chapter 10

Через пару минут я встаю с кровати и понимаю, что парень спал на полу. Подушка и смятое одеяло на ковре путаются под ногами. — Как твоя нога? — уточняет Финн, переворачиваясь на другой бок, наслаждаясь мягкой кроватью. Он так расслаблен, что сейчас я бы и не смогла сказать, что это один из сильнейших Избранных. Мысли его так успокаивают, что мне кажется, будто он специально открыл свой разум для меня. Вся тревога, накопившаяся во мне, исчезает. Я вздыхаю, переступая со ступни на ступню. Бедро изредка отдаёт лёгкой болью, и хожу я, прихрамывая. Когда дотрагиваюсь до раны, быстро отдёргиваю пальцы — очень больно. Финн улавливает смену настроения и поворачивается ко мне, убирая мешающиеся пряди с лица. Он резко поднимается и подходит ко мне. Я не дышу. Вулфард обходит меня и достаёт из шкафчика бинты и протягивает мне. — Переделай, — говорит, смотря на красный бинт. Я киваю. Сил ссориться нет, да и хочу ли я ссориться? Беру бинты и обеззараживающие лекарства из холодных ладоней, задерживая взгляд на костяшках чуть дольше положенного. Финн, едва я всё забираю, сразу отходит и открывает шкаф. Прохожу в ванную, соединённую со спальней. Разматывая бинт, я сдерживаю рвотный позыв и поднимаю взгляд на дверь. Сконцентрируйся. Лью жидкое лекарство и прикусываю ткань футболки, чтобы не завизжать. Как же жжётся! Проходит полминуты, прежде чем я салфеткой прохожусь по ране. Выдавливаю мазь на два пальца и начинаю обильно мазать, а после быстро-быстро перематываю бинтом. Когда боль немного утихает, я встаю и выхожу из комнаты. Нахожу свою одежду и надеваю её, а после слышу урчание живота. Финна в комнате нет. Я спускаюсь по лестнице, пару раз задерживаясь, чтобы отдышаться. С каждый разом наступать на ногу становится всё тяжелее. И это, полагаю, плохо. — Кто там?.. Вел? — на лице Мии отображается шок, а потом она бросает нож и бежит ко мне. Её волосы приятно пахнут розами. Я смеюсь от этой мысли, но потом у меня вырывается стон боли — девушка задела мою больную ногу. — Что такое? Ой, извини… Где болит? Я указываю на бедро и присаживаюсь на ближайший диван. — Ты уже обработала? Покажи мне рану. — Потом. Там всё не так плачевно. По крайней мере, я на это надеюсь. — Что у нас сегодня на завтрак? — уточняет весёлый Нейл. Он обходит диван и только тогда замечает меня. — Обалдеть! Вел! Крепкое объятие друга и я вновь улыбаюсь. Позже спускается Азуми. Она сразу замечает меня и садится рядом, кладя голову на плечо. Я сжимаю ладонь девочки и ощущаю, как губы сами растягиваются в улыбке. Эйден спускается последним. Под его глазами залегли мешки, а руками завладел тремор; теперь я встаю первая, чтобы обнять его. — Я скучала, — хрипло шепчу на ухо. Коуэлл смеётся мне в плечо. — Я думал, мы потеряли тебя, — я мотаю головой. — Я не настолько безрассудная. Отстраняюсь и замечаю внимательный изучающий взгляд Вулфарда, стоящего на лестнице. Его руки скрещены на груди. Он спускается к нам и желает доброго утра, задерживая на мне глаза дольше положенного. Мы завтракаем в какофонии звуков. Сначала это смешки Нейла и истории Мии, потом — кипящий чайник на кухне, а после, в завершение всего, Финн высказывается о том, что стоит быть начеку, мол, сюда могут нагрянуть. Я выслушиваю всё вполуха, мои мысли где-то далеко, за пределами дома. То и дело вспоминаю Джея, которого оставила одного. Играю с кольцом от Элизы, грустно улыбаясь. Сейчас мне бы хотелось спросить у неё, чем она занята. Попросить совета. Просто полежать на её коленях и, пока она будет играться с моими волосами, рассказать о наболевшем. О моей сумасшедшей жизни в последние недели. О моих новых друзьях, ставших мне почти что семьёй. Когда я кручу кольцо, оно суть скользит и я вижу небольшую надпись. Разглядываю её получше.

