В тишине, где дышит ночь

— Я хочу попробовать, — твой тихий голос с нотками неуверенности, которую ты плохо пытаешься скрыть, пронзает тишину. Лёжа на заднем сиденье машины под Тэхёном, ты чувствуешь его обжигающее дыхание на своей шее. Он спускается вниз к ключицам, оставляя поцелуй. Прикусываешь губу, прикрывая веки: тебе приятно как никогда. Боишься даже представить, каким может быть секс с Тэхёном, если даже в одном поцелуе отчётливо видно, какой он умелый. В ноздри Тэхёна ударяет аромат лаванды с нотками розы. Он сводит с ума, заставляет тонуть в безумной страсти, как в омуте, откуда не хочется выныривать. Любой другой альфа уже бы позволил затуманить себе разум, наплевал бы на твой страх и поддался животным инстинктам, но он не они. Ему важно твоё состояние. Твой страх ему понятен, и Тэхён тебя не разочарует, даже если ему до боли в штанах хочется тебя. — Одно лишь слово, и я остановлюсь, — говорит, не поднимая глаза, не горя желанием встретиться взглядом, после которого последует категорически отказ. Тэхён всеми фибрами души не хочет тебя разочаровать. Он хочет показать тебе, каким чудесным может быть секс, в каком неземном блаженстве можно утонуть, если партнёр не будет думать лишь об утехе своих желаний. Хочет быть рядом, ощущать кожей, как твоё дыхание становится чаще и жарче, нежно ласкать, не сдерживать желание слиться с тобой в едином порыве. Желает видеть под собой, как ты сладко дрожишь, расслабляешься в его руках, истекая соком и сгорая от нетерпения, сверкая своими полными желания шоколадными глазами. Хочет раствориться в тебе до конца, до исступления. Хочет до боли в штанах, но сдерживается. Тэхён приспускает платье вниз. Перед его взором открывается аккуратная грудь. — Тэ… — не договариваешь, издав тихий стон наслаждение; он пощипывает губами за ореол соска, в то время как сжимает в руке другую грудь. — Твой запах сводит с ума… — чуть ли не шепчет, поднимая взор на возбуждённую тебя. В полумраке, в свете фонаря с улиц, спадающего на окно машины, удаётся разглядеть мерцающие глаза, полные желания. — Не останавливайся, — твой ответ — зелёный свет. Тэхён словно потерял дар речи. Он совсем не ожидал, что ты будешь готова пойти дальше. Ведь именно ты буквально час назад твердила о том, что тебе плевать на то, что он твой альфа, предназначенный судьбою истинный. Что все альфы одинаковые эгоисты, думающие о том, как утолить собственные желания, наплевав на чувства партнёрши. Он тогда уверенно заявил, что сможет доказать обратное и предложил прокатиться. Кто бы знал, чем закончится катание. Быть может, вы оба знали, чем это может обернуться, но не сумели идти против своего желания, что же могло произойти? Пользуясь его замешательством, ты, приподнявшись, увлекаешь Тэхёна в сладостный плен поцелуя. Твои бывшие альфы брали своё, не обращая должное время поцелуям. Ты хочешь это исправить. Где-то в твоей душе таится надежда, что Тэхён другой, и с ним всё будет по-другому. Ты хочешь ещё раз ощутить пламя обжигающего дыхания на шее. Хочешь всецело принадлежать Тэхёну, отдаться полностью в его власть. Хочешь прижаться каждой клеточкой своего тела и чувствовать, ощущать, впитывать его горячий жар страсти. Ты хочешь его, как женщина своего мужчину. Как омега — своего альфу. Пусть и не сразу, Тэхён отвечает тебе, придерживая за затылок, прижимает аккуратно, без капли намёка на грубость. Он пускает в ход язык, проводя по твоим дёснам, словно отмечает свою территорию, куда недоступен вход никому, кроме него самого. Тем временем длинные пальцы обхватывают соски, куда Тэхён после твоих губ прильнул, неустанно целуя, пробует на вкус. Ты хватаешь воздух ртом, сгорая от нетерпения. Эти прелюдии сносят крышу, и, судя по тяжёлому дыханию партнёра, не только твою. Его руки уже тянутся за тем, чтобы снять с тебя одежду, как нельзя кстати кто-то начинает настойчиво стучать в окно. Через