Часть 2

На следующее утро я встала очень поздно. Ну конечно, сессия закрыта, на первом курсе практики нет, и я, как обычная студентка физмата после сессии, люблю поспать. Как проснулась, так и вышла из комнаты, только натянула домашние шорты. Растрепанные короткие волосы, старая растянутая мужская футболка, некогда спертая у Ника, которая едва прикрывала ягодицы и висела на одно плечо, и заляпанные краской домашние шорты, не прикрывающие полностью подкаченной задницы. А если наклониться, то это что-то с чем-то. Но на тот момент в моей спящей головушке данный факт почему-то даже не мелькнул. Родители уже уехали на работу, и на кухне сидел только Никита в домашних джинсовых шортах. И все. А он реально подкачался за этот год. Хотя и раньше он был очень даже красив. Короткие из-за армии светло-каштановые волосы и голубые глаза. Хотя, не совсем голубые. У Никиты гетерохромия. Правый глаз имеет темное пятно внизу радужки. В детстве эта особенность внешности меня пугала, а потом даже стала завораживать. Это делает его в какой-то степени особенным. И в довершение своей особенности, Ник за несколько сеансов у мастера набил себе татуировку. Рукав закрывал правую сторону груди, плечо, часть лопатки и полностью руку до запястья. Это была полностью черная татуировка в виде различной символики, геометрических знаков и фигур. Что самое интересное, Ник сам заработал на нее, уже на третьем курсе работая веб-разработчиком и дизайнером, пройдя специализированные курсы. После 11 класса парень не захотел учиться на вышке, и пошел на информационщика на базе среднего образования. Во время учебы за два последних года, третий и четвертый курсы, Ник сам заработал не только на тату, но и на простую машину. И сейчас, вернувшись с армии, Ник работал над новым заказом, сидя за столом на кухне в специальных очках для компа, попивая кофе и что-то быстро печатая одной рукой. Мне бы его скорость. — Доброе утро, - пробормотала я и пошаркала к холодильнику. Достав с нижнего ящика любимый питьевой йогурт, я плюхнулась на уголок рядом с Ником, поджала под себя ноги и посмотрела на экран его ноута. Очередной код, никогда их не понимала. — Ты время видела, ведьмочка? Никак с метлы упала? Скорее, добрый день. Ник рассмеялся, а я показала ему язык и подняла взгляд на часы. И правда, время уже почти двенадцать, а я только встала. Медленно потягивая клубнично-персиковый йогурт, я наблюдала за чокнутым айтишником. Взгляд бегал по экрану, пальцы порхали над клавиатурой, а кофе стремительно исчезало из кружки. Все как раньше. Хотя до армии Ник обычно работал в своей комнате, а не соблазнял меня шикарным телом. Глянув на его кружку, я решила изменить своим привычкам и выпить с утра кофе. Достав почти с самого верха любимую кружку и с ящика, примерно на уровне коленей, пачку растворимого кофе, я повернулась к Нику и не поняла что происходит. Он неожиданно поставил ногу на стул, который стоял под столом, и, отставив явно пустую кружку, откинулся на спинку кухонного уголка и скинул очки, залипая в пустоту прямо перед собой. Странность была в том, что Ник никогда не ставил так ногу, в принципе ненавидя этот стул, и очень редко отрывался от работы, чтобы позалипать в пустоту. — Тебе явно хватит кофе, - я вновь повернулась к кухонной тумбе, приготовила кофе, достала печеньки и села на прежнее место. — М? – он будто ожил и посмотрел на меня. Я выразительно уставилась на него, подняв одну бровь, и продолжила жевать любимые печеньки. – А. Думаю, ты права. Пока что надо завязывать. Ник собирался закрыть ноутбук, когда в дверь позвонили. Переглянувшись со мной, он отправился открывать. Вскоре из коридора зазвучали голоса, а позже на кухню вернулся Ник, за спиной которого шёл Руслан. — Ух ты, Кристинка, шикарный костюм на Хэллоуин, в кого вырядишься? Ник засмеялся, а я насупилась. — В тебя, Рус, в тебя. И вообще, иди в задницу, я