Часть 4

Через несколько дней после той злополучной вечеринки в город вернулись родители. Трудно было притворяться, будто я ничего не помню, особенно когда в голове всплывает момент нашего поцелуя, его крепких рук на моем теле и желания, которое горело в его глазах. Уже позже, перебирая в голове воспоминания, я поняла, что тогда творилось с ним. Он тоже выпил, не так как я, но все-таки. Немного притупится здравый смысл, и непонятное желание к "сестре" взяло над ним верх. Я понимаю, и поэтому не спешу говорить ему, что все помню. Перед родителями мы старались претворяться, будто у нас все в порядке, но не было больше наших разговоров, посиделок перед телевизором, весёлых походов в магазин и ещё кучи всего, что мы обычно делали вместе. Теперь каждый сидел у себя в комнате, Ник больше не работал на кухне, а мы старались как можно меньше пересекаться. А если такое случалось, то, если нет родителей, молчали. Да и при них тоже, только прикрывались важными переписками в телефонах. Я обычно ставила в ухо один беспроводной наушник и листала ленту в разных соц. сетях и максимально быстро скрывалась в своей комнате. Но в этот раз все пошло наперекосяк. Зайдя на кухню за холодным соком, я свою прелесть в холодильнике не нашла, а Ник сидел за столом, что-то смотрел в телефоне, поедал печеньки и запивал их чем-то из своей кружки. Мама же готовила ужин на всех, стоя к нам спиной. Когда я зашла, Никита даже не поднял взгляд от своего гаджета, что меня только больше выбесило. — А где мой сок? — Кто сказал, что это был твой сок? – делая ударение на слово "был", спросил братец и даже не посмотрел на меня, гад такой. Ничего, мы ещё повоюем. — Потому что его я купила специально для себя. — То, что стоит в холодильнике, является общим. Купи себе холодильник в комнату и пей свой сок, а пока это общее. — Так, хватит! – нашу перепалку прервала мама. Она оглядела нас обоих, вытирая руки о кухонное полотенце. - Я не понимаю, что с вами двумя происходит. С самого нашего возвращения вы или молчите, пряча глаза, или спорите. Что с вами происходит? — Всё нормально, - сказали мы хором и глянули друг на друга. Ник первым отвёл взгляд и снова уставился в свой телефон. Как же в тот момент мне хотелось его разбить. Телефон. Не Ника. — Ну конечно. Знаете что, дети, поезжайте-ка вы вместе в магазин. Я вам список дам. И зная ваши возражения – скажу. Ник не купит все нужное сам, а список слишком большой для хрупкой девушки. Никита, помоги Кристине купить все, и возвращайтесь, я как раз ужин доготовлю. Делать нечего, пришлось плестись в магазин. В своей комнате переоделась в джинсы с тёмной футболкой и кеды, по привычке прихватила рюкзак, и вышла. Ник уже ждал меня около своей машины. У Никиты был хоть и не свежий, но в хорошем состоянии седан. Почти все деньги на него братец заработал сам, в последний момент родители немного добавили, и Ник оформил машину. Как же он был счастлив в тот момент. И как мне было плохо, когда он повёз Алину куда-то почти за полночь. Музыка в машине немного разбавляла тишину, но мы оба упорно молчали. Молчали мы и в магазине. Ник взял тележку и медленно пошёл за мной, пока я сверялась со списком и закидывала продукты в дребезжащую сетку на колёсах. На автомате выбирая покупки, я задумалась. Как мне исправить то, что я натворила? Не буду говорить, что я этого не хотела, но я была пьяна в тот момент и не совсем понимала, что творила. Ещё и эта ложь. Он же думает, что я ничего не помню. Как мне из этого всего выбраться и хотя-бы вернуть обратно то, что у нас было? Я безумно скучаю по прошлому Нику. Я бы очень хотела вернуться в наш разговор в зале, когда я смогла хотя бы частично выразить то, что наболело и просто ощутить его руки на себе. Хоть и без сексуального подтекста, а простые братские объятия. Как же мне этого