16. Просто возвращайся

Не смотря, на всё же имеющиеся у Локи некоторые опасения, в целом события развивались согласно намеченному им плану. Лэнг немного пометался по городу, навёл справки на тему событий пятилетней давности, чуть-чуть посидел в тихом шоке, слегка успокоился, после чего, у него в голове сработал первый из заложенных звоночков, и он отправился на базу Мстителей, озвучивать внезапно озарившую его гениальную мысль! Можно было, конечно, отправить его сразу к Старку, но именно Тони, к сожалению, вызывал наибольшие опасения. Тихое семейное счастье в полном покое и достатке с любимыми женой и ребёнком, — какие у миллиардера, плейбоя и филантропа были причины искать приключений и ввязываться в очередную авантюру? Никаких. Поэтому, слегка поразмыслив, свою первую ставку Лафейсон сделал на Романофф: эта девка уломает кого угодно! Изящность вербовки Беннера признавал даже сам Локи! Чья уж это изначально была идея, Наташи или Фьюри — не известно, но разыграно было красиво, как в романе, с учётом всех слабых мест и комплексов Брюса. Она держала зверя на поводке ровно столько, сколько это было нужно ей и ЩИТу. Старк, конечно же, не так наивен, как Беннер, но здесь для шпионки и ставка выше. Ведь это любовь, агент Романофф! Признайте! Ведь любовь бывает разная. Да ради Бартона она душу не задумываясь отдаст, а здесь всего лишь нужно убедить Тони собрать тоннель! Но всё сложилось ещё удачнее. Хотя, в первый момент Старк и оказал вполне ожидаемое сопротивление, всё же, долго уговаривать его не пришлось. Причина — некий Питер Паркер: сирота, юный мститель, протеже мидгардского гения, который был к нему довольно сильно привязан. Локи даже бегло изучил биографию «паука», но нет, внебрачным сыном миллионеру он точно не приходился. А жаль, ведь в таком случае можно было быть абсолютно уверенным, что Тони в последний момент не откажется от затеи! А так — с чего бы ему рисковать ради какого-то мальчишки? Но потом в номер шумно ввалился радостный Верет, с восторженными рассказами о океане, волнах, досках, лодках, ещё какой-то ерунде… Локи, признаться, не слушал, просто смотрел на довольного помощника и понимал, что нет, Старк не откажется. Ещё какое-то время ушло на полный сбор команды (в которой появились и новые для царевича лица) разработку проекта, строительство портала, создание костюмов и новой перчатки, а также непосредственно планирование операции перемещения. С учётом аккуратного и незаметного, но крайне эффективного вмешательства Лафейсона в расчеты Пятницы, процесс продвигался достаточно быстро и близился к своему логическому завершению. В том, что Мстителям удастся вытащить камни, сомнений практически не было, но вот смогут ли они ими воспользоваться? Кроме одержимого титана, шанс вынести гамма-излучение и совершить щелчок есть только у зверя, подобного Халку, да у бога подобного Тору или… Но сколько осталось от Халка в нынешнем Беннере? Сколько божественных сил Тор истратил на алкоголь? А сам Локи? Какие шансы у полукровки? Ясно лишь одно: даже если шанс у него лишь один — им нужно воспользоваться, чего бы это ни стоило. А для этого нужно быть самому в центре событий. Так что, кажется, настало время лично посетить базу Мстителей.

