Секреты

Тёплый утренний свет пробивался сквозь листву, когда Маринетт шла по парку, погружённая в мысли. У скамейки её уже ждал Нино — с камерой на плече и хитрой улыбкой. — Ну что, готова к допросу? — шутливо спросил он, включая запись. Маринетт рассмеялась: — Допрос? Звучит угрожающе. — Просто хочу понять, что происходит между тобой и нашим любимым героем. — Нино сделал паузу, глядя на неё с искренним любопытством. — Ты ведь не просто так постоянно оказываешься рядом с Котом Нуаром, верно? Маринетт замерла. В голове пронеслось: «Можно ли ему доверять? Стоит ли говорить правду?»Она глубоко вдохнула и тихо ответила: — Да, Нино. Мы… встречаемся. Но это тайна. Камера в его руках дрогнула. Он моргнул, пытаясь осмыслить услышанное, потом расплылся в широкой улыбке: — Ого! Вот это новость! — Он тут же понизил голос. — Понимаю, почему ты молчала. Но… как вы это скрываете? — Это сложно, — призналась она, оглядываясь по сторонам. — Мы стараемся быть осторожными. Никто не должен знать. Нино кивнул, взгляд стал серьёзнее: — Обещаю: твой секрет останется со мной. Но знаешь… — он хитро прищурился, — это же идеальный сюжет для моего выпуска! Тайная любовь супергероя — звучит как блокбастер. Маринетт нервно рассмеялась: — Только без подробностей, пожалуйста. Я не хочу, чтобы кто‑то пострадал. — Конечно, — он поднял руки в жесте капитуляции. — Всё строго по твоим правилам. Но скажи… — он понизил голос, — ты счастлива? Она задумалась на секунду, потом улыбнулась — тепло, искренне: — Да. Несмотря на все сложности, я счастлива. Нино улыбнулся в ответ: — Рад это слышать. Значит, всё не зря. Они помолчали, наблюдая, как по дорожке пробегают дети с воздушными шарами. Где‑то вдали звенел трамвай, а в кронах деревьев щебетали птицы. — Знаешь, — вдруг сказал Нино, — я всегда верил, что у вас что‑то есть. Слишком уж вы… смотрите друг на друга. Маринетт покраснела: — Мы стараемся не выдавать себя. — Получается не очень, — подмигнул он. — Но это мило. Она рассмеялась, чувствуя, как напряжение уходит. — Спасибо, Нино. За то, что понимаешь. — Эй, я же твой друг. — Он выключил камеру, положил её рядом. — И если понадобится помощь — хоть с интервью, хоть с прикрытием — обращайся. — Обязательно, — улыбнулась она. Солнце поднималось выше, заливая парк золотистым светом. Маринетт знала: впереди ещё много испытаний, но сейчас, в этот момент, она чувствовала себя защищённой. Потому что рядом были те, кто готов хранить её тайну. ***  После разговора с Нино Маринетт шла по парку, погружённая в мысли. Лёгкий ветер играл с её волосами, а на руке мерцал подаренный Котом Нуаром браслет — незримый символ их тайной связи. Она достала телефон и набрала сообщение: «Встретимся там же, в 19:00? Есть о чём поговорить». Через пару минут пришёл ответ — короткий, но тёплый: «Буду. И прихвачу что‑нибудь вкусное :)» Ровно в 19:00 Маринетт стояла у знакомой скамейки под раскидистым дубом. Вдали загорались первые огни вечернего Парижа, а в воздухе пахло жареными каштанами с ближайшей лавки. — Опять опаздываешь, — улыбнулась она, увидев приближающегося Кота Нуара. — Ну уж извини, — он поднял руки в жесте капитуляции, в одной держал бумажный пакет с ароматной выпечкой. — Пришлось сделать крюк, чтобы никто не проследил. Они сели, и он протянул ей тёплый круассан: — Держи. Лучший в городе. Маринетт откусила кусочек, закрыла глаза от удовольствия: — Ммм… ты знаешь, как меня задобрить. Кот Нуар рассмеялся, потом вдруг стал серьёзнее: — Так о чём ты хотела поговорить? Она глубоко вдохнула, подбирая слова: — Сегодня Нино… он спросил, встречаемся ли мы. И я сказала «да». Его глаза расширились: — Ты… что? — Но сразу добавила, что это тайна, — быстро продолжила она. — И он пообещал молчать. Он молчал несколько секунд, потом тихо спросил: — Почему? Почему ты призналась? Маринетт посмотрела ему в глаза — твёрдо, без колебаний: — Потому что устала прятаться. Устала делать вид, что ты для меня просто напарник. Да, мы должны быть осторожными, но… я больше не хочу скрывать, что люблю тебя. Он замер, потом медленно потянулся к её руке: — Маринетт… — Я знаю, — перебила она. — Мы не можем раскрыться полностью. Но хотя бы между нами… пусть всё будет честно. Он улыбнулся — тепло, с облегчением: — Спасибо. За честность. За смелость. Она сжала его пальцы: — Мы справимся. Вместе. Он кивнул, потом вдруг хитро прищурился: — Раз уж мы тут… может, посмотрим на звёзды? Говорят, сегодня особенно ясное небо. — А как же патруль? — засмеялась она. — Один вечер без нас город переживёт, — уверенно сказал он, поднимаясь и протягивая ей руку. — Обещаю. Они поднялись на ближайшую смотровую площадку — оттуда открывался вид на весь Париж, сверкающий огнями. Небо действительно было чистым, усыпанным звёздами. Кот Нуар обнял Маринетт за плечи, прижимая ближе. Она прижалась к нему, чувствуя, как уходит напряжение последних дней. — Смотри, — он указал вверх. — Вот созвездие Льва. А рядом — Малая Медведица. — Красиво, — прошептала она. — Как в сказке. — Нет, — тихо ответил он. — Лучше. Потому что это реальность. Наша реальность. Он наклонился и нежно поцеловал её — медленно, бережно, словно пытаясь вложить в этот поцелуй всё, что не мог сказать словами. Когда они отстранились, Маринетт улыбнулась: — Вот бы так всегда… — Будет, — пообещал он. — Рано или поздно. И в этот момент, под звёздным небом, они оба верили: что бы ни ждало впереди, их любовь сильнее любых тайн. — Маринетт, — произнес Кот Нуар, — Как ты относишься к Нино?  Маринетт слегка отстранилась, задумчиво глядя на мерцающие огни города. Вопрос Кота Нуара застал её врасплох — она не ожидала, что он вдруг заговорит о Нино. — К Нино?.. — она запнулась, подбирая слова. — Он мой друг. Хороший друг. Всегда поддержит, всегда поймёт. Кот Нуар кивнул, но в его глазах читалась невысказанная мысль. Он провёл пальцем по краю своего браслета — тот самый, что подарил Маринетт. — Просто… он так внимательно тебя слушает. Так заботится. Я иногда думаю… Маринетт резко повернулась к нему, в её взгляде мелькнула искра раздражения: — Ты что, ревнуешь? Он смущённо улыбнулся, отводя взгляд: — Может быть. Немного. Она тихо рассмеялась, коснувшись его руки: — Адр… — она осеклась, вовремя поправившись: — Кот Нуар. Нино для меня как брат. Мы выросли вместе, он знает меня с детства. Но это совсем другое. Он глубоко вдохнул, словно сбрасывая невидимый груз: — Прости. Знаю, что глупо. Но когда я вижу, как ты с ним разговариваешь… так открыто, так легко… — Потому что с ним мне не нужно прятаться, — тихо сказала она. — С ним я просто Маринетт. Без лжи, без тайн. Он замолчал, переваривая её слова. Потом тихо спросил: — А со мной? Она взяла его за обе руки, заглянула в глаза: — С тобой я тоже Маринетт. Только ещё и та, которая любит тебя. Та, которая готова бороться за нас. Он улыбнулся — искренне, с облегчением: — Спасибо. Просто… я боюсь потерять тебя. К любому — из‑за моей тайны, из‑за наших обязанностей, из‑за всего этого безумия. — Тогда давай договоримся, — твёрдо сказала она. — Никаких «боюсь потерять». Только «я с тобой». Хорошо? Он сжал её руки крепче: — Хорошо. «Я с тобой». Они снова прижались друг к другу, наблюдая, как звёзды отражаются в окнах далёких зданий. Где‑то внизу шумел ночной Париж, но здесь, на смотровой площадке, было