0̓̂͌ͯ.̂̐̽̀4͋ͤͯ̈́.̂̅ͭ̈
11 марта 2021, 16:27 Пока я прятался в палате, вслушиваясь в звуки из коридора, я выращивал на лице белую маску из нитей мицелия и пытался спланировать дальнейшие действия:
" Худший расклад? Те две подруги в палате с Панацеей, Клер и её напарница могут оказаться агентами СКП. Что нужно сделать, чтобы в отношении тебя начали "так" работать? Ну например, можно без маски пойти барыжить био-технарской наркотой к стукачу СКП. Заебись.
И чё мне предъявят? Денег я не получил. Включу дурачка и скажу, что я восстал против супер-нарко-картелей, которые своими синтетическими граблями вцепились в невинные души граждан моего города... Ну и далее в таком же духе".
Через щель в двери я увидел Панацею и вышел к ней.
Панацея была одета в халат с большим капюшоном, с шарфом, закрывающим нижнюю половину ее лица. Одеяние было алебастровым, с красным крестом медика на груди и спине.
Рядом с ней — Клер и девушка, которую я видел на крыше склада Барыг, утром. Та, которая сосалась в дёсны с парнем на раскладушке. Майку и шорты она сменила на черный панк-гранж-стиль. Бомбы на ногах, коттоновые шаровары, заканчивающиеся на середине колена резинкой, футболка до колен с принтом "hail satan and trust no one", джинсовая куртка в дырках и потёртостях. Короткая причёска с челкой на правый глаз. Один рукав куртки был разрезан, чтобы можно было закатить его повыше и открыть миру рукав из татушек в виде каких-то ниток, веток... или это были сосуды?
В дальнем верхнем углу на стене коридора была установлена камера.
"Ведет ли она запись? Если да, то кто-то, возможно, просмотрит запись и узнает, что я подслушал часть их разговора".
Я нервничал. До девушек было пять метров по коридору. Они тихо разговаривали. Я пошел к ним, соображая на ходу:
"Первое, я кейп. Один кейп может справляться с боевыми задачами, для которых требуется военизированный отряд профессиональных убийц, ну, или заменить десяток инженеров. Страшно представить, сколько Америка сэкономила, заменив большую часть армии и военного оборудования кейпами.
Второе, я стал кейпом почти сутки назад, наверное. Из того, что я вычитал на парахуманских форумах, я сделал следующие выводы: у СКП в приоритете пополнение своих рядов кейпами, ибо соотношение героев к злодеям вроде как один к трём? Наверное.
Хотя политика в отношении умышленных убийств, порабощения и преступлений без маски всё еще чрезвычайно строгая, ибо власти боятся, что народ устроит ксенофобное восстание. Поэтому СКП очень старается сделать вид, что мы не так уж и ужасны".
Когда я приблизился на метр, меня заметили.
У моей маски были выразительные надбровные дуги, бросающие тень на глаза, острые скулы, удлинённый нос и подбородок. Нити узоров из ночесветки ультра-синего цвета.
Подруга Клер вышла вперёд мне навстречу, говоря:
— Клэр, брысь.
Клэр развернулась на каблуках и побежала в противоположный конец коридора.
— Привет, — обратился я к миссис Дарк-Гранж. Заметил, что Панацея собралась улизнуть. — Привет, Панацея! Я вырастил у себя в мозге хим-лабу, нужна твоя помощь.
Она останавилась. Мы установили зрительный контакт.
В то же время я сформировал запрос к Агенту:
"Узор для синтеза необратимых ингибиторов моноаминооксидазы под окситоцин и ацетилхолин. Узор для синтеза чего-то усиливающего активность зеркальных нейронов в височных долях мозга. Узор под синтез чего-то, что повысит устойчивость окситоциновых, ацетилхолиновых рецепторов и зеркальных нейронов."
Я получил набор из восемнадцати Узоров, пять из них нужно было разместить на миндальных железах в височных долях мозга. Назвал я это [[Контакт 1.0.]].
Я ожидал, что данный микс повысит мою способность к эмпатии, сочувствию и сопереживанию, а следовательно, улучшит понимание людей и в теории, мне станет проще ими манипулировать.
— Погодь минутку. Я только перекинусь парой слов с ?.. — с Панацеи я перевел вопросительный взгляд на девушку перед собой.
— Мона, — сказала она.
— Зачем?
— Я представитель анонимной благотворительной организации, "Омут". Мне было поручено проверить вас на пригодность для сотрудничества. Мы занимаемся оказанием психологической помощи жертвам зависимости от психоактивных веществ и помогаем полиции с поиском преступников, скрывающихся от правосудия.
Я создал споры у себя в кровотоке, в артерии, через которую кровь гонится к мозгу. Те из них, которые достигли цели в височных долях, я форсированно выращивал, и они цеплялись на стенки сосудов. Они впрыскивали фермент, расщепляющий стенки, и через получившееся отверстие прорастали сверху на мозгу. Получившиеся отверстия в сосудах я заживлял за собой регенерирующими факторами.
Мона протянула мне визитку с номерами телефонов, почтовым адресом и адресом пользователя в мессенджере Блюм. Визитка белая, с черным текстом, в шрифте Roboto S4. Надпись в центре гласила: "Исследовательское агентство "Омут".
Колония поселилась у моих височных долей.
— Вопросы? — спросила Мона.
"Оператор говорит — Как вы будете меня дрючить?"
— Не понимаю, зачем вам я? — спросил я её.
— Ты маска, не примкнувшая ни к одной организации, а наше руководство умеет находить ценные стороны у самых разных людей.
— Как вы обо мне узнали?
— Я не уполномочена отвечать на подобные вопросы, — темп её говора вырос, она начала говорить очень быстро, от чего начали прорезаться нотки русского акцента. — Приходите на собеседование и узнаете. Могу сказать, что за ваши услуги начальство готово платить больше, чем героям платят на службе в СКП. На этом всё, время позднее, надеюсь на плодотворное сотрудничество, до свиданья.
Она развернулась, сказала Панацее:
— Еще раз благодарим за оказанные услуги.
— И вам спасибо, — ответила ей целительница.
Мона ушла в том же направлении, в котором скрылась Клер.
Когда я посмотрел в глаза Панацее, мне показалось, что у неё виноватый вид. Её вьющиеся каштановые волосы обрамляли лицо, веснушки ото лба до подбородка, набиты достаточно плотно, так что коричневых веснушек было столько же, сколько и розовой кожи.
— Ты мозги лечишь? — она не успела ответить.
К нам подошел офицер СКП в полном боевом обмундировании. Шлем, закрывающий лицо зеркальным экраном, бронированные щитки на руках, ногах и воротник у шеи.
Он показал своё удостоверение личности Панацее. Скрывающий лицо зеркальный экран, мигнув, исчез, открыв лицо мужчины мексиканской наружности.
— Я офицер Филипе Снелоа. Мне приказано сопровождать вас до прибытия вашей сестры.
— Причины? — проговорила тихо Панацея.
— Рекомендации аналитического отдела, мисс.
— Хорошо, — она кивнула и скомандовала мне: — Давай за мной.
Мы зашли в свободную палату и сели на койки друг напротив друга. Между нами — метр.
Боец зашел следом. Экран, скрывающий его лицо, был включен. На его плече красовался шеврон в виде щита с крыльями и аббревиатурой СКП; кобура на правом бедре со стволом, размером сантиметров двадцать-тридцать, и еще одна кобура на груди, с "Глоком-45".
Он прошел в конец палаты к окну у меня за спиной.
Панацея сбросила капюшон и открыла лицо. Прикрыла рот рукой, зевая, и протёрла правый глаз.
— Зачем ты создал хим-лабу у себя в мозгах?
— Моя сила подсказала мне, что так я добьюсь большей эффективности от вещества, синтезируемого силой для лучшего понимания людей.