***

Верет небрежно распахнул дверь в номер Локи: — Звал? Лафейсон в уже привычном элегантном с иголочки костюме стоял возле окна, заложив руки за спину, и невозмутимо созерцал небо. Причина столь официально-аристократического образа в собственном номере, обнаружилась совсем близко: за стоящим возле окна письменным столом, деловито расположился непонятно как оказавшийся в Сан-Франциско управляющий банком. Сосредоточенно пыхтя, он перебирал лежащие перед ним бумаги и только появление помощника барона фон Траума смогло отвлечь его от этого занятия: — Добрый день, мистер Блэббер! — Франц оторвался от документов и поднялся навстречу вошедшему. — Господин Розенфельд? — искренне удивился Верет. Он плотно прикрыл за собой дверь, подошёл к столу и пожал протянутую ему пухлую руку: — Добрый день. А что Вы здесь делаете? — Я только что прилетел. Меня вызвал господин барон, чтобы уладить некоторые вопросы. Управляющий бросил быстрый взгляд на изучающего облака Локи. Повисла небольшая, но напряжённая пауза. Блэббер перевёл вопросительный взгляд с Розенфельда на шефа, и тот, наконец, оторвался от окна: — Ты возвращаешься в Нью-Йорк, — сухо сказал он, повернувшись к помощнику. — Тааак… — выдохнул Верет, и, насколько мог спокойно, уточнил, — Я в чём-то провинился? Локи лишь аристократично-удивлённо поднял бровь: — С каких пор мои приказы стали обсуждаться? — Хорошо. Но не стоило вызывать для меня няньку. И Верет презрительно кивнул в сторону притихшего в ожидании Розенфельда. — Франц здесь не за этим, — заверил царевич, при этом его тон всё также был предельно сдержан. — Тебе нужно кое-что подписать. И Лафейсон указал на лежащие на столе бумаги. Блэббер отодвинул стул, занял место рядом с управляющим и взял ручку. — Вот здесь, пожалуйста, здесь, и ещё вот здесь! Розенфельд услужливо указал на те места, где следовало поставить подпись. Верет пододвинул листы к себе, пробежал глазами начало текста и нахмурился: — Что это? — спросил он, подняв на Локи удивлённый взгляд. — Просто формальности, — не стал вдаваться в подробности бог. Такой ответ явно не удовлетворил Блэббера, он отложил перо, взял документы в руки и принялся читать. — Господин барон просто оставил кое-какие распоряжения на ваш счёт, на тот случай, если какое-то время не сможет заниматься этим лично, — подсказал Розенфельд. Верет медленно положил ладони на стол и стиснул зубы. — И какие же? — процедил он, оборачиваясь к управляющему. — Ну, в случае необходимости, до достижения Вами двадцати одного года, я буду, так сказать, Вашим финансовым опекуном, — пояснил тот. — Я буду заниматься Вашими расходами на обучение, медицину, аренду жилья, если понадобится и прочим. Также Вы ежемесячно будете получать некоторую сумму на текущие расходы. — А потом? — Потом, Вы получите доступ к полному управлению и распоряжению активами барона, на всё то время, пока господин фон Траум будет отсутствовать. Как видите, для Вас никаких рисков, я бы даже сказал наоборот. Верет понимающе кивнул головой, поразмыслил секунду, хлопнул ладонями по бархатной обивке стола, и твёрдо сказал: — Я не буду это подписывать! Розенфельд непонимающе уставился на Блэббера: — Но мистер… Договорить он не успел, Верет резко поднялся с места и подошёл впритык к Локи: — Какого чёрта?! — зло спросил он. — Просто финансовые распоряжения, — флегматично пожал плечами маг. — Подпиши и всё. — Не буду! — Блэббер был непоколебим. Лафейсон скрестил руки на груди и закатил глаза: — И что тебя не устраивает? — Это завещание! — процедил сквозь зубы помощник. — Простите, мистер Блэббер, — влез в разговор управляющий, — но Вы не так поняли, это распоряжение иного рода, оно не связно… — Да заткнитесь Вы, Розенфельд! — раздражённо отмахнулся Верет, не сводя глаз с Локи. Франц от неожиданности поперхнулся на полуслове