***

Она была единственной, кому он улыбался, Пусть только уголками губ, так мимолётно. Она была единственной, кому не постеснялся Показаться не как всем: холодным, благородным. Ведь лишь она одна из всех людей, Для которых сражался с жестокой судьбой, Лишь она относилась к нему всё теплей, Когда ей грубил, уходя вслед за тьмой. Она не пыталась втереться в доверье, Была до безобразия наивна и пряма. Одна из тех, кому нашивка с перьев Была до смешного дорога и родна. Он редко её мог понять и порой Тепло улыбался, про себя повторяя: «Она уж точно не от мира сего», С каждым днём лишь больше себя убеждая. Да, она уж точно была необычной: Часто глупила и с себя лишь смеялась. Но мало кто знал, что с судьбою трагичной Эта девушка еле справлялась. Как по ночам, когда никто не видит, Прячась от мира, она тихо плачет. А на следующий день, себя ненавидя, Вновь за стену с улыбкою скачет. И он, уж поверьте, был тоже не лучше. Говорят, сильнейший воин без эмоций, А на деле - ребёнок, во мраке заблудший. И лишь этот мрак заставляет бороться. Они исправляли себя, они дополняли друг друга. В цепях безжалостного мира, Средь замкнутого ненависти круга Гордо шагают в плащах яркого цвета - изумруда.