— Так ты не хочешь, чтобы я убрала эту лабораторию?
— У меня нет денег на оплату особых услуг, и я слышал, что за твоё лечение нужно платить врачам, в идеале по страховке, ибо тут какая-то тема с тем, что, типа, нехорошо оставлять врачей без денег. Но у меня нет страховки и нет денег. Я вроде всё могу сделать сам, но мне нужен специалист, который пронаблюдает за моей работой, остановит, если я начну творить дичь, или перенаправит мою работу в нужное русло. Мне нужен квалифицированный наблюдатель за моей работой. Ты вроде можешь сканировать человеческое тело касанием? Правильно?
— Вроде того. Что у тебя за силы?
— Я выращиваю простые организмы вроде слизевиков, плесени, водорослей из своих клеток. Вот, например.
Я выпустил красного слизевика из-под футболки, по плечу к локтю. Превратил его в ночесветку и заставил светиться зелёным.
— Я помогу, но ты будешь должен мне услугу, — говорит она улыбаясь.
— Согласен, если это будет в моих силах, — и моих интересах, мисс Дон Карлеоне.
— Что ты хочешь вырастить?
— Ну, короче, тема такая. У меня провал в памяти, я не помню свой триггер, хочу придумать, как восстановить память, но хороших идей нет. Для начала хочу получше изучить, как работает мой мозг и провести ряд экспериментов с веществами, улучшающими рост нейронных сетей. А еще я втайне надеюсь, что ты как биотехнарь заинтересуешься и сама мне поможешь восстановить нейронные сети и вспомнить.
— Я не работаю с мозгом.
— Ты не можешь его менять? Или даже не видишь изменения в мозге?
— Я могу посмотреть и заметить опухоль, но ничего внутри мозга изменить не смогу.
— Но ты же выращиваешь мышцы?
— Да.
— И человек после этого может шевелить рукой?
— Да.
— Рука шевелится за счет нервных волокон, значит, ты можешь работать с нервными волокнами в руках, но не можешь работать с ними в мозгу?
— Дай руку, — говорит Панацея.
Я протягиваю ей руку. Она берёт мою ладонь в свои. У неё холодные пальцы.
— Ты можешь видеть мозг и влияние на него наркотиков? — спросил я.
— Да. Могу сказать, что те вещества, стимулирующие рост нейронных сетей, которые ты используешь, могут вызвать психологическую зависимость и привести к необратимым изменениям в личности. Это почти как самоубийство. Ты можешь стать другим человеком, и не факт, что он тебе будет нравиться.
— Ну я и не собираюсь сохранять одну и ту же форму личности вечно. Более того, я считаю, что изменения необходимы, чтобы получать новые перспективы для точек зрения. Это помогает сменить набор когнитивных искажений, увидеть ошибочность своих убеждений.
— У тебя будут проблемы с законом из-за этих наркотиков.
— Для этого им придется найти мою лабораторию, в которой я их произвожу, а это будет вторжением в мой организм, хрена лысого они получат, а не ордер на изъятие моей лаборатории для судмедекспертизы её содержимого.
— Давай ближе к делу. Моя сестра скоро прибудет, чтобы меня забрать.
— Я хочу вырастить в себе систему-сеть из своих грибов. Создать дополнительную и запасную кровеносные системы из гифов и тяжей, которые я создаю своей силой. Чтобы если на меня нападут, я бы мог остановить кровопотерю. Например, создать вдоль моей кровеносной системы дополнительную сеть тяжей и лабораторий, в которых при ранении я смог бы синтезировать себе регенерирующие вещества, или перенаправить кровоток по другому пути, пока рана не заживёт. Заодно так я смогу мониторить состав веществ в моей крови, у меня для этого есть Узор...
— Что за Узор?
— А... Ну, я так называю свечение своей Силы; когда я заряжаю этим свечением свои клетки, могу их превращать в грибы, слизевики и им подобные. Узор определяет, каким будет созданное мною... Эм-м, существо и что оно будет синтезировать. Все подсказки по существам, которых я создаю, мне предоставляет моя Сила. Но она не даёт мне подсказок о работе моего собственного тела. А применение Узора на себе... Оно как бы раздваивает моё восприятие, и я переживаю, что, возможно, то, как я вижу свой организм через Узор, может быть неправильно мною интерпретировано... И я плохо шарю в биологии ...
— Достаточно, я тебя поняла. Ты думал о вступлении в СКП?
" — Это тут причём? Зачем она пытается увести разговор в сторону?"
— Думал. Говорил об этом с Батареей. Они обещали помочь мне с продажами моих грибов. Но из того, что я слышал в интернетах, почти все кейпы в СКП принимают участие в борьбе со Злодеями, патрулируют улицы и прочее. У них там куча всяких тренировок... Короче, я бы предпочёл работать в уютном подвальчике и рубить капусту.
Она нахмурилась, и я бессознательно уловил её кинестетику.
"Оператор говорит — мы её теряем, тревога, ви-и-иу-у-у ви-иу-у-у..."
— Моя сила этому способствует: я могу выращивать пенициллин, вещества, тормозящие и ускоряющие разные нейромедиаторные системы. Они могут быть полезны при лечении маний, депрессий. Возможно, я смогу наладить их производство и сделать их дешевле тех препаратов, которые продают фарм-компании.
— Тебе стоит поговорить об этом с моей матерью. Она адвокат по делам кейпов и капитан "Новой Волны". Возможно, она сможет помочь тебе.
— Я думал об этом, но у меня совсем нет на это денег; у меня была заначка, но мой триггер вырвал у меня из башки кусок памяти о том, где эти деньги хранились. Должно быть, это мне наказание за доверие своей памяти. Теперь все логины и пароли придется на всякий случай хранить на листочке. Никогда бы не поверил, что так может быть надежней.
— Я поговорю с Кэрол. Она устроит тебе бесплатную встречу, — Эмми улыбается, опуская взгляд с моего лица. — Я не могу помочь тебе с мозгом и настоятельно рекомендую тебе тоже не вмешиваться в его работу, но понимаю, что ты меня всё равно не послушаешь. Это твой добровольный выбор, и думаю, ты имеешь на него право. Я помогу тебе в создании твоей Системы Целителя. Но только потому, что не хочу, чтобы ты по ошибке навредил себе.
— Обещаю заботиться о своём мясном скафандре как о любви всей моей жизни, давать ему перерывы на регенерацию и не перегружать без крайней необходимости.
По её взгляду я понял, что она не поверила мне ни на секунду. Сначала у меня возникло чувство, что она осуждает мой взгляд на вещи, но когда я начал рассказывать о том, как собираюсь начать доминировать на фармацевтическом рынке и разорять сильных мира сего своими дешманскими легальными наркотиками... Где-то в этот момент выражение её лица изменилось, она вздохнула и, вероятно, решила великодушно протянуть руку помощи.
"Оператор говорит — собственно, нам похуям, из-за чего она под нас прогнулась".
Я принялся создавать Систему Целитель из своих же мышц, которые Панацея тут же регенерировала. Максимальная скорость перемещения этих колоний составляла до сорока сантиметров в минуту. У меня на коже мы сделали "проходы" через которые я смог распространять этот организм на поверхность.
Мы отвлеклись от работы, когда в комнату вошло девушка Слава, она же Виктория Далон, сестра Панацеи — высокая платиновая блондинка, в возрасте около шестнадцати. На ней были белое слитное платье, которое заканчивалось юбкой до середины бедра, накидка через плечо, высокие сапоги и золотая тиара с расходящимися от нее шипами.
— Приветики! А я тебя ищу.
Она посмотрела на Панацею, и я испытал восторг и трепет от присутствия Славы.
"Бля, Панацея читает мои чувства к её сестре через касание?"
— Подожди немного, мы скоро закончим, — попросила Панацея, у неё на щеках полыхал румянец.
