Chapter 4 - План рушится.

      Ауди глубокого тёмно — синего цвета мягко мчалась по шоссе в сторону Стокгольма. Шатенка обернулась наблюдая за спящим ребёнком на заднем сидении. Они ехали всего двадцать минут, но Надя получившаяся огромное количество новой информации и явно перевозбудившаяся от полученных впечатлений вырубилась сразу же, как только они выехали на скоростную трассу. В голове пронеслось, что может это и хорошо. Нет, Катерина без сомнений любила свою дочь и хотела проводить с ней больше времени, но прожив полтысячелетия в полном одиночестве и вечных бегах, пряча себя настоящую под сотней масок, лишь бы только никто не смог её сломать, она не могла так быстро перестроиться и открыться, пусть даже это была её родная дочь, которая к тому же была ещё слишком мала, чтобы причинить ей какой — то существенный вред. Но паранойя в купе с рефлексами: бей — беги — прячься, были сильнее её. За столько лет они настолько въелись под кожу, что не факт, что она сможет когда — нибудь избавиться от этого. Девушка тяжело вздохнула от внезапно накатившего осознания, она понятия не имела как быть хорошей матерью, да что там она вообще не имела понятия о том, как быть хоть какой — то матерью. На лице промелькнула тень паники, появилось дикое желание сбежать, из этой машины, из города, страны. Бежать, бежать, бежать пока не будет так далеко как это возможно. Она тут же себя отдёрнула, не теперь. Теперь придётся засунуть свой страх в задницу и молча решать проблемы, в конце концов именно этого же она хотела пять веков? Так в чём тогда проблема, она Кэтрин Пирс, чёрт бы вас побрал и нет того с чем бы она не могла справиться.       Вдох, выдох, вдох.       Она взяла себя в руки. Посмотрела на навигатор, ехать ещё полтора часа и то, это если им повезёт проскочить все пробки ведущие к центру. Кинула взгляд на приборную панель, что ж определённо стоит отдохнуть. Достала из кармана своего пальто мобильный и подключила наушники, хорошая музыка и может непродолжительный сон определённо должны ей помочь.        Открыла глаза она, только тогда, когда они подъехали к центру. До отеля оставалось минут десять пути. Нет она так и не спала, но после того как Катерина начала чувствовать на себе прожигающий взгляд, а принадлежать он мог всего одному человеку, открывать глаза как — то совсем не хотелось. Тревор был довольно надёжным союзником, настолько насколько она вообще доверяла другим, но уж чересчур любопытным. А отвечать на его многочисленные вопросы, которых её было бы не избежать в замкнутом пространстве, совершенно не хотелось, он и так знал о ней слишком многое, а теперь к этому списку добавилась и её дочурка — Надя, её главная слабость. Она как никто другой знала, что у вампиров не должно быть привязанностей и слабостей. Будучи ещё человеком, она очень хорошо уяснила эту простую аксиому. Признаться честно за свою долгую жизнь, она и сама не раз уничтожала своих недругов именно этим способом. Самому можно стерпеть многие пытки, но если ты действительно хочешь добиться результата, пытать надо дорогих людей, а не непосредственно своего врага.       Шатенка дослушала аккорды последней на сегодня песни из своего плейлиста и отсоединила наушники от телефона, молча убирая технику, обратно, в карман пальто. Автомобиль плавно свернул на Södra Blasieholmshamnen 8, Норрмальм, на которой находился отель. Синяя ауди остановилась прямо напротив центрального входа, Катерина также молча отстегнула ремень безопасности, взяла пакет, который всю дорогу стоял у неё в ногах и покинула автомобиль. Следующее, что она сделала, — принялась будить Надю. Довольно скоро девочка проснулась и вампирша отстегнула её от детского автокресла. В это время Тревор отдал Ключи от машины Клерку и они втроём направились в отель. Ключ у Катерины оставался на руках всё это время так что вся компания спокойно прошла мимо ресепшена в направлении лифта, который должен был их доставить на последний этаж, а именно там находились все президентские номера, в том числе и люкс Кэтрин.        Наконец — то оказавшись в номере, Кэтрин не долго думая принялась раздевать сонного ребёнка. После, девочка была отправлена в комнату которую шатенка заняла, ещё в свой первый день тут. Там на стене весела огромная плазма занимающая почти всё пространство, это несомненно должно было занять ребёнка на час другой. Девушка покинула помещение прикрыв за собой дверь. Тревор всё ещё топтался в прихожей. Кэтрин подошла к пуфику и подняла пакет с вещами.