не хватает. — Ирина, - из моих мыслей меня вывел голос женщины, которая стояла прямо передо мной, и я подняла взгляд. Невысокая стройная женщина явно за пятьдесят, светлые короткие волосы красиво уложены, серые глаза, морщинки вокруг глаз и рта. Свободная белая рубашка, тёмные джинсы, туфли и сумка в руке. Только не понятно, почему она назвала меня именем моей родной мамы. — Нет, вы ошиблись, - я сделала пару шагов назад, все ещё смотря на странную даму. — Нет, я не ошиблась, - дама рассматривала моё лицо, иногда грустно улыбаясь. – Господи, как же ты похожа на моего Антошу. Но и черты Ирины заметны. Она все-таки родила. Тебе сейчас получается девятнадцать должно быть. — Откуда вы знаете мою маму и мой возраст? Кто вы? Мне совсем не нравилась эта странная леди. Она так внимательно на меня смотрит, что у меня от страха даже мурашки побежали. На её губах снова появилась грустная улыбка. — Если я права, то я твоя бабушка. Чего?! Я, конечно, знала, что у моего отца были родители и что они были против моей мамы, но я никак не ожидала, что вот так встречу свою бабушку! Если она конечно не врет. — Почему я должна верить вам? Я не знала своего отца, он погиб. Вас я вижу впервые, так почему я должна верить? — Давай мы посидим где-нибудь, и я все тебе расскажу. — Что тут происходит? – прозвучал голос за моей спиной, и на плечо легла крепкая рука. Ник, он как всегда вовремя. Я уже была готова броситься в бега. — Всё в порядке, молодой человек, мы просто разговариваем. Можете идти. — Никуда я не пойду. Крис, ты в норме, - я перевела взгляд на его лицо и кивнула, тогда он немного расслабился, но руку не убрал. — Крис? Кристина получается. Удивительно, как Антон и мечтал. — О чем вы говорите? – снова задала я вопрос этой очень странной женщине. — Давай мы сядем в каком-нибудь тихом месте, и я все объясню? Поколебавшись несколько мгновений, я кивнула и положила в нашу тележку макароны, которые были последние в списке. Оплатив и сгрузив все покупки в машину Ника, мы сели в кофейне в соседнем здании и на какое-то время замолчали. Мы с Ником сидели напротив дамы, и я еле сдерживала желание сжать под столом его руку. — Это твой парень? — Брат, - ответила я и уставилась на свои руки. – Вы хотели мне что-то рассказать. — Конечно, - она задумалась на некоторое время, почистила горло и заговорила. – Немногим больше двадцати лет назад мой сын, которому было на тот момент двадцать пять лет, решил представить нам с мужем свою невесту. Обычная девица, которая гналась за богатством нашей семьи, но умело прикидывалась простушкой, искренне любящей Антона. Когда мы сказали ему, что против, он заявил, что она беременна и ждёт от него ребёнка. Неслыханно. Ирина все построила так, чтобы влезть в голову моего мальчика и выжать из него все. Он на тот момент уже работал и просто ушёл из дома. Я пыталась уговорить её на аборт, но она отказалась. Спустя полгода... Его убили. Моего сына убили. Он был на задании, когда его ранили, а врачи не смогли его спасти. Ирина постоянно приходила и просила сказать, где Антон. Я смогла только сказать, что его больше нет. Больше я её не видела. Теперь я понимаю, что она не врала, ты действительно его ребёнок. Ты так похожа на моего сына. Почему она не сказала, что родила мне внучку. — Потому что она мертва, - меня трясло. Я была дико зла на эту женщину. Она лишила меня всего. Если бы не её упрямство, отец и мама могли бы быть вместе, и были бы живы, ей надо было только принять выбор своего ребёнка. Она так относилась к маме, хотела от меня избавиться. Это просто невероятно. И теперь она пытается сказать, что это она тут жертва. Ненавижу такое лицемерие. – Она умерла во время родов. Она чуть меня не потеряла от горя. Она хотела только меня увидеть, потому что я от её любимого мужчины. А вы даже не дали