тихо и спокойно. — Знаешь, — вдруг сказала Маринетт, — Нино действительно замечательный. Но он никогда не заменит мне тебя. Потому что ты — это ты. Мой Кот Нуар. Он нежно провёл рукой по её волосам: — И ты — моя Маринетт. Единственная. И в этот момент все сомнения отступили. Остались только они двое — под бесконечным звёздным небом, в городе, который они защищали и который, возможно, никогда не узнает их настоящую историю. Маринетт достала телефон, задумчиво глядя на экран. Пальцы быстро набрали сообщение: «Адриан, привет! Не мог бы ты помочь мне с проектом по истории? Есть пара вопросов…» Она нажала «Отправить» и подняла глаза на Кота Нуара, который сидел рядом на скамейке в парке. Он выглядел расслабленным, но в глазах читалась настороженность. Через секунду у Кота Нуара тихо звякнул телефон. Он машинально достал его, взглянул на экран — и внутри всё сжалось. На дисплее высветилось: «Новое сообщение от Маринетт». Текст — дословно её послание Адриану. Маринетт заметила его замешательство: — Что-то не так? — спросила она, наклонив голову. Кот Нуар быстро спрятал телефон в карман, выдавив непринуждённую улыбку: — А, это… просто уведомление от школы. Опять какие‑то срочные объявления. — Странно, — она слегка нахмурилась. — Я ведь писала Адриану. Ты точно не получал от меня сообщение? Он рассмеялся, стараясь звучать естественно: — Ну что ты! Я же не Адриан. Может, у тебя телефон глючит? Или сеть шалит. Она задумчиво посмотрела на свой смартфон: — Не знаю… Вроде всё работает нормально. Кот Нуар мысленно выругался. Нужно срочно перевести тему. — Слушай, — он резко хлопнул себя по колену, — я тут вспомнил! У меня есть потрясающая книга по истории — как раз по вашей теме в институте. Могу принести завтра, посмотришь? — Правда? — глаза Маринетт загорелись. — Было бы здорово! — Конечно! — он энергично закивал. — Даже сделаю выписки, чтобы тебе было проще. Она улыбнулась: — Спасибо. Ты всегда знаешь, как помочь. Он выдавил ответную улыбку, чувствуя, как внутри всё сжимается. «Как объяснить это сообщение? Как сделать так, чтобы она не догадалась?» — Ты какой‑то… странный сегодня, — вдруг сказала Маринетт, внимательно глядя на него. — Что‑то скрываешь? Кот Нуар глубоко вдохнул, подбирая слова: — Скрываю? Ну что ты. Просто… много дел. Патруль, Леди Баг еще будет тестировать меня… всё сразу. Она помолчала, потом мягко произнесла: — Если что‑то беспокоит — можешь рассказать. Я ведь люблю тебя.  Его сердце словно таяло от этих слов и тепла.  — Знаю. И это… ценно. Но сейчас правда всё в порядке. Просто день такой. Маринетт кивнула, хотя в глазах читалось недоверие: — Ладно. Но если что — я рядом. — Спасибо, — прошептал он, чувствуя, как противоречивые эмоции разрывают его изнутри. Они снова замолчали, наблюдая, как солнце опускается за крыши Парижа. Где‑то вдали звенели трамваи, а в воздухе пахло жареными каштанами. Кот Нуар смотрел на Маринетт — на её задумчивый профиль, на лёгкую улыбку, на то, как ветер играет с её волосами — и понимал: он готов на любую уловку, любую ложь, лишь бы она не узнала правду. Лишь бы не потеряла его. Потому что потерять её — страшнее любой тайны. А Маринетт, глядя на закат, думала: «Почему мне кажется, что я уже знаю его? Почему сердце говорит, что он — где‑то рядом?» Но вслух она ничего не сказала. Только прижалась к его плечу, и в этом молчании было больше правды, чем в любых словах. ***  Вечер окутал Париж сиреневыми сумерками, когда Леди Баг и Кот Нуар встретились на привычной смотровой площадке. Воздух был свежим, с лёгким ароматом цветущих лип — редкий момент тишины посреди бесконечных патрулей. — Ну что, герой, чем