огромное нехотя вы отстраняетесь друг от друга. Тяжело дышите, пока дорожка слюны меж вами спадает на сидение. Тебе хочется продолжать начатое, хочется прижаться к Тэхёну и не отпускать, хочется поддаться приятным чувствам, из-за чего бабочки в животе порхают с новой силой. Это желание сильное как никогда. — Минутку. — Тэхён хочет уйти, но ты не позволяешь ему это сделать. Схватив его за галстук, наматываешь на руку и притягиваешь изумлённого твоим поведением Тэ к себе, прошептав в ухо: — Я хочу тебя. — Его кадык дёргается, Тэхён сглатывает слюну, застрявшую в горле. Прямолинейная и раскрепощённая, ты определённо ему по душе. Ты хотела его возбудить, подумать и о его желаниях и, видя результат, понимаешь — ты справилась. Всё-таки подруга не врала, когда омега возбуждена и ведёт себя сексуально, её запах усиливается, отчего желания партнёра взять возрастает в разы. — Продолжим у меня. *** Сердце колотится так, что кажется, его слышит весь мир. В салоне автомобиля до сих пор витает тёплый запах лаванды, смешанный с едва уловимой горечью мускуса Тэхёна. Его аромат кажется сильнее обычного, будто плотнее, теплее, и ты на секунду понимаешь, что твоя фраза — «Я хочу тебя» — стала спусковым крючком для чего-то необратимого. Он молчит, но взгляд говорит больше слов. В янтарном свете уличных фонарей его глаза кажутся темнее, глубже, насыщеннее — тёплый шоколад, в котором можно утонуть без остатка. В них нет ни тени сомнений, только сдержанное желание и железная выдержка. Тэхён почти не двигается, словно боится сделать лишний шаг и спугнуть тебя, но дыхание выдаёт его внутреннюю борьбу: горячие, резкие выдохи касаются твоих губ, обжигают кожу. — У меня… — его голос звучит ниже обычного, будто стал хриплым от сдерживаемого напряжения, и от одного этого тембра по телу пробегает ток. — Ты уверена? Ты киваешь, медленно, стараясь выглядеть спокойной, хотя внутри всё дрожит и горит. Он закрывает глаза на секунду, тяжело сглатывая, словно пытается загнать глубже собственный инстинкт, который требует прямо сейчас запереть двери, запутать пальцы в твоих волосах и не отпускать до рассвета. Но Тэхён не такой. Его медлительность сводит с ума — в ней есть что-то опасно интимное, будто каждая секунда ожидания только усиливает вкус. — Тогда пристегнись, — хрипло произносит он, возвращая себе контроль, и заводит двигатель. *** Дорога до его квартиры кажется бесконечной. Салон заполнен звуком ровного гудения мотора, редкими переливами музыки из динамиков и твоим собственным дыханием, которое, кажется, слышишь только ты. Ты украдкой смотришь на него сбоку. Чёткая линия профиля, выразительный изгиб скул, расслабленные, но уверенные пальцы на руле. Рубашка чуть расстёгнута у воротника, и виден тонкий золотой браслет на запястье, который переливается в отблесках городских огней. На мгновение тебе кажется, что он выглядит слишком недосягаемым, чужим, как человек, который существует немного в другом мире — мире, где ему подвластно всё, включая тебя. Он ловит твой взгляд. Секунду вы просто смотрите друг на друга, и губы Тэхёна дрогнули в едва заметной усмешке — так тонко, что почти неуловимо. Эта улыбка не насмешливая, не властная. В ней есть обещание. — Нервничаешь, — констатирует он, не спрашивая. Ты отводишь глаза к окну. — Немного. — Хорошо, что немного, — его голос снова низкий, бархатный, и кажется, он произносит слова не ртом, а кожей. — Я не хочу, чтобы тебе было страшно. В этот момент ты понимаешь, что разница между вами чувствуется не только в силе и статусе альфы и омеги, не только в запахах и телесных реакциях. Она в том, как он смотрит. Как будто у него хватает терпения дождаться, пока ты сама сделаешь шаг, не заставляя, не ломая. *** Дверь в его квартиру закрывается за вами мягким щелчком. Тихо. Слишком тихо. Тэхён снимает галстук и медленно ослабляет узел, взгляд ни разу не покидает твоего лица. От