ей попрощаться с ним. Она не знала, где элементарно его могила! Она любила его и меня. А я ненавижу вас. Не хочу вас видеть. Я вскочила, схватила рюкзак и вылетела из кофейни. Еле разбирая дорогу из-за слез, я добежала до автовокзала, который был в полукилометре от той кофейни, взяла билет на нужный автобус и почти сразу уехала в нужном направлении. Только Ник сможет меня там найти, но я надеюсь, он не поедет сразу туда, а решит сначала съездить домой. Как так можно? Она настолько ненавидит мою маму, что хотела заставить её сделать аборт. Избавиться от меня. Не понимаю этого. Она говорила, что любит своего ребёнка, но разве если любишь, не должен ли ты принять его выбор? Мама не была алкоголичкой или наркоманкой. Она работала, копила на вещи для меня, она действительно ждала меня. Как же так. Наверно, я никогда этого не пойму. К своей остановке я уже более-менее успокоилась. Выйдя из автобуса, я зашла в аптеку за синими перчатками и в цветочный за розами. Хорошо, что я захватила рюкзак с наличкой. Пройдя каких-то двести метров до высокого забора с открытыми воротами, я выключила телефон и зашла на огромную территорию. Кивнув охраннику, я свернула с широкой дороги на небольшую тропинку и уверенно двинулась вперёд. Стараясь не всматриваться в каменные лица, я шла вперёд, восстанавливая в голове маршрут. Заметила покосившееся дерево, которое всегда служило для меня главным ориентиром, слегка ускорилась и остановилась у небольшого чёрного заборчика, снова не решаясь зайти. — Здравствуй, мама. Прости, что давно не приходила. Зайдя внутрь оградки, я приблизилась к могиле и положила цветы у каменной плиты. Пройдясь рукой по линиям лица, я присела на кованую лавочку напротив. За все пять лет ничего не изменилось. Всё те же имя и фото, и конечно даты. — Я надеюсь, ты не злишься на меня. Столько всего навалилось, и я не знаю, как с этим справиться, - я встала, оставила рюкзак на лавочке, достала перчатки и стала прибираться. Выкинула старые цветы, убрала траву и убрала небольшие поломанные ветки. – Я постоянно думаю о том, чтобы ты сказала мне в том или ином случае. Мне очень жаль, что мы не смогли познакомиться в жизни. Думаю, у меня было бы счастливое детство. Нет, оно и было таким, но было бы интересно, каким бы оно было рядом с тобой. - Я подняла голову, чтобы загнать обратно слезы, чуть придя в себя продолжила уборку. – Представляешь, оказывается у меня есть бабушка. Она начала нести всякий бред про тебя, а я не выдержала, высказала ей все и сбежала к тебе. Может это и не очень хорошо, но я не могла слушать, что она говорила о тебе. Я просто не выдержала, - закончив с уборкой, я снова села на скамейку, сняла перчатки и, выдохнув, продолжила. - Мам, я не знаю, что мне делать. Я поцеловала Ника. Напилась и полезла к нему. До сих пор стыдно. И мы не разговариваем. Что мне делать? Так и не получив ответ в своей голове, я просто замолчала. Рассматривая её портрет и иногда разговаривая, я просидела здесь больше трех часов, когда на тропинке показался знакомый человек. Заметив меня, он выдохнул и приблизился. — Так и думал, что ты здесь. Успокоилась? - Я кивнула, а Никита стал рассматривать лицо моей мамы. – Вы с ней действительно похожи, но и разница есть. Ник зашёл внутрь оградки и сел рядом, даже не глянув на меня. — Крис, прости меня, - неожиданно сказал он, а я подняла на него удивлённый взгляд. – Я последние дни был слишком занят своими проблемами, и совсем забыл, что на тебя это тоже влияет. Поэтому предлагаю мир. Прости меня. — И ты прости, если что-то не так сделала, - сказала и упала в крепкие раскрытые объятия. Хоть в чем-то все решилось. Уже идя по тропинке к машине, я поняла, что мне делать со своими мыслями. Все таки иногда не помешает поговорить с кем-то, кто точно не осудит. И я знаю таких людей.