6. Прежде, чем любовь

— Дра-кон, — тихо шепнула Гермиона, подходя сзади к своему жениху и обнимая его за талию, — что случилось? На тебе лица нет. С утра было всё нормально. С утра было всё нормально. А на работе стало ненормально. И подбивающая клинья Джесс, и вечно орущий начальник, и никак не желающее решаться дело о нарушителях порядка. Драко Малфой собирался жениться на Гермионе Грейнджер. Они были самой красивой парой магической Британии — яркие, молодые, смелые, красивые. Но что-то всё равно было не так. Малфой это чувствовал. Но Гермиона каким-то странным образом гасила это предчувствие, когда была рядом. Старалась держать себя и жениха в хорошем настроении. — Ничего, вроде, — ответил парень, когда кудрявая потёрлась щекой о его спину. — Если что-то не так, ты скажи. Вместе — легче. Мы со всем справимся, — её тихая, ободряющая речь вывела блондина из себя. Резко обернувшись, он сбросил с себя её ладошки и внимательно посмотрел в янтарные глаза. — Я скажу. Знаешь, Грейнджер, меня всё достало. Я устал. Устал от твоего вечного позитива. Я устал от тебя, Гермиона, — пытаясь не сорваться на крик, выпалил Драко. Он, казалось, миллион лет не называл её «Гермиона». Только Джин. — Вот оно как, — дрожащим голосом, отступая к двери его кабинета, произнесла девушка. Упёрлась спиной в ручку не в силах повернуть. Где-то там внутри всё разбилось на мелкие стеклянные крошки. Больно. Очень больно. «Я устал от тебя». — Прости, больше не буду беспокоить, — шепнула Гермиона. Взгляд Драко был прикован к большой слезе, которая скатилась по её щеке. По её такой мягкой, родной щеке. Она пахла персиками, когда парень её целовал. Хлопок двери вернул Малфоя в реальность. Мерлин, как же он её обидел. Обидел самого дорогого человека в его жизни. Она не дала ему сойти с ума после войны. Она не позволила ему познать одиночество. Она была рядом всегда — когда умерла мама, когда он сам чуть не погиб на задании, когда грустил, когда радовался, все ночи с кошмарами и все солнечные дни. Она не стала строить карьеру — ради него. Она создавала ему уют. Она была очень интересным собеседником и самой желанной девушкой. Она была его. Она была для него. Она была лучиком, который рассеял бесконечную тьму внутри него. А сейчас… «Я устал от тебя». Нужно просто дать ей время. Она отойдёт. Простит его, как всегда прощала. Примет, как всегда принимала. Обнимет, как всегда обнимала. Зароется носом в его макушку и будет шептать всякие глупости. Он виноват. Он чертовски виноват перед ней. Хуже, чем «Я устал от тебя» может быть только «Я не люблю тебя». Но он ведь любит её. Любит же? Вечером он зайдёт за ней. Заберет её домой. Принесёт букет её любимых ромашек. И будет молиться всем богам и ей, чтобы она его простила за такие слова. Еле досидев до семи вечера, Малфой, перепрыгивая ступеньки, бежал к кабинету своей невесты. Только бы она его простила. Только бы она была там. Он её обнимет. И поцелует. Обязательно. И попросит прощения. Скажет, что он полный идиот. Дёрнув за ручку, которая обжигала своим холодом, он застыл. Её нет. — Мисс Грейнджер ушла. Ещё после обеда. Сказала, что приболела. Выглядела она действительно неважно, — доложила её секретарь. — Приболела, — прошептал Драко. Пробираясь сквозь толпу министерских служащих, Малфой ужасно злился на себя за то, что сказал ей это, хотя не хотел, и на коллег, которые не торопились расходиться по домам. Зелёное пламя мгновенно доставило его домой, где парня встретили только тишина и темнота. — Милая? — позвал блондин. Больше всего на свете он боялся её потерять. А сегодня сам сделал первый шаг к этому. Не отвечает. Пройдя по комнатам, Драко окончательно убедился, что её нет. Только записка «Пусть у тебя все будет хорошо» и помолвочное колечко, которые ждали его на кухонном столе. Парень согнулся в безмолвном крике. Нет! Всё не может вот так закончиться. — Мисс, ты где? — Малфой вошёл к ней в гостиную. Это было так странно. После Хогвартса несколько месяцев