этого взгляда у тебя будто исчезает почва под ногами. — Ты всё ещё хочешь? — спрашивает он, но голос звучит иначе: хрипло, почти с надломом, и в нём слышится собственная надежда. Ты подходишь ближе и киваешь. Он улыбается. На этот раз открыто, мягко, и будто становится немного другим — теплее. А потом подходит сам, и расстояния уже нет: есть только его запах, его дыхание, его руки, которые ложатся на твою талию, но не тянут к себе — ждут твоего шага. Ты делаешь его сама. *** В квартире Тэхёна тихо. Огни города тонут в густом сумраке за окном, оставляя лишь редкие отблески фар, что скользят по стенам, будто тени, играющие в прятки. В воздухе висит густой аромат лаванды и твоего собственного запаха, смешиваясь с его — терпким, тёплым, чуть пряным, как раскалённый воздух перед грозой. Ты стоишь, прислонившись к косяку, ловя каждое движение Тэхёна, каждое его дыхание, и сердце будто выскакивает из груди. Он приближается медленно, с тем спокойствием, что всегда сводило тебя с ума. В его походке есть уверенность альфы, но в глазах — трещина: сдержанность, которую он держит за горло, лишь бы не спугнуть тебя. — Последний шанс передумать, — его голос низкий, будто дрожащая струна. Ты качаешь головой. Молчишь. Это молчание и есть твой ответ. Тэхён делает шаг, другой. Его тень накрывает тебя целиком. Кончиками пальцев он касается твоей щеки — осторожно, словно боится разбудить сон. Его кожа горячая, и ты едва удерживаешься, чтобы не раствориться в этом прикосновении. — Скажи, что ты хочешь, — его голос хриплый, едва слышный. — Тебя, — отвечаешь, и это звучит так, будто признание в любви. На секунду в его взгляде мелькает что-то первобытное. Он касается твоих волос, кончиками пальцев проводит вдоль шеи, задерживаясь там, где пульс бьётся быстрее, чем положено. Весь твой запах уже живёт в нём, забивает мысли, и ты это чувствуешь. Мир вокруг будто распадается на обрывки света и дыхания. Когда его губы касаются твоих, мир рушится окончательно. Поцелуй тянется долго, слишком долго, в нём нет спешки — лишь тихое, затягивающее безумие. Ты отвечаешь Тэхёну с той жадностью, что копилась всё это время, а он словно изучает тебя, как неизведанную мелодию, боясь сыграть неверную ноту. Тэхён прижимает тебя к себе ближе, сильнее, его ладони скользят по твоей спине, оставляя за собой полосы жара. Он осторожен, но в каждом его движении чувствуется затаённая сила, которую он пока держит на цепи. Его дыхание обжигает висок, пальцы дрожат, словно он сам сгорает изнутри. Ты слышишь, как учащается его пульс. Чувствуешь, как воздух между вами становится плотнее. И когда ткань падает на пол, всё, что остаётся, — это кожа к коже, сердце к сердцу, запах к запаху. Ночь проходит в странной тишине, полной тихих вздохов, прерывистого дыхания и дрожащих стонов, будто всё это — язык, известный только вам двоим. Здесь нет места спешке. Всё медленно, как будто время растянулось между двумя ударами сердца. *** Утро приходит слишком рано. Свет из окна мягко ложится на спутанные простыни, на его волосы, раскиданные по подушке, на твою руку, что всё ещё лежит на его груди. Тэхён спит, но его пальцы всё так же держат твою талию, будто он боится, что, проснувшись, ты исчезнешь. Ты ловишь себя на том, что не хочешь двигаться, не хочешь нарушать этот хрупкий покой. Впервые за долгое время всё кажется правильным. Ты слышишь его ровное дыхание, ощущаешь его тепло, и в груди появляется чувство, которое пугает своей силой. В этот момент ты понимаешь: прошлое остаётся позади. Здесь, в этой комнате, начинается что-то новое — другое, неизбежное, правильное. И Тэхён, будто почувствовав твой взгляд, открывает глаза. Глубокие, тёмные, чуть припухшие от усталости, но такие родные. Он улыбается — едва заметно, но достаточно, чтобы твоё сердце снова сбилось с ритма. — Доброе утро, — его голос ещё ниже, чем ночью. И ты отвечаешь ему не словами.