Офицер Филипе Снелоа сказал:
— Доброй ночи. Берегите себя, — и покинул палату. Мне было непонятно, нормальное ли это поведение для бойца СКП. Спрашивать я не стал, но, судя по реакции героинь, это их не смущало. Моя паранойя выдвинула предположение: "Это конкретно меня побоялись оставлять наедине с ребёнком".
Слава достала телефон и села на кровать рядом с сестрой.
— А ты и сама можешь создавать нейромедиаторы? — спросил я, создавая под руководством целительницы сеть грибных сосудов.
— Да.
— Так, значит, ты можешь никогда не уставать? Или засыпать по щелчку пальцев?
— Нет, это опасно.
— Не понял.
— Дьявол в деталях, Знаешь про Окно Овертона?
— А, думаешь, что сначала начнешь мухлевать с дофамином, потом пристрастишься, а потом будешь ходить подключённая к дофаминовой капельнице?
— Типа того, но я вижу ситуацию с другой точки зрения. Посеешь поступок — пожнёшь привычку, посеешь привычку — пожнешь характер, посеешь характер — пожнешь судьбу.
— Ты можешь прорастить в меня нейронную сеть, с помощью которой ты смогла бы пользоваться моей Силой?
— Зачем это?
— Допустим некий преступник-кейп погружает свои жертвы в вечный сон и отказывается это исправлять, ты не можешь их пробудить из-за этих своих ограничений на мозг, но ты могла бы подключиться к его мозгу и подбирать разные комбинации веществ, пока он не согласится вернуть к жизни его жертв? Или, например, могла бы прорасти у него в мозг и управлять им, посылая электро-химические сигналы в зону удовольствия?
— Мозг сложен и плохо изучен, а Силы еще сложнее и менее изучены. Вдруг от моего влияния его Силы изменятся? Лезть людям в мозг, рискуя уничтожить или изменить их личность, это безответственный и безнравственный поступок уровня монстров вроде Сферы, Валефора или Симург.
Сравнение меня с губителем напрягло. Панацея отпустила мою руку.
"Она боится, это искажает её восприятие?"
— Дело в твоих убеждениях? Или в чувствах? — спросил я её.
— Поровну того и того.
"Могу ли я её исцелить? Имею ли я на это право?
"Оператор говорит — ваше восприятие искажено эмпатией".
Я вспомнил статью про психопатов, там упоминалось, что те, у кого миндалевидные железы мало используют глюкозу, способны не испытывать сочувствия, сожаления и даже игнорировать страх.
Её сестра снова вмешалась:
— Так у вас тут ничего серьёзного, может, закончите процедуры в следующий раз? Емс, я спатки хочу, Рыцарь мне сегодня все нервы вымотал, —и Слава обняла сестру за плечи.
Я помнил из новостей, что Рыцарь — это один из молодых героев. На фото в журналах он позировал в футуристических силовых доспехах серебристого и металлического цвета с налетом средневекового прошлого. Его силой вроде было влияние на эмоции.
Я попробовал зайти к ней в душу, с другой стороны:
— Если я смогу доказать тебе то, что у тебя когнитивное искажение и ты заблуждаешься насчет некоторых твоих взглядов и что если это исправить, то у некоторых достойнейших из нас будет шанс на хорошую жизнь за пределами этого мира? Ты согласишься изменить свою точку зрения и позволить мне исцелить тебя?
Панацея резко встала. Её взгляд демонстрировал злобу.
Меня пробило страхом. Слава поднялась в воздух. Она висела в воздухе и смотрела на меня сверху вниз. Панацея поморщилась, посмотрела на сестру и сказала:
— Вик, пожалуйста, аура, — страх и трепет в моей душе по отношению к шестнадцатилетней девочке в шортиках под юбкой отступал. Панацея тем временем продолжала, уже обращаясь ко мне — Я здорова, меня не нужно исцелять.
Она сделала глубокий вдох, чтобы продолжить:
— Боюсь, это последний раз, когда я оказываю тебе помощь. Мне стоило все понять, как только я увидела твой наркоманский мозг. И знаешь что...
Она протянула ко мне руку, но я уже всё понял по её лицу и её кинестетике и был уже готов. Резко шагнул назад, вставая, сдвигая койку с мерзким скрипом металла об кафель, и разорвал дистанцию, перепрыгивая через кровать.
Офицер Филипе Снелоа зашел в палату, с большим стволом в руках перед собой. Я синтезировал дозу Фокуса одновременно во всех узлах Системы Целитель — СЦ. Между мной и дурой была больничная койка. Я был уверен, что она хотела отменить всю проделанную нами... мою работу. Думала ли она сейчас, что я обманом заставил её помогать мне?
Раньше я не мог помочь этим безумцам. Теперь у меня появился шанс показать им мир с другой перспективы. Показать, что там за пределами их....
СЦ сообщала, что через мои дыхательные пути поступают модифицированные феромоны.
Я думал: "Конечно же, она всего лишь ребенок и ей можно простить излишнюю самоуверенность в истинности того говна, которым срут ей в голову мамка с папкой. Много ли она жизни видела... Более того, эти её кудри и веснушки; когда станет старше, она будет..."
СЦ сообщила о поступлении в мою кровь через дыхательные пути микро-организмов неизвестной природы. Я выдохнул. Развернулся и побежал к окну. СЦ отметила, что Фокус не успел заработать во всю силу.
— Стой! — закричал офицер сзади.
Я открыл окно и нырнул вперед, выталкивая москитную сетку, ударив ладонями по краям.
"Второй этаж. Изи".
При ударе об землю ушел в ролл, гася инерцию.
"ПАРКУ-УР!!! Сука. Ноут..."
Почувствовал ночную прохладу в области таза и заметил, что у меня штаны на жопе порвались.
СЦ перехватил и изолировал "отраву" Панацеи. Имунная система, усиленная Регенеративными Факторами из Фокуса, рвала в клочья прощальный подарок Панацеи.
Эффект от феромонов сохранился, и их я в крови не обнаружил.
"Разве феромоны — это не влияние на мозг? Она, конечно, малолетняя дебилка, но я не могу не уважать её силу, потенциал и компетентность.
В прошлой жизни я уходил от подобных конфликтов, страдая от чувства собственной беспомощности".
Посмотрев вверх, увидел, как она и офицер смотрят на меня из окна палаты.
Я заметил движение периферийным зрением. Красный костюм, Скорость. И снова здрасьте:
— Какими судьбами? — спросил я его.
— Да вот, патрулирую район, решил заглянуть. Что здесь происходит?
— Панацея попыталась коснуться меня; я предположил, что она хочет применить на мне свои Силы, и сбежал.
— Почему она, по-твоему, так поступила?
— Мы обсуждали возможности усиления кейпов через влияние на мозг. Она решила, что мои моральные взгляды в этом вопросе лишают меня права на те улучшения, которые мы вырастили в моём теле. Ничего конкретного, просто обсуждение допустимости подобных воздействий.
— Ты мог выйти через дверь?
— Она попыталась достать меня феромонами и чем-то, что я не смог определить.
— Как ты это определил? Я думал, ты просто грибочки выращиваешь?
— Панацея помогла мне вырастить в себе систему простых организмов, управляемых моей силой. Ну, то есть по большому счёту это сделал я сам. Она наблюдала и корректировала, чтобы я не напортачил.
Панацея приземлилась на асфальт в объятьях сестры. И сразу начала:
— Мне нужно отменить мою работу, я допустила несколько ошибок в процессе. Он сбежал прежде, чем работа была завершена.
— Идёшь на хуй, — фыркнул я.
— Если я этого не сделаю, люди могут пострадать.
— Пиздёж, — был мой контр-аргумент.
— Я позволила ему создать сеть капилляров из его Силы, через которые он посылает себе в мозг вещества, которые могут сделать его параноидальным и опасным для общества.
