Часть 2

Ребёнок с седыми волосами неспешно проверял снаряжение. — Не забудь вновь сюрикены, мелочь, ‒ раздался в его голове глубокий утробный голос. Мальчик не ответил, проверяя настолько хорошо держится повязка на левом глазу. Вообще, парень выглядел жутко: неровными клочками обкромсанные седые волосы, бесцветная радужка правого глаза и повязка на месте утерянного в детстве левого. Его кожа была покрыта неровностями ‒ следами, одним своим видом напоминающими о том, насколько могут быть жестоки люди. После пожара жизнь Наруто Узумаки кардинально изменилась. Цунаде, прибывшая по первой же просьбе, сделала всё возможное и невозможное, чтобы спасти умирающего ребёнка, сосуд Кьюби Но Йоко. В первую очередь ею двигал долг перед родной деревней, за что женщине стыдно по сей день. Спасти левый глаз не удалось ‒ он вытек, не выдержав прицельного удара обо что-то очень твёрдое. На удивление окружающих мальчик не только выжил, но и выздоровел в кратчайшие сроки. Медики лишь разводили руками, изучая этот феномен. Навестивший мальчика Третий в первую очередь отметил тишину как в самой палате, так и во всём крыле. — Наруто, здравствуй, ‒ обычно на сына ученика действовала эта отеческая улыбка, заставляя откликнуться и улыбнуться в ответ. В этот раз всё было не так. Безразличный взгляд жутковатого глаза скользнул по Хокагэ, а после вновь вернулся к стене, где и остался, как бы мужчина не пытался привлечь внимание ребёнка. Врачи говорили, что сейчас психика мальчика крайне нестабильна и пытается переварить случившееся. Утверждать, что Узумаки не скатится в безумие, было нельзя. Но шли недели, проведённые в больнице, а седой отныне парнишка не менялся ни в лучшую, ни в худшую сторону. Окружающие пытались обойти стороной палату, где лежал Наруто. Никто не мог внятно объяснить, почему. По их словам, появилось что-то такое отталкивающее, холодное в парне. Как бы то ни было, но держать здорового по всем показателям Узумаки в больнице больше не могли, и он вернулся в школу. Дети, привыкшие к безобидному щенку, который лезет в драку при любом оскорблении, лишь ошарашенно и брезгливо отсаживались от одноклассника, севшего, как и обычно, на заднюю парту. Саске Учиха с тихой ненавистью следил глазами за парнем. Почему Итачи попросил не трогать его? Почему нии-сану вообще есть какое-то дело до нищего придурка, а до своего отото ‒ нет?! Ненависть бурлила в молодом теле, грозясь выплеснуться наружу. Но Саске слишком любил своего брата, чтобы ослушаться его просьбы. Он не обращал на урода внимания, особенно тогда, когда та или иная группа будущих шиноби начинала дразнить того. Но Узумаки не обращал внимания на подколки и тычки и лишь смотрел странно за спину каждого. Однажды он ломанным шепотом произнёс то, что заставило одноклассников заткнуться до самого выпуска: — Ваши предки разочарованны. Они смотрят осуждающе, ‒ и всё это не переставая смотреть куда-то за спины парней лет десяти на вид.

***

Наруто устало опустил голову на парту. Сакура сидела на учительском столе, кривя в отвращении аккуратный носик и кидая влюблённые взгляды на Учиху. Их команда номер семь вот уже три с четвертью часа ждала своего сенсея, который не очень-то спешил. Блондин закрыл глаза, моментально погружаясь внутрь своего подсознания. Монументальные ворота клетки были давным-давно открыты, позволяя существу, скрытому за ними взаимодействовать со своим сосудом. Огромный, одетый в белое кимоно мужчина с маской на лице приветливо оскалился появившемуся парнишке, не переставая поглаживать Девятихвостого Лиса по голове, лаская нежное место между ушей. — Танато-сан, вы говорили, что не притронетесь больше к нему, ‒ со стороны было невозможно признать в безэмоциональном шепоте сарказм. — Невозможно долго обижаться на детей, идиотов и животных. Наш общий знакомый относится сразу к трём категориям. Лис взревел разъярённо, но был придавлен твёрдой рукой к полу. По стенам и потолку поползли морозные узоры, а по полу ‒ голубовато-молочный туман. Наруто лишь философски пожал плечами и подошёл к парочке, залезая на Лиса и поудобнее устраиваясь в шерсти. Он совершенно случайно понял, что помимо сопровождавшего от самого пробуждения после операции голоса есть ещё один жилец. Всего лишь нужно было попасть в подсознание. Грозный Девятихвостый Лис забился в самый дальний угол клетки, закрывшись хвостами от смертельно-спокойного сожителя. Но именно Шинигами рассказал мальчику, кто его родители, как он сам оказался внутри парня и почему мальчик стал видеть призраков. Десятки, сотни неупокоенных душ, живущих по соседству с живыми. Блондин общался с ними, узнавал что-то новое, а взамен выполнял посильные ему посмертные желания, при этом «выпивая» силы призраков, просто-напрасто развеивая их. Почему сразу не развеять? Потому что принудительное «выселение» из мира живых требует энергии от изгоняющего, а при добровольном –призраки сами отдают свою силу, заодно делясь её частичкой с тем, кто помог им. Тепло от вечно горячего Китсуне было приятно вечно мёрзнущему телу, а мёртвая прохлада одного из Богов Смерти дарила свежесть. — Я хочу встретить кого-нибудь, кто будет со мной всегда. Лис навострил уши и почти замурчал, когда по ним мягко прошлись пальцами. — Это обязательно случится, мелочь. Ты сойдёшь с ума без кого-то близкого рядом. — Очень обнадёживающе, спасибо. — Пока вы тут треплетесь снаружи начался какой-то движ, ‒ голос Девятихвостого урчаще прокатился по сводам клетки. И вправду, когда Наруто открыл глаза, то сразу же наткнулся на взгляд мужчины в маске. — Ма, вы мне уже не нравитесь. Встретимся на крыше. Узумаки с мимолётно промелькнувшим в стеклянном взгляде интересом проводил красивую девушку с фиолетовыми полосами на щеках. Мужчина представился Какаши Хатаке. Предложил им назвать себя. — Моё имя Сакура Харуно и я... мне нравится... один человек... А ненавижу я Наруто! — Я Саске Учиха. Что я люблю вас не касается, не люблю много чего. Цель: убить одного человека. Наруто слышал голоса одноклассников будто через вату, внимательно всматриваясь в говорящую девушку. — А ты? Долго ещё молчать будешь? ‒ Какаши знал, что перенёс этот ребёнок, но нельзя было давать его сокомандникам дополнительный повод для ненависти. И если девочка ненавидела открыто, то Учиха копил эту ненависть, чтобы в будущем высвободить огромный горящий ком, сжигающий все на своем пути. — Она просит сказать, что он жив. И чтобы вы отпустили её наконец. Рин-сан больно видеть ваши страдания. Хатаке крупно вздрогнул, ненароком активируя Шаринган. Он, конечно, слышал о необычности его нового подопечного, но чтобы... — Ты видишь её? — Она просит простить себя. Вы не виноваты в том, что произошло. Мужчина сказал лишь о том, что завтра будет экзамен, и поспешил скрыться.