и замолчал ошарашено наблюдая за своеобразной перепалкой. — Это ради твоего блага! — начал терять терпение Лафейсон. — Да плевать мне! — огрызнулся Блэббер — Я больше не хочу тебя хоронить! — Хватит! — рявкнул Локи. — Я просто пытаюсь позаботиться о твоём будущем! — Как?! Снова сдохнув?! Да пошёл ты с такой заботой! — выкрикнул в сердцах парнишка. — Простите, мистер Блэббер, — снова влез в разговор Розенфельд, — я не знаю в каких Вы отношениях с господином бароном, но подобный тон… — Заткнитесь, Розенфельд! — на этот раз уже не выдержал царевич. — Он мой отец! — внезапно отрезал Верет, глядя прямо в глаза Локи. В комнате повисла неловкая тишина, лишь было слышно, как нервно дышит еле сдерживающийся мальчишка. Они так и стояли, смотря друг на друга: Верет зло и с вызовом, Локи устало и с сожалением. Замерший с открытым ртом Розенфельд ошарашенно переводил взгляд с одного на другого и обратно. — Г… господин барон? — удивлённо выдавил управляющий, вопросительно глядя на царевича. — Что? — всплеснул руками Локи, отвлекаясь, наконец, на управляющего. — Бурная молодость! Розенфельд нервно сглотнул, заглянул в бумаги, и, тяжело выдохнув, поправил дрожащим голосом: — Отрочество, я бы сказал! Лафейсон лишь брезгливо поморщился: — Ради всего святого, не стройте из себя идиота, Франц! Конечно же юноша выражается фигурально! Мы с ним даже не похожи! Управляющий вытащил носовой платок, нервно промокнул выступившую на лбу испарину и пробормотал: — Ну не знаю, по-моему, очень даже похожи, особенно характерами. — Господин Розенфельд, — взмолился Верет, — простите, но шли бы Вы лучше! В конец растерявшийся толстяк бросил на Лафейсона умоляющий взгляд, но маг лишь устало прикрыл глаза: — Да, Франц, действительно, сейчас Вам лучше уйти. Розенфельд быстро сгрёб все бумаги в папку и с явным облегчением поспешно покинул номер, оставив ненормальную парочку выяснять отношения без его участия. Локи закрыл за ним дверь, ослабил галстук, позволив ему свободно болтаться на расстёгнутом вороте рубашки, и вернулся к помощнику. Он засунул руки в карманы, наклонил голову на бок и какое-то время молча с грустью рассматривал Блэббера. — Я не смогу быть твоим отцом, — вздохнул, наконец, Локи. — Тогда я буду твоим! — ответил Верет и слегка улыбнулся. — Не сейчас, конечно. Потом. Лет через тридцать, когда подрасту. Лафейсон болезненно поморщился, но тоже улыбнулся в ответ. — Мне правда нужно уйти, — серьёзно добавил он мгновение спустя. Блэббер понимающе кивнул: — Надолго? — На день. Или навсегда. — Тогда я тебя здесь дождусь, — уверенно заявил Верет. — Оптимистично, — усмехнулся Локи. — Ты всегда веришь только в хорошее? — Я верю в тебя, — мягко улыбнулся парнишка. — И постарайся не разрушить этот мир, я уже привык к нему. — Постараюсь, — ухмыльнулся Лафейсон. — Локи, — лицо Верета снова стало предельно серьёзным. — Да? — Просто возвращайся. Обязательно.

***

Квантовый тоннель издал характерный треск и стоящие кругом, десять фигур в одинаковых костюмах моментально испарились со стартовой площадки, оставив опустевшую базу Мстителей в задумчивой тишине, нарушаемой лишь мерным гулом работающих приборов и лёгким шуршанием кулера на центральном процессоре. Буквально через секунду после их старта, одна из боковых дверей мягко отъехала в сторону, и на пороге показался высокий мужчина в чёрно-зелёном кожаном облачении. Он развёл руки, покрутился, осматривая зал, и с чувством произнёс: — Слабоумие и отвага! Эта фраза как нельзя более удачно описывала мнение царевича Асгарда об идее сигануть в квантовое измерение всем составом, полностью возложив контроль за ситуацией на искусственный интеллект. — Пятница, протокол «Выход есть», доложить о ходе операции! — громко скомандовал Локи. — Все объекты достигли заданных точек, — отчитался безэмоциональный