Глава 10: Знание — сила (и тяжесть)

Пока остальные наслаждались резней, Сангвина, прихрамывая (для вида), направилась к каменному зданию. Она выбила дверь головой. Внутри пахло старой бумагой и чернилами. Архив. Бинго. Здесь никого не было — писари сбежали первыми. Она лихорадочно осматривалась. Ей не нужны были налоговые отчеты или перепись скота. Ей нужно было то, что поможет понять магию этого мира. Драконьи лапы не приспособлены для перелистывания страниц. Она просто сгребала свитки и книги с полок, нюхая их. Магические книги пахли иначе — озоном и металлом. В дальнем углу, в запертом сундуке (который она вскрыла когтем, как консервную банку), она нашла то, что искала. Толстый кожаный том с символом Кобальтовой Души (орден монахов-хранителей знаний) и несколько тубусов с картами. А еще... она заметила на столе недописанное письмо. Печать была сломана. Она склонилась, щурясь. Драконье зрение позволяло читать в полумраке, хотя буквы были мелкими. «...докладываю, что слухи о движении в горах подтвердились. Разведчики не вернулись. Если легенды о Конклаве правдивы, нам нужно эвакуировать Имон немедленно. Передайте Совету, что...» Это было донесение. Кто-то знал. Кто-то догадывался о планах драконов. Сангвина схватила письмо, сунула его в тубус с картами. Книгу она зажала в зубах — она была тяжелой, но нести в лапах было нельзя, нужно было лететь. Для маскировки она схватила когтями задних лап пару мешков с зерном, которые валялись у входа. Типа, тоже еду добыла, просто гурман. Она выбралась из горящего здания. Город умирал. Крики стихали, сменяясь треском пожаров. Ей было тошно. Человеческая часть её души хотела свернуться калачиком и выть. Но драконья часть хладнокровно отмечала: «Мы выжили. У нас есть лут. Улетаем».