Рух

Мизуки закатывает глаза: - Ты же понимаешь, что ты всего лишь оттягиваешь момент, когда тебя вернут обратно в ад? - Милая, не говори так! Я всего лишь хотел взглянуть на тебя, может быть в последний раз услышать как ты поёшь. - Минуту назад, тебя не интересовал ни мой внешний вид, ни мой голос, ни мои песни. Говори, зачем тебе нужна моя сила. Грешник ухмыляется. - Черт. Спалился. ладно-ладно... я вижу, что сила по-прежнему при тебе и это радует... - почему? ты всегда боялся этой силы. - Теперь не боюсь, представь себе, теперь у меня тоже есть сила, и я больше не боюсь никого, – грешник бросает в нее огненный шар.       Мизуки щелкает пальцами и вокруг грешника возникает кубический барьер, об который разбивается огненный шар, раня самого грешника. Когда дым рассеивается, Мизуки щелкает пальцами второй раз и барьер рассыпается.       Мизуки насмешливо улыбается: - Какая бы сила у тебя ни была, даже не пытайся с ее помощью атаковать меня или любого другого из здесь присутствующих. У тебя нет достаточного боевого опыта, чтобы вступать в схватку с теми, кто привык побеждать. - откуда ты можешь знать, что у меня нет достаточного опыта… - Этого я знать не могу, но я знаю тебя. Я тоже тебя хорошо помню, также как и ты меня. Ты подлый ублюдок, который не способен сразиться с кем-то один на один. Ты можешь только прятаться за спину кого-то более сильного, чтобы пихнуть его впереди себя навстречу гибели, спасая свою шкуру. Атака из засады – вот потолок твоей смелости. - а ты уверена, что здесь таких нет, все сплошь благородные и смелые, да?       Мизуки молчит. - в тихом и благополучном Сэйрейтее легко жить по правилам и строить из себя героев, а? В аду с вас бы мигом слетела ваша гордость и все ваше чистоплюйство. Выживали бы как все и подставляли бы друг друга, а? - грешник хохочет. - Интересно было бы посмотреть на это.       Мизуки в ярости разрубает его мечом, но меч проходит насквозь, не раня его, она задумчиво смотрит на меч, потом кладет его в ножны. - Эй! - грешник ощупывает себя, чтобы проверить что с ним все в порядке. - Что это было? - И правда, - Мизуки задумчиво подходит к нему и резко бьет его по лицу, так что он падает. Мизуки разводит руками. - Что это такое? Капитан Куроцучи, не могли бы вы посмотреть...       Подходит Куроцучи. - Что не так с этим грешником? - Мизуки тычет пальцем в грешника. - К сожалению не могу сказать ничего определенного без вскрытия... - капитан 12-го отряда задумчиво смотрит на грешника и улыбается. - вот как, нуууу, если вы настаиваете... - кивает Мизуки. - что ?! - кричит грешник. - не волнуйтесь, - Куроцучи достает скальпель. - Ваше тело выполнит великую миссию и послужит науке. Мизуки-сан, а вы... может быть хотите посмотреть? Что-то мне подсказывает, что вам это может понравится. - Спасибо за предложение, капитан Куроцучи, но я боюсь за свой желудок. Уверена, что получу удовольствие и полную картинку, читая ваш отчет. Пока.       Мизуки разворачивается и идет к двери. - Рух! Ты помнишь Рух, Мизуки? - кричит грешник, отбиваясь руками от Куроцучи, который безуспешно пытается разрезать его скальпелем.       Мизуки останавливается и слегка поворачивает голову к грешнику.       Тот продолжает: - Он скоро прилетит сюда. В Сэйрэйтей.       Мизуки хватает Куроцучи за руку, в которой тот держит скальпель и обращается грешнику: - Что за бред? Как он сюда попадет? - Через Сенкаймон разумеется, так же как и я. - И зачем же он прилетит в Сэйрэйтей? - Зачем? У птицы Рух нет никаких личных целей здесь. Она просто попадет сюда вместо ада и будет рвать когтями души синигами как рвала души грешников – в аду с начала времен. - Нет. Рух всегда умела отличить праведные души от душ грешников. Единственная душа, за которой он может прилететь сюда – твоя. - В этом заключается вся ирония. Моя душа – единственная, которую птица не тронет. - почему?       Грешник молчит. Мизуки пожимает плечами. - Хорошо. Проверим это, а? Поставим тебя поближе, чтобы Рух не пришлось далеко лететь. - Я могу сделать так, что он вообще сюда не прилетит, но... мне нужны от тебя гарантии. - Гарантии чего? - Я хочу переехать из теплого ада сюда, и мне нужно, чтобы ты обеспечила здесь для меня местечко.       Мизуки отпускает руку Куроцучи со скальпелем и встает. Смотрит на грешника сверху вниз. - Этого не будет. Даже не надейся. - Тогда прощайся со всеми, кто здесь стоит. Уверен, что после посещения Рух, Сэйрейтей не досчитается синигами. А еще сковывающий ветер, вспомни. - он как раз страшен им меньше всего... - Ты уверена? Рух взмахнет своими огромными крыльями и поднявшийся ветер проникнет в душу каждого синигами, оценит их и заберет неправедных в ад. Ветер, от которого на руках появляются цепи ада. Здесь никогда не открывались Врата в ад, они здесь просто не могут открыться из-за барьера. Но может стоит уже наконец почистить ряды... - никого их тех, кто стоит перед тобой сковывающий ветер не тронет. - А почему бы не проверить? Боитесь, синигами? Боитесь, что уже давно заступили за черту, за которой стали простыми убийцами? Боитесь, что погрязли в излишествах, роскоши и довольстве? Боитесь, что натворили больше, чем способен вынести этот мир? Боитесь проверить себя? Молчите? Так я и знал, лицемеры, чистоплюи, которым дороже всего их положение. Строите из себя крутых... - Достаточно, - сухо говорит Мизуки. - Это все, что ты хотел сказать? - Слушай, еще есть кое-что, - грешник встает и показывает на Зараки. - Мне все-таки непонятно, что вас связывает. Совершенно очевидно, что ты в твоем текущем положении из другой лиги... - Мизуки резко выставляет раскрытую ладонь перед лицом грешника, и тот теряет сознание и валится на пол. Мизуки смотрит на Киораку и показывает большим пальцем себе за спину.        Грешника уносят из зала.