голос искусственного разума. — Объект Небула — кратковременная потеря контакта, контакт восстановлен. Объект Романофф — полная потеря контакта. У объектов Старк и Роджерс, произошло изменение параметров времени и местоположения. Лафейсон быстро подошёл к пульту управления и бегло проверил настройки. На первый взгляд всё было в норме. — Что по Старку и Роджерсу? — нахмурился Локи. — Системный сбой? — Нет. Был осуществлён синхронный переход. — Новая точка нахождения? — Нью-Джерси 1970. — И какого чёрта их туда понесло? — озадаченно пробормотал царевич. — Пятница, параметры траектории перемещения объектов Старк и Роджерс на исходную позицию? — Нью-Йорк 2012 — База 2023. — Внести изменения в соответствии с новым расположением объектов! — Принято. Новая траектория Нью-Джерси 1970 — База 2023. Локи удовлетворённо кивнул и продолжил давать указания: — Восстановить контакт с объектом Романофф! — Восстановление контакта с объектом Романофф невозможно. — Причина потери связи? — Объект нежизнеспособен. Лафейсон на мгновение замер над пультом. Как «нежизнеспособен»? Что за ерунда? — Проверить точность полученных данных! — потребовал царевич. — Данные точны, — подтвердила Пятница. Локи тихо выругался. — Сместить объект Романофф по временной шкале к последней точке жизнеспособности! — выпалил он. — Смещение невозможно. — Да какого у них там происходит? — перестал что-либо понимать Лафейсон. — Статус выполнения миссии? — Миссия выполнена на 100%. — Возвращай всех! Немедленно! — Возвращение объекта Романофф невозможно, — напомнила Пятница. — Всех живых возвращай, — он раздражённо выдохнул. — Стереть данные о моём присутствии! И ещё до появления Мстителей, Локи поспешно покинул зал.

***

Локи стоял на пирсе и смотрел, как от дуновения ветра по водной глади пробегает лёгкая, едва заметная рябь. Сейчас он не боялся быть кем-то замеченным: во-первых, вид на пирс закрывали деревья, а во-вторых, все обитали базы были сейчас заняты воссозданием Перчатки бесконечности, так что им явно было не до созерцания пейзажей за окном. Лафейсон всмотрелся в глубину: где-то там, на дне, должна была покоиться выброшенная Беннером скамейка. Очень хотелось тоже что-нибудь утопить и тем самым снять растущее напряжение. Хотя камни и были собраны, миссия прошла не так, как представлялось: смерть Наташи, побег самого Локи с тессерактом в две тысячи двенадцатом. Слишком много накладок. Рассуждая о том, что Романофф отдаст за Бартона душу, он даже не предполагал, насколько был тогда близок к истине. Впору начать опасаться мыслей в собственной голове. И украденный тессеракт… Это не входило в его планы. Мелкая рыбёшка, подплыла к поверхности, быстро клюнула неосторожную мошку и снова ушла в глубину, оставив после себя лишь расходящиеся круги. Отражение Локи качнулось и рассыпалось на части. Когда же тёмная вода успокоилась, Лафейсон увидел, что оно чудесным образом раздвоилось. — И почему вы, смертные, всегда всё делаете по-своему? — знакомый голос задал явно риторический вопрос. — Снова ты? — спросил Локи, поворачиваясь к стоящему рядом. — Если ты обо мне, то я бог, а не человек. — И о тебе тоже, — подтвердил Тессеракт. — Боги не вечны. — Хочешь сказать, что тебя стали волновать мои планы относительно этого мира? — Ты же знаешь, что нет, — равнодушно ответил Бесконечный. — Ну и что ты тогда здесь делаешь? Ты должен быть там. И Лафейсон кивнул в сторону базы, где в данный момент находились Мстители все шесть камней. — Я там. И здесь. И не только, — уклончиво улыбнулся Бесконечный. — Ещё и вездесущий, — язвительно скривился царевич. — Знаешь, меня уже начинает раздражать твоя физиономия. — Она твоя. — Вот именно. И это уже напоминает сумасшествие. — Но это и есть сумасшествие, — Тессеракт расплылся в безумной улыбке. — А впрочем, если ты так