Последний бой

Зараки находит ее в лесу, она сидит, прислонившись спиной к дереву и опустив голову. - Что? – спрашивает она, не поднимая головы. - Я должен был сразу догадаться, что ты из себя представляешь… В нашу первую встреч, я заметил, как ты стоишь: вполоборота, правое бедро впереди, рука на рукояти, левая нога отставлена назад, готовность бежать или оттолкнувшись атаковать. Твоя стойка выдает опытного бойца и готовность к схватке. А еще взгляд. Одним этим взглядом уже можно резать. - Чего ты хочешь? - Хочу потыкать тебя мечом, чтобы ты перестала тут сидеть и жалеть себя… - Ну, так чего ты ждешь? Не стоит себя сдерживать… Зараки нападет, но она не меняет позы. Она безоружна, и он останавливает меч в сантиметре от ее головы. - Ну и что ты творишь? – спрашивает Зараки. - Ты же хочешь победить. Бей… - Не так - Это что, великодушие? Благородство? Принципиальность? Или ты просто, - она поднимает на него глаза. - Слабак? - Я не убийца. - Да? А ты знаешь, что другие синигами тебя так и называют. Убийца. Она встает, не сводя с него глаз: - Ты убил двух капитанов синигами. Не врагов, не предателей, а верных Сообществу душ капитанов-синигами, которых уважали в готей-13. Ты убил их, и не получил за это наказания… - Я не хотел убивать Унохану. Михуки вздыхает и пожимает плечами: - Может и не хотел... Но она должна была умереть, так? Кенпачи умер, да здравствует Кенпачи! Ее жизнь – это та цена, которую ты должен был заплатить, чтобы носить это имя по праву. Все понимают, что мастер лечебного кидо могла излечить себя в любой момент той схватки, но... продолжают обвинять тебя. А предыдущий капитан 11-го отряда? Я слышала эту историю… Просто слабак, о котором даже упоминать не стоит. Ведь не ты придумал этот закон, ты всего лишь им воспользовался и сделал все честно. Но это не имеет для них значения! Они называют тебя убийцей за твоей спиной, а ты должен их защищать! Тех, кто боится и презирает тебя. Каково это? Разве тебе не больно? - Больно? Нет. Мне все равно. Я никого не защищаю, мне наплевать на эти дурацкие разговоры о долге. Но если хочешь поговорить о боли, то больно смотреть на то, как ты жалеешь себя, жалеешь свою силу… Давно ли ты пыталась драться всерьез? - Силу?! - кричит Мизуки. - Мне уже осточертела эта сила. Я уже не понимаю, зачем она мне… - она закрывает лицо ладонями, успокаивается и смотрит на Кенпачи. - А как насчет тебя? Твоя сила привела тебя сюда, в Сэйрэйтей. Думаю, что путь из 80 района был долгим, а Зараки? Что ты хотел здесь получить? Дом, друзей, свое место под солнцем? И что в итоге? Эти люди никогда тебя не примут. Твоя сила сослужила тебе плохую службу. - Мизуки тычет пальцем в капитана Зараки. - Ты взял титул капитана силой. Ты взял имя Кенпачи силой. И кровью. Вот она твоя сила! Для всего Сэйрэйтея ты – есть и будешь убийца. - Я повторяю: мне наплевать на то, что думают идиоты. Я не могу изменить их мнение. В бою я о них не думаю, я их не защищаю – я просто дерусь, потому что такова моя природа. Да, и твоя тоже… Но ты забила себе голову всей этой чушью про долг, обязанности и прочей херней… Если по уровню силы ты и превосходишь капитана, то по уровню решимости уступаешь 13-му офицеру. Ты говорила, что члены нулевого отряда возгордились, но кто тут гордый, так - это ты. Я чувствовал эту гордость в твоем занпакто, когда скрестил его со своим! - Ты слишком много на себя берешь, Кенпачи Зараки. - Мизуки медленно достает занпакто. - Твое дело сейчас – это всего лишь выбрать, как ты хочешь умереть: тебя разрезать или сжечь? - Ты уж выбери сама! Дерутся