***

       Тревор зашёл в след за Кэтрин и тут же растерялся, они не обсуждали дальнейшие действия и он не знал нужен ли ей ещё, конечно мужчина надеялся, что они обсудят это в машине. Пока шатенка не заснула, ну или делала вид, что спит, в любом случае она ясно дала понять, что не хочет с ним разговаривать и контактировать больше вынужденного. И вот теперь он стоял в дверях её номера наблюдая сквозь преоткрытую дверь соседнего помещения за тем как вампирша, что — то говорит девочке. Он бы мог воспользоваться своими способностями и подслушать, но почему — то делать этого абсолютно не хотелось, было в общении матери с дочерью что — то такое личное, интимное, за что он точно бы схлопотал от Кэтрин. Мисс Пирс никогда не отличалась особой сдержанностью и злить её было себе дороже, уж он — то знал. За своими мыслями молодой мужчина не заметил как объект его мыслей вернулся и ему пришлось подвинуться дабы она могла подойти к пуфику у которого стоял пакет. Когда Катерина собралась уходить он понял, что сейчас лучшее время чтобы спросить о её дальнейших планах. — Кэтрин! — Он окликнул её наблюдая как девушка медленно, будто в замедленной съёмке, оборачивается к нему, он был уверен, что ему кажется, наверное так оно и было. Обернувшись Пирс сощурила глаза и медленно опустила пакет, который всё это время держала на уровне груди, вниз. Она как будто ждала от него дальнейших действий, когда их не последовало, девушка не выдержала и спросила сама: — Да. — Её мелодичный голос отдавал вкрадчивыми* нотками. Тревор сразу же пожалел, что вообще решился с ней заговорить, эта интонация была ему до боли знакома и не сулила ничего хорошего, по крайней мере, для него уж точно. Дабы не злить эту бестию ещё больше последовал его незамедлительный ответ. — Я тебе нужен, ну то есть, Мне ехать с тобой в Мистик Фоллс? — Кэтрин не смогла сдержать смеха от его неловких попыток напроситься с ней, он тут же стушевался. — Не утруждайся, дорогой, я тебя поняла. Да ты можешь остаться и полететь со мной. — Он тут же расцвёл, а его губы против воли растянулись в улыбке. Увидев эту реакцию она тут же поспешила добавить: — Но! — Кэтрин выразительно взглянул в его глаза. — Но? — Нетерпеливо повторил вампир. Катерина закатила глаза и продолжила: — Ты можешь полететь со мной, но только до Нью — Йорка, прости, но в Мистик Фоллс я тебя с собой не возьму, сам понимаешь. — Он молча кивнул прекрасно осознавая, что ей нечуточки не жаль, что ж этого следовало ожидать, за последние сутки, он слишком много раз ходил по тонкому льду, и то что она всё ещё ничего ему не сделала было настоящим рождественским чудом, и плевать, он хотел, что на дворе сейчас Октябрь.       Кэтрин развернулась к нему боком указывая на дверь в противоположной части гостиной: — Спать можешь там, где меня искать знаешь. Возможно ещё увидимся сегодня. — С этими словами она удалилась.       Придя обратно, в комнату шатенка порадовалась, что сняла президентский люкс, будь её номер таким же как в той деревушки она бы не выдержала и прибила его. Тревор был полезным, но часто раздражал её своим щенячьим, влюблённым взглядом. Временами это неимоверно бесило, а с размерами этого люкса они в принципе могли жить вместе, но вообще не встречаться ни разу. Настолько он был огромным. Девушка уже подумывала о том чтобы собираться в аэропорт, как вдруг услышала из соседней комнаты трель мобильного и звонок был явно не её. Она не слышала всего разговора, а по односложным фразам, которыми говорил её спутник, понять что — то не представлялось возможным, но ей абсолютно точно не понравилось как после пары фраз изменилась интонация голоса Тревора. Девушка тут же направилась к нему, для того чтобы узнать всё из первых уст.       