только проснулась. — Если только в твою. Никита резко перестал смеяться и вперил злобный взгляд в своего друга. Русу было пофиг, а вот у меня мурашки страха пробежались. — Следи за языком, - ого, а в голосе клокотала ярость. — Спокойно, Ник. Я шучу, и Крис это прекрасно знает. Правда, Крис? Я кивнула. А что мне оставалось делать? Надо было как-то свести все к шутке, как оно изначально и должно было быть. Я запила печеньку кофе, переводя взгляд с бывшего на брата и обратно. Ник шумно выдохнул, потер переносицу пальцами и резко закрыл крышку компа. М-да, не понимаю я его реакции. — Рус, что хотел? – спросила я в надежде на разрядку обстановки и снова отпила кофе. Мой план явно пошел крахом. — С Ником пообщаться. Наедине. Они вышли и закрыли дверь на кухню. Гады. Я теперь без характерного скрипа не выйду из кухни. Вернулись они спустя шесть минут и тридцать пять секунд. Да, от скуки я считала время. Ник был явно озадачен, а Руслан попрощался и свалил. — О чем говорили, - с напускным хладнокровием и спокойствием спросила, а сама еле сдерживала свой интерес. — Да так, ни о чем, - прервав свои размышления, ответил он и посмотрел на меня. – Какие планы на сегодня? — Никаких. В итоге весь день мы бесились, смотрели кино, потом покушали и затеяли уборку. Это был капец. И даже не с кем посоветоваться. Заходя в зал, я забыла про свежевымытые полы, и босиком на мокром линолеуме заскользила, чуть не приземлившись на пятую точку. От падения меня спасли сильные руки, на одной из которых была татуировка. Аккуратно повернувшись в кольце рук, я подняла взгляд на Ника. Широкие брови, разные глаза, красивая линия губ и веснушки по всему лицу. В то время, пока я старалась не смотреть на манящие губы, предмет моих грез обеспокоено всматривался в мое лицо. — Не ушиблась? – я отрицательно потрясла головой. – Отлично, давай доберемся до дивана. Скользя, мы дошли и сели на значительном расстоянии друг от друга. Некоторое время мы молчали. Я старалась не поднимать взгляд и теребила пальцы. Но он неожиданно прервал тишину. — Я вчера расстался с Алиной. Я резко, даже слишком, дернула головой и посмотрела на него. И впервые в жизни я не могла понять по лицу его эмоции. Они были, но раньше я таких не видела и просто не понимала. Тяжелый взгляд красивых глаз был направлен на меня, губы сжаты в тонкую линию. — Наверно, спрашивать почему нет смысла. — Не только из-за измен. Я вдруг понял, что обманывал самого себя, строя планы с ней в будущем. Пытался сбежать от реальности. Не смотря на столь личный разговор, я знала, если захочет – он расскажет все сразу. А сейчас он явно не собирался этого делать. — Я тебя очень понимаю, - он посмотрел на меня с вопросом. – Отношения с Русом тоже были ошибкой. Я мешала самой себе понять, кто мне по-настоящему дорог. Но даже после осознания не стало легче, только сложнее. — Почему? Тихий, вкрадчивый голос. Его действительно это интересовало. Но, даже при всем желании, я не могла сказать. Он не поймет. — Мы не можем быть вместе. Я его просто не интересую. Сомневаюсь, что он когда-нибудь посмотрит на меня, как на девушку. — Ты уверена? Может, он боится, что ты не поймешь его? Я всматривалась в его глаза. Они были грустными. Мне всегда это не нравилось. И из детства у нас появилась традиция. Если одному плохо, а второй это видит, то всегда идет и обнимает. Сейчас плохо было нам обоим, поэтому я не придумала ничего лучше, чем ползком по дивану сесть ближе к нему, подлезть под крепкую руку и обнять за талию. Закрыв глаза, я почувствовала на спине и макушке руки, которые нежно поглаживали меня. Так мы просидели до прихода родителей. В полной тишине, пытаясь успокоить и приободрить друг друга. Когда пришли родители, мы, как ни в чем не бывало, помогли маме разобрать покупки и разошлись по своим комнатам. Мне хотелось верить, что этот разговор сблизил нас. Очень хотелось.