Глава 13. Вечер шестого дня.

То же время, деревня Сторм.       Ласковый поток природной энергии окутал землю, покрытую темной мерцающей травой. Слабая, едва ощутимая завеса, она впиталась растениями, подстегивая их рост, излечивая от болезней, а также даря здоровье тем, кто однажды употребит их в пищу. Эльсиэль осмотрела результат, обернулась вокруг своей оси, обозревая раскинувшиеся вокруг нее поля и рассмеялась. Ее переполняло счастье. Она радовалась красоте этого мира, радовалась доброте окружавших ее гномов, радовалась тому, что до сих пор жива и может отблагодарить тех, кто спас ее.       Нимфа никому не говорила об этом, но дни в заточении обернулись для нее невыносимым кошмаром. Ее терзала рана на сердце от потери Древа, душа стонала под тяжестью каменных сводов, и единственным желанием в тот момент было уйти за грань. Однако спасенная, излеченная от ран, принятая в новый дом, Эльсиэль словно умерла и воскресла. А из всего пережитого ужаса она поняла одно – что должна жить, наполняя мир счастьем и гармонией, не оглядываясь на прошлое, ценя каждый миг.       – Эльси! Эльси! – нимфа быстро обернулась на звук своего сокращенного на гномий манер имени. Так ее стали называть в деревне. Она чувствовала, что это знак признания, и потому совершенно не возражала.       Кричал мальчик, живший в поселке, Дори, часто выполнявший обязанности посыльного из-за быстроты ног. Подбежав к нимфе, он не смог сразу заговорить, однако стройная, теплая ладонь девушки мгновенно сняла с него усталость и одышку. На несколько мгновений мальчик даже потерял дар речи, завороженный движением Эльсиэль, но затем опомнился.       – Эльси, тебя староста Мори желает видеть! Говорит, мочи нет, хочется ему узнать готовность продукта.       – Какой он нетерпеливый! – нимфа вновь рассмеялась, ее умиляли гномы, они казались ей невероятно милыми созданиями. – Передай ему, что я буду через час, нужно посетить еще три поля.       – Ладно, передам! – прокричал Дори и бросился назад, да так, что только пятки засверкали.       Нимфа же поспешила на соседний участок. Шаги ее были легки, земли почти не проминалась под босыми ступнями, она будто танцевала в пещере, среди деревьев, облепленных хисками. Эльсиэль чувствовала себя так, словно родилась в этом месте, и казалось, что весь окружающий мир желал убедить ее в этом.       К тому моменту, как нимфа закончила работу, энергии в ней осталось немного, зато все поля, возделанные гномами, дышали жизнью. Сейчас, спустя два дня после возрождения, Эльсиэль значительно окрепла, наполовину восстановив доступные ей силы. И благодаря этому могла поддерживать крестьян Сторма, помогая им в работе. Хотя более всего ее знания помогли в другом деле, по поводу которого нимфу и беспокоил староста.       – Эльси, проходи! – радостно прокричал с порога Мори, едва завидев девушку на площади. Та воспользовалась предложением, вступив в просторный дом старосты. Как она слышала, некогда его занял могущественный шаман, захвативший жителей деревни, но храбрый тан Далин в одиночку пробился к нему через орды орков и сразил в поединке. Нимфа совсем забыла спросить у дяди Далина подробности этого сражения, но надеялась их вскоре получить.       – Ну, что скажешь? – с затаенной надеждой спросил Мори, подводя нимфу к нескольким пузатым бочонкам.       Эльсиэль послушно приблизилась, прикладывая руку к емкости. На миг она зажмурилась, а затем с извиняющейся улыбкой обернулась к старосте.       – Извините Мори, но еще не готово, однако брожение явно подходит к концу, завтра можно будет отведать.       – Вот и славно! – ничуть не расстроившись, воскликнул гном. – Под самый конец недели это же самое подходящее время! Как раз и тан наш вернется, будет чем отпотчевать.       – Устроим большой праздник? – с радостным предвкушением спросила Эльсиэль.       – А то ж, – усмехнулся гном. – Самый что ни на есть большой! Ты еще увидишь, как умеют веселиться гномы!       – Тогда я должна бежать! – заторопилась нимфа. – Мне ведь столько всего нужно сделать!       И, чмокнув гнома в щеку, она выскочила из дома. Что касается Мори, то на его лице еще долго не сходила радостная улыбка, и каждому он бы стал доказывать, что нимфа тут совершенно не причем! Ее вызвала исключительно весть о выпивке, а слишком умных он выставит за порог! * Данж – dungeon (подземелье, темница). Это замкнутая игровая локация с монстрами, которых надо пройти, дабы получить награду.