Когда она бесцеремонно ворвалась в комнату мужчины, последний уже закончил разговор и убирал смартфон в карман. — Что случилось? — она придала голосу стальные нотки показывая, что не намерена с ним играть. У неё был план действий расписанный чуть ли не по минутам. и любое отклонение от задуманного, очень сильно на него влияло. — Наш рейс отменили, вернее перенесли. — Он знал насколько для неё важно следовать своему плану и потому опасался гнева этой женщины. — На сколько? — В голосе нельзя было различить не единой эмоции. — На утро. — Он задержал дыхание, в ожидании её реакции. В стену полетела ваза стоящая на ближайшей горизонтальной поверхности, у него в голове пронеслось, что если это антиквариат им придётся заплатить кругленькую сумму, о внушении в тот момент он почему то даже не думал. Он не решился озвучить свои мысли, несмотря на то что он был старше, она была злее и натренированнее, а оказаться на месте несчастного предмета интерьера совершенно не хотелось. Закончив громить комнату вампирша направилась обратно в комнату, но встретила по пути напуганного ребёнка. Чёрт она совершенно забыла, о том, что Надя тут и может всё услышать. — Мамочка? — Девочка испуганно смотрела в сторону двери, которой Кэтрин хлопнула пока уходила, двумя минутами раннее. — Да солнышко? — Девушка попыталась успокоиться и выровнять свой голос, дабы не пугать ребёнка ещё больше. — А что это был за шум, что — то разбилось? — Наивные миндальные глаза смотрели прямо на неё, Катерина поспешила взять девочку за руку и увести в сторону комнаты отвечая на поставленый вопрос. — Не переживай. Я просто случайно задела вазу и она разбилась.       Катерина усадила ребёнка обратно перед огромной плазмой, дальше смотреть мультики, а сама достала из пакета, пренесённого раннее, папку документов, отложила её на прекроватную тумбочку. Заглянула на дно пакета, заметив любимое платье Нади подумала о том, что не мешало бы его постирать, а заодно и свою кожаную куртку, раз уж на то пошло. Посмотрев на девочку, которая после произошедшего всё ещё смотрела на мать игнорируя разноцветные меняющиеся картинки на телевизоре, она вдруг с ужасом поняла, что никаких вещей кроме как тех, что сейчас было на девочке, да пальто с ботинками у малышки не имелось. Грязное пятивековое платье не в счёт. Кажется только, что она придумала им занятие на ближайший вечер, раз уж возвращение домой откладывается до утра. Когда она решилась озвучить своё предложение малышка, всё ещё, с любопытством смотрела на мать. — Милая, как ты смотришь на то, что мы пойдём купим тебе новой одежды, перед тем как поехать домой? — По сияющим глазам и широкой детской улыбке она поняла, что её предложение принято с восторгом, но для надёжности она всё — таки дождалась кивка от девочки.       Посмотрев на настенные часы Кэтрин поняла, что времени у них ещё предостаточно, а многие бутики вообще работают здесь круглосуточно. Девушка выключила телевизор и вместе с дочерью направилась обратно, туда, где ещё полчаса назад раздевала Надю. Девочка уже одела пальто, но не застегнула и теперь сидела на пуфике зашнуровывая свою обувь. Через пару секунд Катерина присоединилась к дочери, которая уже казалось и думать забыла о недавнем инциденте.       В тот момент когда Надя уже оделась и стояла у двери чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, в предвкушении чего — то интересного. Раньше когда она жила с другими людьми её никогда не брали на ярмарке, а потом появилась её настоящая мама, которая нравилась ей гораздо больше, и теперь вела её по магазинам. Честно говоря она не понимала, что это, но мама сказала, что это как ярмарка, только в тысячу раз лучше.       Кэтрин схватила свою сумочку со столика в прихожей и уже собиралась уходить, когда из дверного проёма показалась голова Тревора, всё что она сделала так это бросила быстрое: — Мы за вещами для Нади и тут же захлопнула дверь. Мужчина так и остался стоять смотря на входную дверь, не успев задать свой вопрос...