — посмотрев на мешочек, сказала парень. Грейнджер засунула руку, слегка помешав содержимое махрового пакетика, затем взяла небольшой клочок и вытянула, сжимая руку в кулаке. Она раскрыла кулак и прочла: — Парта? — в недоумении спросила девушка, сама до конца не понимая, почему именно так вышло. Блейз обошел её и заглянул через плечо. — Да, Грейнджер, именно так здесь и написано, пар-та, — парень усмехнулся, увидев гневный взгляд напарницы, затем подошёл к другому концу стола и потянулся за своей частью. — Дракон. Шатенка кивнула головой. — Приступим, Гермиона. — Драко Малфой! — громко сказала шляпа, и напарники повернули голову в её сторону. Гарри. Там сидел Гарри. Гриффиндорец подошел к однокурснику. — Гермиона, у нас все ещё есть задание, не могла бы ты не так явно раздевать глазами моего друга? — Мерлин, Блейз, ты несёшь ерунду, — Гермиона не отводила взгляда от парней. — Кажется, шляпа действительно издевается, Гарри и Малфой вряд ли сработаются, — она свела брови к носу, провожая их взглядом. Мулат закатил глаза и пошёл к своему месту, уверенный, что Грейнджер плетется позади. Так оно и было. Молодые люди подошли к рабочему месту, слизеринец вытянул палочку, уже собираясь вычертить руну. — Нет, стой! — чуть ли не крикнула девушка, хватаясь за его руку. — Ты хочешь, чтобы по кабинету шагал дракон размером с парту? — она вскинула брови. Мулат долго смотрел в её лицо, а затем кивнул, отходя от парты и оставляя место для неё. — Редуцио! — девушка прочертила руну в воздухе, направляя палочку на предмет. Она немного хмурилась, пока луч вылетал из её палочки; парта всё уменьшалась и уменьшалось, пока не стала размером с ладошку девушки. — Умно, Грейнджер, — Блейз улыбнулся и взял в руку небольшой предмет. — Позволишь мне или сама? — парень подошёл ближе к ней Она забрала из его руки столик и поставила на свою ладонь. — Приступай, но не забывай сконцентрироваться, никому не нужен бесконтрольный дракон, который плюётся огнём, даже маленький, — она улыбнулась и неожиданно увидела ответную улыбку. Действительно улыбку, которая не выражала раздражения, стёба, призрения. Только тепло. Парень немного отошёл, некоторое время рассматривая объект в руке девушки, затем поднял палочку и, прочертив руну, произнёс: — Драконифорс! Гермиона перевела взгляд со стола на мулата, который уверенно смотрел прямо на объект, не отрывая взгляда. Она почувствовала, что столик на ладошке стал более теплым и живым. Она взглянула на него и улыбнулась, в её ладони сидел небольшой дракончик и не двигался, пока мулат не повернул палочку слегка влево, малыш качнулся в ту сторону и сделал шаг. — Получилось, — восторженно произнесла девушка. — А ты сомневалась? — самодовольная ухмылка слизеринца. — Отличная работа, молодые люди; верните объект в прежнее состояние и можете быть свободны, — директриса улыбнулась, похлопав Гермиону по плечу и пошла дальше по классу, рассматривая достижения других. Мулат произнёс обратное заклинание, а Гермиона увеличила парту до прежних размеров. — Ты действительно умнее остальных гриффиндорцев, — неожиданно произнёс Блейз, двигая стол. — Спасибо? — Это констатация факта, за неё не благодарят, — парень сел на парту, всё ещё рассматривая девушку. — Почему ты не староста факультета? — неожиданно. — Мне это не надо, слишком много возни, мешает учёбе и отдыху, — пожала плечами девушка, пытаясь найти в толпе Рона или Гарри. — Торчать в библиотеке сутками — не совсем отдых, — усмехнулся Блейз. — Для кого как, — гриффиндорка забегала глазами быстрее. — Да ладно тебе, я и сам люблю почитать, — дружелюбно. — Дополнительный курс трансфигурации взяли только на самом деле умные волшебники, поэтому скажи, что тут забыл Уизли? — мулат попытался поймать взгляд девушки, — ответ наподобие «Рон не так глуп, как кажется» я не приму. — Это не только сложный предмет, Забини, но ещё и интересный, — она выдохнула, будто объясняла ребёнку очевидное. — Необязательно называть человека, который тянется к знаниям, но не совсем понимает их - тупым. Она, наконец, посмотрела ему в глаза, в этих карих радужках загорелся огонь. — А ты неплоха. — Знаю, — она еще раз оглядела аудиторию. — Ещё и не настолько противная, какой кажешься, — он мило улыбнулся. Действительно мило. — А это приму за комплимент, — девушка улыбнулась в ответ. — Правильно, вряд ли эти двое часто тебе их говорят, — Забини нашел взглядом Поттера и Рона. — Я пойду, было непротивно поработать с тобой, — она развернулась и побежала к друзьям. Парень смотрел ей в след некоторое время. Ему на плечо упала рука и он обернулся. За ним стоял Малфой, который искал, куда же устремлён взгляд друга. — Поттер, кажется, сильно ударился головой, — тут же выпалил парень, опускаясь рядом с другом — подумал, что мы друзья и даже попытался обсудить какую-то херню, — скривив лицо, сообщил Драко. — А ты что? — «Мы просто пытались выжить, Поттер, поэтому даже не думай, что я стану твоим вторым Уизли», — процитировал парень сам себя. Мулат ухмыльнулся и покачал головой. — Грейнджер не такая уж и клуша, какой казалась, даже может воспринимать шутки, — Забини почему-то захотелось поделиться этим. — Не могу понять, за что ты её так не любишь? — Кровь, манера общения, факультет, круг общения. Мне продолжать? — резко ответил блондин. — Чувак, если будешь продолжать по таким критериям оценивать людей, останешься со мной и Астроией на всю жизнь, — Драко молчал, — и не факт, что она будет продолжать слепо терпеть тебя и твои выходки. — Может мне ещё ноги поцеловать твоей новой подружке? Мулат закатил глаза и направился к выходу, попутно выслушивая всякий бред от блондина.

***

Санитары держали женщину с трёх сторон, пока врач что-то вкалывал безумице; за окном лил дождь, и гремела гроза. В небольшой комнате посередине сидела Беллатриса; она была привязана цепью к стене, на ней красовалась смирительная рубашка, а врачи кругом удерживали её, чтобы та точно ничего не выкинула. — Я убью вас всех, — весело произнесла Белла и задорно засмеялась. Через несколько минут после введения препарата она опустилась на пол и заснула. В Мунго ей была выделена отдельная башня, окошко размером с кирпич на той высоте, до куда она бы не достала, мягкий пол и стены в обивке. Её считали сумасшедшей, удерживали, иногда даже пытались вылечить, но главная задача врачей была наблюдение. Круглосуточное. Никогда её не оставляли без присмотра, чтобы женщина не смогла выкинуть очередной фокус и сбежать. Такова теперь была жизнь Беллатрисы Лестрейндж.