настаиваешь… По телу двойника пробежала хорошо знакомая зелёная змейка трансформации и вместо «близнеца» теперь рядом с Лафейсоном на пирсе стояла Фригга. — Пожалуй ты прав, — мягко улыбнулась она, расправив складки платья, — так даже лучше. Локи еле заметно вздрогнул и отвёл взгляд: — Не святотатствуй, Бесконечный! — процедил он сквозь зубы. — Ради своего же блага! — Иначе что? «Фригга» внимательно склонила голову на бок, но Локи продолжал смотреть на плещущуюся у его ног воду. — Иначе лишишься хранителя, и сделка не состоится, — пояснил он. — Боги не вечны, ты сам сказал. «Фригга» задумчиво сделала полшага вперёд и тоже всмотрелась в глубину: — В этой воде и без тебя полно хлама, нет смысла добавлять нового, тем более что сделка уже фактически состоялась. Ты же просто излишне сентиментален. Тессеракт неодобрительно покачал головой и сменил облик на уже привычный: — Хочешь вернуться к ней? — неожиданно спросил он. — Мёртвое не воскресить. — Я и не предлагаю воскресить её, я предлагаю вернуться тебе. Локи удивлённо взглянул на Тессеракт и нахмурился, пытаясь осознать услышанное. Наконец, ему показалось, что он начал что-то понимать. — Так Нью-Йорк 2012 это твоих рук дело? Но зачем? — Как я уже говорил, вы всегда всё делаете по-своему, не думая о последствиях, а я не могу рисковать. Но для тебя сейчас важно не это, а то, что там она жива. И не только она. И вообще всё может пойти иначе. Бесконечный многозначительно взглянул на Локи. — И я уже там есть, — возразил Лафейсон. — Другой я. — И что? Просто займи его место! — Как это? — Убей! Никто не заметит подмены! У Локи на мгновение перехватило дыхание и в голове хаотично заметались мысли. Разве это такая большая цена за шанс всё изменить? Можно ли считать вообще убийством, если убиваешь прошлого себя? Вернуться и всё исправить. Даже не исправить, просто прожить иначе! Фригга и Один будут живы, Хела не восстанет, Асгард не будет разрушен. Всё, всё будет по-другому! Он сбежит с тессерактом и не предстанет перед судом Одина, не попадёт в камеру и… Он ведь уже сбежал. Тот ОН, он уже изменил ход истории, и он проживёт её иначе. Уже проживает. А здесь ничего не изменилось, и если он нынешний уйдёт отсюда, что будет с этим миром, с его народом, с Тором, наконец? Локи нахмурился: — Нет. Я не стану убивать его. — Себя, — поправил Тессеракт. — Всё равно — нет, — покачал головой Локи. — Моё место здесь, а его — там. У него будет свой путь. И, надеюсь, у него получится лучше, чем у меня. — Но я бы предпочёл тебя, — продолжил настаивать Тессеракт. — А какая разница? — Ты сильнее. Значительно. Ты сейчас — это лучшая версия Локи из всех что были, — уверенно произнёс Бесконечный. Последняя фраза резанула слух царевича и в его голове немедленно пронеслась страшная догадка: — А сколько их было? — Локи подозрительно всмотрелся в лицо двойника. — Скажи мне! Я действительно выжил тогда или ты просто вытащил мою более раннюю «версию»? Отвечай, Бесконечный! Вместо ответа Тессеракт как-то обеспокоенно оглянулся на здание базы и протянул царевичу ладонь: — Идём со мной! Лафейсон недоверчиво покосился на руку в знакомом кожаном наруче: — Зачем вообще куда-то идти? Тебе нужен я? Так оставайся здесь! Я выполню условия сделки! — Зря, — выдохнул Бесконечный. — Не думаю, что ты будешь в восторге от того, что здесь произойдёт. — Что ты имеешь в виду? — не понял Локи. Но Тессеракт, в свойственной ему манере, не ответил. Он молча развернулся и пошёл прочь. Лафейсон ещё какое-то время смотрел ему в след, и растущее безотчётное ощущение беспокойства не покидало его. Лишь набежавшая на пирс тень отвлекла царевича от тяжёлых мыслей и заставила взглянуть на небо. Огромный тёмный корабль читаури, словно большая туча, завис над базой Мстителей закрывая собой солнце. Ещё мгновение спустя прогремел залп.