***

…       Перемещение произошло ровно в то самое место, из которого я вошел в «кротовую нору». Только в этот раз поляна была совершенно пустынна, на ней не было никого разумного. Не могу сказать, что я расстроился из-за этого. Друзей здесь в любом случае быть не могло. Прижав руку к земле, я убедился, что и врагов поблизости нет, после чего по карте уточнил положение отряда. К некоторому моему удивлению подчиненные удалились сравнительно недалеко. Виной этому была достаточно изрезанная холмами местность, севернее переходившая в горный хребет, из-за чего отряду пришлось огибать препятствие, отклоняясь на северо-запад, попутно отчаянно петляя. Зато довольно обширный и труднопроходимый кусок моих владений оказался разведан. К настоящему моменту горный хребет был преодолено, однако скорость движения гномов все еще оставалась неторопливой. Зато и местность они исследовали подробно, приобретя золото и ресурсы.       Надеяться пересечь горную гряду с одной рукой не стоило, а потому я решил также обойти препятствие, двинувшись напрямик через лес. Заодно можно было исследовать ту местность, по которой не ступала нога Тельдрена – пусть эльф и отдалялся от отряда, но не слишком далеко. Продвигался я быстро, не стараясь приглядеться к окружающей обстановке, останавливался лишь затем, чтобы проверить пространство на предмет существ, живых или мертвых. И именно «чувство земли», в активном состоянии достигшее радиуса в сто тридцать метров, выявило четыре объекта, замерших в одной точке.       Казалось бы, приключений мне должно было хватить на весь день, трофеев набралось более чем достаточно, под их тяжестью едва удавалось двигаться, однако пройти мимо потенциальных проблем я не смог. Ведь то могли быть и не проблемы, ведь правда? Хомяк неуверенно кивнул, прижимая к груди полученные богатства. Самым неприятным в моем положении было отсутствие левой руки. Молот без щита являлся неполноценным оружием и потому сражаться я мог далеко не столь эффективно. С другой стороны убить меня все же было проблематично, требовалась большая толпа или зверюга уровня той стрекозы, да и не дело гному отступать от возможной опасности! Мотивировав себя этими мыслями, я скорректировал маршрут и двинулся навстречу четырем незнакомцам.       Местность благоприятствовала мне. Окружавшие каменистые холмы были родной для гномов обстановкой, ноги словно сами находили удобное положение, чтобы забираться по склону, и ни один камень не упал, когда я преодолевал очередную преграду. Именно потому мне удалось увидеть незнакомцев раньше, чем они заметили меня.       У подножия холма находились люди. Доспехи на троих из них указывали на принадлежность к имперскому замку, четвертый лежал на земле, скрытый спинами товарищей. Судя по оружию, передо мной были двое пехотинцев и один егерь, соответственно воины второго и третьего ранга. В стычке с ними я должен был одержать верх, даже с одной рукой, и в связи с этим готов был рискнуть – вступить в переговоры. Не зря же, в конце концов, мной была выбрана «Дипломатия»? Стоило ей продемонстрировать свою пользу.       – Помощь требуется? – спросил я, выходя на вершину холма.       Люди мгновенно отреагировали, схватившись за оружие, но сделали они это с большим запозданием, при желании я мог сократить расстояние одним прыжком, после чего жить моим противникам осталось бы не долго. Но пока у меня такого желания не было, на их счастье.       – Кто ты? – спросил егерь, выхватив меч. Реакция явно выдавала в нем ветерана – новичок схватил бы лук и умер раньше, чем произвел выстрел.       Воины застыли в напряжении, загораживая спинами четвертого человека. Они ждали ответа, словно я должен был поведать им сокровенное знание. Пришлось их разочаровать.       – Я тан Далин, лорд этих земель и гном, если только вы этого не заметили. Впрочем, разве моя личность важна? Лучше ответьте, нужна вам помощь или нет?       