— Ой да не гони, я это делал и до того, как мы с тобой меня проапгрейдили. Даже до того, как я обрёл Силы. Просто без твоих... Наших супер-примочек. Паранойя всегда со мной. А опасен для общества я не больше, чем любой нарик.
Я поздно понял, что только что сморозил, и едва сдержался чтоб не сломать себе очки фейспалмом.
"Оператор говорит — как хорошо, что мы вспомнили о том, что завязали с самоуважением".
Скорость вмешался в разговор:
— Как представитель Протектората, я могу потребовать заключить вас всех под стражу на двадцать четыре часа, до выяснения обстоятельств.
Я услышал позади металлический щелчок. Когда я обернулся мне открылся вид на больничную парковку и знакомый мне фургончик СКП. Рядом с ним стояли трое бойцов СКП, в полной снаряге, у двоих автоматическое оружие, у третьего был за спиной баллон с удерживающей пеной, а в руках сопло и шланг. Впрочем, в меня никто не целился.
— Предлагаю такой расклад. Ро и Панацея пройдут обследование на сканере и тестирование у нашего психоаналитика. Мы выясним, нужно ли оказать помощь Грибнику. Это по часу на каждого. После чего те из вас, кто не вызовет подозрений в своей стабильности и адекватности, будут свободны. Как вам?
Я почувствовал ярость.
"Оператор говорит — получишь пизды на изи, даже один на один. У Скорости наверняка есть шокер или типа того, способный вырубить бугая, не говоря уже о дрыщах вроде тебя".
Скорость перевел взгляд на Славу.
— Выруби. Или я буду расценивать это как нападение на члена Протектората.
Ярость меня покинула, оставляя чувство растерянности. Я смотрел на Славу, она играла в гляделки с прорезями для глаз в шлеме Скорости.
Панацея встряхнула головой и сказала ему:
— Нам шестнадцать, вы не можете нас допрашивать без присутствия адвоката или родителей. Можем позвонить Брандиш и узнать, что она думает о твоём предложении?
— Исходя из сказанного тобой, это необходимо для безопасности жителей Броктон-Бей.
— Прошу прощения, я ляпнула лишнего, просто была под аффектом от ауры Славы, и мы с ней за сегодня очень устали. На самом деле никакой угрозы нет. Я просто обиделась на то, что мной бесплатно попользовались, — на этих словах охуевшая малолетка смущенно опустила глазки и покачалась на пятках. — Конфликт исчерпан. Грибник получит счет от "Новой Волны" за оказанные услуги.
Слава довольно гигикнула:
— Всё порешали? Можно нам идти, а то завтра в школу?
— Ваша мать об этом обязательно узнает, — мрачно бросил им Скорость. — Свободны.
Слава взяла Панацею на руки, и они улетели вверх.
— И тебя тоже на хуй, — сказал Скорость, тыча в мою сторону пальцем. — После такого наши аналитики при приёме на работу выдрочат тебе весь мозг.
— Я думал, вам нужны любые герои?
— Коэффициент полезности у неудержимых нарков делает ваш приём на работу нецелесообразным. Ничего личного, чисто статистика. А еще большинство кейпов, выбравших незаконный путь, в течение первого года своей злодейской карьеры становятся инвалидами, трупами или заключёнными. Знаешь что такое отрицательное математическое ожидание?
Я кивнул.
— Ну вот и думай теперь, как будешь выкручиваться. Но если пройдешь и тебя возьмут в штат, я буду этому рад. Нам действительно нужны все.
Не прощаясь, он ушел к фургону. Все загрузились внутрь и, хлопнув дверьми, укатили.
Я забил на Мики и работу у него в цеху, ибо предвидел более экономные источники заработка, в контексте экономии времени и усилий. А также мне почему-то стало похуй на то, что я там забыл.
* * *
Дорогу домой я преодолевал в тестостерон-норадреналиновом трансе, под защитой обезболивающих и усиленной регенерации, из-за чего усталость мне была неведома. Вход в хостел встретил меня железной дверью со сломанным магнитным замком. Моё жильё находилось в Доках на территории АПП, на границе с "Кладбищем кораблей" — территорией Барыг. Главарь АПП Лунг был настолько сильной маской, что местные герои избегали лобовых столкновений с ним, он наводил порядки на своей территории железной рукой. Все сорта узкоглазиков либо работали на него, либо платили ему дань. Я без маски стоял у входа, докуривал сигаретку, мечтал о душе и сне, поглядывая на звёзды. Утренняя прохлада пробиралась под одежду. На другом конце улицы стоял фургончик. В предрассветных сумерках толком не разобрать, но мне почему то казалось, что это фургон СКП. Я был на ногах уже более двадцати четырёх часов, с утра до ночи носился из одного конца города в другой, как собака бездомная. Я ожидал, что вещества, которые я хороводами пускал через мозг, снизят плотность нейротрансмитерных рецепторов, а так же, что вещества, призванные восстанавливать эти рецепторы, их восстановят и как следствие можно будет продолжить хороводить. Я ошибался. Я столкнулся с кросс-толлером. Скополамин, Мусцимол, Мускарин, Псилоцибин, модифицированный-тестостерон, тестостерон, а так же дофаминовые и норадреналиновые стимуляторы и вещества, направленные на NMDA рецепторы — все они для продолжения банкета затребовали повышения дозировки. Я почему-то всегда думал, что это обусловлено снижением плотности рецепторов. СЦ сообщала, что с кровеносной системой всё в порядке и с веществами, которые я синтезирую, тоже всё ок. СЦ не могла ответить на вопрос: "Восстановились ли мои рецепторы и функционируют ли они как ранее?" Возможно, я мог бы получить ответ на этот вопрос, зарядив Узором мозг, но я испытывал необъяснимую тревожность, когда думал об этом. Поэтому решил довериться своим инстинктам, перестал синтезировать новые вещества и очистил кровь, насколько это возможно было с моей СЦ. "Оператор говорит — недостаток сна и стресс от непривычно высокой дозы информации, вероятно, тормозит когнитивные процессы. Нужен сеанс систематизации с атонией мышц и галлюцинированием с последующей амнезией, как это делают нормальные люди". Я бросил не потушенный бычок под ступеньки, от удара он брызнул искрами, а я пошел к себе. Света в подъезде не было и я поднимался по лестнице на ощупь. Без моих миксов я чувствовал подавляющую ментальную усталость, одышка началась уже после первого лестничного пролёта. Регенерирующие факторы и факторы роста восстановили мои мышцы но, видимо с нервными волокнами всё еще не всё было в порядке. Я запустил синтез мелатонина, мечтая добраться до кровати и вырубиться. Первое, что я учуял, придя домой, это удушливый запах гари и плесени. Сосед по квартире, Рагу, перехватил меня у входа в мою комнату. Увлёк меня в свою обитель, провёл до середины своей комнаты, держа под локоть. В комнате воняло дубасом, горелым мясом, сигаретами и чем-то невыразимым. Основным источником света была маленькая лампа без абажура c тусклой лампочкой. Комната в два с половиной метра в ширину. В длину метров пять. Впереди под окном табуретка, перед ней стол. Справа от окна, в углу электрическая плита, модифицированная под гриль. На нагревательных элементах жарились куски мяса. Между мной и столом — двухметровая скамейка. На ней Джингуа. На столе бутылка водки, пепельница, тарелки с мясом, жестяные походные чашки и водник. Рагу протиснулся меж столом и плитой, сел на табуретку спиной к окну. Я присоединился к этому псевдо-андеграундному микро-пати-харду. Внес свою лепту, докинув на стол рыжиков. При этом с грустью осмотрел разъёбанный ноут в рюкзаке. Джингуа со старта напалил мне банку, я хлопнул горького дубаса, и мой мрачный настрой отступил, уползая в подвалы подсознания. Рагу продолжил свой рассказ про то, как сегодня в обед полиция организовала облаву на