займёмся сегодня? — Леди Баг улыбнулась, поправив ленту в волосах. — А у меня сюрприз, — Кот Нуар хитро прищурился и кивнул в сторону тёмной улочки. Там, прислонённый к стене, стоял блестящий чёрный байк. — Ого! — её глаза загорелись. — Ты умеешь водить? — Ещё бы! — он сделал эффектный жест. — Но… честно говоря, это не мой. Взял у друга на вечер. Обещал вернуть в целости. Она рассмеялась: — «В целости»? Звучит как вызов. — Только если ты готова рискнуть, — он протянул ей шлем. Она надела его, всё ещё улыбаясь: — Риск — наша профессия, не забыла? Прежде чем отправиться в ночную поездку, они решили немного передохнуть. Кот Нуар достал из кармана колоду карт: — Может, сыграем? Пока город спит… ну, почти. — Давай! — она села напротив, скрестив ноги. — Только без твоих обычных шулерских приёмов. — Кто, я?! — он приложил руку к груди с наигранным возмущением. — Да я самый честный игрок в Париже! Играли они легко, с шутками и подколками. Леди Баг оказалась на удивление сильной соперницей: быстро считала комбинации, ловко перехватывала инициативу. В итоге — безоговорочная победа. — Три‑ноль в мою пользу! — она подняла руку в торжествующем жесте. — И это без талисмана! — Ладно‑ладно, признаю поражение, — Кот Нуар театрально вздохнул. — Но только потому, что ты слишком очаровательна. Она фыркнула: — Это не аргумент в карточной игре. — Зато в жизни — ещё какой, — он подмигнул, собирая карты. После игры настроение стало особенно лёгким. Кот Нуар кивнул на байк: — Так что, прокатимся? Покажу тебе Париж с другой стороны. — Веди, — она вскочила, поправляя костюм. — Только не слишком быстро. Мне ещё завтра по делам нужно. Он завёл двигатель, тот ровно заурчал в вечерней тишине. Леди Баг села позади, невольно прижалась ближе — ветер уже нёс их вперёд, сквозь огни города. Они мчались по пустым улицам, огибая спящие площади и подсвеченные мосты. Ветер свистел в ушах, а Париж раскрывался перед ними, как живая карта — с тайными тропами и знакомыми углами, которые днём выглядели совсем иначе. На одном из поворотов она невольно вскрикнула от восторга: — Это… потрясающе! — Рад, что тебе нравится, — он улыбнулся, не оборачиваясь. — Иногда нужно просто остановиться. Или, наоборот, — ускориться. Чтобы увидеть, как мир меняется. Она не ответила, но её руки чуть крепче обхватили его талию. В этот момент не нужны были слова. Когда они вернулись на смотровую площадку, ночь уже вступила в свои права. Леди Баг сняла шлем, волосы рассыпались по плечам. — Спасибо за вечер, — тихо сказала она. — Это было… по‑настоящему. — Всегда рад, — он посмотрел на звёзды. — Даже если это всего лишь пауза между битвами. Она кивнула, хотя знала, что что-то здесь не так…  ***  Ночь в Париже дышала прохладой и ароматом цветущих каштанов. Леди Баг и Кот Нуар замерли на крыше одного из старинных домов — пауза между очередным обходом и возможной схваткой с акуманизированным злодеем. Кот Нуар невольно повернул голову к напарнице. В лунном свете её костюм мерцал, словно сотканный из звёздной пыли, а глаза — глубокие, голубые, как утреннее небо над Сеной — казались странно знакомыми. Но главное — запах. Лёгкий, неуловимый аромат вишни, будто след от забытого парфюма. Он вдохнул глубже, и в груди что‑то дрогнуло. Где я уже чувствовал это? — О чём задумался, герой? — Леди Баг слегка наклонила голову, и прядь волос упала на её лицо. Он моргнул, пытаясь собраться: — Просто… приятный запах. Вишня? Она улыбнулась, коснувшись пальцами ленты в волосах: — А, это мой новый спрей для волос. Нравится? — Больше, чем можно выразить словами, — он попытался отшутиться, но голос прозвучал тише, чем хотелось