Молчание продлилось несколько секунд, прежде чем егерь напряженно произнес:       – Наша спутница ранена, тан и нуждается в лечении, мы были бы вам очень благодарны в случае, если бы вы смогли ее исцелить, – сказав это, воин медленно отошел в сторону, открывая вид на четвертого члена отряда. Им оказалась молодая на вид девушка, в некогда белых одеждах аколита. Сейчас одеяния ее были пропитаны кровью и изорваны. Две стрелы, торчащие из тела, мертвенно бледная кожа – все указывало на то, что жить раненой оставалось недолго, если, конечно, не помочь. К счастью у меня еще оставалась мана на одно заклинание.       – Нужно удалить стрелы и сразу закрыть раны. Почему еще не сделали это? – спросил я, опускаясь на колено перед девушкой.       – Боялись потревожить, она может умереть из-за ускорения кровотечения, – сказал егерь, двое пехотинцев молчали и не из-за скромности, просто они были явно чем-то напуганы. Интересно, чем?       – Сейчас я удалю стрелы, а ты остановишь кровотечение, – распорядился я, и егерь с готовностью подчинился, опустившись рядом. Мне же оставалось глубоко вздохнуть и по крепче ухватиться за первое древко.       Мир Лендлордов был удивительно реалистичен, и это касалось не только природы. Стрелы также являлись реальными и не исчезали под воздействием «регенерации». А потому прежде чем применять заклинание, их следовало удалить и еще сказать спасибо разработчикам за то, что не было опасности отделения наконечника от древка.       Ухватив стрелу, я резко дернул ее вверх и из раны тут же полилась кровь, мгновенно закрытая егерем. Однако следом пришла очередь новой стрелы и стало ясно, что жизнь в теле девушки уже едва теплится. Именно тогда я и активировал заклинание «регенерация».       – Теперь ее жизнь в руках Владыки света, - тихо произношу, глядя на бледное лицо послушницы. Она была молода, слишком молода, чтобы умирать, и пусть когда-то это была игра, с жителями-программами, но то время прошло, мир стал реальным, как и его обитатели.       – Разве не Кетану вы молитесь, гном? – осторожно спросил егерь. Может быть из-за навыка дипломатии, делавшего мою речь более убедительной, может быть из-за ситуации в целом, но я не чувствовал в нем враждебности.       – Кетан – бог гномов, а истинный бог людей – Владыка света. Так кого же мне просить о здоровье человека, как не его? – спросил я. Сообщение о потери репутации с божествами не пришло, видимо Кетан разделял мою точку зрения – ему было плевать на людей.       – Да, верно, вы дружественный нам народ и даже Владыка света относится к вашему Богу с уважением, – задумчиво произнес человек. К слову я так и не узнал его имени и не постеснялся на это указать.       – Прошу прощения, – кажется, егерь действительно был смущен промашкой, - меня зовут Альберт, а это мои спутники – Кристиан, Биргем и леди Айлин. Мы служим барону Кальяди.       Двое пехотинцев поклонились, девушка, названная Айлин, так и не пришла в себя.       – Рад с вами познакомиться, сожалею, что встреча наша произошла при таких обстоятельствах. Однако, – я взглянул на девушку, – ваша спутница до сих пор жива, а значит – она уже не умрет. Самыми опасными были первые секунды после удаления стрел, а сейчас раны уже почти затянулись.       Именно поэтому, применяя данное заклинание, следовало удалять стрелы – раны закрывались в первую очередь. В том было преимущество этих чар и одновременно неудобство. Существовали иные заклинания исцеления, лишенные подобного недостатка, но ими я не владел. Возможно, научусь в будущем, кто знает. Однако сейчас необходимо сосредоточиться на беседе с людьми – в нынешнем состоянии они могли многое рассказать.       – Если это не тайна, почему вы прибыли в этот край? Я никогда не слышал о бароне Кальяди, не думаю, что он живет в моих владениях.       Альберт ответил не сразу, кажется, действительно размышлял над тем, может ли раскрывать незнакомцу, да еще гному, цель отряда, но затем все же заговорил:       – Барон Кальяди отправил нас в этот край. Я и еще восемь пехотинцев обязаны были защищать леди Айлин в пути к деревне людей. В поселении Гнесин она должна была стать светочем истины для заблудших душ.       