Гермиона жила в квартире, которую ей, как героине войны, подарило министерство. Потом он забрал её к себе. Прошло уже три года. И за это время они ни разу не поругались. Только сегодня Малфой сказал, что его женщина ему надоела. Его Джин, которая безоговорочно ему верила в любой момент. Его Грейнджер, которая до сих пор хранила письма из изумрудной коробочки. Его мисс, которая согласилась стать миссис Малфой. Которая закрывала глаза сама и не давала ему принимать близко к сердцу нападки общества за её любовь к Пожирателю смерти. Хоть и оправданному. Хоть и не Пожирателю вовсе. Подавляющее большинство жителей магической Британии, так или иначе связанных с войной, до сих пор не верили, что Малфой вёл двойную игру и внёс неоценимый вклад в победу Поттера над Воландемортом. — Милая? — блондин вошёл в спальню. Девушка абсолютно неподвижно лежала на кровати, — Джин, родная, посмотри на меня, — он присел как раз в тот момент, как она распахнула заплаканные, опухшие глаза. — Зачем ты пришел? — от крика, которым девушка пыталась заглушить его слова, голос сел. Да, она кричала, била руками пол в ванной. И снова кричала, закрывая уши руками, чтобы не слышать «Я от тебя устал», сказанное до боли родным голосом. — К тебе. Я не знаю, какими словами просить прощения, не знаю, что это было. Словно не я. Я люблю тебя, мисс, — он протянул руку к её лицу, но Гермиона увернулась от прикосновения. — Недолго длилось твоё «навеки». Больше ты не мой, да? — предательские слезы. Откуда их вообще столько? — Твой, навеки твой, — он взял её ладошку и приложил к своей щеке. — Ты разбил меня, Драко, — она всхлипнула, — а я не кружка, которую можно склеить или купить новую. Я человек. — Джин, не руби с плеча, прошу тебя, — он прикоснулся губами к её лбу. — Дракон, это ты отрубил. Мне больно. Вот тут, — она взяла его ладонь и положила на сердце, которое гулко стучало, разгоняя неприятные ощущения по всему телу. — Я исправлю. Вылечу. Заберу твою боль. Только разреши мне быть рядом. — Тебе не нужно моё разрешение. Я тебя впустила в свою жизнь давно. Если хочешь — оставайся, — она всхлипнула и свернулась ещё сильнее, пряча голову в складках покрывала. — Хочу. Всегда хотел, — он скинул пальто и пиджак и забрался на кровать, — иди ко мне. Грейнджер подняла голову и поползла к нему. Такому любимому. Не могла на него обижаться. И злиться. Точнее, могла, но недолго. — Ты сволочь, Малфой. Редкостная и неисправимая. Как был мерзким, так и остался, — шипела девушка, усаживаясь рядом с ним. — Согласен, — он крепко её обнял, поглаживая сумасшедшие кудряшки. Она до сих пор тряслась, как испуганный кролик. — Знаешь, что хочу сейчас больше всего на свете? — Гермиона заламывала руки. — Что? — Малфой скидывал с себя одежду. — Стукнуть тебя! — девушка подняла полные злости и любви глаза, в которых горел огонь, и толкнула его в плечо. Посмотрев на невесту, Малфой понял, что она хочет его не просто ударить, а чуть ли не убить. Но этот вариант гораздо лучше, чем выгнать и бросить. — Ударь! — улыбнулся блондин. И никак не ожидал, что она это сделает. Звонкая пощёчина оставила ярко-красный след на его аристократично-бледной коже, а от сильного удара голова запрокинулась и макушка впечаталась в спинку кровати, разбивая тишину спальни сильным хрустом. — Мамочка! — взвизгнула Грейнджер, поднимая его и расцеловывая горящую щёку, — прости-прости! Но ты заслужил! — Заслужил, не спорю. Ты зверь, Джин. Удар — что надо! Может, в бокс? Сделаешь карьеру, — смеялся Малфой, пока Гермиона ёрзала, поудобнее устраиваясь у него на груди. — Я люблю тебя, идиотище, — констатировала девушка, когда окончательно улеглась и прикрыла глаза, — ещё раз меня обидишь, пущу Аваду. — Понял и уже боюсь. Джин, я тебя люблю. — Малфой? — она подняла на него полный усталости и спокойствия взгляд. — Что? — Утром извинишься ещё раз. У меня сейчас нет сил тебя слушать, — хмыкнула Гермиона. — Обязательно. Спи, — Драко нежно её поцеловал и уснул, сам не заметив как.