бы. Она рассмеялась, и этот звук — звонкий, тёплый — снова ударил по памяти. Так смеётся кто‑то другой. Кто‑то очень близкий. — Ты сегодня какой‑то задумчивый, — заметила она, слегка прищурившись. — Всё в порядке? — Конечно, — он провёл рукой по маске, будто проверяя, на месте ли она. — Просто… ты напомнила мне кое‑кого. Леди Баг замерла: — Кого? Он замолчал. Сказать «Маринетт» означало бы раскрыть слишком многое. Сказать «не знаю» — солгать. — Не могу точно определить, — наконец произнёс он. — Но есть что‑то… неуловимое. В твоём взгляде. В том, как ты улыбаешься. Она опустила глаза, будто смутившись: — Может, мы просто слишком много времени проводим вместе? — Возможно, — он кивнул, но внутри всё сжималось. Это не просто «вместе». Это что‑то большее. Что‑то, что я не могу назвать. Вдалеке раздался крик — сигнал, что где‑то внизу снова неспокойно. Леди Баг мгновенно собралась: — Пора. — Да, — он шагнул к краю крыши, но на секунду задержался. — Только… обещай, что если я когда‑нибудь скажу тебе что‑то странное, ты не будешь сразу смеяться? Она посмотрела на него — долго, внимательно — и тихо ответила: — Обещаю. Но только если ты тоже не будешь смеяться над моими странностями. Он улыбнулся — искренне, без маски: — Договорились. Они прыгнули в ночь, оставив на крыше лишь лёгкий аромат вишни и невысказанные слова, которые витали между ними, как невидимые нити. А где‑то в глубине души Кот Нуар знал: однажды он назовёт её настоящим именем. Возможно, этот момент настанет… И тогда всё изменится. Но не сегодня. Сегодня — только ветер, только звёзды, только она. Хотя, может, ему просто это все показалось…  ***  Адриан вошёл в особняк, сбросил рюкзак у лестницы и направился в свою комнату. Плагг, развалившись на подушке, лениво приподнял голову: — Опять задумчивый вид. Что на этот раз, хозяин? Адриан сел на край кровати, глядя в окно. В голове снова и снова всплывали образы: голубые глаза Леди Баг, аромат вишни, её смех… и что‑то неуловимо знакомое в каждом движении. — Плагг, — медленно начал он, — а может ли быть… что Леди Баг — это Маринетт? Плагг фыркнул, потянулся за кусочком сыра на тумбочке: — Ну конечно. Потому что все девушки в Париже обязаны быть одной и той же персоной, верно? — Я серьёзно, — Адриан нахмурился. — Есть что‑то… в её взгляде, в том, как она говорит. Как будто я знаю её лучше, чем кажется. Плагг закатил глаза: — Ты знаешь её как одноклассницу. А Леди Баг — это Леди Баг. Две разные вселенные, Адриан. Не усложняй. — Но почему тогда… — он запнулся, пытаясь сформулировать то, что не укладывалось в слова. — Почему мне кажется, что я уже держал её за руку? Что я уже слышал этот смех? Плагг вздохнул, отложил сыр и сел прямо: — Потому что ты слишком много думаешь. Ты видишь Маринетт каждый день — вот и проецируешь. Это как смотреть на облако и видеть кота. На самом деле это просто облако. Адриан опустил голову: — А если нет? Если это не просто совпадения? — Если бы это была она, — Плагг скрестил лапки, — ты бы уже знал. Леди Баг не стала бы играть с тобой в загадки. Она слишком… прямолинейна для такого. Он помолчал, потом добавил тише: — И ты тоже. Ты не смог бы скрывать это от себя. Адриан закрыл глаза, пытаясь унять внутренний хаос. Может, Плагг прав? Может, это просто игра воображения? — Ладно, — наконец произнёс он. — Наверное, ты прав. Просто… слишком много совпадений. Плагг ухмыльнулся: — Совпадения — это как сыр: приятно, но не стоит строить на них всю жизнь. Лучше сосредоточься на том, что точно знаешь: ты — Кот Нуар, она — Леди Баг, а Маринетт — просто Маринетт. Адриан кивнул, но в глубине души понимал: эти слова не заглушили