Барыг, засевших на одном из складов в районе Кладбища Кораблей. Джингуа радовался что Барыг пощипали, ведь это значило, что теперь они будут меньше лезть на территорию АПП. Мы выпили по сотке из жестяных кружек. Я рассказал про ситуацию с Мики. Джингу выказал озабоченость моей способностью вовремя оплатить за проживание. Рагу подкинул мне на тарелку мяса, а на плиту отправил рыжики. Я попытался развеять тревоги Джингу, сказав, что могу достать грибосов; он сказал, что такое у них на районе не в моде. Рагу согласно кивнул, уточнив, что спиды в четыре раза дешевле и способствуют наличию стабильно потребляющих покупателей. Я резонно заметил, что это беда всех слабаков, ведь не каждый обладает достаточной силой духа, чтобы пройти через волшебный лес и познать грибную мудрость иных миров. У некоторых путешественников психика не выдерживала, из-за чего критическое мышление отправлялось нахуй. Такие попадали в больнички, психлечебницы или, не дай бог, в спортзалы. Так же я пояснил индусу, что знаю, где достать псилоцибиновых поганок и мухоморов, по цене дешевле рыночной в четыре раза. Мы пропустили еще по одной. Джингуа и Рагу уже были хорошо поддаты. Джингу начал посвящать нас в сложности построения отношений с Мей, управляющей нашего хостела. Сложности в отношениях между Джингу и Мей начались недавно, когда обязанности Джингу расширились до охраны борделя. Мей девочка была сообразительная, но морально нездоровая. Она никак не вкуривала, что тестирование блядей — это просто работа, и ревность в данном вопросе неуместна. Мы накатили еще водки и догнались дубасом. Меня развезло. Рыжики, разложенные на столе, я начал превращать в псилоцибиновые трюфеля и уговаривать друзей взять на проверку. Мол, не знаю я, как еще бабла достать, а впереди зима, и нет у меня в Броктон-Бей больше никого, кто помог бы мне. Мой монолог прервали стуком из прихожей. Сначала стучали в дверь моей комнаты. А потом постучали и к Рагу. Он предложил гостям войти. Рагу выкладывал на плиту порезанные трюфеля. В комнату вошел Клайд и в приказном тоне предложил мне выйти побазарить. Джин, будучи в кондиции для организации безобразия, ответил: — Ахуеть, вас, хуесосов, менты сегодня слабо отодрали, что вы пришли к нам за добавкой? — на этих словах Джингу и Рагу встали, и я счёл разумным показать солидарность с коллективом. Получать пизды не хотелось, поэтому я принялся синтезировать вещества, которые могли бы пригодиться в замесе. Я слышал шаги у нас в прихожей и шелест одежды. — Поговорим тут, здесь все свои, — предложил я Клайду. — Пиздуй на выход, пока есть на чём, — рыкнул мне Клайд. Джин учуял нотки неуважения и подошел к Клайду вплотную. Клайд был на голову выше, а Джингуа был пьян в три пизды, поэтому силы были равны. Он вытолкал Клайда в коридор двумя мощными толчками. Из коридора в комнату просунулись руки, схватили Джингуа и вытащили из комнаты под задушенный вскрик. Я успел сделать два шага вперёд, когда в комнату ввалился человеческий поток, вооруженный ножами, и врезался в меня. Мой боевой коктейль не успел подействовать, когда я получил ножом в живот, под рёбра и в шею. Человеческая масса толкнула меня назад, бросив на стол. Система Целитель сообщила о наличии пяти смертельных ножевых ранениях: одно в животе, второе в солнечном сплетении, третье под рёбрами, четвертое — это дырка в лёгком, а пятое — колотая рана в шее, там была перебита сонная артерия. Позади меня прогремел выстрел. Стол перевернулся, а я упал на пол, закрывая глаза и задерживая дыхание. Мои руки тряслись против моей воли, всё болело и в ушах звенело. Зарядил всю свою кровь Узором. Кровь в ранах я превратил в грибы губчатой структуры, которая впитывала кровь и останавливала внешнее кровотечение, одновременно с этим СЦ подключилась к повреждённым кровотокам и открыла запасные пути. Пока я притворялся ветошью, слушал возню, ругань. Прогремел еще один выстрел. Затем голоса нападавших: — Готов? — Ходу! Ходу! Я слышал удаляющийся топот ног. Меня глючило, я слышал гулкие скрипы и шелест листьев. Чувствовал холод земли. Происходящее казалось нереальным, будто происходило не со мной, а словно во сне. Очень хотелось, чтобы я открыл глаза и проснулся. Открывая глаза, я остался в комнате Рагу. Сквозь металлический запах крови я чуял запах болота. Слышал кваканье лягушек. Края своих ран заращивал эластичной паутиной мицелия и гифами. Синтезировал Фокус, делая больше уклона в факторы роста и регенерации. Еще пара минут, и я смог подняться в сидячее положение. Заметил Рагу. Он смотрел на меня стеклянным взглядом. Не дышал. Его рубашка была в крови, изрезанные руки и вспоротое горло. В центре комнаты на полу револьвер. Вышел в прихожую. Джингуа сидел под стеночкой, полусогнутые ноги упирались в противоположную стенку. Лицо опущено. Меня трусило. Я сначала сел на жопу, потом лёг на спину, головой к Джингуа и выходу в коридор, а ногами, согнутыми в коленях, упёрся в дверь, ведущую в мою комнату. Смотрел на потолок, пока завершался синтез обезболивающих веществ и веществ, метаболизирующих кортизол. С потолка я перевёл взгляд на Джингуа — ножевые незабудки у него на лбу и глазах. Он пускал кровавые пузыри. Заметил, что пальцы его правой руки подрагивали. Я поднялся. Моя заряженная Узором кровь была на ножах, и одежде, и руках убийц, успевших отойти на расстояние около квартала. Я превратил часть её в красные слизевики, остальную оставил как есть. Вдруг кому-то когда-то потребуются какие-то вещественные доказательства. Хотя вряд ли я позволю до этого дойти. "Оператор говорит — ой, какие мы крутые, не рыпайся особо, а то порвёшься от пизды до жопы. Агент говорит — просто повторяй за мной: я махонькое солнышко, мама, дай сисю, мама, дай писю. Или еще можем их догнать..." Встал и пошёл на выход. Спускаясь по ступенькам, чувствовал, как вздрагивают края моих ран. Тут меня встретили бойцы Лунга, схватили, отрорвали от пола и прижали к стене. Мне не было больно, но казалось, что я чувствую, как расходятся края ран. Я заскулил. Меня опустили на ноги. — Какого хуя? — спросил кто-то из них. Мне стало дурно. Всё кружилось. У одного из них зазвонил телефон. Он взял трубку и ответил на узкоглазом языке. Я же пояснил: — Барыги. Убили Рагу и Джингуа. Мне нужна скорая, кто-то вызвал? Чувак с телефоном что-то громко скомандовал, и они убежали. Спускаясь по лестнице, я выделял клейкие вещества в раны и пальцами соединял края ран между собой, укреплял искусственными сосудами. СЦ справилась с кровотечением. Боль проходила. Я закрыл лицо черной маской, скрыл уши и волосы декоративным шлемом из грибницы. Убийцы разделились на группы поменьше и двигались в направление складов у Кладбища Кораблей. Мне было не ведомо, что там перемкнуло в башке у Клайда и что он решил вот так, на похуях, заебашить бойца АПП на их территории. Мне стоило бы порадоваться тому, что выжил. Но заботило меня другое. Клайд мог вернуться, если узнает, что я не скопытился. До моих жертв было почти две сотни метров. Я перешел на спринт, срезая дорогу через подворотни, меж маленьких двух и трёхэтажных жилых домиков. Тормозил я на поворотах, врезаясь плечами в стены. В голове я проигрывал мелодию из жанра хоррорделик c нотками дарксетпа, пытаясь попасть в ритм пульса. Выскочив на финишную прямую в двадцати метрах от цели, я задал такого стрекача, что аж в ушах ветер засвистел сквозь шлем. Догнав троицу, я прыгнул лицом вперед, обхватил центрального за талию, прижимаясь