***

Сквозь сон Гермиона почувствовала, как её ножки щекочет его щетина. «Опять не брился, гад!» — мысленно усмехнулась девушка, пытаясь не поддаваться настойчивым поцелуям. Вдруг его губы резко испарились, а в комнату стал литься ослепляющий солнечный свет. — Привет, — Драко стоял напротив окна, в свете был виден только силуэт. — Привет, — Грейнджер улыбнулась и открыла глаза, — ты похож на ангела. — Я пришёл извиняться, — он сделал пару шагов вперёд, заставляя внутренности Гермионы скручиваться в тугой узел. Мерлин, как же она его любит! — На колени, виновный! — захохотала девушка и указала пальчиком на пол. — Как скажете, госпожа, — Малфой упал на колени перед кроватью, а Гермиона поставила свою ножку ему на плечо. Парень проложил дорожку поцелуев от щиколотки до коленки, — выходи за меня замуж, Джин, — он протянул ей кольцо. — Так я же уже соглашалась, — недоумённо произнесла девушка. — Ты вчера, помнится, оставила его на столе и собиралась меня бросить, — хмыкнул парень, надевая кольцо на пальчик. — Так, случайно забыла, — ехидничала Гермиона, — а бросать ты меня собирался. Кайся теперь, грешник. — Каюсь, — он поднимался поцелуями выше, укладывая её на кровать и раздвигая ножки шире, устраивая у себя на плечах. — Ты что творишь? — девушка заворочалась под его руками, которые нагло её раздевали. — Тшш, — он закрыл ей рот поцелуем, стягивая трусики, — прости меня, — быстрым движением он переместился ей в ноги, припадая губами к влажным складочкам. — Ох! Малфой! — Гермиона громко застонала. За три года они испробовали, казалось, все их фантазии. Кроме этой. Девушка дёрнулась, но его крепкие руки пригвоздили её к кровати, даря ранее неизведанные ощущения, — Мерлин, продолжай, — захныкала Грейнджер, когда его язык проник внутрь. — Я прощён? — он на секунду оторвался, вожделённо её разглядывая. Шикарная женщина. Его женщина. — Ты сейчас будешь ещё больше виноват, если не продолжишь, — она широко распахнула глаза, когда поняла, что её лишили права на удовольствие. — Понял, — вот она, её любимая, фирменная, наглая, малфоевская ухмылка. Драко прошёлся языком по губкам, тщательно собирая образовавшуюся влагу. Затем подул. От контраста холодного воздуха и её горячей плоти Гермиону пробило крупной дрожью. — Малфой, — выдохнула Гермиона, когда он в неё вошёл. Запустила пальчики в его волосы и немного оттянула. То, что он сейчас творил, не поддавалось никаким объяснениям. А он просто любил. И сейчас проявлял свою любовь вот так. После он проявит её, заставив надеть шапку и принеся чай. А в другой день — сделав за неё пару дурацких писем на работе, потому что знает, как она ненавидит заниматься писаниной. Любовь — она в мелочах. — Прости меня, — шептал парень, обжигая горячим дыханием её шею. — Да я и не злилась. Так, немного обиделась, — хмыкнула Гермиона, улучив момент, когда Драко развернул её и пристроился сзади, покрывая поцелуями спину. — Я зря стараюсь извиняться? — Малфой ускорился, помогая себе рукой. — Работаешь на будущее, — ответила девушка, а Драко прикусил её плечико, зализывая ранку. — Думаешь, мы решим проблему вот таким способом? — подогнув колено, блондин приподнял девушку, прижимая её к себе за бёдра, на которых оставались красные следы от его хвата. — Драко, нет проблемы. Ты сказал гадость. Я обиделась. Ты извинился. Я простила. Я понимаю — ты просто устал. Но это не даёт тебе права быть козлом по отношению ко мне. Ох, мы слишком много болтаем, — простонала девушка, чувствуя, что близка к окончанию их «примирения». — Грейнджер, давай сегодня распишемся? — рыкнул Драко, изливаясь в неё, когда тугие мышцы кудрявой сокращались вокруг него в бешеном темпе. — Давай, — Гермиона упала лицом в подушки, тяжело дыша, и хмыкнула, — извинения приняты. — То есть ты сегодня станешь моей женой? — блондин лежал на боку, поглаживая её спину. — Стану. Покорми меня. Есть хочу ужасно, — девушка повернула голову. — Сначала в душ. Бегом! — Драко шлёпнул её по попе, отправляя в ванную. — Тогда без завтрака, — засмеялась Гермиона и запрыгнула на него, обвивая талию ногами и расцеловывая, — пойдём, поможешь потереть спинку.