В + Э

и ощущаю ком в горле. Резко встаю и почти бегу в ванную. Я так долго держалась. Старалась быть сильной. Но всю мою башню холода разрушила одна лишь надпись. Слышу чей-то крик, но не придаю значения. Во мне буря эмоций, которая требует свободы. Комок энергии в районе солнечного сплетения переходит в грудь и я ощущаю дикую боль. Это так страшно и тревожно — не понимать, что с тобой не так. В дверь стучатся, но ноги у меня налиты свинцом, на плечах — неподъёмная ноша. Я остаюсь сидеть на полу ванной, стараясь совладать с эмоциями. — Велари! — Мия. Это Мия, думается мне. — Дверь… помогите что-нибудь сделать… Макушка Азуми появляется так неожиданно, что я вскрикиваю. Она переносит в тесную комнатку Финна и уходит обратно в созданный портал. Я всхлипываю, всё ещё ощущая болезненный энергетический шар внутри. Он будто бы пожирает мои внутренности. — Вел. — Мне больно. Очень. — Почему? — он опускается на корточки и проводит своей чуть шершавой ладонью по моей руке. Резко останавливается. — Энергия. — Да. Как это убрать? Финн? — Я… я заберу у тебя немного. Это больно, вдруг чётко осознаю я. Я слышу его размытые беспокойные мысли, когда он берёт меня за руку и сжимает её, концентрируясь на энергии. А я ощущаю, как этот клубок энергии начинают распутывать. Между нами словно проходит нить, связывающая нас. Я удивляюсь, как мне становится легко. А потом обращаю внимание на Финна. Ему больно. Всё его тело в напряжении, жилка на шее вздулась, а на руках вены стали ещё чётче. Моё зрение размывается, но чудесным образом я остаюсь в сознании. Обрываю связь. Тело вновь начинает болеть. — Ты что делаешь?! Импульсивность парня зашкаливает. — Я не хочу причинять тебе вред. — Мне не больно. — Тебе больно. Он не любит показывать себя слабым. Строит огромную стену, чтобы никто не увидел его таким. Без какой-либо защиты и без сурового холодного взгляда карих глаз. Качаю головой. — Хоть раз признай, что я права. Я не хочу, чтобы тебе было больно из-за меня. — Маклауд… — переходит на шипение. Злится. — Что? Можешь применить на мне что-то из своего арсенала, но я останусь стоять на своём, предупреждаю заранее. Пытаюсь встать, но энергия напоминает о себе и меня качает в сторону. Финн ловит моё не слушающееся тело за пару мгновений до соприкосновения с мраморной ванной. — Спасибо. Шепчу едва слышно, тут же хватаясь за стиральную машинку и ожидая, пока он уберёт руки с талии. Вулфард лишь спустя секунду осознаёт, что нужно сделать, а потом сам резко встаёт и открывает дверь. Выходит первый, лишь сказав Мии: — Помоги ей. И уходит. А японка подбегает ко мне, подзывает Нейла, который подставляет своё плечо. Я мотаю головой. — Не стоит… …и отключаюсь.

***

восемнадцатое июля, 17:59

Я поднимаюсь. Выходит неуклюже и очень неприятно — ощущение, будто на груди лежит что-то грузное и очень тяжёлое, мешающее двигаться. — Боже, — ко мне подбегает Мия, — ты доведёшь меня до могилы, клянусь. — Смешно, — вздыхаю я, жмурясь: в груди отдаёт спазмом. На диафрагме будто кто-то сидит, нажимая руками. Я оглядываюсь. — Как себя чувствуешь? — Дышать больно. — Ну конечно. Столько энергии копить в себе. Я перебинтовала твою ногу. — Спасибо. А… Как избавиться от энергии? Что мне сделать? Я же не могу так всё оставить, правильно? — Финн сказал, чтобы ты сходила подальше в лес и сосредоточила весь свой импульс на чём-нибудь. Так ты никому не навредишь. Никому не навредишь. — Хорошо. Хорошо, я поняла. Я хочу сделать это прямо сейчас. Можно? — Э… думаю, да. Ладно. Если что… будь осторожна. — Обязательно. Я выхожу из комнаты, немного прихрамывая. Первые минуты голова кружится, но позже вестибулярный аппарат приходит в норму. Хватаю чёрную кожаную куртку (кажется, моя) и двигаюсь вглубь леса, который начинался чуть дальше территории дома. Я вдыхаю аромат ели, которой тут очень много. От огромного количества кислорода голова чуток кружится, но становится так легко, что я неосознанно вдыхаю вновь и вновь. Среди деревьев, на небольшом пне, я присаживаюсь и вздыхаю. Тремор рук заставляет меня резко встряхнуть кистями, а позже зажать их между коленей. Клубок энергии пульсировал где-то в районе солнечного сплетения, напоминая о себе болью при вздохе. Раз. Я вдыхаю, прикрывая глаза. Огромный сгусток проявляется у меня перед глазами. Два. Ищу нитку, чтобы потянуть за клубок. Меня немного шатает. Три. Энергия начинает расходиться по всему моему сознанию. Открываю глаза. Боль, до этого приглушённая, становится сильнее в раза два, пока я направляю силу вглубь территории. От моих рук исходит свечение, с уходом которого мне становится легче. Чёрт. Когда энергии остаётся совсем немного, боль достигает своего пика. Я вскрикиваю от раздирающей груди боли и выпускаю последнюю нить, освобождая себя. Обессиленная, разглядываю узоры на своих ладонях перед тем, как прикрыть глаза. Всего на минуту.

***

Я очнулась спустя десять минут. Так твердили мои наручные часы. Солнце медленно уходило за горизонт, пока я пыталась сосредоточиться на ощущениях. Мне легче. Встаю, пару секунд ожидая, пока пройдёт головокружение. Потом иду по поляне, последний раз разворачиваясь: ничего страшного. Ни поваленных деревьев, ни осушенного озера. И не скажешь, что тут была Избранная. Пока я иду домой, думаю о том, что следует поблагодарить Финна. Он хотел помочь мне, несмотря на то, что это навредит ему. Финн не умел выражать свои намерения правильно. Он всё показывал в своей грубой манере, хотя в глубине души, я уверена, у него ещё осталась капелька нежности. Захожу в дом, удивляясь тишине. — Нужно что-то делать, — доносится до меня. — Финн, почему… Я хочу пойти на звук, но одёргиваю себя, сама до конца не понимая зачем. Поднимаюсь на второй этаж, ругая себя мысленно — пара ступенек скрипят, выдавая моё присутствие; стоило остаться на первом этаже. — Маклауд, — твёрдый голос Финна заставляет остановиться, — Иди сюда. Я медленно подхожу к группе подростков, стоящих в гостиной. — Что такое? — Как ты? — первый вопрос от Мии. Вулфард ждёт ответа, хотя и не показывает этого. — Нормально, спасибо, — отвечаю быстро, даже не задумываясь. — Так что… — Паркинсон скоро прилетает. Нам нужно собирать вещи.