головой к хребту выше таза, сбил его с ног, и мы кубарем прохуярились об асфальт. Вскочив первым, я в прыжке с двух ног впечатал его головой в асфальт. Кувыркнулся и бросился на правого. Он попытался отпрыгнуть назад, но я схватил его за правое плечо и когтями за лицо. Он заорал, а я сунул четыре пальца ему в пасть. Сжал его нижнюю челюсть в кулак, поднял вверх, шагнул вперёд и швырнул его затылком в асфальт. Третий достал нож. Я прыгнул на него, прикрывая лицо и шею руками. Получил удар под рёбра. Схватил его руку с ножом в две свои, я прыгнул в сторону, приземляясь на одно колено и ломая руку в локте о второе колено. Отойдя от него на пару шагов, с небольшого разбега ударом ноги отправил гондона кувыркаться по асфальту, прокричав ему вслед: — Голова-ноги-голова-ноги-жопа. ТАЧДАУН!!! СЦ и Манитор сообщили о наличии у меня в крови чрезвычайно высокого количества модифицированного ацитилхолина. Скорость сигналов в нервах повысилась настолько, что мышцы перестали успевать обрабатывать поступающие сигналы. Я рухнул мордой вниз. Рядом со мной появились черные берцы, поставили переносную кровать-каталку, уложили меня на неё. Из спины что-то вытаскивали. Перевернули лицом вверх. В радиус моего обзора наконец попали два бойца в обмундировании СКП и Призрачный Сталкер. Он смотрел на меня, заряжая в свой арбалет дротик. Наконечник дротика с чем-то вроде шприца. Говорить и шевелиться я не мог. Мысли начали путаться. Меня подключили к капельнице, пакет капельницы положили на грудь. Погрузили каталку в машину. "Оператор говорит — Умышленное применение суперсил и умышленное убийство гражданских, вероятно, при свидетелях. Вопрос, почему к тебе применили не-летальные средства?" Я лежал, вспоминая новостные сюжеты вроде того, когда маску отправили в "Птичью Клетку" за то, что он контролем разума заставил своего бывшего покалечиться. Клетка — это пожизненное, в обществе поехавших уголовников с суперсилами, и у них там нет ни начальства, ни охраны, они самостоятельно как-то между собой регулируются. Призрачный Cталкер говорил, смотря на меня: — У меня право применить к тебе летальные средства. Если визоры покажут, что ты решил выебнуться, — он указал в левый угол у потолка. Там висела камера. Я не знал, что эти визоры видят, и не мог уточнить что значит "выебнуться". Батарея поднялась внутрь и закрыла за собой двери. Машина тронулась с места. Мои глаза закрывались против моей воли.* * *
15.10.2010 6:05 = = * = = 15.10.2010 6:35 = = * = = 15.10.2010 Запах леса настойчиво лез в ноздри. Я не мог шевелить руками, ногами или головой. Лёгкие работали на автопилоте. Глаза открылись сами собой. Незнакомец тащил меня, держа за футболку на груди, футболка была обвёрнута и скручена вокруг его кулаков. Мой взор был устремлён вверх. Источник света освещал ветви деревьев снизу вверх, за ними был непроглядный мрак без звёзд и луны. Несущий меня человек был одет в джинсы, вязаный свитер и серый армейский сюртук. У него были черные длинные волосы, неухоженная борода и бледное лицо. Он отпустил меня, и я упал на мелководье, вода касалась краёв губ, и тело начало захлёбываться. Попытки пошевелиться остались безуспешны, я вспомнил про приступ сонного паралича и попытался зачитать одну из своих старых мантр, чтобы сосредоточить своё сознание и переключить организм в бодрствующий режим. "Я превзойду их всех. Я превзойду их всех." Просто единственное решение, пришедшее на ум. Меня снова выдернули из воды и дальше несли, упирая в бедро, из-за чего мой обзор сильно шатало. В какой-то момент в глаза ударил яркий свет. А моё тело рухнуло на кровать, скрипящую стальными пружинами. Лес пропал. Я оказался в комнате, чуть больше той, что у меня была в хостеле. Лицо у моего носильщика было худым, бледным, с впавшими щеками. Его глаза были голубые, с белесыми пятнами слепоты. Он заговорил, глядя мне на подбородок: — Эй, просыпайся. Я попытался издать звук, но горло меня не слушалось. Тогда слепошарое чудо прописало мне пощёчину, но не справа налево и не как полагается, тыльной стороной ладони слева направо, а сверху вниз из-за спины, хрустнув моим носом. В глазах замерцало. А я от такого поворота совсем не охуел, а просто напрочь сбавил. — Эй, ты живой? — флегматично поинтересовалась патлатая дичь. Сквозь кровь, сопли и слёзы я увидел, как оно заносит руку. Фантастическим усилием я выдал: — Ы-ы-ымфр! — Ну слава богу, я уже волноваться начал, — сказал он и ушел. "Знал бы ты, как я волноваться начал!" Я лежал на кровати, шевелил глазами и пальцами. В комнате на потолке были лед-ленты вместо привычных лампочек. На бетонных стенах — плакаты с голыми бабами, много косплея и еще больше хентая в стиле футанари и с тентаклями. Я лежал на спине, и кровь из носа стекала в глотку, и я молился, чтобы мне не дали захлебнуться. Сначала молился Иисусу, потом Кришне, потом Одину, немного Сатане и Сыну, а потом вспомнил про свои силы, зарядил кровь в горле Узором, превратил в модельный организм и выполз через рот. "Идите на хуй, боги, ни хуя вы не можете, все без вас приходится делать". Так же через заготовленные Панацеей отверстия в коже я распространил мицеллярную паутину по стенам. Когда паралич прошел, я поднялся, вышел из комнаты и оказался в лаборатории двадцать пять на двадцать пять метров. Впереди железные чаны, лабораторные столы, заваленные стеклянной тарой. Окон в помещении не было. Яркий белый свет лился с потолка, обклеенного мощными лед-лентами на охуеть сколько люменов. В самом дальнем конце, под стеной, стояло три этажа стеллажей с цветочными горшками, лампами и лестницей. Стеллажи были закрыты плёнкой. Справа от комнаты, в которой меня оставил слепошарый, была еще одна дверь. Я уже был заряжен полным комплексом боевых стимуляторов и распространял мицелий по всем доступным поверхностям. Я шагнул к двери. И открыл её, готовый к бою. За дверью была еще одна комната. Здесь за раскладным столиком на пластиковом пляжном стуле перед двадцати семи дюймовым монитором сидел "стрелок Барыга с крыши", он же Бром. Смотрел он порнуху и яростно дрочил. Мы встретились взглядами. Бром замедлил темп надрачивания, но прерывать сеанс, видимо, не счёл нужным. Его глаза с рыжими ресницами и огромными зрачками вызвали у меня ассоциации, что я имею дело не с человеком, а с эльфом-космолётчиком. Чавканье и стоны из динамиков слегка снижали накал одухотворённости в его взгляде. — Ну чё? — недовольно спросил он, ставя видос на паузу. — Ты чьих будешь? СКП? Омут? Или Барыги? — Не, у меня своя тема. — А чё за патлатое хуйло меня принесло? — А это Бледный, должно быть. — обрадовалось рыжее дрочило. — Ты отнесись с пониманием к человеку, ему сердце разбили. Он третью неделю в запое. Бывает не в себе. — Понимаю. А я вот вторые сутки ни хуя не понимаю, чё происходит, и тоже слегка не в себе, — сказал я, размышляя, с каких пыток начать допрос. — Понимаю. Для того я и здесь. Чтобы зажечь хотя бы одну свечу и разогнать всех демонов. Садись и спрашивай, буду отвечать честно, но только в интересах нашей великой миссии. Бром махнул в сторону кровати, спрятал болт в штаны, повернул стул спиной к монитору и сел лицом к кровати. Я сложил руки на груди, продолжая стоять в дверях. Подумав, решил начать с вопросов, хотя что-то мне подсказывало, что стоило начать с пыток. — Че за миссия? — Рубилово бабла. — Достойный путь. Как ты связан с Моной? — Помогаю ей отжимать клиентов у Барыг. — Ты ж сказал, что у тебя своя тема? — Я