***

После обеда, точнее, после того, как они, пропустив обед, сбежали в мэрию, и стали, наконец, официально женатыми, Гермиона сидела в кабинете и считала минуты до конца рабочего дня, чтобы встретить мужа и пойти домой. — Мисс Грейнджер, вам курьер принёс, — улыбнулась секретарь, внося в кабинет огромную охапку ромашек и подарочную коробку. Прикрыв дверь, Гермиона вдохнула аромат любимых цветов и посмотрела на коробку, к которой сверху был прикреплён конверт.

Привет, моя жена! Непривычно немного, но так круто! Называть тебя «жена». Жена. Жена. Жена. Жена. Джин! Я летаю по кабинету, ожидая, когда закончится рабочий день, и вот, не сдержался и написал тебе письмо. Давненько такого не было, да? Исправляюсь. Твой сумасшедший муж не может просто утащить тебя домой и провести первую брачную ночь, поэтому вечером мы идём в ресторан. Столик я заказал. И отправил нашим достаточно сухие приглашения на деловую встречу. Внутри коробки для тебя сюрприз. Я видел, как ты глазела на это платье в витрине. Только я немного поколдовал и сделал более подходящим для свадьбы. Синичка моя, ты самая красивая невеста, стоп!, жена на всём белом свете. Я очень надеюсь, что наша вчерашняя ссора, точнее, то, как я тебя обидел, было последней обидой в нашей совместной жизни. На дне коробки, под платьем, есть туфельки и ещё кое-что. Что-то, что мы давно хотели. Вечером ответишь мне на единственный вопрос: махнём ли мы за персиками, жена?

Навеки твой, Малфой

Кстати, ты тоже теперь Малфой. Здорово звучит! Джин Малфой, я люблю тебя!

***

В восхитительном белом платье, отделанном камнями, Гермиона, под руку с мужем, вошла в ресторан, второй рукой обнимая букет ромашек. Друзья, которые под предлогом деловой встречи были приглашены на праздник, должны были явиться через двадцать минут. — Пойдём танцевать? — даже не заказав, Драко пригласил жену на танец. Он очень хотел её обнимать и целовать, а за столиком это делать было не очень удобно. — Пойдём, — выдохнула уже Малфой, протягивая руку, на которой красовалось обручальное кольцо. Абсолютно одинаковые, из белого золота, с гравировкой «Навеки твой» — у девушки, и «Моя синичка» — у парня. — Ну и что ты мне ответишь, Джин? — шептал на ушко Малфой, задевая носом серёжку. — Махнём хоть на край света, — она улыбнулась. Шумная толпа друзей новоиспечённой семьи ввалилась в тихий ресторанчик, бурно обсуждая, что за деловой ужин приспичило провести Малфою так скоро. — Гермиона, красивое платье, — отметил Рон, хлопая глазами, когда молодожёны подошли к столу. — И что за дело у тебя, Малфой? — Поттера напрягла сухая записка. Он слишком близко к сердцу воспринимал всё, что происходит у друзей. — Важное, Поттер, — улыбнулся Драко и поднял их с Гермионой руки на уровень их глаз, демонстрируя кольца. — Вы? Что? Без нас? — возмущённо хватала воздух ртом миссис Уизли. — Да, Пэнс, мы поженились, — миссис Малфой покрылась румянцем — не так она представляла себе реакцию друзей. — Аааааа! Наконец! — завопила Джинни и первая побежала обнимать молодожёнов, — вы мои сладкие! Поздравляем! — Ну что, за любовь? — Гарри поднял бокал шампанского. Звон бокалов и звонкий смех обусловили начало счастливой семейной жизни Драко и Джин. — Что-то мне горько, — законючила Пэнси, хитро поглядывая на друзей, — очень горько! — И мне горько, — поддержал Рон жену. — Вы серьёзно? — рассмеялся Малфой, обнимая Гермиону. — Знаешь, муж, мне тоже горько, — хмыкнула кудрявая, копируя его фирменную ухмылку. — А так? — Драко припал к её губам в сводящем с ума поцелуе, что у Джин подкосились коленки. — А так — сладко, — она аккуратно, почти невесомо сминала его губы, — как персики.