Интересный расклад. Если бы речь шла о каком-либо ином народе, я бы посчитал, что кто-то решил избавиться от этих людей, однако для имперцев подобное задание не было чем-то необыкновенным. Церковь и рыцарство старались не оставлять без внимания даже отдаленные деревни зная, что в противном случае в них может завестись ересь. Какая именно, для них было неважно. Будь то поклонение Древним, демонам, скандинавским Богам или простое почитание некромантов – для имперцев все оставалось единым – ведь все перечисленные силы являлись враждебными Владыке света, а значит и Империи. К слову для меня поклонение Владыке света среди людей также являлось предпочтительней иных вариантов, а потому спасение проповедницы стало настоящей удачей. Но теперь следует донести свое мировоззрение до Альберта и желательно сделать это поскорее, время поджимало.       – Деревня Гнесин находится в моем владении. Однако добраться до нее с вашими силами не удастся – путь преграждают кочевники. Они напали и на мой отряд, а потому вряд ли пропустят вас. Я мог бы предложить вам направиться в мою Цитадель, однако к ней путь также перекрыт. Тем не менее, оставаться здесь опасно. И потому предлагаю вам присоединиться ко мне. Путь будет долгим, однако не в пример более безопасным.       – Я согласен, – неожиданно быстро ответил егерь.       – В таком случае соорудите носилки – нет времени дожидаться выздоровления раненой, нас могут найти кочевники. Ведь, насколько я понял, они напали недавно?       Альберт подтвердил правильность моего предположения и тут же начал собираться в путь. Кажется, он дал согласие просто потому, что был несоизмеримо рад оказаться у кого-то в подчинении. Пусть егерь и являлся опытным воином, но вот командовать не умел, и в такой обстановке, растерявшись, был рад уже тому, что кто-то будет принимать решения за него.       В путь мы выдвинулись спустя несколько минут. Безмолвные пехотинцы понесли раненую, Альберт выдвинулся немного вперед, разведывал дорогу, ну а я шел между ними, охраняя и направляя движение. Впрочем, поход выдался неожиданно спокойным. Даже дикие звери на сей раз обходили нас стороной. Первые полчаса пути это было связано с удачей, ну а затем мы оказались на территории, совсем недавно уже зачищенной моим отрядом, отчего я смог немного расслабиться. К тому моменту очнулась и раненая.       – Воды, – тихо попросила девушка, не вставая с носилок. Однако ее услышали, тут же прекратив движение.       Повесив молот на пояс, я зубами выдернув пробку и поднес фляжку к губам леди Айлин. Та сделала глоток и только затем открыла глаза.       – Кто ты? – несмотря на свое положение, голос девушки был удивительно спокоен.       – Тан Далин, владетель этих земель, – представился я.       – Айлин, аколит из Найтского прихода.       Столь же равнодушное лицо и голос. Только сейчас я заметил, что они были слишком, не естественно спокойны, чем и выдавали напряжение девушки.       – Леди Айлин! Вы очнулись? – это почти прокричал Альберт, вернувшийся из разведки. Услышав эти слова, девушку разом отпустило напряжение.       – Да, Альберт. И чувствую себя хорошо, – произнеся это, аколит попыталась подняться с носилок, однако я мягко, но твердо не дал ей этого сделать, надавив на плечо.       – Рано, леди Айлин, подождите еще тридцать минут, – мой тон явно не подразумевал возражений. Не подразумевал, но совершенно не подействовал.       – Я сведуща в лекарских навыках и способна оценить свое состояние, тан Далин, – холодно произнесла девушка, – в настоящий момент ничто не мешает мне встать на ноги, а не лежать на носилках, утруждая своих товарищей.       Неизвестно, что рассердило ее сильнее, мои распоряжения или касание плеча, но глаза девушки едва не метали молнии.       – Леди Айлин, если ваша гордость не позволяет вам лежать на носилках, я не буду настаивать, однако поднявшись, вы не сможете поддерживать темп движения отряда, а наложенная на вас регенерация будет действовать хуже. Может быть вы соблаговолите полежать еще полчаса?       На меня воззрились злым, лишенным монашеской скромности взором, но уже вскоре гнев ушел из глаз, и леди Айлин окончательно расслабилась в носилках.       – Хорошо, я согласна полежать еще двадцать минут, но не более, – сказала она, оставив за собой последнее слово.