напиздел. — И как мне тебе теперь верить? — А ты мне в глаза загляни, — и я заглянул и увидел там искреннее раскаяние и честность. — И что вы продаёте своим клиентам? — Умиротворение, прощение и пожертвование. Нарики и нищеброды не умеют пользоваться деньгами. Вот мы и собираем у них деньги, чтобы они себе меньше вредили. — А что вы производите в этой лабе? — Наркотики. — Это и есть ваше умиротворение? — Не, членам Омута мы наркотики не продаём. — А кому ж вы их продаёте? — Приличным и богатым людям. Они более платежеспособны. — А я вам, значит, нужен для оптимизации рабочих процессов? — На тебе автоматизация, на мне систематизация. Потом составим инструкции по эксплуатации лабы, продадим её задорого и свалим в закат. — А если не найдёте покупателя? — Будем сами продавать оптом, конкурентам. Захотят от нас избавиться — придется купить лабу. — И как прогресс на данном этапе? — А никак, пока ты не появился, об автоматизации и оптимитизации речи не шло. — Как СКП вам меня отдало? — Мы их вежливо попросили, они и отдали. — А почему они вежливо вас не послали? — Потому что нас было пятеро, а их двое. — Помнится, их было минимум четверо — и двое хорошо вооружены. — Считаются только маски. На нас не выдано разрешение на убийство, им нельзя было применять летальные средства. — А если бы меня пытались украсть люди без Сил? — Получили бы пизды. — А если бы их было двадцать? — Получили бы пизды, но очень медленно. — А если бы у них был огнестрел? — То их бы всех переебашили. Жизни масок важны, и вся хуйня. — Это какой-то расизм по силовому признаку. — Не-не-не, тут дело не в том, вся фишка в понимании сути вещей. Смотри, мы паралюди, мы новый виток в развитии человечества, а они там внизу — это все отсталая биомасса. Они, конечно, милые, их прикольно трахать, но давай начистоту: все они не такие уж и люди. Были людьми. Пока на сцене не появились мы и Сын. И как видишь, даже государственные структуры это признают своими неписаными правилами. Правда, не везде. В России с этим вообще беда, было время, таких как мы там геноцидили со страшной силой, пока до бюрократической сволочи не дошло, что наше пришествие не остановить. — Может, они просто боятся, что если кейпы начнут устраивать махач под страхом смерти, то ни один город такого не переживёт? — Ну знаешь, у нас недостаточно информации, чтобы выяснить наверняка. У нас есть факт. Когда мы встали шеренгой на пути их машины и продемонстрировали, что мы все кейпы, и попросили тебя отпустить, они немного повыёбывались, но в конце концов позволили тебя забрать. — Не могу себе представить, чтобы подобное произошло на самом деле. — И правильно делаешь, ибо тут есть нюансы закулисной возни, посвящать тебя в которые пока что небезопасно. — Почему Клайд на меня напал? — Потому что наркот он акаянный? — Ты лжешь? — Я спрашиваю. — Где здесь выход? — Тебя ищут за умышленное убийство безобидных прохожих. Будет лучше, если ты останешься здесь, пока пыль не уляжется и мы не продадим лабу. У тебя появятся деньги на адвоката. Выход появится, когда всё будет готово. Не парься. Глядя в его глаза, я испытывал убеждённость в том, что париться было не о чём. Все было кристально ясно. Брому можно было доверять абсолютно и без сомнений, на сто десять процентов. = = * = = 20.10.2010 Первую пару дней я читал научные роботы микологов, выложенные в свободный доступ заботливыми пиратами. Так же я провёл ряд экспериментов с моей Силой. Итогом моих изысканий стали следующие записи в своём дневнике: 0. Мои модельные организмы действуют в соответствии с параметрами, заданными Узором, пока организм находится под влиянием моего Узора и в соответствии с моей волей. Разряженный организм продолжает функционировать по своему усмотрению, а через сутки останавливается и начинает умирать от голода. 1. Дрожжи — это грибы утратившие своё мицеллярное строение в связи с благоприятной питательной средой. 2. Мои организмы могут спариваться с незаряженными естественными представителями своих видов, для рекомбинации ДНК и передачи своих генов. Таким образом создаются организмы, не подвластные влиянию моей Силы, но с важными генами, которые были созданы моим Узором. Получившиеся организмы продолжают функционировать самостоятельно и без моего участия. 3. Для производства дрожжей, синтезирующих подобие морфина без моего участия, требуются: а) Дрожжерастильный аппарат. б) Самогонный аппарат. в) Хлебные дрожжи. г) Питательная среда. Сахар. Морфин. Опиумный мак. д) Мои дрожжи, синтезирующие интересующее нас вещество. е) Аппарат для сушки и сбора дрожжей. 4. Задачи производственного Экспериммента №1: а) Вырастить хлебные дрожжи до ста килограмм. На питательной среде с сахаром, маком и морфием. б) Узором создать дрожжи, синтезирующие опиум или морфин. в) Запустить спаривание узорных-дрожжей с выращенными из хлебных. Получаем дрожжи 2.0. г) Готовим питательную среду в самогонном аппарате, добавляем дрожжи 2.0. д) Дрожжи 2.0. поглощают сахар, а на выходе производят наркотик. В связи с тем, что я в этой всей химии дупля не жму, большую часть работы делал Бром, а я лишь смотрел и мотал на ус. В принципе подобным образом, при правильно подобранном катализаторе, я мог бы в модельных организмах конструировать комбинации ферментов для синтеза почти любых веществ. Также я немного прояснил пределы своих сил. При попытке контролировать тридцать килограмм узорных дрожжей я начал испытывать диссоциацию. При попытке вырастить и взять под контроль более пятидесяти кило я испытывал деперсонализацию, а также терял возможность читать и понимать, который час, концепция времени становилась сложноватой для осознания. При удержании под контролем ста килограмм узорных дрожжей я выпал на пятое плато и отправился общаться с эльфами, фэйри и по их инструкциям занимался лепкой пятимерных фрактальных ёлочек. Пришел в себя я уже в комнате отдыха. Бром потом рассказывал мне: — Смотрю, ты ходишь по лабе, в чаны заглядываешь, краники крутишь, бубнишь что-то себе под нос. Я поинтересовался, что ты делаешь, а ты как заорёшь: "Смерть еретикам!!!" и в табло мне еблысь, еблысь. Бром хлопнул, в ладоши, изображая звуки ударов. — Кричишь мне: "Мальчик, тебе пиздец!!!" Я позвал Бледного, он тебя из лабы телепортировал, а я поднял температуру в чанах и убил твои узорные дрожжи. — Как ты догадался, что произошло? — Посоветовался с умником из Омута. Бром рассказывал мне только ту инфу, которую, по убеждению их умника, я не мог использовать, чтобы навредить их основным целям, которые Омут и сам Бром вроде как от меня скрывали. Я надеялся, что это действительно так, ибо если их единственной целью было набивание карманов деньгами, а существование "основных целей" требовалось, чтобы усыпить мою бдительность... В таком случае, в конце данной шабашки меня могли закопать. Но Бром был человеком, которому можно безгранично доверять. Из-за проживания в условиях сенсорной депривации и без наркотиков, мне казалось, что в моих мыслительных цепочках поселился какой-то дефект, но уловить, в чём он выражается, у меня не получалось. = = * = = 05.11.2010 Поначалу я думал, что выход из лабы хорошо спрятан, а сама лаба расположена где-то в лесу. Но мои новые друзья пояснили, что никаких дверей в лабе нету. А в лес они меня выносили телепортом. Причём телепортерами были и Бром и Бледный. В соответствии с правилами техники безопасности при работе в нашей лаборатории мне запрещалось принимать вещества сложнее кофе и