сомнения. Они лишь спрятали их глубже — туда, где ждали своего часа невысказанные вопросы и полузабытые моменты. Где‑то за окном проехала машина, осветив комнату на мгновение. И в этом свете ему снова показалось: он уже видел этот закат. С ней. Но не в костюме. Плагг, заметив его взгляд, лишь вздохнул: — Ох, хозяин… Когда же ты поймёшь, что самые сложные загадки часто имеют самые простые ответы? Но Адриан не ответил. Он смотрел в ночь, где где‑то там, среди огней Парижа, ждала его Леди Баг — или, может быть, Маринетт. Или обе сразу. А правда, как всегда, оставалась где‑то между. ***  Ночь накрыла Париж мягким сумраком, лишь огни города пробивались сквозь густую тьму. Кот Нуар и Леди Баг стояли на краю крыши, наблюдая за мерцающими внизу улицами. Между ними витало непривычное напряжение — будто оба чувствовали: разговор пойдёт о чём‑то большем, чем очередной патруль. Кот Нуар невольно вдохнул — снова этот аромат вишни. Он посмотрел на напарницу, на её голубые глаза, подсвеченные лунным светом, и не смог удержаться: — Скажи… насколько близко ты дружишь с Маринетт? Леди Баг слегка удивилась, но ответила без паузы: — Мы… неплохо общаемся. Она добрая, весёлая. А почему спрашиваешь? Он провёл рукой по маске, будто проверяя, надёжно ли она скрывает его волнение. — Просто… после того, как ты уходишь, я часто вижу её. В школе, в парке, у булочной. И каждый раз мне кажется, что между вами есть что‑то общее. Взгляд, жесты… Она замерла на секунду, но тут же рассмеялась: — Может, просто ты слишком наблюдательный? Или Маринетт — как все хорошие люди — умеет улыбаться так, что это запоминается. Он хотел возразить, но не нашёл слов. Почему я не могу отпустить эту мысль? — Ладно, забудь, — он махнул рукой. — Наверное, просто устал. Леди Баг посмотрела на него внимательнее, но ничего не сказала. Внутри неё всё сжалось. Он слишком близко подошёл к правде. Чуть позже, укрывшись в тихом уголке парка, Леди Баг достала телефон и быстро набрала сообщение Алье: «Срочно! Кот Нуар начинает что‑то подозревать. Нужно отвлечь его внимание». Через минуту пришёл ответ: «Поняла. Сейчас создам иллюзию. Где ты?» Леди Баг назвала место — небольшую площадь у фонтана, где часто гуляла Маринетт. Уже через десять минут, когда Кот Нуар вышел на соседнюю улицу, он замер. У фонтана стояла Маринетт — смеялась, разговаривала с подружками, махала рукой, как всегда, когда была в хорошем настроении. Он невольно шагнул вперёд, но тут же остановился. Она же только что была с Леди Баг… Или нет? В этот момент к нему подошла Леди Баг: — Вижу, ты тоже заметил Маринетт. Она сегодня в ударе, да? Он перевёл взгляд с девушки у фонтана на напарницу: — Но… как? Ты же говорила, что только что видела её… Леди Баг улыбнулась: — А ты думал, она сидит дома и скучает? Маринетт любит гулять. И поверь, она не умеет телепортироваться. Он смотрел на Маринетт, на Леди Баг, снова на Маринетт — и постепенно напряжение отступило. Может, я действительно придумываю? — Да, наверное, — пробормотал он. — Просто день был странный. Леди Баг незаметно выдохнула. Пока сработало. Позже, когда иллюзия рассеялась, Аля убрала свой артефакт и подмигнула подруге: — Ну как, убедилась? Он почти поверил. Леди Баг кивнула, но в глазах оставалась тревога: — Пока да. Но он не отступится. Рано или поздно он поймёт. Аля положила руку ей на плечо: — Тогда мы будем придумывать новые уловки. Главное — чтобы он не узнал раньше времени. Леди Баг посмотрела в сторону города, где где‑то там, среди огней, бродил Кот Нуар — человек, которого она любила, но не могла назвать своим настоящим именем. Когда‑нибудь, подумала она. Но не сегодня.