сахара, запрещалось искать выход, которого на самом деле нет, запрещалось распространять мои организмы за пределы лабы и влиять своими силами на друзей без их прямого приказа. Спустя две недели я начал делать свою часть работы на автопилоте, и мне начало становиться скучно. Я озаботился вопросами здоровья. Синтезировал комплексы веществ, улучшающих суставы и связки, начал тренироваться каждый день, чтобы торчать на норадреналине и тестостероне. Мне было в падлу делать какие-то упражнения, поэтому я просто лупил в стену. Исписал все дневники, играя с "Потоком образов". А однажды перестарался с дыхательной гимнастикой и чуть не разбил себе голову о пол. В тот момент я потерял контроль над телом и сознанием, погрузился во внутренние галлюцинации, а моё тело на автопилоте продолжило пытаться подняться, получалось плохо, и оно просто билось затылком об пол. Бром знатно охуел от таких раскладов и купил мне ноут, подключил скоростной интернет, протянув кабель через канализацию в полу лаборатории. Мне не разрешалось вступать в какие-либо контакты с другими обитателями сети. Я много спал и развлекался просмотром новостей и чтением срачей на форумах. Я увлечённо искал видео сражений кейпов. Большинство видосов выглядели постановочными. Я загрузился через ось Drugon.Scourge и уже на менее легальной территории интернета нашел более кровавые ролики. Эти ролики постоянно выкладывались в сеть, а правительственные агенты находили их и заставляли администрацию форумов их удалять, а если те не соглашались, то на форумы организовывались хакерские атаки. Было странно осознавать, какой пиздец творится в городе, пока я сплю, торчу или работаю, и ничего этого не замечаю. В пример можно было привести ролик "Чистота убирает наркоторговцев с улиц". Чистота была белой расисткой из банды Империя-88, члены этой организации вели свои дела в основном в центре города. Чистота была в белом облегающим спортивном комбинезоне, излучала свечение, её волосы светились настолько ярко, что разглядеть её лицо было невозможно. На видео она маневрировала на высоте четырёх этажей, уворачиваясь от пуль, и ослепительными лучами света прожигала машины и стрелков. Её сила оставляла за собой светлячки, медленно гаснущие и кружащиеся в воздухе. Камера постоянно дрожала и не успевала за перемещениями Чистоты. Стрелки закончились, и Чистота улетела. Перед выключением оператор заснял асфальт, расплавившийся от атак Чистоты, и горящие трупы с недостающими конечностями. Напоследок он произнёс: "Чурки ебаные. Добро пожаловать в США!!!" Или вот, например, видос, в котором три четырёхлапых шипастых монстра размером с микро-автобус терзали, блядь, драконо-демона ростом в два этажа. Натурально такую огнедышащую чёрную крылатую ебанину с телом бодибилдера. Название: "Лунг на собачей свадьбе". = = * = = 15.11.2010 Бром учил меня премудростям использования лабораторной техники, рассказывал, когда и какие настройки применять. Я же. в свою очередь, успешно симулировал понимание материала. Тему с грибами я вкуривал при поддержке Агента, а вникать в производственные процессы мне было в напряг. В ходе экспериментов мы вывели не-Узорные штаммы дрожжей, синтезирующие кокаин, метамфетамин, морфин, псилоцибины, Шульгинский мдма и канабиноиды. Канабиноиды, морфин, мдма и метамфетамин Бром толкал Барыгам, а остальное шло Империи-88, ибо их клиенты намного чаще могли позволить себе первый или псилоцибин. В приличном обществе цена на них была завышена хайпом. По словам Брома, в Броктон-Бей кокаин предпочитала золотая молодёжь, а псилоцибином бредили деятели сферы искусства и всякие "трудоголики", занимающиеся не физическим трудом. Первые деньги за разработку дрожжей я получил на счёт криптовалютной биржи, не требующей документы для регистрации счета, дальше эти деньги я отправил на электронный кошелек. Я планировал их потратить на юриста, кредиты и адвоката по делам кейпов, чтобы он выяснил, чего мне ожидать от СКП. Я считал, что худшим, чего мне стоило ждать, это отправка в "Птичью Клетку". Решение этой проблемы я видел в покупке поддельных документов и в пластической операции. Можно было обратиться к пластическим хирургам или к кейпам био-технарям. Ближайший очевидный био-технарь — это Панацея. Сотрудничать со мной она уже не хотела, и еще меньше она захочет помогать мне избежать справедливого суда. Но и вечно жить в сраном бункере мне тоже не хотелось. Я подумывал о взятии её в заложники и обработке галюциногенами или психоделиками. В теории при перерождении личности можно сделать из нее кого-то более склонного к плодотворному сотрудничеству. Немного подумав, я решил, что безопасней было бы нанять для этой работы маску со способностями властелина, но если её потом отпустить, она будет знать моё лицо, и, возможно, у СКП есть способ извлечь из её памяти точный портрет нового лица. А значит, придётся её валить. А значит, на всякий случай, придётся валить и властелина. Я поделился своими тревогами с Бромом: — Валить маски нельзя, — категорично заявил мне он. — Чёйта вдруг? — Ну, они же свои, это стандартные правила этикета. Это же как насрать на стол. Анманер полный, с тобой после такого приличные паралюди дел иметь не захотят. Может, обычного пластического хирурга закажешь? Или сдайся, с хорошим адвокатом сядешь на испытательный срок, будешь СКП помогать. В Клетку сажают либо по политическим соображениям, либо тех, с кем невозможно договориться. Я пока не знал, как поступить, но на всякий случай стал готовиться к худшему и заказал себе поддельные документы. В качестве фотки отправил исполнителю сохранившуюся у меня фотку из скана паспорта, но добавил себе бороду и патлы. На случай, если с пластической операцией не срастётся. = = * = = 23.11.2010 Губители атаковали раз в три-четыре месяца; из этого следовало, что ими кто-то управляет или они обладают сознанием. Атаки они совершали по всему миру, поэтому обвинить конкретную страну не представлялось возможным. Каждый раз, когда три месяца после предыдущей атаки подходили к концу, впечатлительные людишки становились нервозными. Впрочем, у них были поводы: если к тебе в город приходит Бегемот, готовь мешки для трупов, ибо четверть героев, принявших участие в битве, скорее всего, будут упакованы, а сам город может стать непригоден для жизни из-за радиации. Если к вам придет Левиафан, городская инфраструктура окажется затоплена, а может, город вообще утонет. Если придет Симург, всех посадят на пожизненный карантин. Ближе к вечеру на форуме "Паралюди онлайн" появилась тема в разделе "Атаки Губителей". Официальный менеджер СКП по работе со СМИ сообщил об атаке Бегемота на Мехико. Для меня это значило, что ничего интересного я, скорее всего, не увижу. Бегемот в своих атаках использовал взрывы, молнии и сильную радиацию, из-за чего электроника в боях с ним по большому счёту была бесполезна. Помимо этого, СКП очень жестко чистила сеть от роликов со сценами битв с Губителями. Найти можно было только то, что предоставляли СМИ сами СКП. Из доступных источников я знал, что Бегемот выглядит как гуманоид ростом под пять этажей, весь в острых обсидиановых шипах и шипастыми наростами вместо кистей. Он появился более пятнадцати лет назад. Раздавал пизды всем и вся со страшной силой, когда выползал на поверхность, а потом прятался глубоко под землёй. Я решил, что хороших новостей сегодня не будет, включил музыку и вернулся к работе.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!